Беременна?

      Весь день мы так и не смогли нормально поговорить с Женей. Она вернулась подавленная, мне было безумно жалко ее, кажется прошло там все не так гладко. Что-то видимо будет, не так просто Женьку таскают туда. И вот вечером, когда я зашел за ней, чтобы пойти домой, я увидел ее слезы, она собирала свои вещи со стола. — Женьк? — вопросительно спросил я, застыв в дверях. — Меня сняли с должности, теперь я просто хирург, которого отстранили от практики до конца работы комиссии. Исполняющий обязанности заведующего назначен Мамин, — теперь мне стали понятны ее слезы. Слава же угробит все то, что Женьке и мне так дорого. Нужно что-то делать. Кажется, пора вспомнить про своих московских знакомых. — Все будет хорошо, тебя обязательно восстановят, поверь мне, — я прижал ее к себе, утыкаясь носом в ее волосы. — Пойдем домой. — Да, пойдем, — как-то очень грустно отозвалась она.       Мы шли медленно, любуясь красотами города и заката. Было душно, вот-вот собиралась гроза. Небо затягивали свинцовые тучи, отчего настроение еще сильнее ухудшалось. Женька совсем загрустила. В этот момент я понял, что сделаю все, что только возможно… Мысли одна за одной крутились в голове, я перебирал всех знакомых, но никак не мог найти нужного человека, пока не вспомнил о Ланском. Помнится, после смерти маньяка он сказал, что обязан мне и я могу ему звонить. Да, пусть он будет считать меня убийцей, пусть так думает, но он может помочь Женьке, а это самое главное. Мои амбиции или счастье близкого человека — выбор очевиден.       Придя домой, мы быстро перекусили, аппетита совсем не было, Женя пошла отдыхать в гостиную, а я под предлогом, что мне нужно купить кое-что в магазине, испарился из квартиры, не хочу, чтобы Женя знала о моем плане. Она не будет принимать помощи. Она слишком правильная, связи и знакомства это не для нее. — Константин Сергеевич, добрый вечер, просите, — я не знал как начать разговор, — я хотел бы попросить Вашей помощи. У нас в больнице работала комиссия, так вот, Евгению Павловну сняли, я думаю, что это заказ Гримайло, не могли бы вы нам помочь? Королева очень сильно переживает из-за судьбы отделения и больницы. Вы же знаете, что она лучший хирург в нашей больнице. Спасибо большое, я Ваш вечный должник. Ну, хорошо, раз так. Доброго вечера. — Ну вот и все. Механизм запущен. Надеюсь, моя Женя не будет долго страдать. Вернем ей должность, а там и про декретный отпуск подумаем. Нужно больше отдыхать, а то сегодня она совсем бледная. Я прошел в магазин, хотелось купить что-то для моей женщины.       Полки магазина ломились от изобилия товаров, но я так и не мог понять, что же я хочу купить для Жени. Тут мой взгляд остановился на маленькой плюшевой игрушке. Брелок в виде потешного щенка. То что нужно. А еще шоколадная паста и галетное печенье. Любимое лакомство Жени. — Я дома, — крикнул я из прихожей, пряча за спиной покупки. Женька не вышла меня встречать, но что-то крикнула из ванной. Значит принимает водные процедуры, неплохо. У меня есть время сделать нам чай с ее любимым лакомством. — А я и не знала, что ты помнишь, — она обняла меня за талию со спины, прижимаясь щекой к плечу. Я даже немного вздрогнул, чем вызвал ее улыбку, первую, за сегодняшней день. — Так приятно… — Я все помню, — повернулся я и притянул ее к себе ближе. — Ты мой самый любимый человек. Моя любимая женщина, которая носит под сердцем нашего ребенка… — Молодая мама, — с легким сарказмом в голосе произнесла Женя, — я люблю тебя, Илюш…       А дальше слова нам были не нужны, она потянулась за поцелуем, я не мог отказать ей. За спиной свистел чайник, но было уже все равно. Только после глубокого и долго поцелуя, я все-таки оторвался от ее губ, чтобы закончить приготовления чая и вручить ей мой маленький подарок.       Мой подарок поселил улыбку на ее лице на весь оставшийся вечер, никогда бы я не подумал, что Женя любитель таких вещиц. Что ж, возьмем на вооружение. Мы болтали, смеялись, кажется даже забыли о том, что Женю отстранили. Все было хорошо, да и жизнь кажется, начала налаживаться.