Порванные страницы

Где нужно было свернуть, чтобы всё оказалось в таком положении? Кто именно не туда свернул, и можно ли это теперь исправить? Почему над невинными людьми чаще всего совершается насилие? Почему мы должны разгребать ошибки своих близких? Почему судьба распоряжается так, что у тех, кто действительно хотел жить, кто действительно знал, как он хочет жить, всё разрушилось и теперь догорает. Скоро пепел мечты совсем потухнет, и ветер разнесет его по окрестностям, не оставя ни единой пылинки на память. Почему торжествует несправедливость, почему именно над человеком, который всегда был заступником, почему справедливость обошла его стороной? Куникида не понимал. Он лежал на кровати, в чужом доме, накрывшись одеялом, и тяжело дышал. Грудь сдавило чувство ненависти и горечи. Слезы подступали к глазам, но не могли вырваться наружу вместе с плачем. Не то время для распускания нюнь, и не тот человек. А в животе всё тянуло, поднималось выше, волновалось и резко леденело при мыслях о грядущих событиях. Страх перед будущим – один из самых отвратительных и вредных для здоровья. С ним ничего нельзя сделать, ты никак не узнаешь, что тебя ждёт. Это как закрытая дверь без ручки, сколько не бейся, сколько не царапайся, сколько не думай, она не откроется. Кожа будет стерта в кровь, ногти поломаны, а ты будешь в отчаянии сидеть перед этой дверью и рыдать. В этом бушующем океане противоречивых эмоций кораблями плавали мысли, и тонули, накрываемые волной. Доппо сжал край одеяла, сдавленно вдохнул и попытался успокоиться. Пальцы вдруг перестали слушаться и отказывались разжиматься. Так, в третьем часу и уснул наш идеалист. *** Тело летит в зияющую пустоту, откуда-то сверху доносится тиканье часов и тяжёлое дыхание. Куникида шёл по городу, а если точнее, пересекал речку по мосту. Кажется, он очень торопился в агентство, надо было поймать одного одарённого, который использует свою способность против людей. «Надо найти его раньше мафии». Идеалисту бросился в глаза быстро идущий человек. Вокруг всё выглядело не как обычно. Дома стояли не так, пространства на мосту было больше. Будто он стал шире. Внимание опять переключилось на мужчину. Но как только Куникида перевёл на него взгляд, он увидел, как в него летит что-то чёрное… Темнота. Он оказался в огромном кубе. Сам куб состоял чёрных бегущих строчек. На некоторых были цифры, вроде «0000076545» и «0005765469», на других же не было ничего. Куб висел прямо над мостом, где до этого стоял Куникида, но он об этом не знал. «Это тот человек со способностью». Надо было выбираться. Ещё не понятно, что будет дальше и будет ли вообще. Блондин достал зелёный блокнот и надписью «Идеал». — Способность. Поэзия Доппо! В его руке появился пистолет. После нескольких попыток хоть как-то пробить стену или остановить строки, светловолосый оставил это дело. За пистолетом в дело пошла граната, но она не только не помогла, так ещё и задела Куникиду. На открытых участках тела появилось множество мелких царапин. «Если силой пробить не получается, значит надо понять, как это работает». Он пробовал руками распутывать строчки, но они только туже затягивались. Он пробовал найти закономерность в числах. Единственное, что он заметил, так это то, что они стали меньше: «0000000088» Через какое-то время мимо уже пробежало число «000000002». Погас свет. Стало страшно. Откуда-то сбоку из темноты высунулась черная, когтистая лапа и начала душить, пытаться свернуть шею. Появлялось всё больше и больше чудовищных лап. Они хватали Куникиду за руки и за ноги, старались его повалить. Блокнот куда-то исчез. Вокруг было совсем ничего не видно, только тьма. Всепоглощающая тьма. Возможно это были именно её уродливые и загребущие лапы. Она обволакивала всё пространство вокруг, но до Куникиды могла докоснуться только так, станавясь осязаемой. Он боролся, он не хотел там утонуть, захлебнуться и перестать существовать. Куникида сильный, и не только физически. Борьба продолжалась. В конце концов лапы обхватили его всего, и ему оставалось только пытаться вырваться, дёргаясь и извиваясь. В этот момент он проснулся от удара о пол, весь запутавшийся в одеяле.