Ненависть, дружба, любовь

— Я люблю тебя. Долго над этим думал, долго не мог разобраться со своими чувствами… но все-таки считаю, что люблю тебя… Счастья Джонни не было предела. Он еще сильнее прижал мальчика к себе. Тот улыбался, но воздуха стало мало, пришлось закашлять: — Ты просто не представляешь, как я мечтал услышать эти слова, — эмоции пришлось глушить в объятиях. — Не надо так сильно сжимать меня, — после этого Джонни ослабил хватку, но сердце продолжало бешено стучать. Они еще долго наслаждались моментом, ощущениями тепла и любви. Джонни закрыл глаза и ощущал себя в трансе: покой и умиротворение делали жизнь приятнее. Но в один момент Рома поднял голову и с грустью напомнил: — Не хочу испортить этот прекрасный момент, — проскользнула счастливая, хоть и мимолетная, улыбка, — но мне надо домой. — А? Да, да, хорошо, — сначала парень не понял, что обращаются к нему: он забыл об остальном мире, самое важное сейчас происходило на его кухне, а остальное не волновало абсолютно. Но как только дошел смысл слов, счастливая улыбка на лице сменилась грустью. Парни вышли в коридор и попрощались. Рома растерянно, как в тумане, пошел к лестнице. Уже около перил обернулся и наткнулся на ласковый взгляд, смотрящий ему вслед. Прикрыл глаза, пытаясь прийти в себя, и продолжил путь до квартиры, погрузившись в мысли. Джонни дождался, пока белая макушка скрылась в пролете, закрыл дверь и медленно побрел в ванную. Этот вечер решил многое в их жизни, но осталось то, что продолжало волновать.

***

Ночь прошла незаметно, хоть и была наполнена едким сигаретным дымом, самобичеванием и черным небом в квадрате окна. Опять начинался школьный день. По дороге в школу Валера решил спросить, зачем его друга вызывали к директору. Джонни на секунду задумался, сыграло ли времяпровождение в актовом зале какую-то роль в том, что произошло между ним и Ромой. После размышления рассказал о просьбе руководителя театрального кружка, опуская подробности: не особо интересная ситуация. Пока Джонни рассказывал о своих злоключениях в декорациях, парни добрались до школы. Переодевшись в раздевалке, пошли смотреть расписание. Пока Валера с возмущением сравнивал расписание параллели, его друг мимолетом изучил расписание Ромы. Он ухмыльнулся: пара физкультуры, которую Рома на дух не переносил. После расписания, под разочарованные в отсутствии справедливости возгласы Валеры, парни направились к классу информатики. Скучные уроки прерывались спасительным звонком на перемену. В перерыв можно пообщаться с друзьями, послушать музыку, в толпе встретить Рому. При каждой встрече тот покрывался румянцем и старался не смотреть в глаза Джонни, ему казалось, что все вокруг знают о том, что происходит. Джонни же лишь улыбался и, по-доброму дразня, старался попасться на пути мальчика как можно чаще. Так прошел школьный день. В этот раз Валера и Джонни шли до «Красного и Белого» вместе. Валера рассказывал о новой компьютерной игре. Первое время Джонни пытался вникнуть в суть повествования, но нить мыслей утянула в сознание. — Я к тебе вечером зайду за кофтой. Помнишь, которую осенью у тебя оставил? Она мне нужна будет в выходные. Зайду, не забудь. Хорошо? Джонни слишком задумался и на автомате ответил: «Хорошо», а для убедительности кивнул. Валера озадаченно посмотрел на парня: слишком механический голос его выдал, но он сделал вид, что все в порядке. Еще несколько минут прошли в тишине. Затем, попрощавшись у магазина, друзья разошлись в разные стороны. Валера не обиделся, он привык к задумчивому состоянию парня. Только вот в последнее время тот уж слишком уходил в себя.

***

Джонни лежал на кровати в своей комнате, смотрел на серый потолок и думал о Роме. Поток мыслей прервала трель дверного звонка. Без особых раздумий он подскочил с кровати и пошел открывать дверь. Уже через минуту на пороге стоял смущенный мальчишка в светлой сатиновой рубашке и темно-серых штанах. В руках он держал большую коробку чая. — Знаешь, я тут подумал и решил купить тебе вкусный чай. Вечерами будешь пить его, смотреть на город из окна. И думать обо мне, да, — после последней фразы Рома хитро улыбнулся и провел свободной рукой по волосам. — Спасибо, конечно. Ты проходи, не стой на пороге. Рома, замешкавшись, зашел в квартиру и снял обувь. По привычному маршруту зашел на кухню, положил коробку на стол и сел на свое место. Джонни улыбнулся мальчику в спину и пошел следом. Набрал в чайник воды и поставил кипятиться, поставил пока что пустые кружки на стол. Потом приоткрыл окно, сел рядом с Ромой и осторожно взял его за кисть руки. Мальчик с интересом смотрел на странные действия друга, не совсем понимая, что происходит. Он не стал возражать, когда Джонни медленно расстегнул пуговицу манжета и начал закатывать рукав, лишь поморщился от открывшегося вида и неуверенно спросил: — Зачем? — Я знаю, что если сейчас пропадет надпись на моей руке, то нас свела сама судьба. И ты уже никуда не денешься. Ты разве забыл, что если после касания метки пропадают, то люди соулмейты? — все это сопровождалось ласковой улыбкой и волнением, проступившим в голосе. — Я об этом и не вспоминал, — тихо сказал Рома, с болью смотря на почти затянувшийся последний ожог. Джонни глубоко вздохнул, кончиками пальцев провел по неровным выпуклым шрамам и коснулся их отмеченным предплечьем. Еще раз вздохнул, вернул рукав рубашки на место, положил дрожащую от напряжения ладонь на ладонь мальчика и несильно сжал. Через пять минут закипел чайник, парень подскочил и, схватив через полотенце горячую алюминиевую ручку, начал разливать кипяток по кружкам, не опуская взгляд на правое предплечье. Рома же внимательно разглядывал картину на стене: черный шар на черном блюдце, странный выбор. Не в силах больше терпеть, все-таки посмотрел на руку парня и побледнел. Джонни увидел, что его гостю не совсем хорошо, и взволнованно спросил: — Что-то не так? Рома, что случилось? — У тебя надпись пропала, — с этими словами мальчик поднял радостный взгляд на парня и искренне улыбнулся. Джонни с замиранием сердца поднял руку и, не увидев на ней надписи, чуть не отпустил чайник. Быстро вернул его на подставку, бросил полотенце на стол и крепко обнял Рому. Тот повис на шее Джонни и неожиданно для того, поцеловал. Они долго радовались и обнимались. Когда стих первый восторг, парень, постоянно осматривая отныне чистую руку, все-таки налил чай. Он оказался действительно вкусным. Вместе с разговорами он отлично грел душу обоим.

***

Вечер медленно скрывал и без того тусклый свет, скоро совсем стемнеет. Парни решили включить фильм. Выбор пал на странный фильм с длинным незапоминающимся названием. Джонни вытащил еще одну подушку из шкафа. В обнимку, уютно усаживаясь на кровати, начали просмотр.