Холодный воздух, горячая кровь

      Гердур ей понравилась. Сила духа у Ралофа явно была заклеймена на крови — Паранэль только не была уверенна, дело было в его семье или в том, что он — норд. Когда разорённый драконом Хелген остался позади, а мысли прояснились, пока она ступала по стылой земле в одежде с подпалинами, Паранэль напомнила себе не доверять так легко и не привязываться слишком сильно. Она ведь по-настоящему ничего не имела против имперцев и о Братьях Бури мало что знала, не говоря о том, насколько ей, едва пересёкшей границу, была безразлична гражданская война.       Скайрим был просторным. Ралоф и Гердур были нордами. Что именно это значило для неё самой, Паранэль пока не знала. Но намеревалась выяснить.       — Проходи, не стесняйся, — сказала Гердур, распахнув дверь.       Дом её был просторным, с двумя комнатами, подвалом и чердаком. Гердур порывалась расположить гостей в обеденной, расстелив шкуры на сундуках, вблизи камина, но Паранэль покачала головой.       — Если кто-либо из легионеров уцелел в Хелгене, они могут отправиться той же дорогой, что пришла в голову Ралофу. Лучше бы сейчас быть бдительней. Позволь нам заночевать на чердаке.       Немного поспорив, Гердур сдалась.       — Но что насчёт тебя? — спросила она. — Ты не из Братьев и кирасы не носишь. Брата я, так уж и быть, спрячу, но ты-то оставайся у очага.       Паранэль вновь покачала головой. Мягко, но твёрдо она возразила:       — Что если они видели меня, сбегающей в компании Ралофа? Лучше не рисковать.       Слушавший разговор Ралоф нахмурил брови, но вместо возражений, кивнул. Подступив к хозяйке дома, он приобнял её за спину, уговаривая:       — Она права, сестра. Не хотелось бы доставлять проблем тебе и твоей семье.       Он любит прикасаться к другим, — заметила про себя Паранэль. В ответ же она лишь кивнула, сохраняя серьёзность, на что Гердруд оставалось только вздохнуть. Паранэль улыбалась, когда, неся скрученные спальные мешки, они с Ралофом забирались по лестнице.       Под крышей было парко и сумрачно, немного пыльно. Паранэль удовлетворённо вздохнула, наслаждаясь уютом и чувством защищенности. Им позволили отмыться от грязи и выдали чистые рубахи, пока Гердур обещала позаботиться об одежде. Паранэль не обманывалась, расслабляясь слишком уж неосмотрительно, но позволила себе недолго насладиться теплом.       Ночью они лежали с Ралофом плечом к плечу, укрытые шкурами, и смотрели на пятна лунного света, застывшие на покатом своде.       — Говорю тебе, — тихо обронил Ралоф, чуть поворачиваясь в её сторону, — присоединяйся к Братьям Бури. Не нужно быть нордом, чтобы сражаться за свободу.       Паранэль заёрзала и зевнула. На груди Ралофа тускло блестел амулет Талоса, вздымаясь в такт его дыхания. Паранэль отвернулась и пожала плечами, не сразу осознав, что Ралоф этого не увидит.       Не знаю, Ралоф, — думала она. Я не знаю ни тебя, ни Ульфрика, ни эти земли. Зачем мне чужая война?       — Я подумаю, — сказала она вместо этого, потирая пальцы, уложенные поверх покрывала. — Мне… нужно осмотреться.       К её удивлению давить Ралоф не стал. Он пробормотал какие-то понимания и ещё какое-то время лежал неподвижно. Когда его дыхание стало глубже, Паранэль приподнялась на локте и, заглянув ему в лицо, сжала одеяло и придвинулась ближе. Глубоко вздохнув, она прижалась к боку Ралофа.       Тепло, — думала она впервые после того, как пересекла границу.