Их осталось двое

Пришёл октябрь. Холод и сырость затопили окрестности, пробрались в замок. Мадам Помфри была теперь постоянно занята — вся школа кашляла и чихала. Лилиан, в свою очередь, постоянно варила на отработках у Северуса бодроперцовое зелье. Оно действовало моментально, и всё было бы хорошо, если бы не побочное действие: у тех, кто принял настойку, часа три из ушей валил дым. Мадам Помфри ворчала, что Северус может его доработать и убрать подобные последствия. Зельевар смотрел на холл, что пародировал Хогвартс-экспресс, и посмеивался, заявляя, что не будет ничего улучшать. Ведь студентам надо преподать урок, что бывает из-за забывчивости утеплиться в холодное время года. И постоянно приводил в пример свой факультет: ни один слизеринец не попадал в Больничное крыло с подобными симптомами. Драко теперь занимался вместе с Гарри и Лилиан. Первое время он только делал задания от преподавателей, а после стал приносить из библиотеки книги и для себя. Периодически слизеринец удивлялся, как Гарри и Лилиан могут понимать друг друга без слов. А они сами не замечали, как забывались, и говорили друг с другом мысленно, не включая в свой диалог третьего присутствующего в комнате. Гриффиндорец и слизеринка за месяц создали чертёж своего модифицированного кулона комфортной температуры, и сделали. Каждый по две штуки. Гарри подарил свой артефакт профессору зельеварения, а Лилиан — Драко. Последние версии кулонов были снабжены накопителями магии, которые составляли своеобразный узор. Незнакомые с рунами люди видели только хаотически расположенные камни. Но Северус, разглядев свой подарок, понял, что они образуют защитную руну, создающую вокруг носителя в необходимый момент щитовые чары. Хоть и кратковременные — дольше запаса энергии в кристаллах не хватит — но способные оказаться хорошим помощником в неожиданный момент. Тяжёлые капли дождя стучали по окнам замка целую неделю без перерыва. Озеро вышло из берегов, клумбы превратились в грязное месиво. Вот только Флинта, как и Вуда, это не остановило. Тренировки продолжались даже в непогоду. И ребята с них приходили уставшие, понимая, что нужно продолжать заниматься. Слизеринцев радовало лишь то, что их капитан был более разумным, чем красно-золотые фанатики, и при непогоде они занимались меньше времени, чем обычно. Лилиан регулярно виделась с Джо и Талботтом. Как она и предположила, они много хитростей ей рассказали и показали на встречах. И по заботе о магических существах, и разные заклинания для её уровня, и как успевать учиться. Но в этот субботний день, за неделю до Хэллоуина, Джо пришёл не с мулатом. Пройдя в Запретный лес, Лилиан с Ровером подошли на полянку дракона как раз вовремя — к ним присоединился Джо. За ним шла девушка с белыми волосами. Её чуть округлое лицо неуловимо напоминало луну на небосводе, хотя и было овальной формы. Серое пальто и серебристый шарф подчёркивали её небесно-голубые глаза в окружении длинных пушистых ресниц. — Лилиан, знакомься, это Киара. Киара, это Лилиан, — представил Джо. И счастливыми глазами посмотрел на свою спутницу. Слизеринка решила не проявлять свой ехидный характер в полной мере и не комментировать представшую картину. Пока что. — Приятно познакомиться, — улыбнулась Лилиан. — Ты мне почему-то напоминаешь профессора Снейпа, — наклонила голову Киара, внимательно рассматривая с головы до ног девочку. — Я его приёмная дочь, — немного смутившись, ответила она. — Ого, — удивилась Киара, мигом отбросив весь скепсис. — Не знала. А ты когда… — Мне был год, — спокойно отнеслась к вопросу слизеринка, несмотря на запинку и незавершённость. За несколько лет она уже успела выучить, что именно интересует людей в первую очередь. — Он меня забрал к себе в Хэллоуин, когда Волдеморт умер. Тёмный лорд убил моих родителей, и меня некому было защищать и растить. — Да, — нервно засмеялся Джо. — Незавидная судьба. Лилиан, тут такое дело… Меня отправили в командировку по поиску Роуз Поттер. Последние два года очень уж усиленно её стали искать почему-то. Не знаю, откуда уверенность того, что она жива? — Ты же знаешь, что они с Гарри близнецы, — поморщилась Киара. — А нам леди Лонгботтом недавно рассказывала, что смерть девочки отразилась бы на состоянии Гарри, если они ещё и магически связанны. При смерти одного, второй магический близнец замыкается в себе и его магия уменьшается до уровня маглорождённого. А если подобное случится в таком раннем возрасте, то вообще может стать сквибом. На поляну с радостным лаем вбежал волк необычайно красивой серебряной расцветки, прерывая невесёлый разговор. — Борф! — кинулась обнимать его Киара, становясь рядом с ним на колени. — Как же я по тебе соскучилась! — Он особенный? — засмотревшись на волка, спросила Лилиан. — Да. Это один из редких волков, которые рождаются от оборотней, когда они находятся в своей животной форме, — рассказал Джо, потрепав Борфа за ухом. — Твой щенок на него похож, — кивнула на Ровера Киара. — У него вроде были подобные в роду, — задумчиво посмотрела на питомца слизеринка. — Девушки, вы знакомьтесь. А то меня в командировку отправляют на пару месяцев. В это время будет приходить Киара, — предупредил Джо. — Ой, точно, — поднялась с земли Киара. — Ты же не знаешь, где остальные животные, мне Джо рассказывал. — Да, пошли быстрее. Нужно всех тебе показать, — направился с полянки Джо. — Здесь мы уже у всех убрались и покормили. Они проходили от одной поляны к другой. Кого там только не было! И пикси с кнарлом, и лукотрус с химерой. Ещё многих животных увидела Лилиан. Она и не знала, как много животных тут обитало. Джо рассказывал, что он в Запретном лесу вместе с Хагридом организовал резервацию различных магических животных и следил в школьные годы, чтобы животные не доставляли хлопот. С тех пор здесь поддерживает порядок, пока у Хагрида не хватает времени на них. А, как оказалось, у лесничего никогда на них не бывает времени. Да ещё и не все животные разрешены для содержания, а Хагрид и доволен был дополнительно кого-то притащить. Так что Джо как мог скрывал их и, по возможности, передавал в питомники. Но не со всеми мог быстро разобраться. — Кстати, не знал, что ты была распределена на Слизерин, — заметил Джо, когда они наполняли лакомствами подставленные ладони фей. — Это что, плохо? — вздохнула Лилиан. — Не волнуйся, — замахала руками Киара, увидев промелькнувшее недовольство на лице девочки. — Наш друг, Барнаби, тоже закончил Слизерин. И учился потом вместе с Джо на курсах в Аврорате. — Просто когда встретил тебя в первый раз, подумал, что с твоей смелостью ты, должно быть, распределена в Гриффиндор. Ведь не каждый осмелится ночью подойти к такой собаке, как я. А потом гладить дракона, которого первый раз видишь, — улыбнулся Джо, поясняя свои выводы. — Называй вещи своими именами, — фыркнула Лилиан. — У многих других факультетов это называется “слабоумие и отвага”, — выпускники чуть слышно засмеялись. — А мне… ты же сам превращаешься в пса. Не стоит и объяснять. Лилиан хотела было задержаться ещё, но обеспокоенно поглядывающий на Киару Джо настоял, чтобы она отправилась в замок до наступления темноты. К тому же дождь, до того едва заметно накрапывающий, зарядил со всей силы.Так что Лилиан отправилась к замку. На подходе к центральному входу она заметила Гарри, но не стала ни окликать его, ни догонять. Шум от капель был такой, что едва слышала собственные шаги, а земля была влажная и грозившая потерей равновесия при каждом неосторожном шаге. Ровер уже куда-то скрылся, едва они попрощались с друзьями. В помещение девочка зашла промокшая до нитки. — Гарри! — наконец смогла окликнуть его Лилиан, одновременно высушивая себя и собеседника одним мановением палочки. Простые бытовые чары часто выручали в подобных ситуациях. — Как тренировка? — Лилиан, привет, — обернулся Гарри. — Не очень, если честно. Вуд нас совсем загонял. А нам ещё готовить подарок… — Скопируем тот чертёж, что создали, — улыбнулась Лилиан. — Его будет достаточно. — Как-то я об этом не подумал, — поблагодарил Гарри кивком. — Не удовлетворяю их требованиям… какой-то сантиметр, если уж на то пошло… — бормотало под нос привидение Гриффиндора, уставившись в окно пустым взглядом. — Привет, Ник, — окликнул его Гарри. — Привет, — Ник, вздрогнув, отвернулся от окна.На привидении была старинная шляпа с пером, из-под которой на плечи падали крупные локоны, и кафтан с широким рафом. Благодаря этому воротнику было незаметно, что его голова почти отрублена. — У тебя озабоченный вид, юный Поттер, — сказал Ник, сворачивая прозрачный лист бумаги и пряча его в карман. Его взгляд остановился на шарфе Лилиан. — Случаем, не из-за компании, которая тебя сопровождает? — Нет, — отмахнулся Гарри. — У тебя тоже невесёлый вид. — Ничего особенного. — Ник изящно махнул рукой. — Я и не жаждал туда вступать… Просто подумал, подам заявление. Но я «не удовлетворяю их требованиям»… Ник силился изобразить безразличие, но всё-таки не смог скрыть обиды. — Так что произошло? — сочувственно глядя на призрака, уточнила Лилиан. — Сорок пять ударов тупым топором по шее! — достал он из кармана письмо. — Разве этого мало, чтобы принять меня в Клуб обезглавленных охотников? — M-м, да, — ответил Гарри, не выдержав напора Ника. — Что я хочу сказать, — продолжал Ник. — Я больше всех желал, чтобы всё прошло как по маслу и голова отделилась от туловища как положено. Ведь было бы не так больно. И я не оказался бы впоследствии в столь двусмысленном положении. Однако… — Почти Безголовый Ник встряхнул прозрачный лист бумаги и стал читать звенящим от негодования голосом: — "Мы принимаем в Клуб охотников только те привидения, чьи головы полностью отсечены от тела. Без этого условия нельзя участвовать в таких мероприятиях, как скачки на коне с жонглированием головой или игра в поло головами. С величайшим сожалением сообщаю, что Вы не удовлетворяете нашим требованиям. С наилучшими пожеланиями, сэр Патрик Делэйни-Подмор". — И, тяжело вздохнув, Почти Безголовый Ник сунул письмо в карман. — Моя голова держится всего на лоскутке кожи и нескольких жилах! Все скажут, что она отрублена, но нет, для сэра Патрика, обезглавленного по всем правилам, этого недостаточно. — Почти Безголовый Ник несколько раз глубоко вздохнул и уже спокойнее продолжил: — А что тебя огорчило, мой юный друг? Не мог бы я чем-нибудь помочь? — Нет, спасибо. — Гарри покачал головой. — Если только ты не знаешь, как увеличить количество часов в сутках для тренировок и при этом не уставать на них… — Есть парочка способов, но на них был наложен строжайший запрет ещё раньше, чем состоялась моя казнь, — покачал головой Ник. — Гарри, представь мне сопровождающую тебя даму, хоть и с факультета Кровавого Барона, — попросило привидение. — Ох, — вздохнул Гарри, как будто только понял, что привидение не знает его подругу. — Это Лилиан Смит. Лилиан, это сэр Николас. — Приятно познакомиться, сэр Николас, — склонилась в книксене Лилиан. — Ещё и вежливая. Редко встретишь в нынешнее время, — довольно кивнул призрак. Они вместе двинулись по коридору. Гарри заметил, что Ник всё ещё мнёт в руках письмо. — Как ты думаешь, я могу чем-нибудь помочь тебе с этим Клубом? — поинтересовался Гарри. На повороте Почти Безголовый Ник остановился, и Гарри с Лилиан прошли сквозь него. Это было не очень приятное ощущение, словно окатило ледяным душем. Оба передёрнули плечами. — А ведь ты и правда мог бы кое-что для меня сделать! — взволнованно воскликнул Ник. — Гарри… Нет, наверное, я прошу слишком многого… ты откажешься… — Говори прямо! — потребовал Гарри. — Видишь ли, в этот Хэллоуин я буду праздновать пятисотлетие со дня смерти, — сообщил Почти Безголовый Ник, приосанившись. — О-о… — неуверенно протянул Гарри. — В самом деле? — Я устраиваю приём в подземелье, — начал Ник. — Съедутся мои друзья со всей Британии. Ты окажешь мне великую честь, если придёшь на праздник. Разумеется, я буду счастлив видеть и твоих друзей — мистера Уизли и мисс Грэйнджер. И вас тоже, мисс Смит. Но вы, наверное, предпочтёте школьный банкет по случаю Хэллоуина? Ник вопросительно посмотрел на Гарри и Лилиан. — Нет, почему же, — не задумываясь, принял решение Гарри. — Я обязательно приду. — Я тоже с радостью к вам присоединюсь, — улыбнулась Лилиан. Но в душе у неё что-то противилось подобному решению. Она бы лучше посетила праздничный ужин или продолжила изучение учебников. Навряд ли кто-то из гостей привидения поделится с ней чем-то таким, что ей было бы интересно. И это не считая многочисленных эссе, которые тоже требовали внимания! — О, мой дорогой мальчик! — восторженно вскричал Ник. — Гарри Поттер на моём юбилее смерти! — Ник вдруг замялся. — А ты не мог бы сказать сэру Патрику, как бы случайно, какой у меня бывает устрашающий вид? — Ко… конечно, — не сразу нашёлся Гарри. Почти Безголовый Ник искренне обрадовался: — Спасибо, юный рыцарь. Ну, не буду вас задерживать, мне самому пора бы готовить приём. С этими словами он улетел прочь, уже не такой расстроенный, каким его встретили Гарри с Лилиан. — Интересно, что же будет… — задумался Гарри. Но тут он в кого-то врезался по неосторожности. Этот “кто-то” упал, уронив все книги на пол. — Ой, прости, — тут же бросилась поднимать книги Лилиан. — Может, тебе помочь? Ты в библиотеку? — Да, если тебе это не трудно, — тоже наклонилась за книгами рейвенкловка-первокурсница. — Меня зовут Полумна Лавгуд. А тебя? — Я Лилиан Смит, — представилась девочка. — Зачем ты скрываешь, что носишь очки? — вдруг спросила Полумна. — Они тебе очень идут. — Хм, спасибо, — потупилась Лилиан. — Но все привыкли меня видеть без очков. Не хочу их расстраивать. — Возможно, ты права, — подумав, кивнула рэйвенкловка. — Красивые у вас кулоны. Так много синего и красного… Лилиан и Гарри уставились на неё. Их кулоны были зелёного цвета с белыми камушками, инкрустированными с обеих сторон. Похоже, девочка видела магию. Они внимательнее посмотрели на Полумну. Та была с абсолютно белыми волосами и радостным выражением на лице. Девочка была похожа на маленькую сказочную феечку, что решила посетить земной мир смертных. — Видно, нарглы вас не достают, — улыбнулась рейвенкловка. — О, да это проще простого, — ухмыльнулась Лилиан. — Они с моими книгогрызами не справляются. — Я хотела бы с вами дружить, — посерьёзнела Лавгуд. — Вы не смеётесь надо мной. — Зачем над тобой смеяться, если можно смеяться вместе с тобой? — с мягкой улыбкой возразил Гарри. Он, конечно, не совсем понял, о чём идёт речь, но если Лилиан так хорошо к этой девочке относится, то и ему стоит присмотреться к ней. — И действительно, — тут же опять повеселела блондинка. Болтая ни о чём, Гарри и Лилиан помогли донести книги до библиотеки Полумне. Втроём они зашли в святая святых мадам Пинс и разделились. Полумна пошла сдавать учебники, а Гарри, увидев однокурсников, потащил Лилиан в читальный зал. — Приём по случаю юбилея смерти? — с интересом переспросила Гермиона. — На что хочешь спорим, очень мало живых людей могут похвастаться, что были на таком приёме. Наверное, будет потрясающе! — И придёт же в голову отмечать годовщину собственной смерти! — неодобрительно покачал головой Рон. Он делал домашнее задание по зельеварению, а это всегда действовало на него удручающе. — По-моему, тоска будет смертная… — Эй, перестань хандрить. Держи, — Лилиан протянула Рону учебник, не вынеся его мучений. — Всё написано на странице семьдесят два. — Лучше бы дала уже готовое, — проворчал Рон, принимая учебник, но его настроение заметно приподнялось. — Советую поесть перед приёмом, — сказала Лилиан. — Это же годовщина смерти привидения. Сомневаюсь, что там будет еда. За окном хлестал дождь, но в комнате было светло и уютно. В камине пылал яркий огонь. Сидящие в мягких креслах школьники читали, разговаривали, делали уроки.

* * *

В канун Хэллоуина Гарри начал хандрить. Похоже, он жалел о данном обещании пойти на приём к Почти Безголовому Нику. Вся школа предвкушала банкет в честь праздника. И Лилиан не преминула скептически пройтись по этому моменту. Не подумав — согласился. Истинный гриффиндорец. Но, как ни странно, подобная речь немного привела в чувства Гарри, и теперь он не выглядел как студент во время экзаменов. Большой зал был по традиции украшен живыми летучими мышами и фонарями, сделанными из огромных тыкв Хагрида — внутри каждой тыквы могло поместиться три человека. Ходили слухи, что Дамблдор пригласил на праздник труппу танцующих скелетов. Но некоторым студентам не суждено было это увидеть. В семь часов вечера Гарри, Рон, Гермиона и Лилиан прошли мимо Большого зала, где сияли свечи. Ребята направились к лестнице, спускающейся в подземелье. Вошли в коридор, который вёл в зал, где устраивал свой юбилей Ник. Длинные тонкие чёрные свечи горели ярко-синим огнём, и в их призрачном свете четверо ребят сами стали похожи на привидения. С каждым шагом становилось всё холоднее. Но Лилиан с Гарри это не ощущали благодаря своим кулонам комфортной температуры. Вдруг их ушей коснулся оглушительный звук, как если бы тысячи ногтей одновременно заскребли по гигантской школьной доске. — Это что, музыка? — в ужасе прошептал Рон. Ребята свернули за угол и увидели Почти Безголового Ника, окутанного чёрным бархатом. Он парил у входа в зал, приветствуя гостей. — Добро пожаловать, дорогие друзья, — траурным тоном произнёс Ник. — Добро пожаловать! Я так рад, что вы оказали мне честь своим приходом. Он снял украшенную пером шляпу и с низким поклоном (как только голова не отвалилась?) пригласил их внутрь. Глазам предстало невероятное зрелище. Подземный зал был полон сотнями привидений. Жемчужно-белые прозрачные пары вальсировали под душераздирающий звук тридцати музыкальных пил. Играли музыканты в чёрном бархате, стоявшие на сцене. Под потолком висел гигантский канделябр, свечи освещали зал полуночно-синим светом. В зале было холодно, как в морозильнике — изо ртов ребят валил густой пар. — Прогуляемся по залу? — предложил Гарри. — Смотри осторожнее, не хватало только пройти через кого-нибудь из гостей, — нервно заметил Рон, и все, внимательно озираясь по сторонам, направились по краю танцевальной площадки. Прошли мимо группы мрачных монахинь, мимо оборванного человека в цепях, мимо Проповедника. Лилиан, не удивляясь, заметила, что призраки обходят стороной Кровавого Барона. Это был худой старик, укутанный в мантию, по которой серебристо переливались кровавые пятна. — Разворачивайтесь назад, и побыстрее, — прошептала Гермиона, замирая на месте, хотя до этого пританцовывала, чтобы согреться. — Я совершенно не хочу беседовать сейчас с Плаксой Миртл… — С кем? — спросил Гарри, когда они развернулись и пошли в обратном направлении. — Это привидение из туалета девочек на втором этаже, — пояснила Лилиан. — Привидение из туалета? — переспросил Гарри. — Да, — кивнула Гермиона. — Туалет не работает, потому что Миртл постоянно рыдает и затапливает его. — Смотрите, банкетный стол! — перебил её Рон. — Лилиан, а я из-за тебя наелся перед тем, как идти сюда. У противоположной стены стоял длинный стол, затянутый чёрным бархатом. Ребята устремились к нему. Их обоняния коснулся тошнотворный запах, минута — и они увидели само угощение. На красивых серебряных блюдах вытянулись протухшие рыбы, на подносах громоздились обгоревшие дочерна кексы, на тарелке покоился начинённый потрохами бараний рубец, кишевший жирными белыми червями, по соседству — огромный кусок сыра в пушистой зелёной плесени. В центре стола — гигантский праздничный пирог в форме могильной плиты, на нём чёрными сахарными буквами выведено: «Сэр Николас де Мимси-Дельфингтон. Умер 31 октября 1492 года». Внушительных размеров привидение подошёл к столу, нагнулся и двинулся вперёд, проходя сквозь стол с таким расчётом, чтоб на какое-то мгновение в его широко раскрытый рот попал протухший лосось. — Вы чувствуете вкус пищи, если проходите сквозь неё? — спросил его любопытный Гарри. — Почти, — грустно ответил привидение и вальяжной походкой удалился. — Думаю, они специально дали еде протухнуть, чтобы запах и вкус были сильнее, — уверенно заявила Гермиона, зажала пальцами нос и наклонилась, чтобы внимательнее изучить полуразложившийся бараний рубец. — Давайте уйдём отсюда, меня тошнит, — сказал побледневший Рон. — Беру свои слова назад. Не зря я поел перед праздником. Не успели они отвернуться от стола, как из-под него внезапно вылетел маленький человечек и завис перед ними в воздухе. В отличие от привидений, полтергейст не был ни бледным, ни прозрачным. Он был в бумажном ярко-оранжевом колпаке и вращающейся на шее бабочке. На уродливом лице сияла широкая ухмылка. Лилиан и Гарри настороженно наблюдали за ним. Этот… нематериальный объект был знаменит своими шутками над студентами. — Орешки? — предложил Пивз, протягивая им миску прогорклого арахиса. — Нет, спасибо, — покачала головой Гермиона. — Слышал, как ты говорила о бедной Миртл. — В глазах полтергейста заплясали не предвещающие ничего доброго огоньки. — Ты очень грубо говорила о бедной Миртл. — Он глубоко вдохнул и проревел: — Эй, Миртл! — Не надо, Пивз, не говори ей, что я о ней сказала, она очень расстроится, — отчаянно зашептала Гермиона. — Я вовсе не против… э-э, привет, Миртл! К ним подплыло толстенькое привидение-коротышка. Горестное лицо девочки наполовину скрывали длинные растрёпанные волосы и толстые очки. Гарри склонил голову набок и внимательно наблюдал за представлением. Лилиан же решила не тратить на это время и осмотреть зал. Как бы она ни отзывалась об этом мероприятии, ей было интересно, кто из привидений прилетел на мероприятие. — Ну? — мрачно спросила она. — Как дела, Миртл? — нервно поинтересовалась Гермиона. — Я очень рада видеть тебя не в туалете. Миртл чихнула. — Мисс Грэйнджер только что о тебе говорила, — с ехидным видом шепнул Пивз на ухо Миртл. — Я говорила… я говорила… — неуверенно начала Гермиона, — как хорошо ты сегодня выглядишь. Гермиона бросила сердитый взгляд на полтергейста. А Миртл с недоверием посмотрела на Гермиону. — Ты надо мной смеёшься, — утвердительно произнесла она. В её маленьких прозрачных глазках блеснули серебряные слёзы. — Нет, честное слово! — горячо возразила Гермиона. — Разве я не говорила вам, что Миртл сегодня отлично выглядит? — Именно это она и сказала, — поддакнул Рон. Лилиан и Гарри не стали участвовать в спектакле ради одного привидения. Не видели смысла. Они все были тут у себя на уме. — Не обманывай меня! — зарыдала Миртл, а за её плечом веселился Пивз. — Вы думаете, я не знаю, что говорят у меня за спиной? Жирная Миртл — вот что говорят! Уродка Миртл! Патлатая плакса Миртл! — И ты ещё забыла «прыщавая Миртл», — прошипел ей в ухо Пивз. Похоже, комментарии полтергейста стали последней каплей для привидения. Миртл разразилась истерикой и вылетела из подвала. Вслед за ней помчался и её обидчик, громко выкрикивая: — Прыщавая! Прыщавая! — Бедняжка, — грустно вздохнула Гермиона. Сквозь толпу они заметили подплывающего к ним Почти Безголового Ника. — Ну как вам, нравится? — любезно поинтересовался Ник, когда оказался рядом. — Очень, — дружно соврали они все вместе. — Пришли почти все приглашённые, — гордо заметил Ник. — Плачущая Вдова прибыла из самого Кента… Приближается время моей речи, предупрежу оркестр. Но не успел Ник тронуться с места, как оркестр сам внезапно стих. Музыканты и гости замолчали. Послышался звук охотничьего рога, быстро приближающийся. — Это они, — с горечью вымолвил Ник. Сквозь стену в подземелье влетели десять призрачных лошадей, на каждой восседал безголовый всадник. Собравшиеся привидения громко зааплодировали. Лошади доскакали до середины танцевальной площадки и остановились, встав на дыбы. Процессию возглавлял высокий призрак, державший под мышкой голову, которая трубила в рог, надувая щёки. Он соскочил с лошади и подкинул свою бородатую голову высоко в воздух. Гости дружно рассмеялись. Безголовый призрак водрузил голову на подобающее ей от природы место и быстрым шагом устремился к имениннику. — Ник! — прогрохотал он. — Как дела? Голова всё ещё висит на волоске? Он громко хохотнул и хлопнул Ника по плечу. — Добро пожаловать, Патрик, — сдержанно поприветствовал его Ник. — О, живые! — воскликнул сэр Патрик, заметив студентов. Он высоко подпрыгнул от наигранного удивления, так что голова снова слетела с плеч. Зал покатился со смеху. Рон тоже прыснул, но все остальные студенты смотрели на зрелище лишь чуть заинтересовано. — Очень весело, — мрачно произнёс Почти Безголовый Ник. — Перестань, Ник! — прокричала с пола голова сэра Патрика. — Ник всё ещё расстроен, что мы не приняли его в Клуб! Я могу объяснить, взгляните на него… — Да, взгляните! — подхватил тут же оживившийся Гарри, поймав адресованный ему многозначительный взгляд Ника. — Не правда ли, у Ника грозный, устрашающий вид… — Ха! — воскликнула лежащая на полу голова. — Готов биться об заклад — это Ник вас настроил. — Прошу внимания! Я бы хотел произнести речь. — Ник взлетел на сцену прямо в пучок голубовато-ледяного света. — Мои покойные, оплаканные родными и друзьями леди и джентльмены, — начал он. — С превеликим сожалением хочу сообщить вам… Но никто его не слушал. Сэр Патрик с членами Клуба стали играть головами в хоккей, и гости, увлечённые игрой, про Ника забыли. Именинник тщетно пытался вернуть внимание, но сдался, когда под громкие аплодисменты мимо него проплыла голова сэра Патрика и лукаво ему подмигнула. — Вы как хотите, но я не могу тут больше оставаться, — произнёс Рон, стуча зубами от холода. — Эти безголовые испортили праздник сэру Николасу, — угрюмо проворчала Лилиан. — У них что, после отрубания головы мозги совсем перестали работать? Гарри засмеялся. Рон согласно хохотнул. Только Гермиона недоверчиво глянула на Лилиан. Оркестр вновь заиграл, и привидения бросились на площадку для танцев. — Пойдём отсюда, — согласился Гарри. Ребята попятились к двери, проходя прежним маршрутом. Минуту спустя студенты спешно поднимались по лестнице, освещённой чёрными свечами. — Может быть, хоть к десерту успеем, — с надеждой произнёс Рон. Гарри хотел было что-то ответить, но запнулся и остановился. Лилиан тоже внезапно встала как вкопанная. В неё чуть не влетел Рон, шедший позади всех. — … рвать… терзать… убить… — явственно услыхала она. Это был тот самый голос, который прозвучал у неё в ушах в прошлый раз. Гарри опёрся о холодную стену, видимо, тоже расслышавший. Лилиан изо всех сил напрягала слух, оглядываясь по сторонам и напряжённо всматриваясь в тускло освещённый коридор. — Гарри, что с тобой? — озадаченно спросил Рон. — Опять этот голос! Помолчите минуту… — оборвал Гарри. — …так голоден… так долго… — Слышите? — спросил Гарри. Рон с Гермионой замерли, не сводя с него глаз. — …убивать…, время убивать… Голос начал слабеть. Лилиан была уверена, что он удаляется, движется вверх. Гарри в страхе поднял глаза и уставился в тёмный потолок. — Скорее! — крикнул Гарри и побежал по ступенькам, ведущим в холл. — Стой! — закричала вслед Лилиан, помчавшись за ним. Брюнет не реагировал, и пришлось постараться изо всех сил, чтобы не отстать от него. Но в холле ничего не услышишь — из Большого зала долетали весёлые голоса празднующих Хэллоуин. Гарри, не останавливаясь, помчался на второй этаж, Лилиан пыталась дотянуться до локтя гриффиндорца и остановить его, но не выходило. Рон и Гермиона от них не отставали. — Гарри, что ты… — задыхаясь от бега, вновь начал Рон. — Ш-ш-ш! — напряг слух Гарри. Сверху, скорее всего со второго этажа, донёсся более отчётливо голос: — Я ЧУЮ КРОВЬ. Я чую кровь. — Оно собирается кого-то убить! — крикнул Гарри и, не обращая внимания на растерянные лица Рона и Гермионы, опять бросился вверх. — Да стой ты! — воскликнула Лилиан. Гарри прыгал через три ступеньки, явно не собираясь останавливаться. — Да в чём дело? — отдуваясь, спросил Рон, едва их догнав. — Я ничего не слышу… На втором этаже Гарри помчался по коридору, сворачивая то налево, то направо. Лилиан не оставляла попыток остановить упрямого гриффиндорца. Рон с Гермионой, тяжело дыша, не отставали. Но все четверо встали как вкопанные перед увиденной странностью. На стене между двух окон огромными буквами были начертаны слова, блестящие в свете факелов: «ТАЙНАЯ КОМНАТА СНОВА ОТКРЫТА! ТРЕПЕЩИТЕ, ВРАГИ НАСЛЕДНИКА!» — А это что такое… что это висит под надписью? — спросил Рон дрогнувшим голосом. Они опасливо подошли ближе. Гарри поскользнулся — на пол откуда-то натекла большая лужа воды. Рон и Гермиона подхватили его, не дав упасть. Взглянули на висевший под надписью предмет, казавшийся издали мрачной тенью, и обомлели. — Это миссис Норрис, — едва слышно выдохнула Лилиан, озвучив мысли всех. Гарри, Рон и Гермиона метнулись назад, разбрызгивая воду. Лилиан подошла ближе, чтобы рассмотреть лучше представшее перед ней зрелище. Окоченевшая кошка была подвешена за хвост на скобу для факела. Выпученные глаза были широко раскрыты. А сердцебиение едва угадывалось по нескольким едва трепетавшим шерстинкам. — Она жива, но оцепенела, — сообщила Лилиан. — Пошли отсюда скорее, — сказал Рон. Но было уже поздно. Издалека донеслось множество голосов. Банкет окончился. Шаги десятков ног приближались. Слышались возгласы весёлых студентов. Ещё миг — и их окружила праздничная толпа. Но как только первые подошедшие увидели висящую кошку, в коридоре воцарилась тишина. Гарри, Рон, Лилиан и Гермиона оказались центре круга — никто не решался подойти к ним, хотя сзади напирали любопытные. — Трепещите, враги наследника! — громко крикнула Панси, прочитав надпись. Драко, протиснувшись сквозь толпу, увидел Лилиан и троих неразлучных гриффиндорцев. Его бледное лицо побелело ещё сильнее. — Что тут такое? А? — услыхав Панси, Филч растолкал толпу, но при виде миссис Норрис попятился и в ужасе схватился за голову. — Что с моей кошкой? Что? — завопил он, выпучив глаза. — Успокойтесь, Аргус, — в сопровождении нескольких профессоров появился Дамблдор. Важно прошагав мимо четверых студентов, директор осторожно снял миссис Норрис со скобы для факела. — Идёмте со мной, Аргус. Вы тоже, мистер Поттер, мистер Уизли, мисс Грэйнджер и мисс Смит. Локхарт, сияя улыбкой, подошёл к Дамблдору. — Мой кабинет ближе всех, господин директор. Пойдёмте ко мне… — Благодарю вас, Гилдерой, — ответил директор на приглашение. Собравшиеся молча раздвинулись. Локхарт, похожий на рождественского индюка, поспешил за Дамблдором. Следом за ним двинулись профессора МакГонагалл и Снейп. Замыкали процессию студенты. Едва они вошли в кабинет, со стен побежали портреты Локхарта, все с накрученными на бигуди волосами. Живой Локхарт зажёг на письменном столе свечи и отошёл, уступив место Дамблдору. Тот положил на стол кошку и принялся её изучать. Гарри, Рон, Гермиона и Лилиан переглянулись и встали около стен, подальше от света. Почему-то хозяин кабинета решил, что единственной свечи достаточно. И не запустил шаров Люмоса плавать под потолком. Да никто, в принципе, не озаботился освещением. Для антуража, что ли? Дамблдор легонько ощупывал миссис Норрис, почти касаясь её шкурки кончиком носа. МакГонагалл тоже склонилась над кошкой, сощурившись. Северус отошёл в тень и стал едва видимым. Он бросал обеспокоенные взгляды на Лилиан и Гарри, но кроме слизеринки этого никто не замечал. Локхарт расхаживал по кабинету, и заткнуть его словоохотливый фонтан никто не спешил. В принципе, его голос воспринимался белым шумом, на который никто не обращал внимание. — Кошку определённо убили заклинанием. Скорее всего, Трансмогрифианской пыткой. Я столько раз видел, как оно действует! Жаль, что меня не было рядом: мне известно контрзаклинание. Я бы спас кошку… Филч сидел в кресле рядом со столом, беспомощно прижав руки к лицу и всхлипывая после каждого слова Локхарта. Гарри был весь как на иголках. Рон едва дышал. Гермиона выглядела спокойнее. Лилиан переживала за всех и по всем поводам сразу: и за кошку, и за брата, и из-за голоса в стенах замка… Дамблдор всё шептал, постукивая миссис Норрис волшебной палочкой, но тщетно: кошка не подавала признаков жизни, точно искусно сделанное чучело. — В Уагадугу, — продолжал на ходу что-то придумывать Локхарт, — было подряд несколько подобных случаев, они подробно изложены в моём жизнеописании. Помнится, я тогда раздал несколько амулетов, и бедствие прекратилось… Вернувшиеся портреты Локхарта на стенах согласно закивали головами, один из них забыл снять с волос сеточку. Наконец Дамблдор выпрямился и задумчиво произнёс: — Она жива, Аргус. Локхарт разочарованно смолк: кто теперь будет слушать, сколько убийств ему удалось предотвратить? Но тут же вдохновился: идеи для его книг так и струились! Надо было поторопиться записать их, пока ничего не забылось. — Жива? — еле слышно проговорил Филч и, раздвинув пальцы, глянул на миссис Норрис. — Но… но она ведь окоченела. — Оцепенела, — поправил Дамблдор. — Ясно как божий день! — вставил Локхарт. — От чего, я пока не знаю… — продолжал директор, не обращая внимания на преподавателя ЗОТИ. — Вот кто знает! — Филч отнял руки от заплаканного лица и уставился на Гарри. — Вы ведь видели, что он написал на стене. — Я пальцем не трогал миссис Норрис, — твёрдо ответил на выпад Гарри. Но ему явно было не по себе: все, даже портреты на стенах, с укоризной глядели на него. — Господин директор, позвольте мне сказать, — послышался голос Северуса из тени, и Гарри вжал голову в плечи. — Поттер и его друзья, конечно же, могли случайно оказаться на месте преступления. Но вот что странно: для чего вообще они поднялись в этот коридор? И почему вас не было на праздничном ужине? — Мы были на годовщине смерти у сэра Николаса, — подала голос Лилиан. — Все привидения нас там видели… — поддержала её Гермиона. — А не рано ли закончился праздник у призраков? — продолжал расспрашивать Северус, в его чёрных глазах плясали отблески огоньков свечей. — И зачем вам всем четверым понадобилось идти наверх? Рон и Гермиона взглянули на Гарри и Лилиан. Гарри обернулся на друзей, а Лилиан продолжала смотреть в глаза своему декану. — Мы замёрзли, и я предложила их проводить до лестницы в башню, — не дрогнув, соврала Лилиан. Она знала, что её ждёт очень сложный разговор. Ведь легилименты, которым и был её отчим, умеют распознавать ложь. Но Лилиан всё же хотела это обсудить наедине, а не в присутствии других учителей и директора. Видимо, Северус всё это углядел в глазах Лилиан, поскольку перестал задавать такие наводящие вопросы. Хоть и не перестал придираться к Гарри. Но это было явно для вида. Потому что слизеринка заметила, как всего на миг, но глаза директора засияли радостью от подобного наговора. Всего на миг, но и это было замечено слизеринкой. — По-моему, господин директор, Поттер явно что-то скрывает. Накажите его, и он скажет правду. Конечно, это на усмотрение декана его факультета. — Полно, Северус, — вступилась профессор МакГонагалл. — Нет доказательств, что её лишил жизни Поттер. Но, бесспорно, это на Вас что-то не похоже. Вы явно стали добрее к студентам. Уж не ваша ли дочь тому причиной? — На каком она курсе учится? — вдруг остановился Локхарт. — У такого прекрасного учителя, должно быть, выдающийся ребёнок. Северус только хмыкнул. Профессор МакГонагалл удивлённо посмотрела на преподавателя ЗОТИ. Столь явная попытка подольстится и ей была слышна. Дамблдор пристально глядел на Гарри. Затем перевёл взгляд на Лилиан. У неё сложилось впечатление, что кто-то пытается пробиться сквозь её защиту от легилименции. В висках заломило, но Лилиан старалась не показывать виду. — Он невиновен, Северус. Пока не доказано обратное, — напомнил Дамблдор профессору Снейпу. Северус едва заметно кивнул и отступил обратно в тень. Филч опять выпучил глаза. — Моя кошка оцепенела, — завопил он, — кто-то должен понести наказание! — Вашу кошку мы расколдуем, — успокаивал директор Филча. — У Помоны есть мандрагоры. Когда они вырастут, приготовим зелье и оживим миссис Норрис. — Это снадобье сделаю я, — не унимался Локхарт. — У меня огромный опыт! Я могу с закрытыми глазами приготовить живую воду из мандрагор… Лилиан чуть в голос не засмеялась: живую воду?! Навряд ли у Локхарта завалялась ампула с кровью новорождённого единорога и свежие цветы тысячелистника, которые распускаются исключительно весной и отнюдь не в их стране. — Позвольте, — холодно возразил профессор Снейп, — но, по-моему, в школе я специалист по зельям. Воцарилось неловкое молчание. — Вы свободны, — отпустил Дамблдор студентов. — Мисс Смит, — обратил внимание на себя Северус. Пояснений не требовалось. Лилиан только кивнула и последовала за гриффиндорцами. Они, выйдя из кабинета и бегом поднявшись на этаж выше, заперлись в классе. Гарри искоса глянул на приунывших друзей. — Думаете, надо было рассказать про голос? — Нет, конечно, — ответил Рон. — Если тебе мерещится какой-то голос — это дурной знак, даже в волшебном мире. — Но вы-то мне верите? — Конечно, — кивнули Рон и Гермиона. Но опасливо переглянулись. — Я тоже его слышала, — тихо сказала Лилиан. — Этот голос пытался кого-то убить. И так странно говорил… — Именно это он и говорил, — немного успокоился Гарри. — Голос, который можете слышать только вы двое. Уже радует, что он у вас один на двоих, и говорит одно и то же. Только… сами понимаете… странно всё это… — Знаю, что странно, — кивнул Гарри. — А тут ещё эти слова на стене. Тайная комната снова открыта. Что они значат? — По-моему, я уже от кого-то слышал про Тайную комнату в Хогвартсе… — протянул Рон, — не то от Билла, не то от Чарли… — Они могли рассказывать про Проклятые хранилища, — возразила Лилиан. — Точно! — воскликнул Рон. — Постой. А ты откуда знаешь? — Мне папа рассказывал, — ответила Лилиан, не став выдавать свой секрет, с которым часто проводила последние вечера в лесу. Да и не соврала, по сути. Северус ей действительно пару раз рассказывал о подобном явлении. Все ненадолго замолчали. — Идите в башню, — попросил Гарри у Рона и Гермионы. — Мне надо ещё кое-что сделать. — Это не может подождать до завтра? — скривилась Гермиона. — Нет, это надо сделать именно сегодня, — покачал головой Гарри. — Подходящая фаза луны, а до следующего такого же осеннего положения ждать целый год… — Пошли, — потянул Рон за руку Гермиону. Хлопнула дверь. Гарри и Лилиан остались одни в кабинете. Лилиан оглянулась и заметила небольшой камин. — Это крайне удачно, — пробормотала она, доставая из кармана пучок трав и одновременно разжигая огонь в камине одним взмахом руки, даже не применяя палочки. — У тебя всё с собой? — Да, — кивнул Гарри, доставая из внутреннего кармана небольшую тетрадку. — Решил, что будет неудобно бегать за всем нужным после праздника. — И раз у нас есть немного времени до полуночи… Гарри, какого лысого драккла ты вообще побежал на голос? — Сама говорила, что мне надо вести себя как типичный гриффиндорец, — пробурчал Гарри. — Не переусердствуй, — фыркнула Лилиан. — Если будет опасно — надо действовать осторожнее. Особенно с учётом всех странностей, которые происходят в Хогвартсе. Лучше быть живым студентом, чем мёртвым выскочкой. Где-то пробили часы. — Полночь, — заторопился Гарри. — Начинаем? Лилиан бросила в огонь пучок трав. Языки пламени привычно раскрасились разными цветами. Подождав несколько секунд, девочка кинула в огонь чертёж их немного модифицированного амулета комфортной температуры, а Гарри — краткое содержание тех книг, что они прочли, с их заметками и размышлениями. — Ну, всё готово, — увидев, что дары приняты, засобирался гриффиндорец. — Скорее в спальню, а то ещё явится Снейп и опять прицепится к чему-нибудь. — Скорее уж Филч, — усмехнулась Лилиан. — Профессор Снейп сейчас направится в свой кабинет, где будет отчитывать дочь. Они вышли из кабинета и попрощались у лестницы. Гарри пошёл наверх, а Лилиан — вниз. Всю дорогу до подземелий она думала, что ей предстоит услышать. Войдя в кабинет декана факультета, она обнаружила, что внутри всё ещё никого нет, и с облегчением уселась в кресло. Примерно через десять минут после неё открылась дверь. Северус закрыл за собой кабинет, наложив на дверь ещё и заклинание от подслушивания, и устало побрёл ко второму креслу, стоящему подле его стола. — И что мне с тобой делать? — потёр он пальцами веки. — Зачем ты опять ходишь с гриффиндорцами? Мне и прошлого года хватило, когда тебя похитили. — Я тебе всё расскажу. Но пообещай, что поверишь мне. Потому что это всё странно, что произошло, — попросила Лилиан. — Ты мне соврала, что пошла их провожать в башню после того, как они замёрзли в подземелье? — уточнил Северус. — Да, — кивнула Лилиан, опустив глаза, но потом их тут же подняла. — Но они и правда замёрзли! Рон так стучал зубами, что заглушал оркестр привидений. — В это верю, — усмехнулся Северус. — Ну, ладно. Рассказывай, что произошло. И Лилиан рассказала. Как она в первый раз услышала голос. Как она услышала голос и в тот момент, когда они все собирались прийти в Большой зал. И что он говорил. Северус слушал, задумчиво глядя на дочь. — Ты права, в это сложно было бы поверить, — согласился он. — Но мне Дамблдор однажды рассказал одну интересную вещь. — Ты мне объяснишь или будешь ждать тех пор, когда я вырасту достаточно для этого? — сморщилась Лилиан. — Объясню сейчас, — улыбнулся Северус. И сразу же стал грустным. — Видишь ли, Тёмный лорд хотел тебя и твоего брата убить сразу. Но ваша мать преградила ему путь и не позволила. Так она создала очень мощное защитное заклинание. И, когда на вас всё же было направлено Непростительное заклинание, оно было отражено этой защитой, и попало прямо в Лорда. В результате, его душа раскололась на несколько частей, и два таких кусочка попали в вас. Эти частички несли с собой и часть его силы. — Получается, что благодаря этим самым кусочкам, я и мой брат можем слышать того, кто обитает в стенах замка, — задумалась Лилиан. — Но тогда что это такое, если его не могут слышать остальные? И ты уверен, что директор рассказал тебе правду? Сам знаешь, на любви ничего не строится в мире Магии. Думаю, тут будет другое объяснение причины. Да и кусок души… Странное объяснение наличию таланта. — Ты права насчёт таланта. Его невозможно передать ни проклятием, ни зельем. Скорее всего, ты слышишь, как разговаривает какое-то животное. Этот королевский дар замечали в семье Блэков, тебе тоже могло перепасть. Да и если надпись не была чьей-то шуткой, то всё связано с Тайной комнатой, — серьёзно ответил Северус. — Я где-то уже слышала это название... — Только, пожалуйста, не влезай больше ни в какие истории, — попросил Северус. — Пап, — смутившись, сказала Лилиан, — я тебе могу пообещать специально в них не влипать. Но они сами меня как-то находят. — Хорошо, — мрачно отозвался Северус. — Иди уже в спальню. Нам с тобой отдохнуть надо перед завтрашним днём. — Пап, а скажи, пожалуйста, — перед тем, как выйти, попросила девочка. — Ты же говорил, что Тёмный лорд хотел как-то договориться с Поттерами и не собирался их убивать. Так кто лгал? Тёмный лорд или Дамблдор? Северус задумался. Кто говорил правду? Что произошло в ту ночь? Рыцари тогда оставили ненадолго без присмотра своего сюзерена, и случилось непоправимое. Поняв, что отчим задумался над её вопросом и не может сразу ответить, Лилиан пожелала ему спокойной ночи и отправилась спать.

* * *

Несколько дней только и разговоров было что о миссис Норрис. Филч вертелся вокруг того места, где заколдовали его кошку, словно поджидал виновного. Тщетно пытался стереть надпись на стене при помощи универсального волшебного пятновыводителя. От этого злился ещё сильнее, бурчал на студентов громче обычного, и чаще ловил нарушителей. И тут все поняли, что кошка не являлась единственным источником доносов на них. Старый завхоз мог и сам собирать пачками нарушителей. Гермиона была выбита из колеи. Она всегда любила читать, а теперь и вовсе зарылась в книги. Даже в библиотеке практически перестала обращать внимания на Драко и поиски книг Лилиан и Гарри, никак не связанные с учёбой в школе. Хоть Лилиан и радовалась, что редкие словесные пустяковые перепалки прекратились, всё же переживала за неё. Как ни старалась она выведать сама или с помощью Гарри и Рона, что с ней творится, всё впустую. После урока зельеварения профессор Снейп, против своего обыкновения оставлять студентов, предложил самостоятельно решить, кто останется соскабливать со столов пробирочных червей. Лилиан, конечно, согласилась. С ней остались и Гарри с Драко. Закончив это неприятное дело, они наскоро пообедали и поспешили в библиотеку. Там их уже поджидали Рон с Гермионой. По пути им встретился Джастин Финч-Флетчли из Хаффлпафф, с которым Гарри и Гермиона вместе работали на уроке гербологии. Гарри хотел было поздороваться, но Джастин, заметив его, круто развернулся и убежал. Друзья (а Гарри теперь мог отнести к этой категории и Драко) нашли Рона в дальнем конце библиотеки, он измерял домашнее задание по истории волшебства: профессор Бинс задал сочинение длиной один метр на тему "Средневековая ассамблея европейских волшебников". — Смотри, Лилс, — усмехнулся Драко, когда к нему присоединилась Лилиан, которая только сейчас освободилась от сданных книг. — Тоже делают сочинение по истории магии. — Радует, что мы его сделали вчера, — с облегчением приземлилась на соседнее кресло Лилиан. — Остались зелья и астрономия. И до следующих заданий, — предупредил Драко. — Тогда пошли. Я знаю, где искать зелья, — подскочила Лилиан и отправилась вглубь библиотеки. — Лилс, — обратил Драко внимание на себя. — Мы с тобой теперь тренируемся вместе, ещё и ходим в библиотеку. Но ты всё равно где-то пропадаешь. — Драко, — подошла ближе к нему Лилиан, чтобы он услышал её шёпот. — Это не только мой секрет. Пожалуйста, не выясняй его. А если узнаешь, то никому не рассказывай. — Никогда не сможешь рассказать? — склонив голову, уточнил Драко. — А вот этого не знаю, — замялась Лилиан. — Может, и смогу позже. Пролетавшее мимо нечто в школьной форме остановилось напротив стеллажей, рядом с которыми как раз стояли Драко и Лилиан. — Это странно, — посмотрела с прищуром на них Гермиона. — Ну, неважно. Может, у вас есть "История Хогвартса"? — Я посмотрю, может взяла, — задумалась Лилиан. — Да ты ходячая библиотека, — закатил глаза Драко. Лилиан засмеялась. Гермиона вяло улыбнулась. — Посмотри, не забудь, — кивнула Гермиона и направилась к Рону, который в этот момент дописывал сочинение размашистым почерком. Гарри же перечитывал свой опус, составленный из лекции Бинса. — Вот, смотри, — взяла книгу Лилиан, уже отвернувшаяся к стеллажу. — Отсюда по свойствам горегубки можно взять. — Давай возьмём книгу. Скоро звонок на урок истории. Избавимся от сочинений... — мечтательно произнёс Драко. — Ага. И он задаст новое, — ухмыльнулась Лилиан. — Ох и повеселимся мы опять с ним. — Это точно, — улыбнулся Драко. Они успели взять книгу как раз к звонку. Подошли к кабинету, а вокруг уже толпились студенты, ожидавшие преподавателя у дверей. Сегодня, как всегда, профессор Бинс открыл записи и начал скрипеть. Класс скоро впал в дремоту, изредка кто-нибудь очнётся, запишет имя или дату — и снова спать. Скрипел он так с полчаса, и вдруг случилось нечто из ряда вон выходящее: Гермиона подняла руку. Профессор Бинс удивлённо оторвал глаза от тетради, он как раз дошёл до середины лекции о Международной конвенции волшебников 1289 года. — Да, мисс… э-э… — Грэйнджер, профессор. Я хотела спросить вас о Тайной комнате, — отчётливо проговорила Гермиона. Томас, тупо смотревший в окно, пришёл в себя; Браун, которая лежала на парте, скрестив руки и опустив на них голову, встрепенулась; Невилл и вовсе убрал руки с парты. Грег и Винс, до этого записывающие лекцию, уронили учебник на парту с оглушительным шумом. Профессор Бинс замигал. — Мой предмет — история волшебства, — с хрипотцой на одной ноте проскрипел он. — Я, мисс Грэйнджер, имею дело с фактами, а не с мифами и легендами. — Бинс сухо откашлялся и продолжил: — В сентябре этого года подкомитет чародеев Сардинии… И снова запнулся: теперь подняла руку Лилиан. — Да, мисс... — Смит, профессор. Но, сэр, каждая легенда основана на фактах, верно? Хоть эти факты и были сильно искажены с течением времени. — Ну что ж, — довольно протянул Бинс, поглядев на Гермиону и Лилиан, как будто первый раз их видел. — Пожалуй, вы правы. Однако легенда, о которой вы спросили, сущая нелепица, выдумка, я бы даже сказал… Весь класс навострил уши. Бинс рассеянно обвёл учеников взглядом: на него вопрошающе уставились десятки глаз. — Ну, хорошо. — Бинс даже растерялся от такого внимания к собственной персоне. — Вы знаете, что школа Хогвартс основана более тысячи лет назад — точная дата неизвестна — четырьмя величайшими магами и волшебницами своего времени. Годрик Гриффиндор, Пенелопа Хаффлпафф, Кандида Рейвенкло и Салазар Слизерин. Они вместе выстроили этот замок, подальше от глаз дотошных маглов: обычные люди страшились волшебства, поэтому колдунам и ведьмам приходилось прятаться. Довольно долгое время они жили в дружбе и согласии, искали способных молодых людей и учили их, как тогда могли, в этой самой школе. Ну а потом между Слизерином и остальными пробежала чёрная кошка. Слизерин требовал очень строгого отбора. Он считал, что секреты волшебства должны храниться в семьях чистокровных волшебников. Маглам он не доверял. В конце концов, Слизерин и Гриффиндор совсем рассорились, и Слизерин покинул школу. Вот и всё, о чём повествуют летописи. Но с течением времени легенда о Тайной комнате затмила факты. Стали говорить, что Слизерин сделал в замке потайную Комнату. Так зародился миф. Согласно ему, перед тем как покинуть школу, Слизерин наложил заклятие печати на Комнату. С тех пор в неё никто не может проникнуть, заклятие снимет только наследник Слизерина, освободит заключённый в Комнате Ужас и выгонит с его помощью из школы тех, кто недостоин изучать волшебные искусства. Бинс закончил свой рассказ. В классе воцарилась напряжённая тишина. Ученики не сводили с Бинса глаз, ждали продолжения. — Всё это, разумеется, миф. Комнату искали, и не раз; искали самые сведущие ведьмы и маги. Комнаты не существует. Это всего лишь страшная сказка для глупцов. Гермиона снова подняла руку. — Сэр, а что это такое, «заключённый в Комнате Ужас»? — Легенда гласит, что это чудовище, которое будет повиноваться лишь наследнику Слизерина, — пояснил профессор Бинс сухим, шелестящим голосом. Ученики испуганно переглянулись. — Не бойтесь, никакой Комнаты нет. — Профессор Бинс зашуршал бумагами. — Ни комнаты, ни чудовища. — Но, сэр, — сказал Финниган, — вы говорите, что Комнату сможет открыть только наследник Слизерина. Не значит ли это, что, пока он не явится, никто её не найдёт? — Глупости, О'Флаэрти, — рассердился профессор Бинс. — Этой Комнаты нет. Уж если ни один директор школы её не нашёл… — Простите, профессор, — пропищала Парвати, — может, тут просто нужна чёрная магия, а у нас чёрных магов нет. — Если волшебник не прибегает к чёрной магии, мисс Пеннифезер, это не значит, что он не владеет ею, — повысил голос Бинс. — Повторяю: если уж предшественники Дамблдора… — Но, может, нужно быть в родстве со Слизерином, а ведь директор… — начал было Дин, но тут уж профессор Бинс вышел из себя. — Всё, хватит об этом! — отрезал он. — Это всё миф, сказка, легенда. Зарубите себе на носу: Комнаты нет. Как нет ни малейшего доказательства, что Слизерин вообще устроил в замке потайной чулан. Я сожалею, что рассказал вам эту глупую историю. И давайте вернёмся к истинной истории, к твёрдым, надёжным, проверенным фактам. Не прошло и пяти минут, как почти весь класс снова сонно оцепенел. Остались бодрствовать лишь некоторые слизеринцы, которые с не меньшим увлечением, чем перед этим про легенду, слушали от привидения рассказ о давно минувших днях. Окончание урока воспринималось как будильник. Все ученики мгновенно высыпали в коридор. Драко тут же убежал в подземелье за формой к тренировке. Лилиан, поскольку уже всё взяла с собой, медленно пошла рядом с Гарри, Роном и Гермионой. — Салазар Слизерин был явно чокнутый, — заявил Рон, как только они вышли из кабинета. — Так вот кто, оказывается, заварил эту кашу с чистотой крови. Ни за какие коврижки не пошёл бы на его факультет. Если бы Шляпа определила меня к нему, я бы не раздумывая уехал домой… Гермиона понимающе кивнула. — И тебя опять заносит при слизеринце, — осуждающе сказал Гарри. — Да какой она слизеринец? — отмахнулся Рон. — Больше похожа на рэйвенкловку или гриффиндорку. — Посмотри на форму, — засмеялась Лилиан зловеще. — А вот теперь похожа, — не выдержал Рон, и тоже присоединился к уже хохочущим друзьям. — Привет, Гарри, — внезапно вырос перед ребятами Колин Криви. — Привет, Колин, — ответил Гарри. — Гарри, один мальчик из моего класса сказал, что ты… — и его слова потонули в шуме, потому что толпа подхватила его и понесла дальше, в Большой зал. Крошечный, лёгкий Колин всё-таки успел издали крикнуть: «Пока, Гарри!» — и пропал из виду. — Что сказал мальчик из его класса? — поинтересовалась Гермиона. — Наверное, что я наследник Слизерина, — помрачнел Гарри. — Чего только не сочинят! — поморщился Рон. — Думаешь, Тайная комната существует? — Кто знает? — нахмурилась Гермиона. — Дамблдор не смог оживить миссис Норрис, и я думаю, заколдовал её… м-м… не человек. Лилиан же предпочла обдумывать ситуацию молча. И не собиралась расследовать это дело. Её бы больше порадовало, что никто из студентов не полезет в эти странности на свою голову. Особенно конкретный представитель львятника. За очередным витком лестницы начинался тот самый коридор, где нашли миссис Норрис. Всё было как прежде, только на факельной скобе не было кошки, а у стены, где красовалась надпись, стоял стул. — Это Филч поставил. Он здесь дежурит, — пояснил Рон. Сейчас коридор был пуст. Все трое гриффиндорцев переглянулись. Слизеринка закатила на это глаза. — Давайте поищем! Вдруг здесь остались какие-то следы, — предложил Рон, бросил портфель и опустился на четвереньки. — Вот обугленное пятно! И вот… — Идите сюда, посмотрите, — позвала всех Гермиона. Гарри подошёл к окну, ближнему к надписи на стене. Гермиона указывала на верхнее стекло: по нему к едва заметной трещине куда-то спешила вереница пауков. За ней, словно струйка дыма, колыхалась длинная серебристая паутинка. Пауки явно торопились выбраться наружу. — Что это с ними? Никогда не видела ничего подобного, — заметила Гермиона. — М-м-м, редкие паучки. Собрать бы их… — мечтательно протянула Лилиан. — Чёрт, все убежали. И с собой нет пустой банки... — Я тоже такого не видел, — прибавил Гарри, — а ты, Рон? А, Рон? Гарри, Гермиона и Лилиан обернулись на притихшего друга: стоя поодаль, Рон, казалось, вот-вот даст дёру. — Ты чего? — спросил Гарри. — Я… пауков… боюсь, — выдавил из себя Рон. — Правда? — удивилась Гермиона. — Но ведь ты тысячу раз готовил из них зелья… — Сушёные пауки ещё ничего. А вот живые… — Рон боялся даже повернуть голову в их сторону. — Сушёных можно заколдовать, например, левитирующими чарами, и махать ими, — задумчиво произнесла Лилиан. Рон побледнел ещё сильнее, волосы на голове встали дыбом. Гермиона хихикнула. — Ничего смешного, — огрызнулся Рон. — Когда мне было три года, я сломал древко у игрушечной метлы Фреда, а он рассердился и превратил моего плюшевого мишку в огромного волосатого паука. Тебе бы так, поглядел бы я тогда… — сказал Рон, и его передёрнуло от отвращения. Гермиона едва сдерживала смех. Гарри, чтобы отвлечь их обоих от пауков, спросил: — Помните, тогда здесь на полу была вода? Откуда она взялась? — Помню. Вода была вот у этой двери. — Рон подошёл к двери, протянул руку и тут же отдёрнул. — Туда нельзя. Это туалет для девочек. — Ну и что? Он ведь не работает. — Гермиона подошла к двери. — Тут живёт Плакса Миртл. Пойдёмте посмотрим. И, не обращая внимания на табличку «Туалет не работает», Гермиона распахнула дверь и затащила всех внутрь. Это был унылый и обшарпанный туалет. Под длинным, в разводах и пятнах, зеркалом тянулся ряд треснутых каменных умывальников. В мокром полу отражались тускло горевшие огарки свечей; краска на дверях кабинок облупилась и кое-где висела хлопьями, у одной дверь болталась на единственной петле. Приложив палец к губам, Гермиона проследовала к последней кабинке. — Здравствуй, Миртл, как дела? — задорно спросила Гермиона. Гарри и Рон подошли поближе. Лилиан осталась стоять у умывальников. Миртл парила над бачком, меланхолично осматривая гостей. — Это туалет для девочек, — сказала Миртл, подозрительно рассматривая Рона и Гарри. — А они не девочки. — Ну да, — согласилась Гермиона. — Я просто хотела им показать, как тут… мило. И она махнула рукой не то на тусклое зеркало, не то на мокрый пол. — Спроси её, может, она что-нибудь видела? — шёпотом попросил Гарри. — Что вы там шепчетесь? — Миртл подозрительно посмотрела на Гарри. — Мы не шепчемся, — ответил Гарри, — я только хотел спросить… — И почему это все шепчутся за моей спиной? — захныкала Миртл. — Если я умерла, то что, я и обидеться не могу? — Никто не хотел тебя обидеть, Миртл, — попыталась успокоить её Гермиона, — Гарри только… — Ну конечно, никто не хотел обидеть! Я так настрадалась в жизни. И вот, пожалуйста — всё началось сначала. — Мы хотели только спросить, не видела ли ты чего-нибудь необычного за последние дни? — не стала тянуть с вопросом Гермиона. — Во время праздника прямо напротив двери в твой туалет кто-то напал на кошку. — Я никого не видела, — сокрушённо ответила Миртл. — Меня так обидели на празднике, что, вернувшись сюда, я хотела удавиться, а потом вспомнила, что я… что я ведь… — Уже умерла, — помог Рон. Миртл горестно всхлипнула, взлетела над бачком и нырнула прямо в унитаз, обрызгав гриффиндорцев с головы до ног. Только предусмотрительно вставшая подальше Лилиан осталась сухой. Из водосточной трубы донеслись приглушённые всхлипы привидения. Рон и Гарри разинули рты, а Гермиона разочарованно пожала плечами: — Между прочим, для Миртл это может считаться весельем. Ладно, пойдёмте отсюда. Не успел Рон закрыть за собой дверь туалета, как кто-то наверху громко заорал: «Рон!», так что ребята подпрыгнули: к ним стремительно приближался Перси Уизли. — Это туалет для девочек, — процедил он сквозь зубы, когда приблизился достаточно для разговора. Или лекции. — Что вы там делали? — Ничего особенного, — пожал Рон плечами. — Убирайтесь отсюда поживее… — Перси принялся махать руками и теснить их к лестнице. — На что это похоже?! — Ну и что? — Рон остановился и выдержал взгляд Перси. — Мы ведь кошку и пальцем не трогали! — Я сказал Джинни то же самое. Но она всё ещё боится, что тебя выгонят из школы, у неё весь день глаза на мокром месте. Ты хоть бы о ней подумал! — Что ты мне заладил про Джинни? Тебе ведь на неё плевать. — У Рона вспыхнули уши. — Ты просто боишься, что из-за этого тебя не сделают старостой школы. — Минус пять очков Гриффиндору, — Перси пощупал значок старосты. — Это вам хороший урок. — Прекрасные у вас взаимоотношения в семье, — сложила руки на груди Лилиан. — Так и чувствуется понимание и любовь. Перси повернулся и зашагал прочь, шея у него покраснела не хуже, чем уши Рона. Они разошлись у лестницы. Лилиан отправилась на поле для тренировки, а остальные — в общую гостиную своего факультета. — Вот ты где! — воскликнул увидевший подругу Драко. — Я уж хотел послать сову на твои поиски. — Да брось, — отмахнулась Лилиан. — До начала тренировки ещё много времени. Да и я всего лишь запасной игрок... — Смит! — с громовым рёвом подлетел к друзьям Флинт. Как он это сделал без метлы — осталось загадкой для Драко и Лилиан. — Ты теперь в основном составе. Эдриан умудрился завалить уход за магическими существами, и теперь постоянно пропадает с профессором Кеттлеборном. Помимо того, что его зазывает в теплицы профессор Спраут и он бегает за профессором МакГонагалл. — Вот обрадовал, — вздохнула Лилиан с каменным лицом. — Эй, Лилс, — рассмеялся Драко. — Ты, наверное, один из немногих запасных, кто так отреагировал на зачисление в команду. — Ты будешь охотником, — тем временем продолжил Маркус. — Смотри, как играют остальные. Подстраивайся под их манеру. Ни в коем случае не копируй! Не то во время матча у нас очень скоро станет на одного игрока меньше и на одно тело в медпункте больше. — Какие ещё наставления скажешь? — поинтересовалась Лилиан, усаживаясь на свой "Нимбус-2000". — Да, — кивнул Маркус. — Возьми новую метлу и тренируйся на ней. — Мне на моей роднее, — покачала головой Лилиан. — Она быстрее, Смит, — непреклонно стоял на своём Маркус. — Ладно-ладно, — закатила глаза Лилиан. Сейчас было проще уступить, чем переупрямить капитана. — Не отстанешь же. — Прекрасно, — ушёл радостный Маркус к следующему участнику команды, опять что-то доказывая. — Я тебе больше скажу, — шёпотом сказала Лилиан, обращаясь к Драко. — Эдриан ещё и зелья отрабатывает, потому что, как выразился папа, "опорочил гордое звание слизеринца таким недостойным поведением". — Это же несправедливо, чтобы квиддич влиял на учёбу! — воскликнул Драко. — Ты думаешь, есть другие крайние методы? — удивилась Лилиан. — Тем более что преподаватели делают поблажки многим игрокам. Конечно, в пределах разумного. Да и учёба важнее квиддича. Спорт — привилегия для успевающих учеников. Но они не успели договорить. Флинт уже поднялся в воздух на метле и начал рассекать пространство над полем. Пришлось последовать его примеру. Тренировка затянулась до сумерек. Да таких глубоких, что Лилиан едва могла разглядеть вытянутую руку. Как только она приземлилась, к ней побежала чёрная тень. — Ровер! — воскликнула Лилиан. — Ты меня так напугал! "Лилиан, тебя ждут Гермиона, Гарри и Рон", — Ровер ткнулся носом ей в бедро и потянул за собой. — Подожди, надо сумку забрать, — остановилась Лилиан. "Я её заберу", — предупредил девочку Ровер, а сам убежал ненадолго и вскоре вернулся. Они двинулись в сторону замка одним из незаметных, но кратчайших путей. Затем Ровер повёл её лабиринтом лестниц и переходов. И, наконец, привёл в один из пустующих кабинетов. Где уже дожидались её. — Лилиан, образумь её! — воскликнул Гарри. — Она хочет нарушить правила! — Успокойся, — поморщилась Гермиона. — Сначала надо наверняка выяснить. Лилиан, тебе Драко доверяет? — Да, — осторожно кивнула Лилиан. — Помнишь, что Панси выкрикнула? — напрямую спросил Рон. — Что за кошкой последуют нечистокровные. А Эдриан как назвал Гермиону? И всегда рядом был Малфой! — То есть вы считаете, что это именно он открыл Тайную комнату и выпустил чудовище? — догадалась Лилиан о логике гриффиндорки. — Ну, есть такая вероятность, — задумалась Гермиона. — Для того, чтобы доказать это или опровергнуть, надо убедиться лично. — Это не он, — тут же замотала головой Лилиан. — Это точно не может быть он. — Почему? — прищурил глаз Рон. — Мы с ним выросли вместе, — пожала плечами Лилиан. — Он точно не поступил бы так, как вы говорите. — Но для нас это не является доказательством, — грозно возразила Гермиона. — А Гермиона придумала способ, как это узнать, — обрадовался Рон. — Правда, он очень трудный и грозит большой неприятностью. Способ этот — нарушение всех школьных правил. Нам нужно проникнуть в Общую гостиную Слизерина и у самого Малфоя выведать тайну, но, конечно, так, чтобы он не понял, что это мы. Для этого нужно только сварить Оборотное зелье. — Допустим, я смогу вас провести в гостиную Слизерина. Допустим, у меня есть книга "Сильнодействующие зелья"... — задумалась Лилиан. — У тебя такое есть?! — взвизгнула от счастья Гермиона. — Тише ты, — шикнула на неё Лилиан. — Не то Пивз прилетит соревноваться в шуме. — Простите, — утихла Гермиона, но всё равно радостная ждала продолжения. — В общем, я посмотрю книгу, у нас она наверняка должна быть. Иначе можно будет разрешение получить у кого из преподавателей... — Наши профессора далеко не дураки, — возразил Рон. — Есть один, — усмехнулся Гарри. — Да, именно он, — кивнула Лилиан, углядев мысли брата. — Но приготовление для нас будет нереализуемым. Там нужно точно выверенное время добавления ингредиентов, которые являются дорогими и редкими. Вы точно с этим справитесь? — Итак, слизеринец вновь идёт против своего факультета, — потёр руки Рон. — Только чтобы доказать, что они невиновны, — вздохнула Лилиан. — Ну всё, давайте по постелям. А то день тяжёлый... — Не-е-е, — протянул Рон. — Перси наверняка ещё не спит. Я же поджёг гостиную... — Бывает, — засмеялась Лилиан. — Спокойной ночи всем. — Спокойной ночи, — хором сказали Рон и Гермиона, направляясь в свою гостиную. — Мне ещё надо позаниматься с Лилиан, — отмахнулся Гарри от удивлённого взгляда Гермионы. — Пару часов до отбоя есть, мы успеем. — Ну как знаешь, — пожала гриффиндорка плечами и отправилась в свою башню вместе с рыжим. Гарри и Лилиан пошли в класс, где занимались. По пути не обменялись ни словом. И как только они зашли в кабинет, то встретили меряющего шагами помещение Драко. — Лилс! — бросился он навстречу девочке, заключая ту в объятия. — Можешь больше так не исчезать? Я за тебя перепугался. — Ничего бы не случилось, — надула губки девочка. — Со мной был Ровер, а потом Гарри. Драко смерил странным взглядом гриффиндорца. — Гермиона считает, что ты являешься наследником Слизерина, — вдруг выпалила Лилиан. — Чего?! — удивился Драко. — Лилс, зачем ты это сказала? — одновременно спросил Гарри, обречённо закатывая глаза. — Первое — это надуманная теория, — скрестила руки на груди Лилиан. — Второе — я верю вам обоим, и верю, что никто из вас это не делал. И третье — мне хватило в прошлом году молчания о том, что вы затеваете. Так у меня меньше шансов быть похищенной или остаться без помощи в случае очередных приключений. — В принципе, ты права, — задумался Гарри. — Гермиона построила свою теорию на несвязанных между собой фактах. Более вероятными виновниками с точки зрения других являемся мы. Или Панси, ведь это она прочла ту надпись. — Более логичным было бы после подобного смыться куда подальше и даже не показываться в том коридоре до того, как обнаружат последствия, — пожал плечами Драко. — Зная, что было в прошлом году, Лилиан, старайся быть на виду у кого-то, — попросил Гарри. — Я не оставлю её наедине с гриффиндорцами, — безапелляционно заявил Драко. — Даже со мной? — с интересом уточнил Гарри. Драко смерил его тяжёлым взглядом. — Ладно, тебе могу доверить. Ты в прошлом году вытащил её из подземелья, — благосклонно кивнул он. — Не начинайте спорить, — хихикнула Лилиан. — Я бы посмотрела, что получится у Гермионы. Главное, не дать ей что-то сделать против школьных правил. — Что она задумала? — уточнил слизеринец.— Хочет сварить Оборотное зелье, что невозможно с нашим-то опытом, — усмехнулась Лилиан. — Ну, не сказал бы, — протянул Драко. — Я посмотрел, как вы делаете артефакты. И учитесь. Так что вероятность, что вы двое сварите подобное, высока. А вот она… — Спасибо, — покраснела Лилиан. — Будем смотреть на ситуацию и уже по факту решать, что делать, — подвёл итог Гарри. — Нам бы пергамент для такого дела… — протянул Драко. — Ну уж нет, — закачала головой Лилиан. — У меня и так куча пергаментов для связи из-за вас. Могу ваши друг к другу подсоединить. “Тому, который у нас с тобой на двоих?” — уточнил Гарри. “Да. Только тебе придётся нигде не называть меня по имени,” — предупредила Лилиан. — Я подумаю, — почесал подбородок Гарри. — Я думал, у нас только с тобой один пергамент, — скрестил руки на груди Драко. А в голосе послышались ревнивые нотки. — После летних событий… я сделала такой и для Гарри, — замялась Лилиан. — Как же раздражает, когда ты что-то скрываешь! — воскликнул Драко. — Ладно. Потом расскажешь. — Это не только её секрет, — заметил Гарри. — Даже гриффиндорец знает, а я почему-то нет! Хотя мы с тобой лучшие друзья… были до его появления. — Он сам узнал, — пожала плечами Лилиан. — И из-за этого теперь ходит на дополнительные занятия к профессору Снейпу. Драко задумался. Что же такого надо было узнать, чтобы брать уроки у его крёстного в свободное время?