Заколдованный принц

После загадочного исчезновения принца колдовскому отребью пришлось совсем несладко. Прознав о тайной вечеринке сына и гостьях того вечера, король отдал приказ найти и казнить всех ведьм, для этого были привлечены специальные отряды рыцарей. Поиски Адриана не прекращались, вылавливали всех черных животных, но понять, кто из них является обращенным принцем не удавалось, поэтому зверей держали в конюшнях для дальнейшего подтверждения личности. Была при дворе и одна колдунья, удивительно, как она еще осталась в живых, но надо же кому-то снимать заклятье с нахального принца. Колдунья была очень старой и, кажись, последней в своем роде; о семье Джины никто не знал, то ли она держала это в строжайшем секрете, чтобы её родных не обвиняли в колдовстве, то ли она была старой девой, особо об этом во дворе слухов не витало. Остальные же ведьмы, и те, кто был "похож" на колдунью, подверглись жестким преследованьям, ко многим вламывались в дома и за волосы вытаскивали к разложенным кострам в центре Парижа. Сотни вооруженных рыцарей на конях пускались в бега за так называемыми ведьмами. Мало кому удавалось спастись. Приговор короля был жесток. Он был в глубокой печали из-за потери сына, ведь еще раньше его на произвол судьбы с маленьким ребёнком оставила жена, отправившись на небеса. Габриэль хотел сполна отплатить тем, кто подверг его единственного сына таким мучениям. Не обошел гнев короля и двух подружек, которые оживленно дискутировали на разные темы: - Ох, Маринетт, кошмарные времена наступили для нас, и где этот чёртов принц взялся на нашу голову! А ведь Нора говорила, не ходить туда, а я не послушалась, и вот теперь сестра за меня отдувается. Господи, хорошо, что хоть никто не заметил её на балу, а так бы уже давно казнили! Мы планируем переезжать с Парижа, пока еще не поздно, - нервничала Алья. - Так, а что случилось? - Не знаю, Нора не признается, но после того бала принц исчез! - Убила? - Кто знает, но я уже ни в чем не уверена, это ведь Нора, а она такая вспыльчивая и ненавидит всю эту мишуру, могла со злости и покалечить. Ну да не будем все обо мне, а то хороших вестей от меня точно не дождёшься, а у тебя как дела? А то не виделись давно, так еще и в связи со всеми этими событиями неизвестно, когда в следующий раз удасться свидится! - Аля залпом выпила свой кофе. - Аль, ну чем я могу похвастаться? Жить одной нелегко, родители еще дольше месяца будут в отъезде, развивая свой пекарский бизнес, а я осталась здесь так как плохо переношу дальние путешествия. - О дааа, я помню ту поездку на озеро, тебя стошнило прямо на возничего, который рассказывал нам о всех прелестях той местности. Такая скучнотища была, но ты исправила положения своим "беее", и этот нудный старикан заткнулся! - хохотала Сезар. - Престань, я до сих пор вспоминаю эту постыдную историю! - Дюпен-Чен закрыла покрасневшее лицо руками. - Ну хорошо, не будем о прошлом, давай поговорим о будущем... - О чем ты? Замуж я не собираюсь, и не ищи мне ухажеров, со своей личной жизнью разберись! - агрессивно отвесила брюнетка. - Тихо-тихо, чего ты так завелась, я со всем не об этом хотела поговорить, а у нас с Нино, к твоему сведенью, все отлично! Этот, конечно, переезд несколько усложнит наше бракосочетание, но да ладно, сейчас совсем не об этом. Чем планируешь заняться? - О чем ты? - Ну, с колдовством у тебя не очень выходит, как никак ты не потомственная ведьма, поэтому твой максимум это снадобья, да и то - печь пирожки у тебя выходит явно лучше, нежели помешивать приворотный супчик! - хихикнула Алья. - Да, я знаю, но я продолжаю упорствовать! - сосредоточенно отвечала Мари. - А может, ну его, эту магию? Сейчас такие времена наступили, что лучше без неё... - поникла шатенка. - Твоя правда, но я не могу так просто оставить свою цель! Разговор подруг не был продолжительным и оборвался на полуслове, так как в дом вломилось несколько рыцарей. В доме Дюпен-Чен была тишина и спокойствие, но с распахнутых дверей доносились звуки решительно настроенной стражи, а так же мольбы девушек о пощаде. Маринетт и Алья не медлили ни минуты и прожогом выскочили из дома через заднюю дверь, но рыцари были явно подготовлены к бегству обвиняемых, поэтому на пути девушек возникла еще парочка амбалов. Кое как они вырвались из плена, но преследование продолжалось. Погоня изнурила подружек, Алья видела, что Мари совсем на износе. Шатенка поняла, что им не спастись, поэтому она взмахнула палочкой и наколдовала ветер, который подталкивал Дюпен-Чен вперёд: - Что ты делаешь? - Спасайся, я задержу их! - перепачканная в саже Алья тяжело дышала. - Нет, я не оставлю тебя! - Дура, беги, ты ничем не сможешь мне помочь, будешь только мешать! Слушай, что я говорю, я обязательно выживу и найду тебя, только убеги как можно дальше отсюда! - кричала Сезар. - Аля... - из васильковых глаз струились слёзы. - Не стой! - шатенка последний раз взмахнула палочкой и оттолкнула подругу еще дальше. Мари поднялась и побежала дальше в глубь леса. Здесь она надеялась запрятаться, но топот конских копыт был слышен отовсюду, поэтому девушка продолжала бежать. Затесавшись в лесной глуши, Маринетт решила, что может немного отдохнуть, хотя бы перевести дух, а дальше с новыми силами отправиться в путь. Но не тут то было: только девушка присела на срубленное дерево и облегченно вздохнула, как тяжелая чёрная фигура в серебряных доспеха повалила её наземь и крепко прижала за горло: - Ну вот ты и попалась, ведьмочка, - довольно хмыкнул рыцарь и снял шлем, так как беглянка не сопротивлялась, а преследовать её в такой сбруе было вовсе нелегко, кавалерист решил снять железную маску. Испуганному взору брюнетки предстал обворожительный молодой юноша с ясными голубыми, даже почти бирюзовыми глазами и чёрными, как смоль, густыми волосами. Парень был необычайно красив, а доброе и нежное выражение его лица вовсе не вязалось с образом жестокого рыцаря душегуба. Человек в доспехах хитро улыбался девушке с васильковыми глазами, эти два беззащитных хрусталика сразу пленили рыцаря, и он убрал руку с нежной лебединой шеи девушки: - Почему ты отпускаешь меня? - недоверчиво спросила Маринетт. - Не хочешь, чтобы твою душонку спасли? - удивился парень. - Уж лучше сгореть на костре, нежели расплачиваться телом за твой "благородный поступок", - хмыкнула брюнетка. - Воу, мадмуазель, это вы уже загнули! - обиженно скривился парень. - Не похожа ты на ведьму: где зелёные глаза и рыжие волосы? Да и ты мне напомнила сестру, - опечаленно вздохнул рыцарь. - Она такого же возраста была бы, если бы не эта чёртова инквизиция! - Сожалею, терять близких нелегко, особенно, практически ни за что... - девушка ободряюще кивнула рыцарю. - Поэтому я, как дурак, решил помочь ни в чем неповинной девушке, а она набрасывается на меня с обвинениями, отлично, Лука, хороший поступок! - хмыкнул парень. - Извини! Ну, а что я должна была подумать, когда рыцарь из королевской гвардии, которому отдан приказ убить меня, вдруг решил сжалиться! - Понимаю, ну так как, прекрасная сударыня, вас еще нужно спасать? - улыбнулся Куффен. - Если это вас не затруднит, - девушка вежливо поклонилась. - Какие манеры, такую интеллигентную особь просто нельзя на костёр! - улыбка Луки стала еще шире. - Мадмуазель, вижу вы привыкли к удобствам, но чтобы спастись, вам придется от них на время отказаться. Дело в том, что лес окружен другими кавалеристами, поэтому отсюда не выехать, да и сам лес прочесывают, но есть тут неподалёку хижина, мы в детстве с сестрой проводили там много времени... Так вот, вам придется проехать под этим чёрным покрывалом, сжавшись калачиком, иначе не выйдет ускользнуть от любопытной стражи. - Да хоть в ваших доспехах, господин! - Мари уже была готова запрыгнуть на коня, лишь бы побыстрее спрятаться. - Хах, мне нравится ваш настрой! - парень помог девушке залезть на лошадь, и они неспешно двинулись вперёд, Лука делал вид будто обыскивает местность. Через пару часов рыцарь и ведьма добрались до хижины, домик был заброшен, но не разгромлен, тщательная уборка быстро поправит положение: - Оставайся тут, я привезу еды, воды и еще всякого на первое время. Может, я могу как-то попасть в твое жилище, чтобы привезти тебе собственные вещи? - Можешь попытаться, но не знаю получится ли... Мое имя Маринетт Дюпен-Чен. - Хех, дочка пекарей значит? - игриво улыбнулся Лука. - Не ухмыляйся, пирожков не найдешь, родители в отъезде, и вернутся не скоро... Да и к лучшему это... Не хочу, чтобы им угрожала опасность, - поникла девушка. - А за себя ты не волнуешься? - Моя жизнь ничего не стоит, я никчемная: особым пекарским талантом, как мои родители, я не обладаю, попытка освоить колдовское ремесло тоже не удалась... - Хм, а ты не выглядишь такой уж бесталанной, думаю, щепотка уверенности и веры в себя станут идеальными ингредиентами для зелья "Маринетт Дюпен-Чен научилась колдовать!" - Ха-ха, пожалуй ты прав, - грустная девушка радушно улыбнулась - это воодушевило Куффена. Парень распрощался с беглянкой и вернулся ближе к полуночи, Маринетт занялась уборкой: - Кхе-кхе, наводить порядок среди ночи? Не устала? - Лука закашлялся от пыли. - Ну вот лучше убраться, чтобы всю ночь вот так вот не кашлять! Тем более мне не стоит выходить из хижины, а чем заниматься целый день? Завтра и отосплюсь! - И то верно, кстати, мне удалось проникнуть к тебе в дом, чувствую себя вором! И да, кроме вещей я захватил кое что, что мне показалось, очень важным, - Лука что-то прятал за спиной, а потом взмахнул ввысь: - Абракадабра! - рассмеялся парень. - Моя палочка! Спасибо! - в не себя от радости Мари бросилась обнимать рыцаря, но тут же отпрянула покраснев. - Ой, прости... - Да ничего, такие же мягкие и теплые объятия, как и у сестры... - грустно вздохнул Куффен. - Ну тогда я тебя до смерти заобнимаю! - расхохоталась девушка. Целую ночь эти двое дебоширили, шутили, общались, пили чай, а к утру рыцарь отправился на службу. Он изредка навещал Маринетт, но служба не позволяла так часто расхаживать по гостям, лишь поздно вечером и то - всего несколько раз в неделю. Дюпен-Чен навела лад в хижине, и теперь эта лачуга стала такой уютной, что из неё даже не хотелось выходить. Мари продолжала упорствовать и учиться колдовать, но у неё выходило плоховато, мотивации что ли было недостаточно, знаний или же умений - загадка, но в один дождливый вечер всё изменилось...