Ненависть, дружба, любовь

Рома посмотрел на ноты, которые оказалась перед ним, и озадаченно почесал затылок. Джонни закатил глаза и, ухмыльнувшись, попытался объяснить азы. Решено было выбрать что-то проще изначального варианта. Следующие два часа ушли на зазубривание комбинации. К моменту, когда у Ромы получилось произвести вполне мелодичный и беспрерывный звук, парень успел устать. Он незаметно зевнул, оглянулся на диван и вспомнил про то, что нужно вернуть на место плед. Потом вернул взгляд к мальчишке: от усердных попыток сыграть правильно тот высунул язык, глаза горели огнем интереса. Время шло, а парни так и продолжали сидеть в гостиной. За окном было все так же темно, в комнате горел приглушенный свет. Сыграв верно, но ошибившись на последней ноте, Рома нахмурился и начал заново. Уставший Джонни давно застелил диван новым покрывалом и вернулся к мальчику, встал сзади и обнял. Рома старался не отвлекаться на это, но парень буквально засыпал на его плече

***

Полчаса тянулось слишком долго, Рома чувствовал каждую секунду. Зажимать клавиши становилось все сложнее. Дремлющий парень навалился на хрупкое тело. В конце концов Рома пришел к мысли, что с этим нужно что-то делать. Понимая, что при попытке дотащить тело до дивана возникнут трудности, рукой погладил жесткие темные волосы своего парня и ласково шепнул: — Джонни, — план заключался в том, чтобы Джонни сам добрался до места сна, — проснись, пожалуйста. Пробурчав что-то неразборчивое, парень, щурясь, вопросительно посмотрел на Рому. — Ты уснул на моем плече. Может, пойдем… пойдешь до кровати? Там же удобнее спать, — парень запнулся в слове, щеки покрылись румянцем. — М? Хорошо, — все еще сонный, не желая отпускать теплое тело, он распрямился, утягивая Рому за собой и утыкаясь носом в его макушку. Спорить не хотелось, да и сил на это не было. Медленно разорвав объятия, покачиваясь, он двинулся к выходу из комнаты. Рома, суетясь, закрыл крышку музыкального инструмента и быстро догнал парня. Не слишком торопясь, они вместе добрались до спальни Джонни. Упав в кровать, парень утянул мальчишку за собой. Вновь зажимая того в крепких объятиях, почти моментально уснул.

***

Мутные сны ни о чем прервались солнечным светом, пробивающимся через закрытые глаза. Поморщившись, Джонни потянулся и сонно огляделся по сторонам. В комнате он был один, телефон лежал на столе. Подушка рядом была смята, распахнутые шторы оголяли отрезок серого неба и выглянувшее из-за тучи солнце. Джонни сел на кровати, зевнул, а после отправился на поиски Ромы. В коридоре вкусно пахло едой, парень легко догадался, где искать пропажу. Улыбнувшись, он пошел на кухню. Открывшаяся картина вызвала умиление: Рома, высунув язык и хмурясь, оттирал от стола что-то непонятное. На нем была уже не та бесформенная кофта, а его, Джонни, футболка, до этого лежавшая на стуле. — Ром, ты чего делаешь? — Доброе утро, — от неожиданности тот вздрогнул и чуть не подпрыгнул, выронив тряпку. — Да я тут это… прибираю беспорядок, оставшийся после моих попыток приготовить тебе завтрак. — Это мило, но не стоило. — Джонни подошел к Роме сзади, обнял за талию и положил голову на его плечо. Это не позволило мальчику продолжить оттирать субстанцию неизвестного происхождения. — Да ладно тебе, мне же не сложно. Я надеюсь, что ты ешь драники. Но если нет, то приготовлю что-нибудь другое. — Да я любое блюдо съем, которое ты приготовишь. — После этого Джонни поднял голову и прошептал в ухо мальчику, — можно я тебя укушу? Ты просто такой сладкий. От этих слов по спине пробежали мурашки, щеки отчаянно покраснели, устоять ровно оказалось непосильно трудно. Сдержав свои эмоции, мальчик замотал головой, но все же прижался к телу за спиной, безнаказанно наслаждаясь чужим теплом и своими ощущениями. Недолго постояв в тишине, Рома развязно двинул бедрами, вызвав этим удивленный вздох, и напомнил, что завтрак ждет на столе. Погрустнев, Джонни отстранился и сел на стул, придвинув тарелку ближе. На ней аппетитной стопкой громоздились небольшие блинчики, рядом была сметана. Парень молча уплетал еду, Рома сел напротив и, подперев голову руками, наблюдал. Как только Джонни доел, Рома подхватил тарелки и поставил в раковину. После этого взял в руки тряпку и протер все столы. К моменту, когда он закончил, Джонни допил чай и сидел, рассматривая спину Ромы. Когда тот принялся за мытье посуды, парень вскочил со стула и подошел, снова обнимая: — Не нагружай себя так. Иди отдыхать, потом вместе помоем. — Да я не устал, честно, — Рома расслабленно подставился под объятия. Джонни, ждавший лучшего момента, резко приблизился к шее мальчика, нежно укусив. Мальчик зашипел и заелозил на месте, пытаясь выбраться. В ответ на это парень улыбнулся и, потрепав Рому по волосам, отстранился от его шеи. Тот попытался продолжить мыть посуду, но Джонни такой вариант не понравился, он развернул и поднял Рому в воздух. Этого было недостаточно: мальчик оказался на одной из столешниц. Притянув Рому за талию, парень подошел вплотную, резко целуя. Со стола упало забытое полотенце, солнце вновь скрылось за тучами. Мальчик, не стесняясь, будто ожидая инициативы, поддавался всем действиям, прижимался. Не на шутку разошедшийся Джонни остановился, пытаясь прийти в себя. Затуманено посмотрел на белую, посеревшую без света, стену, и вновь поцеловал мальчишку. Игривое настроение подало Роме отличную, как показалось, идею: он провел языком по нижней губе парня и тут же укусил. Джонни издал странный возмущенный звук и запустил руки под его футболку, нежно поглаживая бледную кожу. Под прикосновениями мальчик окончательно потерял голову, полностью расслабившись. Джонни хитро ухмыльнулся, разорвал поцелуй и начал щекотать мальчика. Тот, истерически смеясь, пытался оттолкнуть парня, на глазах выступили слезы. — Пожа… господи, остановись ты! — выговаривать слова не получалось, смех вырывался против воли. — А если не остановлюсь, то что? — с игривой ухмылкой спросил парень. — Да что угодно, хватит! — смеяться становилось больно.