Чаша весов

Я вошел вслед за Твайлайт, потирая место ушиба, все-таки дверь оказалась низковатой для человека. Внутри приятно пахло старыми книгами и пылью. Мне почему-то всегда казалось, что именно так должно пахнуть в настоящей библиотеке. Вспомнилось даже собственное детство, большую часть которого я провел за чтением. Неожиданно раздался щелчок выключателя и комната озарилась приятным мягким светом. Мы стояли в круглом помещении, прямо в стены которого были врезаны книжные полки, с покоящимися на них в идеальном порядке различными фолиантами. В центре распологался круглый стол, на котором была установлена внушительная конская голова, вырезанная из дерева. В дальнем конце находилась лестница, ведущая, по-видимому, на второй этаж. — Располагайся, — сказала Твайлайт, снимая с себя сумки и бросая их на пол возле вешалки. Я стянул вымокший пиджак и повесил на крючок здесь же. Немного помедлив, снял еще и ботинки, ибо шлындать в помещении, оставляя мокрые следы, не очень хотелось. — Спайк! — крикнула тем временем единорожка, глядя куда-то вверх. — Проснись, Спайк! Раздалось недовольное ворчание. Твайлайт вздохнула. — Подожди немного, я сейчас, — и она ушла вверх по лестнице. Следом за ней пошел и я, раздираемый любопытством и желанием посмотреть на этого самого Спайка. Поднявшись наверх, я оказался на небольшом пятачке, где стояла кровать, парочка книжных шкафов и корзинка, наподобие тех, в которых спят домашние животные. Никакого Спайка не было. Твайлайт, тем временем, ничуть не смутившись сим фактом, ткнула копытом в плетёную «лежанку» — Спайк, вставай, пожалуйста, у нас гости! Из-под одеяла высунулась заспанная чешуйчатая мордочка. — Ух ты! — восхищенно выдохнул я. — Какое крутое чучело! — Какое чучело?! — из корзинки резко выпрыгнул маленький фиолетовый дракончик. — Твайлайт, это кто такой?! — Так оно что, живое и разговаривать умеет? — вытаращившись на него, спросил я у поняшки. Спайк посмотрел на меня словно на деревенского дурачка. — Знаешь Твайлайт, когда я думаю, что ты меня ничем уже не удивишь, у тебя всегда находится возможность доказать мне обратное, — проворчал он. — Познакомься Анатолий, это — Спайк. Мой главный помощник номер один, — с улыбкой представила дракончика единорожка. — Очень приятно, — всё так же с ошарашенным видом произнес я. — Ага, как скажешь, — обиженно буркнул он отвернувшись от меня. Похоже его совсем не смутил тот факт, что выгляжу я совершенно иначе, чем среднестатический житель Эквестрии. — Спайк, пожалуйста, поставь чайник, пока я обустрою нашего гостя, — распорядилась тем временем Твайлайт. Он метнул в мою сторону быстрый обиженный взгляд и, вздохнув, пошел вниз. Я почувствовал укол совести. Дракончик мирно спал в своей кроватке, а затем посреди ночи был бесцеремонно разбужен ударом копыта по корзинке, и всё только для того, чтобы поставить чайник. — Тебе не кажется это немного несправедливым? — спросил я у фиолетовой поняшки провожая взглядом ворчащего что-то себе под нос Спайка, ушедшего на кухню, не забыв напоследок громко хлопнуть дверью. — В конце концов, я и сам могу поставить чайник, не следовало его будить. — Перестань, ты же мой гость, — махнула копытом хозяйка библиотеки. — Притом не каждый день к нам попадают… И она замолчала, видимо, пытаясь подобрать правильное слово. — Люди, Твайлайт, — подсказал я единорожке. — Всё равно, можно было и не будить твоего помощника. Недаром говорят, незваный гость — хуже татарина. Единорожка подняла на меня удивленный взгляд. — Это опять выражение из моего мира, — пояснил я, неловко усмехнувшись. Вдруг из кухни раздался металлический грохот и крик. Твайлайт, резко сорвавшись с места, буквально пролетела лестницу, а я же, решив воспользоваться куда более быстрым способом перемещения, просто спрыгнул с пятачка вниз, благо высота была не очень большой. В кухне нашему взору предстала забавная картина: Спайк лежал на полу, буквально похороненный под кастрюлями разных размеров, в его руке покоилась дверца от шкафчика, кучей досок валявшегося неподалеку. — О, великая Селестия! Спайк! Ты в порядке? — взволнованно спросила его Твайлайт. — Давай я помогу тебе! Её рог засиял фиолетовым цветом и гора посуды, придавившая Спайка, окуталась слабой дымкой, после взмыла в воздух. Ловко отсортировав кастрюли по размерам, единорожка поставила их аккуратными башенками на стол, а затем заклинанием вернула дракончика в вертикальное положение. — Прости, Твайлайт, я хотел съесть немного самоцветов, но не удержался и упал, — на глазах Спайка выступили слёзы.  — Не плачь, всё хорошо, — единорожка обняла его и прижала к себе. Совсем как мать и дитя, подумал я, глядя на них. Видимо, для Твайлайт он не просто «принеси-подай», нет, здесь есть нечто большее. Дракончик ещё немного повсхлипывал, а затем его взгляд упал на меня. — Ну ладно, сейчас я поставлю чайник, — деловито сказал он, отстраняя Твайлайт. От его слез не осталось и следа. Спустя некоторое время я, вместе с фиолетовой единорожкой и её дракончиком, сидел за столом, аккуратно пробуя душистый травяной чай, который Спайк и Твайлайт пили чуть ли не залпом. Заботливый дракончик выложил на стол различную аппетитно выглядящую и вкусно пахнущую выпечку. Так же он поставил миску, полную самых настоящих драгоценных камней. Я с удивлением обнаружил там рубины, изумруды, еще несколько незнакомых мне камней и даже пару бриллиантов. Периодически Спайк запускал туда свою лапку и, беря драгоценность, с аппетитным хрустом ее съедал. Для себя я отметил, что, при общении с ним, следует соблюдать осторожность: с виду милый маленький дракончик легко откусывал куски от таких камней, которые в моем мире не каждый резец возьмёт. Я сделал еще один глоток чая. По вкусу он напоминал ромашковый настой, да и еще тут присутствовали нотки незнакомых, но приятных добавок. — Анатолий, а почему ты даже не притронулся к кексам? — спросила Твайлайт. — Ваш вид их не ест? — Нет, почему же, едим. Просто я как-то не решался взять их, не спросив твоего разрешения. Проклятая врожденная стеснительность! Я не смогу взять ничего со стола без разрешения хозяев. Сколько раз уже попадал из-за этого в неловкие ситуации, и не сосчитаешь даже. — Ты можешь брать что захочешь, — улыбнувшись, сказала единорожка. — Какой смысл ставить еду на стол, чтобы запрещать ее есть? — Да! — подхватил Спайк. — Попробуй этот эмеральд, просто объедение! И он пододвинул мне миску с камнями. — Спасибо большое, но как раз камни наш вид не ест. — Тогда мне больше достанется! — и он ловко закинул драгоценность в рот. — Полегче, Спайк, ты же знаешь, что бывает когда много ешь камней, — предостерегающе сказала Твайлайт. Ну точно, как мама! Взяв с тарелки кекс, щедро покрытый кремом, незаметно, чтобы ненароком не обидеть хозяйку принюхался. Пахло вполне обычной сдобой. Желудок призывно заурчал. На секунду в памяти всплыл запах в кабине, уж очень схож. Откусив кусочек я подсознательно ожидал ощутить во рту нечто среднее между цветами и травой с сеном, но, вопреки этому, кекс оказался именно кексом, с шоколадом и орехами. Но каким вкусным! В Москве я неоднократно покупал различную выпечку, но она ни шла ни в какое сравнение с той, что я ел сейчас. Кажется, мне наконец-то довелось попробовать настоящую, натуральную пищу! — Вкусно? Тебе нравится? — спросила меня Твайлайт — Это бесподобно! — ответил я подхватывая уже четвертый кекс с тарелки. — В жизни не пробовал ничего более вкусного! — Их печёт моя подруга, Пинки Пай, она работает в «Сахарном Уголке». Я тебя с ней обязательно познакомлю! — Э-э-э, Твайлайт? — осторожно сказал Спайк. — Я не думаю, что это хорошая идея. Пинки обязательно закатит вечеринку на весь город по такому случаю. — Ох, Спайк, ты прав! И что бы я без тебя делала! — Твайлайт ощутимо вздрогнула. — В самом деле, необходимо сохранить пребывание нашего гостя здесь в тайне, по крайней мере, до того момента, как я свяжусь с принцессой Селестией. Она наверняка сможет помочь нам разобраться в этой ситуации. — И не забудь, завтра нам всем заканчивать зиму, — отхлебнув чая из кружки сказал Спайк. — Ох, точно, я совсем об этом забыла! Завтра очень важный день, столько всего нужно сделать! — Твайлайт нервно поёрзала на стуле. — Да расслабься, ты далеко не первый раз проводишь последний день зимы! Я считаю что даже если тебе завязать глаза, то ты все равно сможешь отлично с этим управится! — подбодрил Спайк единорожку. — Последний день зимы? Вы тоже празднуете Масленицу? — спросил я. — А что такое Масленица? — в свою очередь чуть ли не хором поинтересовались у меня. — В моем мире так отмечают границу между зимой и весной, устраивая различные народные гуляния в течении недели, — кривовато, в меру своих сил, пояснил я. — Целую неделю? Ух ты! — восхищенно выдохнул Спайк. — Только представь, Твайлайт, целая неделя праздника! Давай напишем письмо принцессе Селестии с предложением празднования всю неделю! — Ох, и что же ты будешь делать всю неделю? — с интересом уточнила единорожка — Как, что? Лежать в кровати, читать свои любимые комиксы и, конечно, помогать Рарити в её работе! — мечтательно протянул Спайк. — Рарити? Дай угадаю, Твайлайт, это одна из твоих подруг? — уточнил я, помешивая чай ложкой. — Ага, — ответила она, кивнув головой. — Рарити очень талантливый модельер, она владеет бутиком «Карусель» в Понивиле. Её платья носят самые знаменитые пони Эквестрии. И ещё она очень красивая, — мечтательно вздохнул Спайк, подперев щеку лапой. — Самая прекрасная и талантливая пони во всём королевстве, и я счастлив помогать ей в её делах. Хах, а дракончик-то, оказывается, по уши влюблён в эту Рарити! Я усмехнулся про себя, представив сей союз. А ещё я вдруг понял, что, где бы ты не находился, кухонные разговоры за чашкой чая никогда не меняются. Забавно. Я сижу вместе с фиолетовой единорожкой и маленьким дракончиком внутри дерева и пью чай, заедая его кексом, при этом ведя простые разговоры. Скажи кто угодно мне об этом пару дней назад, я посчитал бы его сумасшедшим. — Так всё же, Анатолий, кто же ты? И как попал к нам? — напомнила о своем интересе Твайлайт. Я печально посмотрел в кружку с остатками чая, пожалел, что так и не научился гадать, вздохнул, поставил её на стол. Почему-то мне не хотелось, вот так сразу, открывать информацию о себе. Но ведь она приютила меня без всяких сомнений, совершенно ничего не зная обо мне. Возможно, у них тут это в порядке вещей. Зекора, вон, тоже не колеблясь оказала мне помощь, потратила на меня, совершенно незнакомого, можно сказать, пришельца, свои ресурсы, не задумываясь о том, опасен ли я для них. Впрочем, да, один в совершенно незнакомом мире, населенным разумными пони, драконами, грифонами и ещё неизвестно кем, я совершенно не представляю никакой угрозы. Чёрт, да у Твайлайт дома живет настоящий дракон, пусть и маленький! Но дракон же! Не удивлюсь, если окажется, что Зекора держит у себя в хижине ручную мантикору. Я посмотрел на единорожку. В её копытах не было ни длинного свитка, ни книги, куда бы она записывала информацию обо мне. В её взгляде читалось сочувствие вперемешку с искорками любопытства. Видимо, она просто пыталась дать мне возможность выговориться. — Лет мне двадцать пять. Родился в Москве. Это такой мегаполис населением более одиннадцати миллионов человек, который является столицей страны под названием Россия. — А она большая? Ну, эта ваша Россия, — прервал меня дракончик. — Очень. Её площадь составляет примерно семнадцать миллионов квадратных километров. Представляете, как это много? — спросил я у явно обалдевших от таких цифр Твайлайт и Спайка. Они ничего не ответили, только кивнули в ответ. — В принципе, моя жизнь, до сего момента мало отличалась от жизни среднестатистического москвича, — продолжил я. — Детство, юность, учёба в школе, потом институт. Затем служба в армии… — Здорово! Брат Твайлайт, Шайнинг Армор командует королевскими стражниками в Кантерлоте, — гордо произнес Спайк, снова перебив меня. — Ого, Твайлайт, твой брат — генерал? — уважительно протянул я. — Он капитан, — несколько смущенно ответила она, помешивая чай ложечкой. — Тоже хорошо. Командир боевого соединения. Мои поздравления Твайлайт. — Спасибо, — она чуть покраснела, не спрашивайте, как. — Ну так вот, — продолжил я. — Служба в армии, где я получил навыки механика и электрика, а вместе с ними и сержантские лычки на погоны. После армии устроился в Московский метрополитен машинистом электропоезда, где и гонял составы по зеленой ветке. Ну и, в итоге, во время очередного рейса я каким то образом оказался в вашем мире и теперь, вот, сижу у вас на кухне, пью чай с кексами, — подытожил я. *** Москва. Проспект мира. Главное управление Московского метрополитена. Спустя сутки после исчезновения состава. По коридору Управления Московского метрополитена, держа в руках объемную папку, полную различных документов, таблиц и чертежей, быстрым шагом шел человек. Немолодой, с припорошенными сединой волосами, мужчина был одет в форменный китель, а на его плечах лежали широкие погоны, богато расшитые золотой нитью, с большой звездой в окружении лавровых венков. Начальник метрополитена торопился на совещание по совершенно вопиющему, странному, можно сказать, мистическому случаю, который совершенно не укладывался в рамки ни одной из сотен существующих в подземке инструкций. Вот он остановился перед металлической дверью с надписью «Конференц зал», глубоко вдохнул и вошел внутрь. В помещении, освещенном электрическими лампами дневного света, со строгой, но, в тоже время, удобной мебелью, с большими панорамными окнами, закрытыми металлическими жалюзи настолько плотно, что сквозь них не проникал ни один лучик солнца, стоял большой белый овальный стол, на котором расположились несколько графинов с чистой, прохладной водой и высокие стаканы. Начальник окинул беглым взглядом собравшихся в зале. Здесь находились в большинстве своем генералы и полковники таких служб, как МВД и ФСБ, тихо переговариваривающиеся между собой и записывающие что-то в свои блокноты. Так же он увидел поездного диспетчера, нескольких начальников электродепо, машиниста-инструктора и дежурную по станции Новокузнецкая. Во главе стола сидел лично генерал-майор ФСБ. Его форма была увешана различными планками медалей. Начальник метро поморщился при взгляде на него. «Воин-созидатель», с презрением подумал он. У ветеранов Великой Отечественной нет стольких наград, сколько он себе навешал. — Александр Николаевич, наконец-то! Прошу, присаживайтесь, — руководитель ФСБ указал рукой на единственный свободный стул за столом, так удачно поставленный напротив него самого. Вошедший снова поморщился.  — У вас появились новые детали в этом деле? — спросил он, дождавшись, пока начальник сядет за стол и разложит бумаги. — К сожалению, нет. Мы опросили всех работников, бывших в тот день на смене и которые видели или машиниста, или сам состав. Однако все они говорят одно и то же. Машинист пришел в депо, прошел все необходимые инструктажи, вывел состав на линию, а затем просто исчез. Это подтверждает и поездной диспетчер, и записи с его терминала. — Но как может исчезнуть целый состав из, черт возьми, подземного тоннеля? — спросил один из полковников сидящий сбоку. — Я уже отвечал на этот вопрос, — устало и слегка раздраженно отозвался начальник. — Не знаю! Я понятия не имею, где можно спрятать поезд на перегоне, где нет стрелок, кроме тех, что на станции! Он встал и, подхватив схему перегона, подошел к генерал-майору. — Взгляните сами, прямая линия. Ответвлений нет, впереди и позади находятся станции. Он не мог чисто физически никуда свернуть! — Однако поезд пропал! — руководитель ФСБ отодвинул чертеж. — Обратимся к последнему, кто видел поезд. И взгляды всех находящихся в зале людей устремились к дежурной по станции, которая слегка дрожащими руками достала из нагрудного кармана успокоительное. — Александр Николаевич, я неоднократно писала рапорты на ваше имя, что видела состав по камерам наблюдения, видела, как машинист перешел из кабины в кабину, а затем как состав отправился со станции, — тихим голосом, нервно теребя в руках пачку таблеток, произнесла она. — И ничего подозрительного? — глядя на неё прищуренным взглядом уточнил генерал-майор. — Нет, совсем ничего, — ответила женщина, стараясь не отводить взгляд. На самом деле дежурная соврала. Она видела странную вспышку на платформе спустя несколько минут после отправления, а после, решив все осмотреть, нашла на том месте собственный сигнальный диск. Как назло, именно в том месте у камер наблюдения находится мёртвая зона, поэтому скажи она сейчас про вспышку и про найденный инструмент, её сочтут либо сумасшедший, либо причастной к происшествию. Так что она разумно решила об этих вещах умолчать. — Хорошо, а что можете сказать о самом машинисте? — генерал-майор вновь обратился к начальнику. — Вот его личное дело, — вернувшись к своему месту, мужчина извлёк из стопки бежевую картонную папку. Вновь подходя к ФСБ-шнику, руководитель подземки мельком взглянул на дежурную и, встретившись с ней взглядами, коротко, одобрительно ей кивнул. Отдав папку, он устало опустился обратно за стол и налил себе воды. — Двадцать пять лет, москвич, военнообязанный, холост, детей нет, сирота. Не был, не участвовал, не привлекался. Образование — высшее техническое. Нареканий по работе не имеет, победитель конкурса «Лучший машинист метро», награждён нагрудным знаком «За безаварийную работу первой степени», отмечен благодарностями начальника электродепо и начальника службы подвижного состава, — прочел генерал-майор, вертя в руках карандаш. «Совершенно чистое дело. Прямо-таки идеальный работник, — подумал он. — Нет, он никак не может быть связан с запретными организациями. На первый взгляд. Надо все же пробить его по всем базам» — Ну, а что можете сказать про поезд, который он вёл? — ФСБ-шник посмотрел на начальника электродепо. — Обычный состав, тип 81-717/714, количество вагонов в составе: восемь, — встав, отрапортовал тот. — Был получен с Октябрьского вагоностроительного завода, обкатан. Перегонялся в Митино для передачи и последующей приписки к вышеназванному депо. И он сел, вытерев платком испарину. Генерал-майор нахмурился. За всю службу у него не было такого странного, мистического дела. Все видели поезд, видели машиниста, но на станцию назначения он не прибыл, пропал в перегоне. ФСБ-шник чувствовал, что что-то ещё есть в этом деле, что-то неуловимое, нелогичное. Он словно слышал издевательский смех, над собой, над своей неспособностью понять и правильно выстроить цепочку событий. В повисшей тишине оглушительно щелкнул карандаш, разломившись в его пальцах. Генерал-майор бросил обе половинки на стол и взглянул на наручные часы. — Руководители силовых ведомств и начальник метро — останьтесь. Остальные могут идти. Рядовые работники повскакивали со своих мест и быстро покинули помещение. — Значит так. Первое и самое главное, — дождавшись, когда дверь закроется, начал ФСБшник. — Все материалы, связанные с этим делом, немедленно засекретить. Этого машиниста не было, этот поезд никогда не поступал с завода в метро. Более того, его вообще не делали на заводе! Генерал-майор ударил ладонью по столу, будто подчёркивая важность своих слов. — Второе. Александр Николаевич, — обратился он к начальнику. — Тот перегон, в котором пропал поезд, немедленно закройте для движения, чтобы ни одна живая душа не смогла туда попасть! Не знаю, что за чертовщина там твориться, но она не должна покинуть пределы этого тоннеля. Естественно, ваши люди не должны никоим образом об этом распространяться, иначе вы сами знаете, какие будут последствия. Все свободны! *** Эквестрия. Понивиль. Библиотека Твайлайт. — Всё это очень странно, — задумчиво произнесла единорожка. — Я даже и не знаю, что сказать. Возможно, у меня получится найти ответ в одной из книг. Она зевнула и взглянула на часы висевшие на стене. Стрелки показывали без десяти три. — Но сначала определенно нужно поспать! — кобылка подняла левитирующем заклинанием заснувшего за столом Спайка и аккуратно усадила к себе на спину. — Верно говоришь, — я сложил посуду в раковину и залил водой. Хм, интересно… Не смотря на наличие в этом мире магии, алхимии и наверняка еще кучи всего волшебного и удивительного, в домах присутствует вполне обычный, я бы даже сказал, человеческий водопровод. Выходит, тут магия и наука идут плечом к плечу… — Правда у меня есть вопрос. На чём мне спать? В принципе, можно поспать и в кресле, но потом нужно будет найти кровать, — сказал так, словно собираюсь остаться здесь надолго и тут же смутился от осознания этого факта. Нет, нужно как можно быстрее найти способ вернуться обратно! В этом мире я чужак, пришелец. А от пришельцев обычно ничего хорошего не ждут, и, хотя все разумные, встреченные здесь, отнеслись ко мне очень дружелюбно, неизвестно как на меня отреагируют другие жители, если вдруг увидят на улице. Так, стоп! Что-то не о том думаю. От меня сейчас требуется тихо сидеть у Твайлайт в библиотеке и не высовываться. А то ишь, гляди, понесло! По городу вздумал ходить! Я усмехнулся, вспомнив старый роман Булгакова. Уж мне точно по лестницам шляться не придётся. — Об этом можешь не беспокоиться, спать в кресле ты не будешь, — обнадёжила меня Твайлайт. Выйдя из кухни, фиолетовая кобылка попросила меня немного обождать. Отнеся наверх свернувшегося в клубок и мирно спящего дракончика она спустилась вновь и жестом указала на пространство под лестницей. — Извини, но свободное место есть только здесь. Подожди, пожалуйста! — её рог засиял мягким лавандовым цветом. Кобылка сосредоточенно смотрела на указанное ей же пространство. Вдруг там образовался фиолетовый туман, который, впрочем, через несколько секунд рассеялся. И каково же было моё удивление, когда я увидел перед собой кровать, вполне подходящую мне по размеру, сразу с подушкой и одеялом. — Фантастика, — восхищенно выдохнул я. — Пустяки, это несложное заклинание, — чуть покраснев, отмахнулась Твайлайт. — Я ещё и не такое умею! В её голосе явно прозвучала гордость тем фактом, что ей удалось в очередной раз меня удивить. Я осторожно присел на краешек постели, мысленно готовясь к тому, что она, хлопнув, исчезнет. Однако опасения мои были напрасны. Крепкая деревянная рама, мягкие подушки, матрас и одеяло убедили меня в подлинности конструкции. Твайлайт, пожелав спокойной ночи, погасила свет ушла наверх. Некоторое время был слышен цокот её копыт по деревянному полу, затем под ней скрипнула кровать и в доме воцарилась тишина.