Музыка души

— Куда мы? — я с опаской озиралась по сторонам, когда София вела меня в главную часть поместья. Я находила странным то, что меня "оторвали" от Энн, в то время, когда сама София отдала меня ей на попечение. Так, стоп. Почему я уже считаю себя вещью, которую могут передавать из рук в руки? — Леди София? — Слишком много вопросов за последние две минуты. — по ней было видно, что она не особо рада куда-то меня вести. — А знаете... — я закинула руки за голову. — У меня какое-то дежавю. Не знаю, как объяснить. Будто подобное уже происходило. А вы что думаете? После очередного вопроса мне казалось, София взорвется гневом и раздражением, но она лишь странно на меня посмотрела. Настолько странно, что мне стало не по себе. — Ладно, я помолчу. — я смиренно опустила голову. Пройдя еще одну лестницу, я поняла, куда меня ведут. Подошли к двери, София постучала. Получив одобрение, мы вошли внутрь. В комнате, расслабившись в кресле, сидела вчерашняя пожилая женщина, напротив нее — Ройд. — Я привела ее, как вы и просили. — Благодарю, София. Можешь идти. — женщина махнула рукой в сторону двери. — С вашего позволения. — поклонившись, вышла за дверь. — Это она. — женщина выразительно посмотрела на Ройда. — Она? — а Ройд перевел взгляд на меня. — Мама, ты уверена? Мама? Мама!? То есть я назвала мать хозяина дома старушкой? Ну, раз она не оторвала мне язык, значит, не так уж ей это и не понравилось. Наверное. — Абсолютно точно. — Луиза утвердительно кивнула. — Анжелика. — он повернулся ко мне. — От моей матери поступило предложение. Она хочет, чтобы ты стала ее личной горничной. Я этого не хочу. Поэтому мы пришли к альтернативному варианту — предоставить выбор тебе. Что ты думаешь по этому поводу? — Э-э-э... Эм, я-я-я.... Я в шоке. В полнейшем. С чего вдруг на меня пошел такой спрос? Почему я не могу просто работать в этом поместье и все? А там, если повезет, годков через тридцать займу место Софии. Ну, если этого до меня не сделает Энн. Но это я уж размечталась. Если мыслить здраво, личным горничным вроде как платят больше. Поэтому логичней было выбрать вариант стать личной горничной госпожи Луизы, но меня что-то беспокоило. — Я могу подумать? — Что здесь думать? Тебе поступило выгодное предложение, милая. Глупо отказываться. — Я не отказываюсь, просто... — Ты знаешь, сколько получают личные горничные? — То есть вы думаете, что я пойду к тому, кто больше заплатит? — меня аж передернуло. — Я, конечно, понимаю, что меня купили без прав. Не человек, а чистый лист. Но по собственной воле я продаваться не стану. И если минуту назад я еще собиралась подумать, то теперь я хочу остаться вместе с господином Подебран. Обоих шокировали мои слова. Очевидно, они не ожидали услышать подобного от рабыни. Тем не менее, на их лицах было нечто большее, чем просто удивление. Первым от ступора отошел Ройд. — Анжелика, давай ты не будешь принимать решения сгоряча. Да, ты права. Дадим тебе денек-другой, ты подумаешь, все взвесишь, хорошо? — ...хорошо. — Можешь идти. — С вашего позволения. Прошла неделя, а я до сих пор не дала хозяевам ответа о том, на кого хочу работать. Находиться в подвешенном состоянии вечность я не могу, но к Лиузе идти не особо хочется, так как подобные ей обычно не считаются с нами, простыми смертными. У Ройда работать не плохо — поддерживай эту часть поместья в чистоте и все, делов-то. Но Энн за все это время так распиналась, что мне волей-неволей стало интересно поработать на Луизу. "Львица четыре года не выбирала себе никого в личные горничные. Ее брат пытался как-то уговорить ее, но она на отрез отказывалась. А тут такое! На те и первую встречную пожелала!" — говорила девушка. Не люблю я вообще делать выбор! Принимать какие-то важные решения слишком страшно. Чувствую себя как когда стоял выбор, куда подать документы после школы. И вот, меня снова вызвали в покои Луизы, дабы услышать мой ответ. И я старалась идти максимально медленно. Ну, настолько медленно, насколько возможно, перегибать тоже не желательно. Подойдя к двери, постучала. — Войдите. — послышалось из-за двери. Послушно вошла. — Ну, наконец-то. Настроение испортилось. — И вам доброго дня. — я скривила губы. — Где твои манеры, непослушная девчонка? — я заметила, как Луиза начала краснеть от раздражения. — А где ваше уважение? — Я твоя госпожа! Это ты должна проявлять ко мне уважение. — она стукнула ладонью по столу. — Хотя. Чего и следовало ожидать от рабыни. Ни манер, ни воспитания. — Вы меня позвали для того, чтобы грязью облить? Если да, то прошу прекратить. Ведь если мне захочется окунуться во что-то подобное, то уж лучше я на заднем дворе лужу отыщу и окунусь в нее с головой. Будет куда приятнее, чем выслушивать вас. — Анжелика, не забывай с кем и как ты говоришь. — молчавший до этого Ройд кашлянул в кулак. — Итак, ты приняла решение? — Да. — утвердительно кивнула. — Я остаюсь на прежней должности. — Мудрое решение... — начала было Луиза, но затем все-таки полностью осознала мои слова. — Что ты сказала? — Что слышали. Я. Остаюсь. На прежней. Должности. — с расстановкой повторила снова. — Перспектива зарабатывать больше не плоха, но свое моральное здоровье для меня не маловажно, а каждый раз при общении с вами, у меня умирает один пучок нервных окончаний. Если поручений никаких не будет, я пойду. Сегодня меня с моей наставницей ожидает стирка штор, не хорошо оставлять ее одну. С вашего позволения. Поклонившись, вышла за дверь. Сделав пару шагов, услышала: — Ты должен что-то сделать! Пусть она передумает! — Мама, она же живой человек, как я могу заставить ее передумать? И все-таки Энн права, он хороший человек. — Откажись от нее! Я остановилась, сделала два шага назад, прислушалась. Он же не отдаст меня просто потому что так ему велела мать? — Нет, мама. Она будет работать у меня не только потому что она так решила, но и потому что этого хочу я. Вообще, не хорошо подслушивать чужие разговоры, поэтому я поспешила к Энн. В конце концов, я услышала то, что хотела. Я уверена, что меня не назначат личной горничной Луизы, поэтому могу быть спокойна. Когда уже была готова вернуться к Энн, столкнулась с кучей суетившейся прислуги. Юноши и девушки бегали туда-сюда, что-то кричат, что-то куда-то несут. — Эй, что происходит? — я остановила парня-слугу, схватив того за руку. — В поместье приехал Итан Блейк. Говорят, во дворце что-то произошло и ему срочно понадобился господин Подебран. Большего не знаю, но надо подготовить все. — Думаешь, Блейк останется здесь на какое-то время? — к нам подошла девушка. — София распорядилась, что мы должны именно "принять" Блейка, думаю, что он задержится здесь минимум на пару дней. — Чего встали!? Пошевеливайтесь! Леди София скоро придет сюда. И парень с девушкой, синхронно вздрогнув, разбежались кто куда. Пожав плечами, я вернулась в свой корпус. Приезд какого-то там Итана Блейка меня не касается. Принятие гостей — не моя работа. Моя работа — шторки, стирка которых меня ждет вместе с Энн... Я остановилась. — Точно! Энн! — подорвавшись, поспешила девушке на помощь. Не знаю, каково со мной, но наверное тяжело. За всю неделю, что я пробыла здесь, доводила Энн до слез негромким напеванием себе под нос еще раза три. Но потом, похоже, девушка привыкла и сейчас, развешивая выстиранные шторы, она с наслаждением и какой-то грустной улыбкой слушала, как я пою (Юность - Dabro) Повесив очередную штору сушиться, я хватаю, уже успевшую стать подругой, девушку за руку и начинаю кружиться. Энн неуклюжа пританцовывает, пытаясь повторить мои движения, но очень быстро вливается и у нее начинает не плохо так получаться. На припевах она даже подпевала мне! — Сегодня какой-то праздник, девушки? Энн резко отпускает мои руки. И если она в миг смогла остановиться, и встать по стойке "смирно", то я по инерции отлетела в корзину с постиранными шторами. — Осторожнее. — ко мне подходит темноволосый мужчина с седыми прядями. — Не ушиблись? — Все нормально. — я приняла протянутую мне руку и поднялась. — Д-добрый вечер, господин Блейк. — Энн неуклюже поклонилась, поглядывая на меня. — Добрый, Энн. Как ты? — Все хорошо, благодарю. — смущенно отвела взгляд, немного покраснев. Мужчина перевел взгляд на меня, тепло улыбнулся. — А вы..? — Анжелика, господин. — неуверенно кивнула. — Рад знакомству, Анжелика. — практически промурчал мужчина, поцеловав тыльную сторону моей ладони. — Давно вы у нас? — "У нас"? — не поняла я. — Меня не было здесь четыре года, многое изменилось, включая само здание. Да, вы правы. Не думаю, что "нас" тут уместно. В любом случае, на момент моего отъезда вас я здесь не наблюдал. Я не особо догоняю, кто этот мужчина такой. Но могу предположить, что он как-то связан с семьей, возможно какой-то родственник. — Неделю. — выдавила из себя. — Ох, так вы новенькая! Ну и как вам у нас? Я скривилась. Странный тип. Такие обычно идеально подходят на роль насильников или похитителей маленьких деток. Он так слащаво улыбается, мне не нравится. — П-прекрасно. — приложив усилия, я высвободила свою руку из его. — Рад это слышать. — он будто бы не заметил моей неприязни. — Как смотрите на то, чтобы пройтись немного? — Что, простите? — Энн, ты же не против? — Эм, ну... — она замялась. — Мы почти закончили. Если вы настаиваете, я могу отпустить Анжелику. — Чудно! — Оу, нет! Нет, постойте! — я остановилась и высвободила свою руку, которую Блейк успел взять в свою. — У меня еще есть парочка неотложных дел. — Я могу договориться и тебя освободят от всех дел. Что-то кольнуло внутри. Не очень приятное чувство дежавю. Закружилась голова. — Что, простите? — Я могу договориться и тебя освободят от всех дел. — также спокойно повторил Блейк. Меня передернуло, в ушах зазвенело. "— Я могу освободить тебя от работы. — Почему вы так настаиваете? — Скажем, это важно. Не только для меня. Ну так что, согласна?" — Нет. — сдавлено прошептала я. — Нет, я не могу. — Тебе не хорошо? Ты побледнела. — холодная рука Блейка коснулась моей щеки. Я резко дернулась, ударив по руке. — Эй, что с тобой? — Анжелика, все в порядке? Ничего не объясняя, я развернулась и убежала прочь. Прочь от этого странного человека. Прочь от недоделанной работы. Прибежала в свое хлипенькое убежище — выданную мне комнату. Правда, забежав в нее, навернулась, поприветствовав лицом половицы. Выругавшись, обернулась и обнаружила причину своего падения — сумки. Да, да, те самые суки, с которыми меня закинуло в этот мир. Те самые сумки, которые я уже неделю не могу разобрать. А что, собственно, разбирать? Я открыла одну и, как и ожидалось, она оказалось пустой. Только в некоторых кармашках валялся всякий теперь ненужный хлам — студенческий билет, открытая пачка жевачки, мелочь, косметика. В другой было примерно то же самое только в добавку там лежало еще две книги — "Восставшая из пепла" и та самая книга, о которой я умудрилась забыть. Открыв и пролистав ее, я почувствовала, как некоторые воспоминания вновь заполняют мою голову и теперь нет полного непонимания происходящего. Сначала я обрадовалась, что воспоминания вернулись, что я снова там, где и хотела быть, но затем, на смену радости, пришла печаль. Мира, девушка, чье тело я занимала, умерла. В этом уверены абсолютно все. Это не прошло без следа, свою рану это событие нанесло каждому. Плюсом прошло еще четыре года. Четыре, Карл! На глаза навернулись слезы. Прижимая книгу к груди, я села на кровать. Мне стало так горько за всех, кого я знала. Прошел вечер. Успокоившись после внезапной истерики, я задумалась. На смену печали пришел здравый смысл, так сказать. Как жаль, что он посещает меня так редко. Но сейчас не об этом. Прошло четыре года. А где, собственно, тот самый переворот, в котором в оригинальном сюжете должен был погибнуть Ройд? Нет, я не намекаю на то, что он должен был помирать после того, как умерла я. Я про то, что сюжет колоссально изменился до неузнаваемости. И если раньше я могла хоть что-то, хоть как-то предугадать, то теперь — нет! Из мыслей меня выдернул стук в дверь. Вздрогнув, я быстро пихнула книгу, что все это время прижимала к груди, под матрас, поднялась и поспешила к двери. — Кто? — Это я. — послышался женский голос. — Энн! Открыв дверь, я кинулась на девушку с объятьями. Прижалась к ней так крепко, будто не видела целую вечность. Девушку, очевидно, такое мое поведение несколько шокировало. — С т-тобой все хорошо? — А. Д-да. Все нормально. — глупо улыбаясь, я отстранилась. И только сейчас кое-что заметила. — Ты так повзрослела! Уже и не девочка вовсе! Смотри, так и до старости не далеко. — Ты головой, что ли, ударилась? — Энн резко схватила меня за щеку, больно ущипнув, оттянула ее. — Будешь болтать всякую ерунду, накажу и отправлю к конюхам. — Фы не мофефь эфого ффелафь. — попыталась возразить я. — Да ну? И тут мне стало страшно. Вот что-что, а лошадиный навоз я ни разу не убирала и желания попробовать как-то не появлялось. Поэтому я приподняла руки, как бы говоря "сдаюсь" и опустила голову. — Так-то. — раззадоренная девушка отпустила мое лицо, а затем оглядела меня. — Как ты? И чего это глаза красные? Плакала, что ли? — Да нет. Нет, просто... голова болит. Все так навалилось. — Понимаю. Я с работой закончила, может отдохнем вместе? — А давай попросим Ньевис приготовить чай с медом? Тот вкусный-превкусный! Дура! Перевела взгляд на подругу. — А откуда ты про это знаешь? Я ведь ни разу еще тебя подобным не угощала.