An Unlikely Doctor / Доктор поневоле

К тому времени, когда Мастер закончил с перевязкой наиболее серьезных ран Доктора самодельными бандажами из полосок его любимой синей рубашки, уже почти стемнело. Они обеспечили неподвижность ее ноги и плеча, насколько позволяли ограниченные ресурсы и изобретательность Мастера. Он воспользовался отверткой, чтобы закрыть и залечить небольшие порезы на лице и руках Доктора, но ее мощности было явно недостаточно, чтобы помочь с остальными травмами. Для этого понадобится медицинский отсек ТАРДИС. Необходимость найти укрытие на ночь возрастала по мере того, как падала температура воздуха, а отдаленные звуки завываний и рычания, доносившиеся из леса неподалёку, становились все громче. Мастер лишился рубашки, но на нем все еще оставалась майка, жилет и довольно плотный пиджак, поэтому холод его не беспокоил, во всяком случае, пока. Однако для Доктора, которая была одета лишь в пару тонких футболок и легкий плащ, не способный защитить от холода, это могло стать настоящей проблемой, особенно в ее теперешнем состоянии. Она поежилась от резкого порыва холодного ветра и слегка задрожала. В одном из карманов плаща Доктора обнаружился небольшой, но довольно мощный фонарик, который Мастер использовал, чтобы освещать себе путь. – Ты точно справишься? – спросил он, помогая Доктору встать на ноги и удерживая ее рядом с собой как можно крепче, обнимая за талию. – Думаю, да – ответила Доктор, ее голос звучал напряжено; свет факела освещал ее лицо и подчеркивал линии вокруг глаз и рта всякий раз, когда она вздрагивала. – Нужно найти укрытие. Думаю, в подножье утеса, с которого ты упала, должна быть пещера или что-нибудь вроде того, – предположил Мастер, освещая фонариком по сторонам: их окружали деревья, скалы, грязевые тропы и природные каменистые дорожки. На планете, где они находились, еще не зародилась цивилизация. Доктор отправила их в далекое прошлое, задолго до появления высоток или загрязнения, желая показать Мастеру естественную красоту этого места, и заодно раздобыть кое-какие органические элементы для схем ТАРДИС. – Похоже на план, – слабо отозвалась Доктор, пытаясь сосредоточиться и игнорировать острые жгучие боли в спине и в ноге. Мастер искоса бросил взгляд на ее лицо, прежде чем отправиться в путь. Он аккуратно поддерживал Доктора, подбадривая ее шагать в ногу с ним, осторожно двигаясь по дорожке.

***

Когда Доктор в четвертый раз споткнулась и едва не повалила обоих на землю, Мастер наконец сдался, наклонился, легко поднял ее на руки и продолжил неуклонно ступать вдоль неровной дороги. – Ты не должен нести меня! – возмутилась Доктор, держась здоровой рукой за его пиджак. – Должен, иначе мы никогда не доберёмся до укрытия. Если ты продолжишь умничать, то убьешь нас обоих! Поверь, так будет намного быстрее. Доктор тяжело вздохнула, принимая поражение, и положила голову ему на плечо, разглядывая черты лица Мастера. Плотно сжав челюсти, он сосредоточил взгляд на дороге перед ними, двигаясь вперед стремительно и уверено, как если бы выполнял важную миссию. Его брови нахмурились, и она заметила, что мышцы вокруг глаз были в легком напряжении. Мастер ни в коем случае не был доволен сложившейся ситуацией, но, по крайней мере, он помогал ей.

***

К несчастью для них, погода продолжала стремительно портиться: температура упала настолько низко, что на выдохе изо рта вырывалось облачко пара. Заморосил мелкий дождь. Когда дождь начал усиливаться, легкая дрожь в руках Доктора распространилась на все тело, невзирая на то, что ранее Мастер предусмотрительно укутал ее собственным пальто. Как только дождь ударил в полную силу, лишенный той слабой защиты от непогоды, что оставалась у него до этого, Мастер полностью промок; волосы прилипали к лицу, падали на глаза, застилая обзор. Продолжать движение вперед стало почти невозможно; даже без Доктора на руках идти по грязным и скользким поверхностям в темноте Мастеру было бы достаточно трудно. Неподдельный страх начинал охватывать его, по мере того, как он продолжал идти вперед, отчаянно пытаясь найти хоть какое-то укрытие от дождя. К его огромному облегчению, чуть поодаль в слабом лунном свете заблестело нечто похожее на дно скалистого обнажения и очерченный контур входа в пещеру. – Отлично! – он осторожно направил фонарик в сторону пещеры и ускорил шаг. Пещера углублялась на добрых четыре с половиной метра и сразу за узким входом возвышалась достаточно, чтобы стоять в полный рост. Мастер также обнаружил, что по мере того, как они продвигались вперед, воздух в пещере становился теплее. Доктор зашевелилась в его руках, она достаточно пришла в сознание, чтобы заметить, что они больше не под дождем, но все еще была слишком дезориентированной, чтобы понять, почему. – Я проверил базу данных, когда мы приземлились. Эта планета с супер ядром со множеством вулканов и пароотводов под и над поверхностью; судя по всему, эта пещера должна быть рядом с одним из скрытых потоков лавы. Остается лишь надеяться, что сегодня не произойдет извержение, – устало объяснил Мастер, пытаясь добавить саркастический комментарий, но он был настолько изнурен, что произвести должный эффект не удалось. Найдя гладкую часть пола пещеры, Мастер осторожно опустился на колени и положил Доктора рядом. Разместив ее на каменном полу настолько удобно, насколько это было возможно, он поставил фонарик рядом, чтобы осветить пространство, и приступил к снятию промокшего пальто с Доктора. Несмотря на то, что ей было заметно холодно, само пальто не слишком плохо справлялось с задачей – дождь намочил только ее голову и нижнюю часть ног. От этих дурацких коротких штанов никакого толку с горечью подумал Мастер, но по крайней мере, остальная часть ее тела была относительно сухой. Оставалось полагаться на то, что тепла, поднимающегося с пола, будет достаточно, чтобы согреть ее. Мастер не смог сдержать судорожный вздох, когда понял, что задняя часть ее пальто и обе футболки внизу чем-то порезаны, а нижняя часть спины залита кровью. Должно быть, он пропустил что-то ранее, когда впервые осматривал ее повреждения, и всю дорогу она истекала кровью у него на руках. От этой мысли он почувствовал, как к горлу подступает тошнота – то чувство, которое как ему казалось, он никогда не испытывал к Доктору, – и быстро решил не слишком сосредоточиваться на последствиях. Прямо сейчас он должен сделать все возможное, чтобы они оба смогли пережить ночь. Все остальное может подождать. Гораздо дольше. – О, Доктор, что же ты наделала? – прошептал он, приподнимая края футболки и содрогаясь при виде раны, которая скрывалась под ней. Изнемогая от боли, Доктор тихо застонала. Она еще не потеряла сознание, но явно была близка к этому. – У тебя очень нехороший порез на спине, Доктор. Наверное, ты наткнулась на что-то острое, когда падала, – объяснил Мастер так спокойно, как только мог, изучая ужасную зазубренную линию на ее спине и хмурясь при виде покрасневшей припухлости по краям раны. Бросив грязную куртку на пол, Мастер быстро снял с себя жилет и тонкую хлопчатобумажную майку, которую собирался использовать, чтобы перевязать ее рану. Не идеально и совершенно точно противоречит правилам гигиены, но это должно помочь остановить кровотечение, пока он не сможет добраться до ТАРДИС. Он осторожно свернул и натянул майку, чтобы обернуть ее вокруг спины Доктора, затягивая максимально крепко под ее футболками и стараясь не колебаться всякий раз, когда она вскрикивала от боли. Сойдет на первое время. Ничего лучше у него под рукой все равно не найдется. Мастер снова надел жилет, но оставил куртку на полу и сложил пальто Доктора рядом, надеясь, что одежда в скором времени высохнет и ему не придётся сидеть всю ночь в тоненьком жилете, а у Доктора будет что-то, чем можно укрыться. Он заметил, что температура воздуха вокруг них немного повысилась, и предположил, что если так и будет продолжаться, то этой ночью они по крайней мере смогут спать в относительном тепле. Хоть что-то хорошее... Доктор тихо застонала, и Мастер уселся рядом с ней, осторожно поднял ее голову и положил себе на колени, убирая с лица намокшие волосы. – Мне жаль, но это все, что у нас есть, – тихо сказал он, с грустью наблюдая за тем, как она свернулась в позе зародыша рядом с ним, разрываясь от боли. Что-то надломилось у него в груди, и, прежде чем он действительно осознал, что делает, он обнял ее, прижимая к себе так осторожно, как только мог. Доктор в полубессознательном состоянии едва различимо прошептала крошечное «спасибо», прижавшись головой к изгибу его руки, и вскоре забылась беспокойным сном. Мастер тяжело выдохнул, неуверенность и страх свинцовым грузом оседали у него в животе. Он ненавидел чувство беспомощности, но понимал, что больше ничего не может сделать для Доктора, пока не утихнет бушующая снаружи буря и снова не настанет день. Он начинал волноваться, что она может не продержаться так долго – ее дыхание уже стало поверхностным, и он явно ощущал через одежду, что из перебинтованной раны на спине все еще просачивается кровь. Она должна была начать исцеляться естественным путем, но что-то сдерживало это. И Мастеру очень не нравилась серьезность последствий, которые могло нести в себе это предположение.