Заколдованный принц

Утро. Ледяная морось. И сырость... Густой туман тяжелой ношей ложился на плечи торопящихся прохожих. Шаг за шагом он сгущался, становился тяжелее, вынуждая людей пригибаться и еще больше натягивать шивороты на оголенные участки кожи: - Рановато, однако, осень наступила, - раскрасневшаяся брюнетка поморщила не менее красный носик, Маринетт в своем теплом алом одеянии, смешанным с нежным цветом опадающей сакуры, была похожа на прекрасный цветок... Пламенный Адонис - такая же разгоряченная и редкая... Её улыбка окрыляла. Лишь одни взблески её бездонной синевы заставляли парней трудиться усерднее и грузить вещи на корабль куда быстрее. Ну как парни... Окрыленный рыцарь, который не раз запятнал руки в крови и несносный, вечно всем недовольный, черный кот, или же лучше сказать принц? Но об этом попутчики так и не узнали, но все может кардинально измениться, не правда ли? Ведь их путешествие окончательно сдёрнет завесу со всех тайн, и не только мироздания. И не только... Куффен ловко перетаскивал один ящик за другим, Агрест же отдавал четкие приказы, что и в какой очередности брать, куда лучше поставить, чтобы в нужный момент под рукой оказалось все необходимое. От казусов никто не застрахован... Маринетт же топталась на месте, перестанавливая ножку за ножкой в изящных сапожках с незамысловатым каблучком, и как она умудрялась ходить в этих цокотках? Что сказать, истинная Леди... Девушка потирала руки, каждый раз опаляя их горячим дыханием все сильнее и сильнее, вплоть до изнеможения. Хотела бы она как-то помочь, хотя бы одну коробочку, маленькую, совсем крохотную, но оба парня в унисон рявкнули: "НЕТ!" Ну что ж, нет так нет - на нет и суда нет. Мари принялась рассматривать прохожих: все такие серые и мрачные, совсем неприветливые и лишь она одна была яркой звездочкой среди всей это угрюмой толпы. Дюпен-Чен так сильно выделялась в своем пестром наряде, что ей стало как-то неуютно, пока она не приметила его... Расшитый фиолетовый камзол, дорогой сероватый мех на воротнике, длиннющая черная бархатная мантия, сверкающая даже без солнца, начищенные сапоги с острыми носками и золотистыми пряжками... Такими же... Как и его волосы... "А глаза? - Маринетт быстро принялась искать глаза... Она не хотела верить, но должна была убедиться, ведь так похож... - Не показалось же? Нет?! - металась в агонии брюнетка и в тот же час оторопев проронила: - Не показалось". Она убедилась. Окончательно. Это он. Парень из дивного фруктового сада... Но почему тогда сердце не трепещет так сильно? Не узнает? Ведь эти зеленые глаза... Их блеск... Разве можно не узнать? Зелень потемнела, не сверкала изумрудным, как это было тогда. Туман? А может это кто-то другой, не он. Маринетт игнорировала предательские мысли. Душила их у корня, не позволяла вырваться. Так они и канули там, не подарив сбитой с толку девушке одну дельную вещицу - сомнение. Ведьмочка стояла совсем близко к подъему на корабль, но подняться она не могла. Застыла. Превратилась в прекрасную статую, в которую творец вложил всю душу и наполнил её любовью. Как чашу. До краев. Это чувство, переполняющее девушку выливалось наружу, приоткрыв пухлые обветренные губки Мари хотела сказать, но он не дал её. Не позволил вставить и слова. Разодрал её надежду и трепет в клочья. Растоптал её чувства в пух и прах, одной фразой. Лишь парочкой слов... - Уйди с дороги, крестьянка, топчешься у меня тут под ногами! То, что ты смогла позволить себе билет на эту колымагу, еще не означает, что я должен обходиться с тобой почтительно. Так что брысь отсюда, паршивка, не раздражай меня еще больше, - златовласый недовольно хмыкнул, его колкие, холодные глаза ранили хрупкую Маринетт в самое сердце, но она по прежнему не могла ступить и шагу. Брюнетка пыталась заглянуть в его глаза, искала там надежду, хотя бы крохотный шанс, что он узнал её, что до сих пор помнит ту сладкоежку из фруктового сада. Покатилась горькая слеза. Шум и крик доносился и в сторону повозки. Сначала парни не обратили ни малейшего внимания, подумаешь, рабочие разгружают багаж, тяжелый, ругаются - обычное дело, но голос был лишь один, тон его превращался в раскаленную сталь, все громче и громче мужчина отчеканивал отборные ругательства. Музыкальный слух обоих попутчиков не мог не различить эти "изящные" оскорбления. Они были адресованы девушке. Скорее всего простолюдинке или же особе легкого поведения. Лука, смахнув капли пота с широкого лба, решил все-таки поднять свой усталый, сонный взор на заварушку. То, что он увидел, повергло его в шок: до смерти напуганные слуги и охрана, топчущиеся за спиной злоречивого, не скупящегося на выражения, вельможи и опешившая... - Маринетт! - Куффен пулей метнулся в сторону бедной девушки, не забыв заодно прихватить "младенца" - последний элемент погрузки. Пеленальщик с рыцаря был, конечно, никакой, но черная мордашка была прикрыта, и уже хорошо. Родной голос вывел брюнетку из оцепенения. Она повернула голову в сторону Луки. Торопящийся вельможа воспользовался моментом, слегка оттолкнул раззяву, чтобы наконец-то сойти с этого вонючего корабля. Блондина так сильно мутило, что ему не раз приходилось куковать возле борта во время поездки. Дело в том, что отправиться личным кораблем у молодого мужчины не вышло, а дело было срочное и не терпело отлагательств, посему он согласился даже на товарный корабль. Конечно, несколько десятков пассажиров здесь тоже было, но основная масса попутчиков - сырая рыба, скорее всего не первой свежести. Месье хотел поскорее убраться с этого зловонного места, но юная госпожа преградила ему путь, что не на шутку разозлило всегда тактичного и вежливого юношу, ну или почти всегда... Бывали моменты, когда парень был острее на язык своего несносного кузена. Немудрено, что сейчас он так безтактно обошелся с глуповатой девицей, да и к тому же она точно рангом ниже него, так что чего ему волноваться? А вот кое-кто другой задергался. Адриану было неспокойно в своем убежище: настолько боялся увидеть лицо вельможи перед собой. Убедиться окончательно. Зрение его не подводило: видел он, к кому мчался Куффен, и голос он тоже узнал. Не мог не узнать. Этот приглушенный и спокойный голос, срывающийся на высокие ноты от приступов ярости. Это он - Феликс Грэм де Ванили - собственной персоной. "Добро пожаловать в Париж", - скривился Агрест, но его перекошенную гримасу не суждено было кому-либо увидеть. Парень пытался зарыться в пеленку как можно глубже, в этой абсурдной ситуации могло приключиться, что угодно, не исключено, что этот скрытый психопат дёрнет младенца и тут окажется такой пушистый сюрприз! Адриан решил выжидать, слушать и молчать, делать выводы. Хотя... А какие тут выводы вообще могут быть? Даже глупцу ясно, как Божий день, что придворные крысы уже доложили второму наследнику на престол об исчезновении первого, вот он и примчался первым же возможным кораблем. "Не побрезговал, ведь даже прокатиться на этой колымаге, буе!" - первый принц пытался давить в себе рвотные позывы, но получалось плохо, мысль о том, что ему придется путешествовать в таких условиях неимоверно угнетала, но весточка о том, что на его место уже нашлась очень даже правдоподобная замена прибавляла Адриану терпения: чем скорее доплывут, тем быстрее разрулят вопрос с проклятием, чем раньше он освободится от оков чар, тем выше вероятность благополучно вернуться во дворец. На свое законное место. На СВОЕ место. "Никто не может отнять у меня то, что принадлежит мне по праву", - Агрест был непоколебим, но он даже не догадывался, что уже отняли, ведь там... В фруктовом саду был он... Тот златовласый парень со сверкающими изумрудами, играющими желваками и хитрющей ухмылкой - Адриан Агрест. - Господин, не изволите ли Вы извиниться перед дамой? Негоже джентльмену сыпать отборными ругательствами в сторону юной девицы с утра пораньше, - Куффен уже метал молнии с глаз, но стоило блондину в фиолетовом камзоле повернуть голову в сторону рыцаря, как Луке по башке прилетело четкое осознание происходящего, он удивленно промямлил: - П-принц... Адриан? Эти слова вывели Маринетт из оцепенения, наконец-то она смогла вымолвить хотя бы несколько слов, но они мало чем отличались от слов рыцаря: - Так Вы - принц Адриан? - А что, так похож? - Феликс скривился, как же его раздражало сравнение с Адрианом, но уже за пару секунд он одёрнул себя, ведь то, за чем он сюда приехал - трон. Больше его ничего не интересовало. О втором наследном принце мало кто знает, как будто его и вовсе нет, так что прикинуться любимым двоюродным братцем будет ему весьма на руку. - Совсем простолюдины от рук отбились - не узнают собственного будущего правителя, а теперь прочь с дороги, я спешу отчитаться перед королем за долгое отсутствие. - Нет, пока не попросите извинений у оскорбленной девушки, - Лука был непоколебим. - Папаша, лучше бы твоя женушка за ребенком глядела, а не преграждала мне дорогу. По правилам этикета... А хотя... Откуда вам, мещанскому отребью, знать о таком? Если вкратце, сперва должен человек ВЫЙТИ, а потом уже кто-то другой ВОЙТИ, так что я тут не при чем, её вина, что не знает элементарных правил, - хмыкнул Феликс и уже направился к ждущей его повозке. - Да, я виновата! Но вы ничем не лучше! - провопила Маринетт, с глаз брызнули слёзы отчаянья. - Разве это благородный поступок, одурачить девушку, а потом сказать, что и знать её не знали? Закрыть уши и глаза, лишь бы не слышать? В этом Вы правы? - дыхание брюнетки сбилось, голос сорвался на хрип. - Я не завожу беспорядочных связей. Не хватало еще что бы какие-то низкопробные шлюшки порочили мое знатное имя, так что Вы, мадам, обознались. Всего хорошего! - Феликс махнул слугам, чтобы те отворили дверцу кареты. - Достопочтенный принц Адриан, не стоит Вам разгуливать Парижем без личной гвардии, Ваш отец не оценит такую опрометчивость, - учтиво поклонился рыцарь. Куффен знал, что перед ним был вовсе не Агрест младший, ведь тот никогда не выходил за пределы дворца без начальника или же заместителя личной гвардии и еще парочки рыцарей. Подле блондина же топтались лишь два-три слуги и один хиленький охранник. Лука как никто другой знал повадки Адриана, был ему чуть ли не нянькой. Даже Нуар, по его скромному мнению, смахивал на пропавшего принца куда больше, чем этот отстраненный юнец. "Не бабник он! Вот тут ты и прокололся, Феликс Грэм де Ванили!" - ухмыльнулся своим мыслям Куффен, ведь абсолютно каждый от придворной дамы до бездомного знает, что принц не пропустил бы ни одной юбки, включая Маринетт. Кстати, о Маринетт... От этой мысли сердце брюнета болезненно сжалось, ведь не от неземной же красоты этого грубияна она застыла, не в силах ступить и шага? Да еще и какой-то фруктовый сад, она была знакома с Адрианом? Эти мысли терзали бедного паренька все сильнее. Он не хотел верить в то, что Мари была знакома с принцем до их встречи. Он не мог себе позволить допустить такие мысли, ведь это автоматически означало, что... "Этот блудник, чёрт бы его побрал!" - Куффен боялся озвучить эту предательскую мысль, ведь Агрест действительно не упустил бы шанс познакомиться с такой прекрасной девушкой как Маринетт поближе. А сама Маринетт? Сколько боли было в её словах, когда она кричала вслед Феликсу? "Неужто она действительно знакома с ним лично?" - с этой мыслью подавленный рыцарь поднимался на корабль. На судно, пропитанное рыбьим запахом и отборной бранью рабочих ступили два с половиной человека, каждый со своими мыслями и переживаниями: Лука Куффен - рыцарь, который отбросил вся и всех, начав жизнь с чистого листа, в надежде обрести счастье и любовь, но сделанный первый шаг уже обернулся досадой, раскрытием правды, которая причинила ему столько боли, ведь девушка, за которой он последовал почти что вслепую, оказывается, тоже припрятала пару скелетов в своем розовом шкафу. Маринетт Дюпен-Чен - несостоявшаяся ведьма, девушка, у которой все получается лишь наполовину, живет она тоже наполовину: никогда не испытывала каких-то особенных чувств в своей жизни, как-то безразлично ей было ко всему, пока брюнетка не открыла для себя мир магии. Всё заиграло новыми красками, даже чувства. Или же это разыгрались старые? Взвалив на себя непосильную ношу, она ступает на этот корабль в надежде разобраться со всем: с магией, своим предназначением, а главное чувствами... Теми, что прятала глубоко внутри уже столько лет. После сегодняшнего рандеву навязчивые воспоминания о прекрасном незнакомце с фруктового сада, которого она повстречала еще в юном, почти что подростковом возрасте, никак не отпускали её: "Неужели он забыл? Как мог этот бесчувственный чурбан забыть такое?!" - на глаза вновь наворачивались слёзы, но Дюпен-Чен вмиг их придушила. Придушит и вновь воспылавшие чувства, как сделала это когда-то. Адриан Агрест - та половинка целого человека, ведь больше он не человек. Кот. Обычный чёрный кот. Правда, говорить еще умеет. Хоть что-то, но принц был все еще недоволен. Он хотел вернуть все на прежние места, он осознал всю низость своих поступков, а потому жаждал искупления, но в теле кота это было невозможно. Волнений прибавил еще и неожиданно нагрянувший кузен - вылитая копия подлинного принца. Агрест младший понимал, что если он не поторопится, то не видать ему своего места под солнцем даже после превращения в человека, ведь, прознай об этом хоть кто-то, Феликс сразу же объявит на него охоту. Во Франции можно будет даже не показываться - тут его будет поджидать только смерть. Но кроме этих вещей, некогда расчетливого и проницательного, принца волновало кое-что еще. Привыкший не считаться ни с чьими чувствами, он вдруг вспомнил о ней: той дивной незнакомке из его личного фруктового сада, которую он встретил лет пять назад. Он вспомнил, о девушке, которая каждый раз умудрялась ускользать с его крепкой хватки. Он вспомнил о её вкусном запахе и развивающихся на ветру волосах. Неприятное чувство, что чего-то не хватает, что упустил нечто очень важное и дорогое сердцу, царапало блондина изнутри. Теперь её личность - больше не тайна. "Хах, вот так превратности судьбы! Неужели той своенравной девицей, которая ворвалась в мою обитель, куда вход воспрещен всем, кроме троих членов королевской семьи, является неуклюжая ведьмочка Маринетт Дюпен-Чен? Интересно, однако, выходит... - Агрест колебался: - Что-то мне все равно не верится, надо будет при удобном случае расспросить её, что же это за фруктовый сад такой". Действительно, что же это за обитель тайн заколдованного принца? Корабль неспешно отчалил, все быстрее отдаляясь от пристани...