Их осталось двое

Северус провёл Лилиан на аппарационную площадку, расположенную подальше от глаз маглов, и переместил их прямо в поместье. Там их приветствовал заливистым лаем уже поджидавший Ровер. — Лилиан, сними маскировку, — попросил Северус. — Бабушка и дедушка всё же приехали? — уточнила она, снимая заклинание. — Да, — поморщившись, кивнул Северус. — И даже успели немного надоесть одним и тем же вопросом. Дверь в дом распахнулась, не позволяя Роуз поинтересоваться, чем же надоели её родственники, и на порог вышла Юфимия с младенцем на руках: — Тише вы! Мы спать уложить детей пытаемся! Здравствуй, Роуз. Наконец ты приехала из школы. Идём за стол! Вот бы и твоего брата сюда привести сразу... — Привет, бабушка, — шёпотом сказала Роуз.— Я за ним схожу через пару дней, мы уже обсудили это с его тётей и дядей, — вздохнул Северус. — Да, я помню, — отмахнулась Юфимия. — Но так хотелось побыстрее его увидеть. Так чего же мы все стоим на улице? Все в дом. Нас там ждёт праздничный ужин. Роуз практически забежала в дом. Весь оставшийся вечер и следующий день прошли в радостной суматохе. Роуз помогала вместе с Юфимией приглядывать за близнецами, родившимися у Северуса, Авророй и Юджином, освобождая от некоторых хлопот Маргарет. Флимонт засел в кабинете с хозяином Принц-холла, обсуждая какие-то дела. На второй день с утра прилетел огромный филин с письмом для Северуса. Он, прочитав его, рассказал Роуз, что её, вместе с Гарри, пригласили на международный кубок по квиддичу, ещё и билеты купили. — Тут явно не обошлось без Драко, — задумчиво проговорил Северус. — Пап, тебе это не нравится? — решила уточнить Роуз. — Я за тебя беспокоюсь, — вздохнул Северус. — Драко, конечно, следует за тобой и помогает во всём. Следит, чтобы с тобой ничего плохого не произошло, пока я этого делать не могу. Но всё же беспокоюсь. Ты и с надзором умудряешься попадать в неприятности. — Пап, всё будет хорошо, — Роуз подошла к Северусу и обняла. — Ещё со мной постоянно ходит Ровер. Если надо будет — он меня сразу же перенесёт в безопасное место. — Ты так хочешь посмотреть чемпионат? — прищурил глаза Северус. — Если честно, то да, — загорелась Роуз. — Хорошо, — как-то немного обречённо вздохнул Северус. — Но нам придётся заранее закупить все учебники к школе. Я попрошу прислать пораньше твоё письмо. И не только твоё. — Спасибо, — запрыгала от радости Роуз. На следующий день Северус отправился в Литл-Уингинг, надев свой классический магловский костюм по настоянию Роуз. Конечно, забрать мальчишку ему было просто, тем более после того, как Поттер нашёл общий язык со своими родственниками. Петунья, открывшая дверь, засадила его за обязательный чай, раз уж он отказался остаться на обед. Гарри быстро собрал свои и так неразобранные вещи. Как только всё было готово, два брюнета прошли к аппарационной площадке и переместились. Высокие и густо посаженные тополя скрывали Принц-холл, куда Северус и Гарри направлялись. Спустя пару минут петляний между деревьями, показалась лужайка перед домом. По ней бегал весёлый Ровер, а под одним из тополей расположилась девушка с чёрными волосами и яркими зелёными глазами. Она заметила прибывших, закрыла книгу и подскочила на ноги. — Папа, тебе удалось! — бросилась она навстречу. — Кстати, Драко прямо перед тобой приехал. — Только этого мне не хватало, — потёр переносицу Северус. — Я так хотел тишины и покоя, а теперь дом полон людей. — Тебя Маргарет звала, — улыбнулась Роуз. — Аврора и Юджин недавно уснули. — Спасибо, что предупредила, — кивнул Северус и пошёл внутрь дома. Роуз обняла Гарри. — Как же я рад, что мы встретились раньше, — улыбаясь, сказал он. — Тётя всё ещё ждёт тебя в гости. — Навещу, не волнуйся. Пикси, — позвала Роуз, и домашний эльф тут же появился перед ней. — Отнеси, пожалуйста, вещи Гарри в его комнату. — Хорошо, хозяйка, — кивнула Пикси. Пикси щёлкнула пальцами, и чемодан исчез. — Я мог бы и сам донести, — удивился Гарри. — Спасибо, Пикси. Домовик покраснела и исчезла следом за чемоданом. — Чего это она? — посмотрел на сестру Гарри. — Она всё ещё привыкает к хорошему отношению, — пожала плечами Роуз. — Пошли, я тебе кое-кого покажу. — Я догадываюсь, кого, — засиял Гарри. — А кто такие Юджин и Аврора? — Это дети Северуса и Маргарет, — вздохнула брюнетка. — Они, когда не спят, очень шумные. И забавные. Она отправилась к конюшням, её брат следовал за ней. Приблизившись к дверям, ребята услышали, как тихо бормочет себе что-то под нос человек, находящийся там. Гарри быстро преодолел последние шаги, распахнул створки и увидел мужчину. Седовласый, с прямой спиной, что-то мастерил за рабочим столом, оборудованном специально для него. Его волосы курчавились так же, как и в первую встречу с Роуз, а ярко-оранжевый костюм, казалось, освещал помещение. — Дедушка, — осторожно позвала мужчину Роуз, но тот всё равно чуть не подпрыгнул от неожиданности. — Роуз, ты пришла? Гарри, здравствуй, — повернулся мужчина к выходу, и Гарри заметил на его носу такие же круглые очки, как сам носил много лет. — Похоже, бабушка тебя ещё не видела. — Что? — не понял Гарри. Он был весьма ошарашен увиденным. Явно подозревал, что встретится с кем-то другим. Но и недовольным не выглядел. Так что Роуз сочла подобное поведение брата за хорошее начало знакомства. — Ты бы едва ходил, она же заставила бы тебя сейчас же сесть за стол, — засмеялся Флимонт. — Гарри, это наш дедушка Флимонт, — шепнула на ухо брату Роуз. — Это они с бабушкой пытались встретиться с тобой в прошлом году. — Но… я думал… — не мог выговорить ничего Гарри. — Думал, что мы умерли? — засмеялся Флимонт. — Многие так думали. Вот только Северус настоял, чтобы мы спрятались. Очень часто к нам наведывались непрошенные гости… — Теперь вам не придётся бегать, — пожала плечами Роуз. — Роуз, Гарри, на каком факультете вы учитесь? — поинтересовался Флимонт. — На Гриффиндоре, — немного начал отходить от шока Гарри. — На Слизерине, — ответила Роуз. — Хорошие факультеты. Все ваши родные учились на них. Вы уже подумали, кого будете приглашать на бал? — подмигнул Флимонт. Роуз порозовела, Гарри побледнел. Флимонт, глядя на их реакцию, громко рассмеялся. — Держу пари, вы не задумывались ещё об этом, — усмехнулся Флимонт. — Если уж совсем плохо будет с выбором пары, можете пойти вместе. — У нас есть с кем пойти, — тихо проговорил Гарри. — Не сомневаюсь, — подмигнул Флимонт. Тут в рабочую комнату влетел маленький смерч по имени Юфимия. — Флимонт! Ты слишком громкий! Дети чуть не проснулись! — начала она отчитывать мужа, размахивая руками словно собиралась взлететь без метлы. — Дорогая, посмотри, кто к нам приехал, — ничуть не оставив своего довольного настроения, кивнул в сторону ребят Флимонт. Юфимия недоверчиво развернулась и увидела Гарри. Выражение её лица вмиг переменилось. — Гарри! Как же я рада! Мы наконец увиделись! — бросилась она обнимать внука. — Ты прямо-таки вылитый Джеймс! А глаза как у невестки, Лили. — Интересно, характер у него такой же, как и у Джеймса? — поинтересовался Флимонт. — Ну, посмотрим. Главное, чтобы им не запудрили мозги, как сыну. — Ох, да что же мы стоим все здесь? — всплеснула руками Юфимия. — Вы только поглядите на детей! Одни кожа да кости! Чтобы на обед пришли все, и своему другу передайте. Уж больно он бледный. И не смейте улетать никуда! Я уж прослежу, чтобы вы не забывали за своими гонками о еде. А то будете, как Джеймс, с утра до ночи пропадать в небе. — Обязательно, бабушка, — улыбнулась Роуз, выбегая из помещения. У ступеней крыльца её догнал Гарри. — А о чём говорил… дедушка? Что за бал? — поинтересовался Гарри, открывая дверь в дом. — Не знаю, — покачала головой Роуз. — Может, он решил так пошутить над нами, как обычно делают родные. А может, он знает что-то, чего мы не знаем. Остаток дня прошёл для всех жителей дома в приятной суете. Флимонт и Юфимия интересовались жизнью Гарри и Роуз, рассказывали им множество интересных историй и за беседой не заметили, как пролетело время. После сытного ужина все, уставшие, разошлись по своим комнатам. Все видели обычные приятные сны. Кроме Роуз и Гарри. У них раскалывалась голова, как будто кто-то пытался влезть в голову. А между приступами они увидели чересчур реалистичный сон. Она видела странное место. И почему-то не сомневалась, что такое существует где-то далеко. Дом возвышался на холме над деревней, окна его заколочены, с крыши осыпалась черепица, а фасада почти не видно за разросшимся плющом. Былое величие особняка всё ещё проглядывалось, но общий вид был заброшенным и унылым. Роуз во сне будто сидела напротив камина, утопая в старомодном кресле. Вокруг было очень пыльно. Кто-то двигался рядом и поднимал за собой серые столбики, быстро опадающие. Но взгляд почему-то не хотел отрываться от пляшущих красных лент. Мужской голос, раздавшийся рядом, испуганно прервал тишину: — В бутылке немного осталось, милорд, если вы ещё голодны... — Позже, — отозвался второй голос, странно высокий и холодный. И Роуз с удивлением поняла, что говорящий будто сидит на её месте. Или она видела его глазами? — Пододвинь меня поближе к огню, Хвост. Раздалось звяканье бутылки, поставленной на твёрдую поверхность, и затем глухой звук волочения. Огонь стал ближе, и теперь можно было чётче различить налипшую сажу позади танцующих язычков. Как будто всё в окружающем мире противилось этому задорному пляшущему огню, пытаясь поглотить всё во мрак. — Где Нагайна? — спросил ледяной голос. — Я... я не знаю, милорд, — боязливо ответил человек над ним. — Думаю, она обследует дом... — Подоишь её, прежде чем мы ляжем спать, Хвост, — сказал тот, что сидел в кресле. — Мне надо будет поесть ночью. Путешествие меня сильно утомило. После паузы человек, которого называли Хвост, заговорил вновь: — Милорд, могу я спросить: сколько мы здесь пробудем? — Неделю. Возможно, и дольше. Это место очень удобно, а в нашем плане пока что заминка. Идиотизм приступать к действиям до окончания Чемпионата мира. — Чемпионата мира по квиддичу, милорд? — переспросил Хвост. — Прошу прощения... но я не понимаю: зачем ждать окончания Чемпионата? — Затем, тупица, что на Чемпионат в страну съедутся волшебники со всего мира, и каждая шавка из Министерства будет совать нос повсюду, вынюхивать, где что не так, проверять и перепроверять. Совсем рехнулись на своих мерах безопасности — не дай бог маглы чего заметят. Поэтому будем ждать. — Ваша светлость всё ещё полны решимости? — тихо спросил Хвост. — Разумеется, я полон решимости, — в холодном голосе прозвучала угроза. Наступила пауза, и затем Хвост единым духом выпалил фразу, словно боясь, что ещё секунда — и не хватит храбрости. — Можно обойтись и без Гарри Поттера, милорд! — Без Гарри Поттера? — выдохнул ледяной голос. — Та-а-ак... — Милорд, просто возьми мы другого волшебника или колдунью — кого угодно! — всё можно сделать гораздо быстрее! Если бы вы позволили мне покинуть вас ненадолго — вы же знаете, что я могу превращаться с необычайным мастерством, — то уже через два дня я бы привёл вам подходящую замену. — Да, конечно, я могу использовать другого волшебника, — произнёс ледяной голос негромко, и в нём послышалась на неуловимую секунду нерешительность. — Это правда... — Милорд, в этом есть смысл, — продолжал Хвост теперь уже вполне уверенно, — ведь добраться до Поттера очень трудно — его слишком хорошо охраняют. — И потому ты вызвался пойти и привести мне кого-то взамен? Интересно... А может, тебе надоело нянчиться со мной, Хвост? Может, эта твоя идея изменить план — не что иное, как попытка бросить меня? — Милорд! У меня и в мыслях нет покинуть вас! — Не лги мне! Ты жалеешь, что вернулся ко мне. Я внушаю тебе отвращение. Вижу, как тебя передёргивает, когда ты смотришь на меня, я чувствую твою дрожь, когда ты прикасаешься ко мне... — Вовсе нет! Моя преданность вашему лордству... — Твоя преданность — всего-навсего трусость. Ты бы ни одной секунды здесь не остался, если бы тебе было куда пойти. Но как бы я выжил без тебя, если каждые несколько часов нуждаюсь в пище? Кто доил бы Нагайну? — Но вы заметно окрепли, милорд... — Лжец. Ничуть я не окреп. Два-три дня без поддержки — и я лишусь тех крох здоровья, которые сумел вернуть благодаря твоей неуклюжей заботе... Я тебе уже объяснял, почему у меня есть причины использовать мальчишку и никого другого. Я ждал тринадцать лет, и несколько месяцев ничего не изменят. Да, его тщательно охраняют, но уверен — мой план сработает. Есть вероятность того, что и его сестра прибудет к нам, причём самостоятельно. Всё, что требуется — это немного мужества с твоей стороны, Хвост, и тебе придётся это мужество найти, если не хочешь испытать на себе всю силу гнева Лорда Волдеморта. — Милорд, я должен вам сказать! — панически воскликнул Хвост. — Всю дорогу сюда я мысленно просматривал план. Милорд, исчезновение Берты Джоркинс не может долго оставаться незамеченным, и если не остановиться, если я наложу заклятие... — Если? — прошелестел ледяной голос. — Ах, если? Если ты будешь следовать моему плану, Хвост, Министерство никогда не узнает, что пропал ещё кто-то. Ты сделаешь это тихо и без суеты; я очень желал бы исполнить это сам, но в моём состоянии... Ну же, Хвост, устраним ещё одно препятствие — и нам открыт путь к Гарри Поттеру. Я не прошу тебя выполнить это в одиночку. К нам скоро присоединятся мои верные слуги. Жаль, конечно, что нашему Ветерку не удалось склонить всю семью на мою сторону, но так будет даже интереснее. — Я — ваш верный слуга, — угрюмо пробурчал Хвост. — Хвост, мне нужен человек с головой на плечах; тот, чья преданность оставалась безупречной, а ты, к несчастью, ни тем, ни другим не блещешь. — Я нашёл вас. — Теперь недовольство в голосе Хвоста проступило ещё резче. — Я единственный, кто нашёл вас. Я доставил вам Берту Джоркинс... — Что правда, то правда, — подтвердил невидимый человек, несколько развеселившись. — Недурной ход, я не ожидал, Хвост, что ты способен на такое, хотя, по правде говоря, ты и понятия не имел, насколько она может пригодиться, когда похитил её, верно? — Я... я считал, что она может быть полезна, милорд... — Лжец, — снова произнёс ледяной голос. — Впрочем, не стану отрицать — её сведения оказались бесценны. Без них мне бы никогда не составить моего плана. И за это тебя ждёт награда, Хвост. Ты будешь участвовать в самом главном... Многие из моих последователей дали бы себе отрубить правую руку за это... — П-правда, милорд? В чём же это? — вновь испугался Хвост. — Ну, Хвост, это сюрприз... ты же не хочешь испортить мне удовольствие? Твоя очередь подойдёт в самом конце... Но обещаю, ты удостоишься чести быть так же полезен, как и Берта Джоркинс. — Вы... вы... — Голос Хвоста внезапно сел, словно у него вдруг пересохло во рту. — Вы... хотите убить и меня? — Хвост, Хвост... — ледяной голос зазвучал вкрадчиво. — Ну зачем же мне убивать тебя? Я убил Берту Джоркинс лишь по необходимости. Она уже ни на что не годилась после моих расспросов. И в любом случае возникла бы чрезвычайно неприятная ситуация, вернись она в Министерство и расскажи, как на каникулах встретилась с тобой. Волшебникам, которые считаются умершими, лучше не сталкиваться с колдуньями из Министерства магии в придорожных гостиницах... Хвост что-то тихо залепетал, невидимый человек рассмеялся. Это был совсем невесёлый смех, такой же ледяной, как и его речь. И Роуз подозревала, что ей позволили увидеть то, что было перед глазами Волдеморта. — Можно было изменить её память? Но заклятия памяти легко разрушаются сильным волшебником, что я и доказал, допрашивая её. Было бы надругательством над её памятью не воспользоваться той информацией, которую я извлёк, Хвост. Ещё одно заклятие... Мой верный слуга в Хогвартсе... Гарри Поттер, считай, у меня в руках, Хвост, вместе с Роуз. Это решено, и больше никаких пререканий. Но тише... Мне кажется, я слышу Нагайну. Тут ледяной голос изменился, переходя на парселтанг. Роуз слышала, как он разговаривает. Но было в этом что-то странное. Как будто кто-то просто собрал все слышимые за всю жизнь слова на этом языке и смешал их в одну кучу. Тем временем по полу прошелестели чешуйки. Это змея вползла в комнату и улеглась рядом с камином, будто тоже собираясь погреться. — У Нагайны интересные новости, Хвост, — сказал он. — Если верить ей, один старый магл стоит возле этой комнаты и слышит каждое наше слово.Зазвучали шаги, и дверь где-то за пределами поля зрения распахнулась. — Поприветствуй его как следует, Хвост. Где твои манеры? Полыхнула вспышка, зеленью осветившая каменную кладку камина. В паре сотне миль в этот момент проснулась Роуз Поттер. Она лежала на спине и тяжело дышала. Сердце билось так сильно, словно она только что пробежала марафон. Роуз хотела было поднять правую руку, чтобы отбросить мокрые от пота волосы со лба, но шрам под ключицей разболелся настолько, что каждое движение доставляло мучительную боль. Ровер, почувствовав что-то неладное, заскулил и положил свою голову ей на грудь. Роуз стала поглаживать его здоровой левой рукой, пытаясь успокоиться и сосредоточиться на сне. Он был настолько реален, что девушку это пугало. Вдруг в коридоре послышался стук двери и в её комнату вломился Драко. — Лилс! Что случилось? — в тревоге он оглядел лежащую девушку, присаживаясь на краю кровати. — Кошмар, — с трудом поднялась девушка на постели. — Мне приснилось, что Питер Петтигрю отпаивал Тёмного лорда змеиным молоком, это всё услышал магл и его убили непростительным. — Мне тоже это снилось, — заглянул в комнату Гарри. — У вас что, одни сны на двоих? — нервно усмехнулся Драко. — Иногда, — хмыкнул Гарри, потирая свой шрам. — Но не такие. Этот был… слишком странным. — Тоже болит? — сочувственно спросила Роуз, прикладывая руку к своему. — Жжётся, как будто только что обожгли, — поморщился Гарри. Драко оглядел их обоих. Гарри зажёг лампу на потолке. — Это не просто сон, — задумался блондин. — Думаешь? — хмыкнула Роуз. — А я сразу и не поняла. — Он прав, — нахмурился Гарри. — Обычно в одинаковых снах мы вместе с тобой что-то делаем и разговариваем. Но в этом… — Мы были наблюдателями, — закончила Роуз, кивая. Из коридора раздался скрип половиц, и вскоре в проёме подростки увидели Северуса. — Ну и что это за собрание? — зевая, спросил он. — Вы уже давно должны быть в постелях. — Или скоро просыпаться, — определил Драко, наколдовав Темпус. — Или так, верно, — кивнул Северус. — И что же вас собрало здесь в такую рань? Из нашей комнаты было слышно, как стучали двери и вы носились. — Пап, нам приснился сон про Тёмного лорда, — пояснила Роуз. — А ещё Хвост и змея по имени Нагайна, — подтвердил Гарри. — Причём они разговаривали так, будто не знают парселтанга. И змея, и Тёмный лорд. С Северуса сон как рукой сняло. — Я не говорил, как её зовут, — нахмурился Северус. — Кто-то из вас ослабил свой контроль окклюменции? — Или переживания Тёмного лорда были настолько сильными, что мы увидели это, — предположила Роуз. И рассказала подробности из сна. — А, может, вам специально всё наслали? — посмотрел внимательно на всех Драко. — Особенно учитывая то, что вы оба говорите про змеиный язык. — Да, мне тоже это показалось странным, — кивнул Гарри. — Как будто кто-то наобум выбирал слова из общего перечня, не зная, что они обозначают. — Вы должны усилить контроль над сознанием, чтобы такого больше не произошло, — задумался Северус. — И можете уже не ложиться спать, всё равно с утра вы пойдёте в Косую аллею за учебниками. — Уже прислали письмо из школы? — удивился Драко. — Нет, но список уже есть, — покачал головой Северус. — Жду вас всех к завтраку, и не опаздывайте. Северус строго оглядел всех и вышел из комнаты. — А ещё он убил какую-то женщину, — вдруг вспомнил Гарри. — Берту Джоркинс, — нахмурилась Роуз. — Надо сказать об этом мистеру Уизли, — кивнул Гарри. — Он ведь работает в Министерстве, сможет передать… — Гарри, как мы это расскажем? — покачала головой Роуз. — Скажем, что нам наколдовали сон с разговором Тёмного лорда и Хвоста, но мы уверены, что события произошли в реальности? — Получается, и убийства никакого могло не быть, — нахмурился Драко. — Но зачем кому-то наколдовывать подобное видение? Друзья стали размышлять над проблемой. Роуз говорила парням, что это необязательно делать, ведь Северус тоже будет думать над ситуацией. Возможно, что найдёт лучшее решение, чем они сами. Но парни решили, что им тоже не помешает поговорить насчёт того, как поступать. Сразу после вкуснейшего завтрака из панкейков с клубникой, ребята направились на выход из поместья. Рассматривая врученный ей Северусом список, Роуз недоумевала — зачем им в новом учебном году парадные мантии? — Роуз, тебе ничего больше не надо сделать? — отвлёк её Драко. — Перед перемещением нацеплю, — отмахнулась Роуз. — Куда мы идём? — поинтересовался Гарри, спускаясь вслед за друзьями по крыльцу. — Надо зайти за дом, Ровер нас проведёт, — пожал плечами Драко. — Бабушка с дедушкой не видели, как я выгляжу в маскировке, — пояснила Роуз. — Папа просил не показывать им, чтобы меньше их волновать. — Я думаю, они будут в любом случае волноваться, когда увидят статью из «Ежедневного пророка», — ухмыльнулся Драко. — Во вчерашнем выпуске прямо на первой странице заметка о том, что поиски Роуз Поттер в этом году опять были безуспешными. — Да что же им всё так неймётся? — закатила глаза Роуз. — Из-за них ведь и не показываюсь. Надоели. — Однажды и про твои школьные похождения напишут в газете, — засмеялся Драко. — Надеюсь, до этого момента пройдёт много времени, — усмехнулась Роуз. Они наконец обошли дом так, чтобы их не было видно из окон гостиной или комнаты близнецов. Роуз наложила маскировочное заклинание, и Ровер, крутившийся рядом, переместил их в Косую аллею. В столь ранний час популярная улица волшебников Лондона была почти пустой. Лилиан повела парней сначала в ателье мадам Малкин, здраво рассудив, что им не очень нравится наряжаться. Да и женские зимние мантии, как обычно, будет долго выбирать. Ведь спрос был на тонкие, не отличавшиеся практически ничем от обычных, а Лилиан не хотела замёрзнуть в школе, насквозь продуваемой сквозняками. Услышав, что они пришли не только за школьной формой, но и за парадными мантиями, хозяйка ателье проводила их к вешалкам с разноцветной одеждой. Вешалка с мантиями для девочек находилась в другом отделе, так что Лилиан быстро выбрала себе чёрную мантию и такое же платье без рукавов, закрывающее ключицы. Вскоре оплатили свою одежду и парни. Затем они посетили аптеку, где пополнили запасы для зелий. В зоомагазине каждый взял лакомств для Ровера. В канцелярском — по связке новых перьев и стопке пергамента. Список новых учебников для четвёртого курса оказался совсем коротким: “Стандартная книга заклинаний для четвёртого курса”, “Планеты говорят”, “Основы защитных заклинаний”, “Защита от тёмных искусств. Часть 4”, “Базовые зелья. 4 курс” и “Нумерология в чарах”. Лилиан, конечно же, взяла себе дополнительные книги по нумерологии, ЗОТИ, рунам и магозоологии. — Лилс, я всё больше убеждаюсь, что ты учебники как обычные сказки читаешь, — хмыкнул Драко, когда они все вместе выходили из книжного магазина. — Мне просто интересно, — пожала плечами Лилиан. — Пойдём лучше в кафе-мороженое, — предложил Гарри. — Прекрасная идея, — подхватил Драко. — Ребят, я ненадолго сбегаю в ещё пару магазинов, — вспомнила Лилиан о чём-то. Она хотела было отойти от парней, но Драко её схватил за руку: — Одна ты не пойдёшь. — Оставим в кафе свои покупки, сходим, куда ты хотела, и вернёмся, — кивнул Гарри. — Одного сопровождающего будет достаточно, — поморщилась Лилиан. — Гарри, тогда ты иди, — вздохнул Драко. — Надеюсь, вы быстро. Они забежали в кафе, выбрали столик в дальнем углу, сложили там вещи, и Гарри последовал за Лилиан. Они вышли в магловский Лондон и зашли в следующий магазин от «Дырявого котла». Там они оба набрали обычной магловской канцелярии, не забыв взять комплект и для Драко. Даже с учётом того, что у них ещё оставались запасы, решили не дожидаться их окончания. После этого Лилиан заглянула в магловскую аптеку, попросив Гарри остаться у выхода. Спустя двадцать минут, они вернулись в кафе-мороженое, где Драко уже пил морс, а на столе стоял их заказ. — Я думал, вы будете дольше ходить, — улыбнулся парень, принимая свою часть тетрадей. — Нам ещё домой надо к обеду успеть, а то бабушка нас всех ругать начнёт, — поморщилась Лилиан. — Весомый аргумент, — согласился Драко. Все втроём они быстро опустошили свои пиалы с мороженым и отправились домой. Как только они аппарировали, Лилиан сразу сняла маскировку. И действительно, их уже ждал обед на столе, а на пороге их встретила Юфимия. — Что вы так долго?! — восклицала она. — Надо было кому-то из взрослых пойти с вами! — Мы старались побыстрее, — попыталась успокоить её Роуз. — И могли что-то забыть! — всплеснула руками Юфимия. — Джейми всегда что-то забывал! Он был такой несобранный, когда дело касалось учебников… — Дорогая, ты слишком сильно их опекаешь, — подошёл к ней Флимонт и положил руки на плечи жене. — Знаю, что ты беспокоишься. Но с ними был Ровер. А фамильяры никогда не оставляют в беде своих хозяев. И, если что-то понадобится дополнительно, они всегда могут послать сову за покупками. — Всё равно, все за стол, — сдалась Юфимия. Сложив все покупки в прихожей на стеллаж для шапок и шарфов, друзья зашли в столовую. После сытного обеда студенты начали заниматься. И так проходил у них каждый день. Роуз читала, иногда, когда требовалось, помогала с близнецами. Драко старался проводить время с Роуз. Гарри иногда летал на своей метле. Парни сговорились и стали вытаскивать Роуз на практические занятия заклинаниями. Пару раз они втроём устраивали гонки на мётлах под восторженные крики Флимонта и неодобрительный взгляд Юфимии. Хоть и омрачнены были их каникулы странным сном, никто не хотел упустить возможности развлечься. И, конечно же, на день рождения родные устроили сюрприз: испекли высокий торт в виде поля для квиддича. — С днём рождения! — прокричали бабушка с дедушкой, когда Роуз и Гарри вошли вечером в столовую. — Ух ты! — смотрел на праздничный стол Гарри счастливыми глазами. — Вот это здорово! — улыбалась Роуз. — Все ваши подарки отнесли в комнаты. Нечего перебивать аппетит! — строго сказала Юфимия, но и сама была довольна произведённым впечатлением. Довольные и радостные, все принялись за праздничный ужин. — Никто не видел Ровера? — вдруг спросила Роуз. — Я уже неделю его найти не могу. — Нет, — покачал головой Северус. — Обычно фамильяры надолго не уходят от хозяев. Может, случилось что-то? — Надеюсь, я его не обидела, — вздохнула Роуз.Все закончили со своим жульеном и принялись за десерт, когда Роуз отвлекли. — Хозяйка, — пропищала Пикси. — Ровер попросил Вас позвать. — Всё в порядке? — нахмурилась девушка. — Да, пойдёмте за мной, — и домовик засеменила вглубь дома. Пройдя по коридорам и миновав несколько лестниц, Роуз зашла в какой-то укромный уголок, где явно никто ещё не бывал. Тут было чисто, но освещалась каморка тусклым светом от свечей, едва разгоняя тьму. — Ровер! — различила Роуз тень на полу. — Я соскучилась по тебе. "Знаю, хозяйка" , — устало протявкал он. — "Я хотел, чтобы до каникул они могли уже сами о себе позаботиться." — Ты о ком? — не поняла Роуз. "Я их нашёл недавно. Они были совсем маленькими," — поднял голову пёс. Роуз зажгла беспалочковый Люмос и поняла, что он имел ввиду. Между лап у уже выросшего до пояса Ровера копошились щенок и птенец. Оба чёрные, неразличимые в сумраке. — Это… кто? — осторожно подошла ближе девушка. “Это фамильяры,” — пояснил Ровер. — Чьи? — обескуражено посмотрела на своего питомца Роуз. — Авроры и Юджина? Не рано ли у них пробудились магические способности? “Помоги мне их отнести к остальным, и увидим,” — поднялся на ноги пёс. — А ты сегодня будешь отдыхать. И это мой приказ тебе, — улыбнулась девушка. — Ты хоть спал, пока с ними сидел? “Иногда,” — потёрся, словно огромный кот, головой о руку хозяйки Ровер. Роуз осторожно подняла с полу щенка и птенца. Девушка начала обратный путь к столовой, двигаясь теперь медленнее. — Пикси, и ты всё это время ему помогала? — уточнила Роуз. — Пикси приносила им еды, — кивнула домовая эльфа. — Спасибо тебе. Постепенно становились слышнее голоса. Северус и Флимонт обсуждали новинки в области зелий, и какие новые свойства были обнаружены в уже известных ингредиентах. — О, Роуз, ты куда пропала? — первым заметил девушку Драко. — За Ровером ходила, — улыбнулась Роуз. — Посмотрите, кого он нашёл. — Мало того, что у нас вместо дома гостиница, так теперь и приют для животных открывать, — вздохнул Северус, рассмотрев ношу дочери. В этот момент птенец вздрогнул и потянулся за голосом. — Пап, похоже, это твой, — подошла к Северусу Роуз. — Это фамильяры. Глаза Северуса стали круглыми, как у совы. Брюнетка могла бы посмеяться над таким ошарашенным лицом папы, потому что видела подобное впервые. Но вместо этого только улыбнулась. Роуз вложила в руки Северуса небольшого птенца, умещавшегося в ладони. — Это ворон, — заметил Флимонт. — Мудрая птица. — Что такое фамильяр? — спросил непонимающий Гарри. Щенок тявкнул и попытался завилять хвостом, но в сидячем положении это не особо удалось. — Гарри, а это твой, — поняла Роуз, положив на колени брату собаку. — А собаки — символ благородства и преданности, — улыбнулась Юфимия. — Фамильяры что-то вроде животных-компаньонов, — стал рассказывать Драко. — В некоторых семьях они есть, в других — нет. Фамильяры помогают своим хозяевам во всём. Но если цели хозяина противоречат тому, что заложено в фамильяре, он уйдёт или вообще не появится. — В вашей семье, Северус, давно не было фамильяров, я правильно понял? — заговорщицки уточнил Флимонт. — Да, — кивнул профессор зельеварения немного заторможенно. — Первый за долгое время появился у Роуз. Теперь эти двое… — Но что мне с ним делать? — испугался Гарри. — Вдруг я неправильно буду за ним ухаживать? Он же ещё маленький! — Тебе Ровер с этим поможет, — хмыкнул Драко. Ровер в знак согласия залаял и завилял хвостом. — Только дайте им имена, — напомнила Маргарет. — А ты какое предложишь? — обернулся к жене Северус. — Твой ворон похож на Афину, а пёс — на Цербера. — Мне нравится, — Гарри поднял на уровень глаз своего щенка. — Вот и решили, — кивнул Северус. — А у рода Поттеров разве не было своих фамильяров? — Не было никогда, — покачал головой Флимонт. — Есть только способность влипать в разные ситуации, — ухмыльнулась Юфимия. Хозяева молодых фамильяров не расставались с ними за ужином, периодически подкармливая чем-то со стола. Когда опустилась глубокая ночь, все разошлись по комнатам. Только Драко, Роуз и Гарри зашли в одну комнату. Им надо было обсудить одну вещь. — Драко, а как мы поедем на чемпионат? — решил уточнить Гарри, поглаживая уже спящего на его руках Цербера. — Меня уже Уизли с собой пригласили. Боюсь как бы они не потревожили моих родственников. Так что мне, скорее всего, придётся ехать с ними. — Я еду со своими родителями, — задумался блондин. — Лилс со мной. Завтра отдам тебе твой билет, Потти. — Почему это Роуз поедет с тобой? — прищурил глаза Гарри. — Отец хочет провести проверку совместимости векторов магии, — поморщился Драко. — Это что-то поменяет? — коварно улыбнулся брюнет. — Я не изменю своего решения, — практически прорычал Драко. — Тебе придётся с ним смириться, если Роуз не откажет. — Кстати про это, — немного сжалась девушка, и блондин вмиг насторожился. — Я не смогу войти в твой Род. Либо ты вливаешься в мой, либо у нас будет равнозначный брак. Это всё из-за того, что мы с Гарри — магические близнецы. — Плевать, — тут же блондин обнял девушку. — Даже если отец будет против такого. Сделаем так, как будет лучше для нас. — Дракон нашёл своё сокровище, — хмыкнул Гарри. — Ну, предки и без этого нам все мозги изъели, хоть что-то их обрадует. — Поттер, я требую, чтобы на ваше пятнадцатилетие ты провёл брачный ритуал. Вроде Лордов в твоём Роду пока что нет, и это будет сложнее, но я готов хоть месяц валяться с магическим истощением, а потом поддерживать вас обоих магией. Я не хочу, чтобы с Роуз что-то случилось, и чтобы её кто-то увёл у меня. — Драко, это слишком больно, — поджала губы Роуз. — Так твоё ядро разовьётся, но это… По ощущениям будет, как будто отравил василиск. — Вы же выжили, — беззаботно пожал плечами блондин. — Нас двое, а ты один! — обеспокоенно воскликнула девушка. — Пожалуйста, подумай об этом. Мы с Гарри в постоянной опасности. На тебя внимания сейчас мало, но потом, даже если не будут пытаться тебя истощить ещё больше, на тебя придётся огромная нагрузка. — Ещё больше? — поднял одну бровь Гарри в удивлении. — То есть она уже есть? — В Гостиной Слизерина вечный холод, он истощает студентов. Магия пытается согреть всю ночь, и сил на занятиях не хватает на остальное колдовство, — пояснила Роуз. — Я не изменю решения, — повторил блондин. — Тем более, так нас будет трое. Вам же легче. — Гриффиндорство заразительно, — покачала головой девушка, чем немного разрядила обстановку. — Гарри, оставь свои дары мне. Ты же завтра к Уизли поедешь, навряд ли сможешь провести ритуал. — Раз уж всё решили, встретимся после матча, — кивнул Драко. — Вот и договорились, — зевнул Гарри. — Спокойной ночи. И не засиживайтесь. Он вышел из комнаты, и в тот же миг Драко стиснул в объятиях Роуз. — Задушишь, — смеясь, пыталась она вырваться. — Я рад, что ты не против, — более спокойно выдохнул парень. — И моё сокровище не достанется больше никому. — А как же папа и Гарри? — прищурилась Роуз. — А что они? — удивился Дракон. — Мне придётся смириться с их наличием в твоей жизни. — Ладно, иди спать уже. Нам ещё вещи собирать, — напомнила Роуз. — Эх, ладно, — сдался Драко. И Роуз в комнате осталась одна. Быстро собрав чемодан, она легла к уже спящему Роверу и сама провалилась в сновидения.

* * *

С самого утра Маргарет отправилась к своей матери, что просила помочь ей присмотреть за внуками от старшего сына. К обеду все были до предела взбудоражены. Гарри успел написать Рону, что приезжает к нему перед чемпионатом, и теперь Уизли ждали его у себя. Роуз и Драко волновались не меньше. Забота Юфимии проявилась в целом мешке провианта и мелких сувениров для каждого. — Ну мы же не в поход на месяца собираемся, — забурчала Роуз. — Всё равно, я вас целый год не увижу, — расстроилась Юфимия. — Думаю, нас отпустят на Рождество, — с сомнением обернулся на Северуса Гарри. — Не стоит никого нервировать, мистер Поттер, — строго посмотрел на него преподаватель. — Посмотрим по ситуации, что будет твориться в этом году. — И будьте в этом году особенно осторожны, — посоветовала Юфимия. — Вам может показаться, что человек хороший, а на самом деле — нет. И наоборот. — О чём это вы все? — не поняла Роуз. — Увидишь, — подмигнул Флимонт. — Ну всё, пора идти, — прервал начинающуюся речь Юфимии Северус. — Иначе вы так будете прощаться бесконечно. Пошли за мной, и берите свои чемоданы. Гарри нёс свой пакет с гостинцами, уменьшив чемодан и положив его в карман. Роуз несла на руках Цербера, мирно дремавшего и периодически двигающего ушами. Было решено, что до начала учебного года за малюткой-фамильяром приглядит его более взрослый собрат, поскольку у Уизли не было возможности за ним ухаживать. Северус провёл Поттеров в свой кабинет, где уже сидел Драко. — Гарри, ты до окончания каникул будешь у Уизли. Они сами попросили. Если что-то произойдёт — присылаешь Ровера с запиской, — начал он наставления, закрывая дверь. — Роуз, маскировку накладывай прямо сейчас. — Всё будет в порядке, — улыбнулась Роуз, накладывая на себя заклинание. — Не совсем, — вздохнул Северус. — Возможно, я испорчу вам сюрприз, но не зря вам в список внесли парадные мантии. В этом году будут проводиться опасные соревнования. Ни в коем случае никуда не лезьте. — Тебя из-за них так рано вызвали? — решила уточнить Лилиан. — Да, — кивнул Северус. — Постараемся никуда не лезть, — согласился Драко. — Конечно, Министерство ввело новые правила в проведение соревнований и ужесточило охрану школы, но зная вас… — Неприятности всё равно нас настигнут, — вздохнула Лилиан, заканчивая за Северусом фразу. — В общем, вы меня поняли, — кивнул Северус. — До встречи. Ровер сначала ухватился зубами за край куртки Гарри и провёл его через стену, затем вернулся и проделал то же самое с Драко и Лилиан. Они очутились рядом с белокаменным огромным поместьем. Всё дышало величественностью, некоторой помпезностью и основательностью. Вокруг располагался шикарный сад. Многие кусты цвели розовым и белым, а среди них виднелись специальные посыпанные песком прогулочные дорожки. Деревья были редкими в этом благоухании, и невысокими. Беседки белого цвета оттенялись раскидистыми дубами. Различные хвойные росли на значительном отдалении, контрастируя со светлой, хоть и монументальной, красотой. — Пошли, отец, наверное, уже ждёт, — Драко взял за руку девушку и повёл её в сторону центрального входа. Лилиан лишь кивнула. Она внутренне волновалась. Проще было ещё раз встретиться с гиппогрифом или василиском, чем то, что ей сейчас предстояло. С каждым шагом чувствуя себя всё неувереннее, девушка оглядывала знакомые виды. Раньше она здесь часто бывала, играла с этим невозможным блондином, который вёл её под руку. И почему она нарядилась в простое платье, которое ей по приезду подарила Маргарет? В гости к Малфоям, особенно с такими новостями, следовало одеться более празднично.На пороге их встретила леди Малфой. — Здравствуйте, дорогие, — тепло улыбнулась она. — Как провели время у Северуса? — Занимательно, — немного выдохнул Драко. Видимо, тоже волновался, а встреча с матерью ему придала уверенности. — Представляешь, Лилс нас гоняла по программе! — И больше ничего? — лукаво спросила миссис Малфой, проводя их внутрь. — Ну, мы ещё летали на мётлах и отрабатывали заклинания, — напомнила Лилиан. Они втроём как-то быстро дошли до дверей в кабинет мистера Малфоя, обсуждая проведённое летом время. — Самое главное — не волнуйтесь, — тут же предупредила Леди. — Специалист прибыл пару минут назад. Драко, отец хотел сначала поговорить с тобой, но, думаю, так даже лучше. Всё же такого специалиста не стоит сильно задерживать. Драко медленно вдохнул, быстро выдохнул и одним резким движением открыл дверь кабинета, пропуская вперёд обеих дам. Затем зашёл и сам. — Здравствуй, Драко, — кивнул мистер Малфой, отпив немного коричневой жидкости из своего бокала. — Это мистер Эйрин, он приглашён на проверку вашей совместимости как эксперт. Названный мужчина поклонился. В отличие от целителей, которые обычно носили жёлтые халаты (и кем он являлся по профессии), на нём была мантия бледно-зелёного цвета, надетая поверх светло-серого костюма. Сам мужчина был немного ниже высокого мистера Малфоя, и сверкал на пришедших светло-карими глазами. — Здравствуйте, — наконец подал голос специалист. — Не волнуйтесь, это стандартная процедура для будущих Лордов и его потенциальной семьи. Я только произнесу несколько заклинаний и определю ваш магический потенциал в подобном… вопросе о продолжении Рода. Мисс, как вас зовут? — Лилиан Смит, — присела в лёгком реверансе девушка. — Представлена Роду Принц. Целитель спрашивал о том, когда они родились, о родословных и много о чём ещё. Лилиан по понятным причинам не могла рассказать о родственниках, ведь официально считалась сиротой, которую подбросили на порог дома Северуса. Всё это время мистер Эйрин накладывал заклинания, расцветающие в воздухе цветными диаграммами. — Очень интересно, — закончил водить палочкой перед молодыми людьми мистер Эйрин. — У Драко пятый октан, у Лилиан — четвёртый. Девочка явно получает подпитку от Рода, и даже введена в него недавно, так что скоро стоит ждать её развития. Вектора на восемьдесят процентов совместимы. Между ними есть родство, но дальнее, заболеваний у потенциальных детей не предвидится. — Кхм, — прочистил горло мистер Малфой. — Спасибо, можете идти. Мистер Эйрин почтительно поклонился и вышел из кабинета через камин. — Отец, ты удовлетворён проверкой? — настороженно произнёс Драко, наблюдая за непроницаемым лицом Лорда. — Что ж, это самый лучший вариант, — кивнул с серьёзным видом мистер Малфой. — Но, может, проверим ещё Панси и Дафну? Их отцы глубокоуважаемые Лорды… Не в обиду Северусу, он всё же силён, но слишком молод. — Отец, это не из-за того, что мы с ней знакомы с детства? — фыркнул Драко. — Дамы, выйдете. Нам надо поговорить, — помрачнел Лорд. Только за Лилиан и Нарциссой закрылась дверь, как разговор мужчины с сыном пошёл на повышенных тонах. — Как всегда, вспыльчивый, — хмыкнула Лилиан. — Пойдём в библиотеку, — предложила миссис Малфой. — А ты сама как относишься к такому повороту? — Я бы не хотела, чтобы это произошло. В смысле, ранний брак, — честно сказала Лилиан. — Вокруг меня творится невесть что последнее время, а Драко хочет в это влезть. Причём если сейчас он бы легко отделался, если решил бы отступить, то вот после… Он не выберется. Мы все пытались его отговорить, но ничего не вышло. Было бы более спокойное время и будь мы старше, тогда бы с радостью приняла подобное предложение и не останавливала его. — Ты за него волнуешься, — кивнула каким-то своим мыслям Нарцисса. — Да, — подтвердила Лилиан. — Драко тебе доверяет, — зайдя в огромнейшую библиотеку, поделилась своими мыслями леди Малфой. — Но и Люциус за него переживает. Он хочет для Драко только лучшего. Думаю, если Драко уговорит отца, тебе надо будет рассказать, что ты думаешь о будущем. Кем станешь, что хочешь делать… Тебе как девушке будет сложнее. Везде востребованы только мужчины, а женщины должны пробиваться. — Не везде, — возразила брюнетка. — Да, у мужчин как у Лордов возможностей больше, потому что у них и развитие магического ядра выше. А всё из-за того, что им приходится держать всех вассалов и поддерживать их. Но женщины, если могут развиться, достигают своих высот. Чуть меньше, чаще всего, но всё же. И есть исключение из правил в лице магических королевских близнецов. Там женщины достигали тех же высот, потому что тоже носили титул Лорда. — Откуда ты о таких исключениях узнала? — заинтересовалась леди Малфой. — От предков, — покраснела Лилиан. — С леди они так редко разговаривают, что каждый раз запоминается, — мечтательно вздохнула миссис Малфой. — Но да, ты права. С лёгким хлопком посреди библиотеки возник домовик. — Хозяйка, хозяин закончил и попросил сообщить, что все приглашаются на ужин. — Спасибо, Крейк. Сейчас придём, — кивнула Леди, и домовик тут же исчез. А затем обратилась к девушке. — Хорошо, что ты пришла в таком скромном платье. Муж не выносит вычурности. Может, это сыграет тебе на руку. Лилиан удивилась, когда миссис Малфой заговорщицки ей подмигнула. Как будто её груз на душе уменьшили вполовину! Искренне улыбнувшись, она пошла следом за Леди. В столовой уже было всё накрыто. Хмурый Драко сидел по правую руку от отца, уставившись в одну точку. Лорд старался выглядеть невозмутимо, вот только ходящие желваки выдавали его. Усадив девушку рядом с Драко, миссис Малфой села слева от мужа. Она часто касалась его локтя, пытаясь успокоить. Начало ужина проходило в тягостном молчании. — Лилиан, расскажи, на кого бы ты хотела пойти учиться, — вдруг спросил Лорд. — На артефактора, — чуть дрогнувшим голосом произнесла Лилиан. — После школы самым приемлемым местом мне кажется Магическая Академия Талантов и Изобретателей. Поскольку аттестат Хогвартса там не будет признан, я уже начала подготовку к вступительным. — Приемлемым? — удивился Лорд Малфой, не ожидавший подобной оценки столь престижного заведения. — Ну да, — пожала плечами Лилиан, не став добавлять фразу: “Малфоям ведь нужно лишь самое лучшее”. Пока что было не время показывать характер. — После смерти Эмриса и исчезновения всей семьи Певереллов, таких же уникальных и мощных артефактов не создавалось уже давно. Единственный Род, который почти достиг тех же высот, был Поттер, но Вы сами знаете, что с ним творится последние четыре поколения. А в остальных академиях артефакторика не настолько глубоко изучается. — А Вы изучили вопрос, леди, — откинулся на спинку своего стула Лорд. — Но как же Вы сможете создавать столь сильные артефакты? Если я не ошибаюсь со своими скудными знаниями, для некоторых нужен довольно высокий уровень октан. — Так я же всего лишь недавно была введена в Род. Развитие моего магического ядра ещё не завершилось, — обезоруживающе улыбнулась Лилиан. — Да и никто не помешает мне компенсировать нехватку магии с помощью накопителей и присутствия более сильных магов при ритуале. — Судя по количеству октан, ты — чистокровная, — задумался Лорд. — Либо полукровка. Ну, что ж. Всё, что надо, я узнал. Надо будет связаться с Северусом и организовать вашу помолвку с Драко. — Можешь не связываться, пап, — потупился Драко. — Мы уже её заключили. Лорд Малфой лишь переводил взгляд с сына на покрасневшую невестку. И в кого он такой нетерпеливый? Конечно, он сам грешил по молодости подобным, но чтобы настолько… Нарцисса же лишь лукаво сверкала глазами, делая очередной глоток вина. — Это слишком скоропалительно, сын, — наконец вышел из ступора сиятельный Лорд, одним глотком осушая своевременно принесённый домовиком бокал с виски. — А если бы она оказалась менее… амбициозной и способной? — Тогда это была бы только моя проблема, — огрызнулся Драко, но уже менее яростно. Он заметил, как его отец расслабился после такого краткого диалога. — Драко, ты же знаешь, что мы за тебя волнуемся, — примиряюще произнесла миссис Малфой. — Раз уж вы все разногласия решили, то предлагаю заняться десертом, отметить праздник и отправляться на матч. Дальше ужин пошёл в менее напряжённой атмосфере. Задавались вопросы про учёбу и преподавателях. Периодически слышался смех. Обстановка в компании стала не такой тягостной, но Лорд Малфой всё ещё присматривался к невестке. По окончанию, все вышли из-за стола, провели небольшой ритуал памяти предкам, и направились к аппарационной площадке прогулочным шагом. После скручивающего желудок водоворота, все вышли в море палаток. На своём участке поставив скромную зелёную походную версию, все расположились по комнатам внутри. Палатка была магической, с расширенным внутренним пространством, представляющим собой полноценную квартиру. Четыре комнаты располагались за дверьми, которые вели из гостиной. Всё убранство состояло из тёплых песочных тонов и придавало месту воздушности. В комнате Лилиан оказались не только кровать с тумбой, но и просторный шкаф, и дверь, шедшая в личную ванную. Зевнув, она расположилась на мягком матраце, устраивая рядом Цербера. Всё время пребывания в Малфой-мэноре этот маленький чёрный комочек скакал по саду под внимательным взором Ровера, который улёгся рядом с хозяйкой. Все проснулись на рассвете. Степенно позавтракав, подростки и взрослые разошлись по разным комнатам. Тем более, что в соседней комнате прозвучал звук аппарации. На любопытные взгляды Лилиан и Драко, Лорд лишь сказал, что это сюрприз, и они увидят его немного позже. Лилиан прошла в свою комнату, где ей составил компанию Драко. Она достала из своего чемодана бесформенную кучу ниток, и за разговорами с женихом стала пробовать себя в другой сфере рукоделия по книге, что когда-то скопировала у тёти. Творческое “нечто” приобретало вполне конкретные очертания. Подростки, отпросившись, пообедали в комнате. Периодически к ним заглядывала Нарцисса, проверяя, всё ли в порядке. Раньше от этих двоих было много шума. Увидев практически идиллистическую картину, Леди спокойно выдохнула. Ближе к ужину Лилиан уже закончила делать сумку, и отложила её в сторону, решив вышить на ней необходимые руны позже. Зайдя в гостиную, девушка завизжала от радости и бросилась на шею высокому брюнету, что стоял рядом со столом и что-то обсуждал с Лордом Малфоем. — Папа, ты приехал! — голосила девушка, не смущаясь своего непосредственного поведения. — Хотелось бы знать, до чего ты можешь докатиться, если выберешь вместо профессии это пижонство, — хмыкнул Северус. — Скоро прибудет твой дед. Он сказал, что просто обязан быть сегодня на месте. И что-то про Новую Гвинею. — Северус, правильно я понимаю, что у девушки нашлись родственники? — скептически поднял бровь Малфой. — Они против помолвки? — Родственники нашлись, но принимает решение… кхм… немного другой человек. Он не против, насколько я понял, — постарался обойти острые углы Лорд Принц. — Он пообещал меня вызвать на дуэль, если с Лилс что-то случится, а перед этим уши открутить, — пробурчал Драко, скрещивая руки на груди. — И, как я понял, наше Сиятельство согласилось на помолвку и брак, — взглянул своими чёрными глазами на друга брюнет. — Пришлось. Оба были довольно… убедительны, — осторожно, прощупывая почву, сказал Люциус. — Сколько раз я говорил, что нельзя подмешивать зелья в напитки для достижения своих целей, юная леди, — Северус строго глянул на свою так и не отлипшую от него дочь. Лорд Малфой в удивлении глянул на невестку. Он впервые видел, как Северус предъявлял девочке какие-то претензии. Даже интересно стало, как она выкрутится. — Пап, ну ты же сам говорил, что подобные вопросы можно решать только на чистую голову, иначе согласие можно будет оспорить. Так что ничего я не подмешивала, — обезоруживающе улыбнулась Лилиан, проводя ладонью по плечу Северуса. А затем горестно вздохнула. — Пришлось применять обычные методы убеждения. Кстати, как там Маргарет? Надеюсь, она сама никого не отравила? — Судя по последнему письму, близка к этому, — хмыкнул зельевар. — Твоё общество пагубно влияет на доверчивые женские умы, Северус, — удручённо покачал головой Люциус, впрочем, не способный скрыть своей довольной физиономии. — Дети, идите немного прогуляйтесь. Северус, вот не пойму, почему ты захотел сидеть в толпе? Мог бы и с нами, в ложе. — Лилс, пойдём? — уточнил Драко. — Буквально минуту, — Лилиан вплотную подошла к Лорду Малфою. В её глазах плескалось какое-то ребячество. Она сделала книксен, глядя прямо в глаза Люциуса. — Спасибо, мистер Малфой, что помогли моим папе и дедушке приобрести билеты. — Кхм… чего не сделаешь для друга, — растерянно ответил Лорд. Затем его сын с радостной невесткой вышли из палатки, провожаемые неоднозначными взглядами. Нарцисса лишь хихикнула, прикрыв рукой рот. — Нда-а-а, а девочка-то выросла, — почесал затылок Лорд. — Дорогая, это она от тебя понабралась, однозначно. — О, нет, — томно вздыхая, подошла Леди к своему мужу. — Многое она насмотрелась у тебя и Северуса. Раздался булькающий звук. Чета Малфой удивлённо обернулась и увидела едва сдерживающего смех Северуса. — Так это ты решил подстроить? — раздувая ноздри в притворной ярости, отозвался блондин. — Поверь, нет. Ха-ха, ой, — всё ещё пытался успокоиться Лорд Принц, наслаждающийся картиной. — И, заметь, она действовала в рамках этикета. — Далеко пойдёт, — гордо поднял голову Люциус, как будто вся заслуга по воспитанию принадлежала ему. — Дети ушли? — вышел четвёртый человек из комнаты. — Превосходно. Не хотелось бы при них рассказывать всё, но мне понадобится ваше содействие. Этот седеющий человек оказался Флимонтом. Конечно, ему ещё не так много лет по меркам магов, но после того, как ему пришлось отказаться от титула Лорда Рода, магии стало совсем мало, и старость пришла гораздо быстрее, исказив черты лица. Что в данном случае Флимонту было только на руку. Он не планировал раскрывать себя.

* * *

Солнце клонилось к закату. Казалось, воздух дрожал, предвкушая великое событие. Торговцы трансгрессировали на каждом свободном футе пространства, неся лотки и толкая тележки, полные товаров и простых безделушек. Лилиан с Драко с небольшим непониманием уставились на всю беснующуюся толпу, которая сходила с ума от подобных сувениров, но и сами не удержались, рассматривая простые зачарованные украшения. Драко, повинуясь своему желанию, подарил девушке волшебную розу белого цвета. Вернулись к палатке в таком же приподнятом настроении. Поужинав и нарядившись, они сели за столом и в пополнившейся компании стали вести неспешный диалог. Откуда-то из-за леса раздался гулкий звук гонга, и тут же среди деревьев вспыхнули зелёные и красные фонари, осветив просеку, ведущую к спортив­ному полю. Лорд Малфой, в классической чёрной мантии, тёмно-сером костюме и чёрной рубашке, подал руку леди Малфой, облачённой в элегантное чёрное приталенное платье с накинутой на плечи расшитой мантией. Драко, в такой же чёрной мантии, что и отец, но в белой рубашке и чёрном костюме, подхватил под руку Лилиан. Девушка достала тёмно-синее платье до колен, в котором была на свадьбе Джо. Блондин, что-то проворчав, накинул ей на плечи в цвет платья мантию. Флимонт с Северусом не стали так щепетильно выбирать гардероб, ведь располагались в секторе с обычными магами, а не в министерской ложе, и уже давно ушли вперёд. Две пары красиво одетых людей степенно прошли через лес, следуя за светом фонарей. Они слышали шум тысяч людей, шедших вокруг, крики, смех, обрывки песен. Всю дорогу через лес они негромко переговаривались, пока не вы­шли на противоположную сторону и не оказались в тени гигантского стадиона. — Первоклассные места! — заметила колдунья из Министерства, проверяя билеты. — Верхняя ложа! Прямо по лестнице и наверх. Мистер Малфой лишь кивнул и пропустил дам вперёд. Лестницы на стадионе были выстланы ярко-пурпур­ными коврами. Их группа шла наверх вмес­те с толпами болельщиков, которые постепенно расса­живались по трибунам справа и слева от них. Мистер Малфой вёл всё выше и выше; наконец они поднялись на самый верх лестницы и очутились в ма­ленькой ложе на высшей точке стадиона, как раз на середине между голевыми шестами. Тут в два ряда стояли примерно двадцать пурпурно-золочё­ных кресел. Гарри, Гермиона и всё семейство Уизли уже сидело на первом ряду, никто из них явно не позаботился о своём внешнем виде: все немного растрёпанные и в повседневной одежде. Заглянув за край лоджии, Лилиан восхитилась видом. Огромное количество рядов поднималось вокруг овальной арены. Всё заливал золотистый свет. С этой высоты поле выглядело гладким, как бархат, в каждом конце стояло по три пятидесятифуто­вых шеста с кольцами, а прямо напротив, как раз на уров­не их лоджии, было исполинское чёрное табло — по нему бежали золотые надписи с рекламными объявлениями. — Чего ты смотришь? — смутилась Лилиан, заметив взгляд Драко. — Мне нравится вид, — просто ответил блондин, не отрывая взгляда от суженой. — Льстишь, — хихикнула девушка. Рон, заметивший пополнение на лоджии, сначала скривился, но затем смотрел на Лилиан с раскрытым ртом. Близнецы сначала подшучивали над ним, а заметив направление взгляда брата, заскрежетали зубами. Помимо них в ложе находился домашний эльф, пристроившийся на противоположном конце второго ряда. Он был с такими короткими ножками, что они по­просту торчали из кресла, и сидел, уткнувшись лицом в ладони. Малфои прошли к четырём местам второго ряда, как раз позади мистера Уизли. Лилиан и Драко достались места позади Рона и Гарри. Мистер Уизли удивлённо посмотрел на Лилиан, но решил ничего не говорить. Гарри лишь кивнул в ответ на такое же немое приветствие Драко. — А, Фадж! — произнёс мистер Малфой, подходя к министру и протягивая руку. — Как дела? По-моему, ты ещё не знаком с моей женой Нарциссой? И с нашим сы­ном Драко и его невестой? Услышав последнее заявление, Гермиона повернулась назад. Гриффиндорка при появлении Малфоев лишь мазнула взглядом по ним, не придав значения, что с ними какая-то девушка. Но пару секунд беззастенчивого разглядывания — и она поняла, кого так представил Малфой-старший. Моментально её лицо исказила гримаса отвращения. — Добрый вечер, добрый вечер! — Фадж улыбнулся и поклонился миссис Малфой. — Позвольте пред­ставить вам мистера Обланск... Обалонск... мистера... ко­роче, он болгарский министр магии и не понимает ни слова из того, что я говорю. И да­вайте посмотрим, кто тут у нас еще? С Артуром Уизли вы знакомы, я полагаю? Мистер Уизли и мис­тер Малфой посмотрели друг на друга. Холодные серые гла­за Малфоя-старшего скользнули по мистеру Уизли и затем обежа­ли весь ряд. — Боже правый, Артур, — негромко произнёс он, — что же тебе пришлось продать, чтобы достать места в вер­хней ложе? Уверен, ты за весь свой дом столько бы не выручил. Фадж, не слышавший этих слов, продолжал: — Люциус на днях сделал очень щедрое пожертвование больнице святого Мунго, Артур, так что здесь он в качестве моего гостя. — Как… как мило! — промолвил мистер Уизли с натя­нутой улыбкой. Мистер Малфой задержал взгляд на Гермионе — та слегка покраснела, но решительно посмотрела в ответ. Мистер Малфой насмешливо кивнул мистеру Уизли и устроился на своём месте. А в следующий момент в ложу ворвался полный маг, пышущий энергией, в полосатой форме для квиддича. — Все готовы? — пророкотал он. Его лицо светилось, словно круг счастливого эдамского сыра. — Министр, начинать? — По твоей команде, Людо, — с удовольствием отве­чал Фадж. Людо выхватил палочку, направил себе прямо на горло и произнёс: — Сонорус! — И с этого мгновения его голос превратился в громовой рёв, заполнивший до предела забитый стадион. — Леди и джентльмены! Добро пожаловать на финал четыреста двадцать второго Чем­пионата мира по квиддичу! Я, Людо Бэгмен, сегодня буду комментатором для вас! Зрители разразились криками и аплодисментами. Разве­вались тысячи флагов, послышалась разноголосица национальных гимнов. С гигантского табло сгинуло последнее объявление и зажглись слова: БОЛГАРИЯ - 0, ИРЛАНДИЯ - 0 — А теперь без долгих предисловий позвольте пред­ставить вам... Талисманы болгарской сборной! Правая часть трибун — сплошь в красных флагах — одобряюще заревела. На арену выбежала сотня женщин. Но вот грянула музыка, и вейлы пустились в пляс. Драко лишь вздохнул разочарованно. Рон поддался их чарам — встал ближе к барьеру лоджии и, кажется, собирался прыгать. Близнецы Уизли были близки к такому же состоянию. Мужчины на лоджии весело хмыкали на поведение молодёжи. А Гарри недоумевающе смотрел на гриффиндорцев. Музыка остановилась. Рон заморгал. Он сначала замер, не понимая, где находится, а затем покраснел и опустился обратно на своё место. Близнецы пустились в шутливый пляс, также постепенно успокаиваясь, и после своего представления рассевшись в креслах. Трибуны взорвались недовольными криками — зри­тели не хотели отпускать вейл. Рон тем временем рассеянно обрывал клевер со своей шляпы. Мистер Уизли, чуть улыбаясь, склонился к нему и забрал шляпу из его рук, мимоходом что-то прошептав ему на ухо. Гриффиндорка глянула уничижительным взглядом на Лилиан, а затем такой же послала вейлам. И чего это все парни семейства Уизли так пожирали их глазами? Ведь красота вообще не играет никакого значения! Главное — знания! И она знала, что Лилиан получила высшие баллы почти по всем предметам в прошлом году, так что опасалась за своё звание самой умной ведьмы их поколения, и настороженно поглядывала на соперницу. — А теперь, — загрохотал голос Людо Бэгмена, — в знак приветствия поднимем наши волшебные палоч­ки... Перед нами талисманы сборной Ирландии! В следующую секунду нечто похожее на громадную зелёно-золотую комету влетело на стадион. Сделав круг, она распалась на две поменьше, каждая из которых со свистом понеслась к голевым шестам. Связывая два пы­лающих шара, над полем неожиданно аркой встала ра­дуга. Зрители дружно издали громогласное «ах», глядя на этот фейерверк. Радуга угасла, светящиеся шары вновь соединились и слились, образовав на этот раз исполинский мерцающий трили­стник, который взмыл в небо, завис над стадионом, и из него хлынуло нечто наподобие золотого дождя. — Классно! — воскликнул Рон, когда трилистник вос­парил над их головами и из него посыпались тяжёлые золотые монеты, отскакивая от кресел. Присмотревшись, Лилиан разглядела, что летающее чудо составляли тысячи крохотных бородатых человечков в красных камзолах, каждый из которых нёс по маленькой золотой или зелёной лампе. — Лепреконы! — попытался перекричать громовые аплодисменты толпы мистер Уизли; многие ещё рыска­ли и толкались под креслами, собирая золото. Величественный трилистник распался, лепреконы опустились на поле — на противоположную сторону от вейл — и, скрестив ноги, расселись, чтобы смотреть матч. — А теперь, леди и джентльмены, поприветствуем — болгарская национальная сборная по квиддичу! Пред­ставляю вам — Димитров! Фигура в красной форме, двигающаяся с такой быстротой, что казалась размытой, вылетела на поле из дальнего нижнего входа под сумасшедшие апло­дисменты болгарских болельщиков. — Иванова! Полетел второй игрок в красной мантии. — Зогров! Левски! Волчанов! Волков! И-и-и-и-и-и Крам! — Вот он, вот он! — завопил Рон, уставившись на Крама в омнинокль. — А сейчас встречаем ирландскую национальную сборную! — надсаживался Бэгмен. — Представ­ляю: Конолли! Райан! Трой! Маллет! Моран! Куигли! И-и-и-и-и Линч! Семь зелёных вихрей вырвались на поле. — А также из самого Египта — наш судья, почётный председатель Международной ассоциации квиддича, Хасан Мустафа! Маленький и тощий волшебник, совершенно лысый, но зато с пышными усами, одетый в мантию цвета чистого золота, вышел на поле. В одной руке он нёс солидных раз­меров плетёную корзину, в другой — метлу, из-под усов торчал серебряный свисток. Мустафа взобрался на метлу и откинул крышку кор­зины — в воздух взвились четыре шара. Пронзительно свистнув, Мустафа взлетел вслед за шарами. — На-а-а-ачинаем! — взвыл Бэгмен. — Это Маллет! Трой! Моран! Димитров! Снова Маллет! Трой! Левски! Моран! Такой квиддич был не сравним со школьными соревнованиями. Скорость игроков была невероятной — охот­ники перебрасывали друг другу квоффл так быстро, что Бэгмен едва успевал называть их имена. Один из болгарских загонщи­ков, поравнявшись с бладжером, с молодецкого размаха своей небольшой битой выбил его прямо перед ирландским охотником. Та, уклоняясь от бладжера, взяла круто вниз и вы­ронила квоффл, а болгарин, шедший ниже, подхватил его. Ирландцы обыграли болгар, не поддавшись на их уловку с перепасовкой, и стремительно рванули к кольцам противника. Умело посланный блаждер оставил ворота открытыми, и… — Трой открывает счёт! — взревел Бэгмен, и стадион задрожал от грома оваций и криков восторга. — Десять — ноль в пользу Ирландии! Трой сделал круг почёта. А лепреконы, наблюдавшие за игрой из-за боко­вой линии, вновь поднялись в воздух и образовали гигантский мерцающий трилистник. С другой стороны арены на них мрачно смотрели вейлы. — Ты видишь, как ирландцы играют? — решил спросить у Лилиан Драко, наклоняясь ближе, чтобы не пришлось кричать. — Примерно как наша команда и львы, — кивнула девушка. — Очень слаженно. Команда зелёных действо­вала как единое целое и, похоже, читали мысли друг дру­га, перестраиваясь в воздухе. В течение десяти минут Ирландия забила ещё дважды, чем вызвала шквал оглушительного рёва и аплодисментов со стороны украшенных зелёным болельщиков. Игра пошла ещё быстрее, но стала жёстче. Болгарские загонщики лупили по бладжерам со всей свирепостью, целясь в ирландских охотников, и старались помешать им применить их коронные при­ёмы; два раза болгары были отброшены, но вот наконец Иванова сумела прорвать оборону противника, обыгра­ла вратаря и забила первый болгарский гол. — Димитров! Левски! Димитров! Иванова! Вот это да! — кричал Бэгмен. Зрители затаили дыхание, когда двое ловцов — Крам и Линч — спикировали прямо через кучу охотников на такой скорости, что, казалось, они просто спрыгнули с самолёта без парашютов. — Примерно тоже самое ты вытворяла на поле, когда неслась на Маркуса, — хмыкнул Драко, заставив покраснеть Лилиан. В самую последнюю секунду Виктор Крам вышел из пике и отвернул прочь, однако Линч ударился о землю с глухим стуком, слыш­ным по всему стадиону. С ирландских трибун раздался чудовищный стон. — Тайм-аут! — объявил Бэгмен. — Подождём, пока прибывшие на поле медики обследуют Эйдана Линча! Лилиан перевела взгляд на Крама. Тот кружил высоко над Линчем, которого приводили в чувство медики. Пока Линч приходил в себя, Крам, пользу­ясь случаем, без помех отыскивал снитч. Наконец Линч поднялся на ноги, к буйной радости бурлящих зелёным трибун, уселся на свою «Молнию» и ото­рвался от земли. Его воскрешение, похоже, вселило в ир­ландцев второе дыхание. Как только Мустафа дал свисток о продолжении игры, ирландские охотники бросились в бой, демонстрируя чудеса мастерства. Пятнадцать минут пролетели в жарких схватках, и Ирландия вырвалась вперёд ещё на десять голов. Игра стала откровенно грязной. Когда Маллет в очередной раз помчалась к голевым шестам, крепко прижимая к себе квоффл, болгарский вратарь Зогров рванулся ей навстречу. Всё произошло настолько быстро, что Лилиан не успела ничего уловить, но дружный вопль гнева ирландских болельщиков и долгий, пронзительный свисток Мустафы возвестили о наруше­нии правил. — Мустафа разбирается с болгарским вратарём отно­сительно нанесения удара — запрещённый толчок лок­тем! — сообщил Бэгмен распалённым зрителям. — Так... Да, Ирландия пробьёт пенальти! Лепреконы, в злости поднявшиеся в воздух, когда Маллет была ата­кована, теперь, слетевшись вместе, образовали слова: «ХА-ХА-ХА». На другой стороне поля вей­лы разом вскочили на ноги, яростно распушили волосы и вновь заплясали. Хасан Мустафа при­землился прямо перед танцующими вейлами и вытворял что-то очень странное — картинно на­прягал мышцы и залихватски подкручивал усы. — Так, это уже чересчур! — заявил Бэгмен, хотя и в его голосе звучало изрядное веселье. — Кто-нибудь, тряхни­те судью! Колдомедик, заткнув пальцами уши, стремглав промчался через поле и с силой пнул Мустафу в голень. Судья как будто пришёл в себя, гневно потрясая кулаком в сторону вейл. — Если я не слишком ошибаюсь, Мустафа пытается удалить с поля талисманы болгарской команды! — ком­ментировал Бэгмен. — Такого мы еще не видели... Ох, это может принять плохой оборот... Болгарские загонщики, приземлившись по обе стороны от Мустафы, затеяли с ним ожесточённый спор, указывая на лепреконов, кото­рые теперь радостно сгруппировались в слова «ХИ-ХИ-ХИ». Болгарские аргументы, однако, не произвели впе­чатления на Мустафу — он тыкал пальцем в небо, явно приказывая им вновь подняться в воздух, и, когда они от­казались, дал две короткие трели из своего свистка. — Ирландия пробивает уже два пенальти! — гаркнул Бэгмен, и болгарские трибуны отчаянно взвыли. — А Вол­кову и Волчанову лучше бы вернуться к своим мётлам... Да... они улетают... а Трой берёт квоффл... Теперь уровень жестокости в матче перешагнул все пределы. Загонщики обеих команд действовали без вся­кой жалости — Волков и Волчанов особенно усердство­вали, неистово молотя битами и не разбирая, бладжер или человек попался им под удар. Димитров налетел пря­мо на Моран, которая владела квоффлом, и едва не сбил её с метлы. — Нарушение! — разом взревели ирландские болель­щики, поднявшись единой зелёной волной. — Нарушение правил, — эхом отозвался магически усиленный голос Бэгмена. — Димитров толкает Мо­ран — умышленный толчок с налёта, — сейчас должно быть ещё одно пенальти... Да, звучит свисток! Лепреконы опять взвились в небо и на сей раз изоб­разили гигантскую руку, делавшую очень неприличный жест в направлении вейл. Те окончательно вышли из себя. Они бросились через поле и принялись швырять в лепреконов горстями что-то огненное. — Вот поэтому, мальчики, — закричал мистер Уизли, перекрывая рёв толпы внизу, — никогда не гонитесь за одной лишь внешностью! Волшебники Министерства высыпали на арену, что­бы разнять сцепившихся вейл и лепреконов, но куда там! Впрочем, сражение на поле было сущим пустяком по сравнению с тем, что творилось в воздухе. Квоффл пулей перелетал из рук в руки. — Левски... Димитров... Моран... Трой... Маллет... Ива­нова... снова Моран... Моран... Моран... МОРАН ЗАБИВА­ЕТ ГОЛ! Однако ликующие возгласы ирландских болельщи­ков были едва слышны за воплями вейл, которых бомбили из палочек сотрудники Министерства, и криками разъярённых болгар. Игра немед­ленно продолжилась — квоффлом завладел Левски, за ним — Димитров. Ирландский загонщик Куигли, круто развернувшись у пролетавшего бладжера, мощнейшим, как из пушки, броском направил его прямо в Крама — тот не успел во­время нагнуться и получил удар в лицо. Весь стадион протяжно охнул. По-видимому, у Крама был сломан нос, он был весь в крови, но Мустафа не давал свистка. Ему было не до того — какая-то вейла метнула в него пригоршню огня и подожгла судейскую метлу. Никто не обращал внимания на то, что Крам травмирован. — Тайм-аут! Эй, там, он не может играть в таком со­стоянии, посмотрите на него... — Взгляни на Линча! — закричал Гарри. Ирландский ловец внезапно перешёл в пике, и Лилиан была совершенно уверена, что это не финт Вронского; на этот раз всё было по-настоящему... Не менее половины зрителей сообразили, что про­исходит; ирландские болельщики встали зелёной стеной, подбадривая своего ловца, но Крам уже завис у него на хвосте. Как он разбирал, куда лететь, оставалось загадкой, мельчайшие капли крови шлейфом отмечали в воз­духе его след, он поравнялся с Линчем, и вот уже оба вновь несутся к земле. — Они разобьются! — взвизгнула Гермиона. — Нет! — прокричал Рон. — Линч может! — воскликнул Гарри. Он был прав: во второй раз Линч грохнулся о зем­лю со страшной силой и тут же исчез под ордой разбу­шевавшихся вейл. — Снитч, где снитч? — на всю ложу заорал Чарли. — Он поймал его! Крам его поймал! Всё кончено! — воскликнул Гарри. Крам нето­ропливо поднялся в воздух — в его высоко поднятой руке искрилось золото. На табло зажёгся счёт: БОЛГАРИЯ - 160, ИРЛАНДИЯ - 170. До зрителей не сра­зу дошла суть произошедшего. Но затем постепенно, буд­то неимоверной величины нарастающий поток, гул на трибунах ирландских болельщиков становился всё гром­че, и взорвался громовым воплем ликования. — ИРЛАНДИЯ ПОБЕДИЛА! — надрывался Бэгмен, ко­торый, как и ирландцы, был захвачен врасплох неожи­данным окончанием матча. — КРАМ ЛОВИТ СНИТЧ, НО ПОБЕЖДАЕТ ИРЛАНДИЯ! Бог ты мой, кто мог такое ожи­дать! — На кой ему понадобилось ловить снитч? — кричал Рон, прыгая и хлопая в ладоши над головой. — Остано­вить матч, когда ирландцы были на сто шестьдесят оч­ков впереди, вот болван! — Он знал, что им никогда не догнать Ирландию, — ответил Гарри сквозь шум, тоже аплодируя изо всех сил. — Ирландские охотники слишком хороши... он хотел закончить матч на своих условиях, вот и всё... Целая толпа целителей пробивалась к опустившемуся на поле Краму через свалку дерущихся вейл и лепреконов. Над всем полем в безумной радости носились лепреконы. Вся команда болгар собралась тут же явно в подавленном настрое­нии, они невесело пожимали друг другу руки. А непода­лёку ирландские игроки плясали от радости, осыпаемые золотом слетевшихся к ним бородатых талисманов; по всему стадиону развевались флаги, отовсюду гремел ир­ландский гимн. Вейлы опять вернулись к своему прежне­му облику, но вид у них был удручён­ный и печальный. — Что ж, они храбро сражались, — послышался мрач­ный голос, это был болгар­ский министр магии. — Вы говорите по-английски! — возмущенно вос­кликнул Фадж. — И вы весь день смотрели, как я объяс­няюсь жестами! — Ну, это было очень забавно, — пожал плечами бол­гарин. — Ирландская сборная выполняет круг почёта в со­провождении своих талисманов, а Кубок мира по квид­дичу вносят в верхнюю ложу! — объявил Бэгмен. В глаза Лилиан ударил слепящий магический свет, за­ливший ложу так, чтобы со всех трибун было видно, что происходит внутри. Прищурившись, она увидела двух взмокших волшебников — они внесли увесистую золо­тую чашу, которую и передали Корнелиусу Фаджу, всё ещё рассерженному из-за того, что он весь день понапрасну рас­трачивал свои способности на язык жестов. — Давайте громко поаплодируем доблестным проиг­равшим — Болгарии! — громогласно предложил Бэгмен. В верхнюю ложу по лестнице поднялись семе­ро болгарских игроков. На три­бунах прокатилась волна благодарных рукоплесканий. Болгары один за другим проходили между рядами кресел, Бэгмен называл имя каждого, и сначала им пожимал руку их ми­нистр, а затем — Фадж. Крам, шедший последним, выгля­дел очень неважно: вокруг глаз залегли чёрные тени, на лице запеклась кровь; он все ещё сжимал снитч. У Крама было плоскостопие, и он заметно сутулился. Но стоило прозвучать его имени, как весь ста­дион разразился громоподобным, разрывающим уши рёвом. Потом появилась ирландская команда. Эйдана Лин­ча вели под руки Моран и Конолли; второе падение явно не прошло для него бесследно, но он всё равно улыбался от счастья, когда Трой и Куигли высоко подняли Кубок, а трибуны под ними бушевали от восторга. И на­конец, когда ирландская сборная покинула ложу, чтобы сделать ещё один круг почёта на своих мётлах, Бэгмен напра­вил волшебную палочку на собственное горло и произ­нёс: — Квиетус! Они будут обсуждать это годами, — про­хрипел он. — Вот уж действительно неожиданный пово­рот... Жаль, что так быстро закончилось... Ах да... я же вам должен... сколько там? Фред и Джордж перелезли через кресла и уже стояли перед Людо Бэгменом с радостными улыбками и протя­нутыми руками. — Ты вроде играешь на позиции ловца, Драко? — обратился к сыну мистер Малфой, когда ложа начала пустеть. — Нет, — покачал он головой. — Маркус сказал, что я лучше проявляю свои способности на месте охотника. Ловец у нас Лилиан. — Вот значит как, — задумался Люциус. — Весьма непростая позиция, как я погляжу, — подала голос Нарцисса. Весь её вид говорил о том, что ей не нравится столь опасный спорт, но она согласилась прийти на зрелище ради семьи. — Да, — кивнул Драко. — Чтобы поймать снитч, она пару раз летела на таран. Но вовремя уклонялась. — В прошлом году я из-за дементоров лишилась метлы, — пожала девушка плечами. — Она обледенела настолько, что начала разваливаться прямо в полёте. Хорошо, что я успела приземлиться. — Отец, раз вы сейчас пойдёте к своим знакомым, могу я немного прогуляться вместе с Лилиан? — решил уточнить Драко. — Хорошо, — кивнул Люциус. — До полуночи вернитесь в палатку. Мы не будем сильно задерживаться здесь. Они все вместе вышли со стадиона, разделившись прямо у леса. Лилиан повела Драко к палатке Уизли. Фонари освещали путь, в ночном воздухе разносилось нестройное пение, а над их головами проносились леп­реконы, гогоча и размахивая лампами. В воздухе мерцали зелёные вспышки салютов, и грохот стоял соответствующий, так что пара прогуливалась не спеша. Когда они подошли к палатке, вся компания Уизли, что уже находилась внутри, с упоением и чересчур громко обсуждала матч. — Ты уверена, что мне разрешат присоединиться? — настороженно уточнил Драко. — Пф-ф, нет, конечно, — сложила руки на груди девушка. — Сейчас Гарри выйдет, мы немного посидим, и пойдём к нам. На этих словах гриффиндорец практически вылетел из палатки: — Меня там близнецы чуть не насильно пытались остановить… Вход в палатку опять заколыхался, из проёма выглянула рыжая голова с длинным хвостом: — Гарри, давай ещё гимн споём! Но Джинни никого не увидела, озадаченно обошла палатку и вернулась внутрь. Троица друзей, что осталась на улице, немного выждала и вновь стала видимой. — Как же хорошо, что мантию активировали, — выдохнул Гарри. — А то пока её достанешь… Кстати, Лилс, мне что-то немного дурно после Уизли. Голова кружится и всё плывёт перед глазами. Лилиан нахмурилась, достала палочку и стала проводить ею рядом с брюнетом. — Поздравляю, вас опоили, — насмешливо произнесла слизеринка. — Скорее всего, это любовное. Опять. — Да что ж это такое! — закатил глаза Гарри. — Ну, ты завидный жених. Много силы, мало знаний… — пожал плечами Драко. — Лилс тоже привлекательная невеста, — прищурил глаза Поттер, наблюдая за звереющим Драко. — Потенциала много, безродная. Да и миссис Уизли у меня про неё спрашивала за прошедший вечер что-то очень часто. Выясняла, где живёт и пыталась отправить письмо с приглашением погостить. — Хватит, Потти, нормально же общались, — надул губки Драко. Внезапно прогремел особенно громкий взрыв. Друзья резко обернулись, чтобы успеть заметить взметнувшиеся языки пламени над палатками. И в этот же миг к ним подбежал Флимонт: — Гарри, Драко, быстро к лесу! — Лилс! — потянулся к девушке блондин. — Бегите, живо! — заорал Флимонт. Парни отбежали на несколько рядов палаток, но их фигуры всё ещё маячили вдалеке. К ним метнулся высокий силуэт, похожий на летучую мышь, что придало спокойствия девушке. Какое-то предчувствие кольнуло Лилиан, она обернулась, и увидела её. Высокая женщина в странных тёмных одеждах медленно брела между палатками и не обращала внимание на веселье. Платье и мантия висели на ней чёрными балахонами. Внезапно женщина обернулась и посмотрела в сторону парней. Она стала пристально разглядывать всех. И, когда её взгляд упал на Лилиан, что стояла ближе, она нахмурилась. — Покажи себя! — закричала она, метнув в их сторону огненный шар. Флимонт достал из-за пазухи какой-то артефакт и ткнул им прямо в грудь слизеринки. Перед тем, как мир стал чёрным, она увидела, что дедушка стал выглядеть как она. И его настиг огненный шар. Вылетела она прямо в гостиной палатки Малфоев. Там уже металась из угла в угол Нарцисса. Увидев обожжённую девушку, она тут же устремилась к ней. Слышался запах палёных волос. — Лилиан! Ты в порядке? — Кажется, несколько ожогов, — поморщилась девушка, свалившаяся на пол. И тут же охнула, когда попыталась встать. А ещё всепоглощающее чувство пустоты. Это наверняка Гарри из-за того огненного шара переживает. — Северус настоял, чтобы вам всё рассказать, иначе ты и Драко во что-то можете влезть, — женщина тут же принялась копаться в своей походной аптечке, доставая на стол целую батарею мазей и зелий. — Ваш дед наложил следящее заклинание на Ветерок. Как уж удалось — не знаю. Он выяснил, что она готовится убить тебя из-за близости к последнему Поттеру, что находится у всех на виду. Создал артефакт, действующий как оборотное зелье. И решил применить самостоятельно. — Дедушка… мёртв? — наполнились слезами глаза девушки. — Похоже на то, — грустно кивнула Нарцисса, обрабатывая ожоги. — Северус отправил мальчиков к лесу, чтобы они не пострадали. Он сказал помочь тебе при прибытии, сделать как можно более грязный внешний вид. Ты сейчас должна будешь аппарировать к твоему Наследнику, как он выразился, и начать играть в открытую. Лилиан ошарашенно взглянула в глаза женщины. Он что? Попросил снять маскировку? — Я бы оставила тебя в Мэноре, но Северус настоял, — покачала головой леди Малфой. — Можешь не рассказывать, кем теперь будешь. Но ты останешься нашей невесткой. Постарайтесь с Драко оберегать друг друга. — По-поняла, — немного заикаясь, кивнула Лилиан. По опыту предыдущих экстремальных ситуаций, как только адреналин спадёт, её будет трясти. Поэтому без лишних вопросов она переоделась в мешковатую футболку, скрывающую маленькие шорты, приняла из рук Нарциссы свой уменьшенный чемодан и глубоко вздохнула. Опустив голову, прикрыв лицо взлохмаченными волосами, которые стали в два раза короче из-за того огненного шара, Лилиан перенаправила маскировочное заклинание на помолвочный браслет и позволила стихийной аппарации перенести её. Она оказалась на опушке леса. Между деревьями собрались тысячи человек. Неподалёку Гарри с Драко орали друг на друга, держась подальше от толпы. — Га-р-ри, — едва проговорила Роуз. — Твой отец там! Он что, не может… — заорал Гарри, указывая в сторону палаточного города, на миг оглядываясь в ту же сторону. И замер как вкопанный. — Гар-ри, — опять едва шевелила губами девушка. — Роуз! — парень заметил зелёные глаза и подбежал к ней, крепко прижимая к себе. “Лилс”, — облегчённо выдохнул блондин. “Не подходи близко. Лилиан убили из-за того, что она была рядом с Гарри Поттером”, — тут же среагировала девушка, немного дёргаясь в объятиях брата. “Кто это был на самом деле?” — решился уточнить брюнет. — “Мы видели тебя во вспышке огня. Северус заорал на нас, что мы идиоты, и потащил сюда. Потом запретил уходить и угрожал ядом.“ “Это был дедушка”, — с трудом выдавила из себя девушка. — Вы слышали? Это Роуз! Роуз Поттер! — заголосили где-то среди деревьев. Маги, будто в зоопарке, стали подходить всё ближе, глазея на едва одетую девушку, которая в панике оглядывалась своими зелёными глазами на всех вокруг. Такими же зелёными, какие были и у парня, что её держал в объятиях. Но мистер Уизли вернулся вовремя. Он встал рядом с Поттерами, разводя руками. Роуз краем глаза заметила, как миссис Малфой забирает Драко из этого цирка. Теперь все волшебники подскочили к мистеру Уизли и стали расспрашивать: «Что там творит­ся?», «Кто это наколдовал?», «Артур, это... не ОН?». — Разумеется, это не он, — устало отвечал мистер Уизли. — Неизвестно, кто это был, они аппариро­вали. А сейчас извините, я хочу пойти и лечь спать. Вместе с Гарри и Роуз он протиснулся сквозь толпу, и вся компания продолжила путь в лагерь. Казалось, мистер Уизли даже не заметил, что Гарри вёл ещё какого-то подростка вместе с собой. Здесь всё затихло, лишь дымились несколько сгоревших палаток. Из домика высунулась голова Чарли. — Па, что там происходит? — раздался его голос. — Фред, Джордж, Рон, Гермиона и Джинни вернулись, а Гарри... — Я его привёл. — Мистер Уизли наклонился и влез в палатку, за ним Гарри и Роуз. В нос тут же ударил запах квартиры кошатника. Роуз озиралась, выглядывая из-за спины брата. Стены были покрыты выцветшими обоями, местами отклеившимися. Мебель хоть и была старой и местами протёртой, но явно ещё могла сослужить службу. Билл сидел за кухонным добротным столиком, обмотав руку ок­ровавленной простынёй; рубашка на Чарли была осно­вательно разодрана, а Перси щеголял разбитым носом. Между ними носилась Киара, а Джо сидел вымотанный в одном из кресел без видимых повреждений. Фред, Джордж и Джинни хотя и дрожали, но были целы и невредимы. — Вы их поймали, па? — резко спросил Билл. — Тех, кто запустил Чёрную Метку? — Нет, — ответил мистер Уизли. — Мы нашли эльфа Барти Крауча с палочкой Гарри, но никаких следов того, кто наколдовал Метку. — Что? — одновременно воскликнули Билл, Чарли и Перси. — Палочка Гарри? — изумился Фред. — Эльф мистера Крауча? — Перси как громом поразило. Мистер Уизли объяснил, что произошло в лесу. Группа министерских работников аппарировала на полянку в лесу, откуда была послана Чёрная метка, но нашла лишь домовика. Домовик сжимал какую-то палочку, и мистер Уизли её опознал, чтобы затем вернуть владельцу. Именно из этой палочки было выпущено заклинание, из-за которого в небесах засиял череп. Домовик мистера Крауча должен был находиться совершенно в другом месте, за что был наказан и изгнан из семьи. — Считаю, что мистер Крауч совершенно прав, избав­ляясь от такого эльфа! — заявил Перси. — Сбежать, когда ей было ясно ска­зано оставаться на месте... опозорить его перед всем Министерством! Как бы это выглядело, если бы она пред­стала перед Комиссией... — Она ничего плохого не сделала, просто оказалась в неподходящее время в неподходящем месте! — напус­тилась на него задетая за живое Гермиона. — Гермиона, волшебник такого ранга, как мистер Кра­уч, не может терпеть рядом эльфа, который, чуть что, на­чинает как безумный носиться с волшебной палочкой! — Она не носилась как безумная! — вскипела Гермио­на. — Она просто подняла её с земли! — Послушайте, кто-нибудь мне наконец объяснит, что за штука этот череп? — нетерпеливо перебил их Рон. — Он-то ни на кого не нападал... Почему из-за него столько шума? Гарри с Роуз непонимающе посмотрели на Уизли при этих словах. Они не заметили ничего в небе. Справедливости ради, оба были заняты совершенно другими вопросами и не обращали внимания на подобные знаки. — Я же тебе говорила — это знак Сам-Знаешь-Кого, — сказала Гермиона. — Я читала об этом во «Взлёте и падении Тёмных искусств». — И её не было видно тринадцать лет, — до­бавил мистер Уизли. — Немудрено, что людей охватила паника... Всё равно как если бы Вы-Знаете-Кто вернулся вновь. — Вот этого я никак не пойму, — нахмурил брови Рон. — Я имею в виду, это же всего лишь картинка в небе... — Рон, Ты-Знаешь-Кто и его сподвижники запускали Чёрную Метку всякий раз, когда убивали кого-нибудь, — сказал мистер Уизли. — Ужас, который она внушала... Ты и понятия не имеешь, ты был слишком мал. Просто пред­ставь, что подходишь к своему дому, видишь парящую над ним Чёрную Метку и понимаешь, что найдёшь внутри... — Мистер Уизли болезненно сморщился. — Все опасались самого худшего... На минуту воцарилась тишина. Потом Билл, размо­тав с руки простыню — Киара попросила её осмотреть — ска­зал: — Ну, сегодня ночью нам это только помешало, кто бы её ни наколдовал. Метка спугнула Пожирателей смер­ти. Они все аппарировали, едва её увидели. Мы не сумели сорвать маску ни с одного, а Робертсов подхва­тили у самой земли. Им сейчас проводят изменение па­мяти. — Пожиратели смерти? — спросил Гарри. — Кто та­кие Пожиратели смерти? — Так называют себя последователи Сам-Знаешь-Кого, — пояснил Билл. — Мы, наверное, видели сегодня тех, кто уцелел. Тех немногих, кто каким-то путём сумел избежать Азкабана. —У нас нет доказательств, что это были они, — пока­чал головой мистер Уизли. — Хотя, скорее всего, так оно и есть, — добавил он безнадежно. — Но зачем сторонникам Волдеморта, — начал было Гарри, но тут все вздрогнули. — Прошу прощения, — смутился Гарри, — для чего сторонникам Сами-Знаете-Кого поднимать в воздух маглов? Я имею в виду, в чём тут их цель? — Цель? — невесело усмехнулся мистер Уизли. — Гар­ри, они так понимают веселье. В прошлом, когда Сам-Знаешь-Кто был в силе, маглов убивали просто так, ради забавы. Думаю, они подвыпили этой ночью и не смогли устоять перед желанием напомнить нам, что их ещё немало повсюду, — закончил он с отвращением. Роуз озиралась по сторонам, всё ещё стараясь спрятаться за спиной брата. Она боялась внимания, впервые выйдя перед множеством людей со своим реальным лицом. — Но если это были Пожиратели смерти, почему они аппарировали при виде Чёрной Метки? — недоуме­вал Рон. — Они должны были обрадоваться, заметив её, ведь так? — Пошевели мозгами, Рон, — ответил Билл. — Если это и впрямь были Пожиратели смерти, им при­шлось попотеть, чтобы не попасть в Азкабан. Когда Сам-Знаешь-Кто потерял силу, они врали, что он заставлял их убивать и мучить людей. Уверен, если бы он вернулся, они перепугались бы ещё почище нашего. Они бойко отрекались от него, сто­ило ему лишиться могущества, и возвратились к своей обычной жизни. Вот уж не думаю, что он был бы дово­лен ими! — Так что же... кто бы ни наколдовал Чёрную Метку… — задумалась Гермиона, — он сделал это в знак поддержки Пожирателей смерти или чтобы разогнать их? — Мы и сами ломаем голову, Гермиона, — кивнул ми­стер Уизли. — Могу сказать одно: это заклинание было известно только Пожирателям смерти. Наверняка это совершил тот, кто был когда-то одним из них — незави­симо от того, кто он сейчас... Слушайте, уже очень по­здно, и если мама узнает, что тут у нас произошло, она с ума сойдёт от беспокойства. Давайте-ка поспим оставши­еся несколько часов и потом ранним порталом постара­емся выбраться отсюда. — Только последний вопрос, — попросил Гарри дрогнувшим голосом. — Кто убил Лилиан? Она была без маски, уж кто-то да должен был узнать эту женщину. — Делирия, — впервые отозвался Джо, его обычно светлое лицо было мрачнее тучи. — Её мало кто знает, потому что она никогда не оставляла свидетелей. — Но хотя бы слухи должны были дойти, — нахмурился мистер Уизли. — Они и доходили, — угрюмо усмехнулся Джо. — У неё прозвище Ветерок. Потому что оставляет после себя лишь выжженное поле, по которому гуляет ветер. — А разве Делирия не твоя сестра? — уточнил Чарли. — Она и есть, — кивнула Киара. — Хорошо, что она убила эту выскочку Смит, — злобно буркнул Фред. — Теперь эта змея не будет выпендриваться, — присоединился к брату Джордж. От дальнейших комментариев их остановили гневные взоры старших братьев и Джо. И близнецы закрыли рты, не распространяясь о своих мыслях по данному, значимому для них, событию. Было видно, как они рады. Похоже, они думали только о прошлогоднем противостоянии, и как девчонка каждый раз со змеиной ловкостью уходила от них. — Кстати, кто это с тобой пришёл, Гарри? — поинтересовался Джо, наконец поднявший голову. — Это Роуз, моя сестра. Она очень переживает из-за случившегося, поэтому, пожалуйста, не шумите. — Роуз? — как будто впервые увидел девочку мистер Уизли. —/Да, меня так зовут/, — подала голос девушка. Все чуть вздрогнули, кроме Гарри. Роуз не заметила, что заговорила на парселтанге. — Ч-что она сказала? — настороженно переспросила Гермиона. Ей это живо напомнило второй курс, когда сам Гарри заговорил со змеёй. — Что её зовут именно так, — нахмурился Гарри, стараясь быстро соображать. — Я не знаю, что с ней происходило всё это время, но, похоже, она не умеет разговаривать на обычном языке. Мистер Уизли, вы не могли бы завтра вернуть меня к родственникам? Там немного тише, и она успеет подготовиться к школе. Сами видите её состояние… Не хотелось бы загружать миссис Уизли ещё сильнее. — Конечно, ты прав. Только вместе с тобой письмо директору напишем… Всё, заканчиваем расспросы. Роуз, иди с девочками.На этих словах Роуз сжала сильнее руку брата. — Мы с ней останемся в гостиной, — покачал головой Гарри. — Она очень сильно боится остаться… без меня. Ведь никого не знает пока что. — Ладно, — махнул рукой отец семейства. Все разошлись по комнатам. Гарри и Роуз разобрали продавленный диван в гостиной, достали из чемодана Роуз (увеличенного до нормальных размеров, а затем так же уменьшенного) два одеяла, завернулись в них как в коконы, улеглись спина к спине и практически сразу провалились в сон. И если бы кто-то с артефактным зрением сейчас посмотрел на них, то увидел, как между ними гоняется магия, всё увеличивающаяся и успокаивающая их. И она же образует невидимый обычному глазу защитный кокон вокруг этих двоих.