Гейний современной науки

      Через несколько недель Миша вместе со своим классом, и чего уж говорить, ещё пятой частью всего лицея поехал на поезде в Петербург. К сожалению, его лучшая подруга за неимением денег поехать вместе с ним не смогла. Но Миша надеялся, что ему удастся найти ещё кого-нибудь среди людей, с кем он бы мог пообщаться.       Поезд только успел тронуться и проехать едва ли несколько десятков километров, как на весь вагон раздался пронзительный и очень недовольный крик: -Андрей, сволочь, верни моё пиво! Миша не понял сразу, была это шутка или среди лицеистов есть настолько безмозглые люди, ведь сопровождающие из учителей не забыли сесть в поезд и всё слышали. В любом случае, его, как казалось, этот нелепый случай касаться не должен. А значит, ничего более не отвлекает от чтения четырехтомника по органической химии великого мастера своего дела господина Реутова, преподавателя из МГУ. Миша достал из рюкзака планшет с заветными файлами. Кажется, счастье на всю поездку обеспечено.

***

      Но продолжалось оно отнюдь не долго. Ведь в его купе он был не один. А другие школьники, к сожалению, имеют пренеприятнейшее свойство кучковаться и заниматься деградацией в большой толпе.       Поначалу было решено бороться с этим простым путём: не обращать внимания на все вопли, что раздавались из-под его полки, заткнув их приятной расслабляющей музыкой. Но народу собралось слишком много. Уже порядка десяти человек сидело в радиусе двух метров. Миша был зол. Можно было бы сказать, что он вскипел. Он выключил планшет, снял наушники, достал стакан из рюкзака и спустился, не особо заботясь, кому наступил на ногу.       Пройдя через несколько купе, он увидел, что его одноклассники легли как шпалы между двух верхних полок, а уже на них лежал большой и накачанный парень. Это был Костя, единственный человек не из химиков, которых он здесь знал. На верхней боковой лежал в обнимку со своей девушкой химик из старшей параллели, Вова. Проходя, Миша взглянул на их лица. От увиденного ему стало немного плохо, челюсти сжались, затряслись руки. А увидел он всего-то двух людей, которые счастливы от того, что находятся рядом друг с другом. Так как Миша любил в себе копаться, он попытался было найти причину, по которой перешёл в такое состояние, ведь никто же не утверждал, что, например, торсионные поля реальны. Но причин испытывать какой-то негатив кроме орущей толпы в его купе не было. К такому финалу пришло его сознание, когда вода заполнила стакан до края и начала переливаться через него.       Миша решил не возвращаться к себе, а сменить тактику. Раз игнорировать школьников, набившихся в место, где он хотел отдохнуть, не получилось, можно сделать то же, что и они. По закону сохранения материи, если куча людей пришла в его купе, значит, осталась такая же куча свободных мест, где концентрация людей на единицу площади была бы не такой большой, а значит, там можно бы было насладиться покоем.       В одном из следующих купе сидел всего один человек на нижней боковой полке за столом и шахматной доской. Это был какой-то азиатской внешности парень. На его лице, как и на всех других кроме сониного было написано, что он не особо умён. «Значит, можно будет почувствовать себя царём», — подумал Миша и сел за стол.       Парень встрепенулся. -Э-э-э, привет. -робко сказал Миша -Здарова, ты из химиков? -Ну да. А ты чего один? -Да в шахматы никто играть со мной не хочет. Один вот сказал, что сейчас кого-то приведёт, но, как видишь. А ты сам не играешь? Шахматы, конечно, считались игрой интеллектуалов, но никакого моментального эффекта Миша в них никогда не видел, а потому даже не пытался научиться. -Нет, -сказал Миша и отхлебнул из стакана. Становилось ясно, что разговор заходит в тупик. Не то, что бы диалог со случайным попутчиком был как-то важен, но внезапно Миша ощутил, что хочет хотя бы попробовать пообщаться по-нормальному с другим человеком. Нужно было что-то срочно сказать, причём, не сильно глупое и не сильно заумное, чтобы его поняли. -Ты слышал, там кто-то с криками о пиве пробегал? Это шутка? Собеседник улыбнулся и выдавил смешок. -Да не, это Тимоха, мой одноклассник, отдал три бутылки Андрею из одиннадцатых, а тот решил не доставать до приезда. Вот и попались, придурки. -А что, все историки пьют? -Ну из тех, с кем я общаюсь все, а что? -Да ничего. А у тебя есть что? -Ну водочки немного при себе. Миша придвинул стакан с ромашковым чаем к этому парню. -Плеснёшь немного? -Да без бэ. Стакан за секунду исчез под столом, а ещё через десять снова на нём появился. Миша с довольным видом выпил половину залпом. Не то, что бы ему хотелось, просто в стакане был кипяток и спирт уже скорее всего начал выкипать. Вкус у получившейся смеси был почти известным, надо сказать, он сильно напоминал настойки из аптеки, которые Миша не только иногда пил по каплям дома, но и когда-то злоупотреблял целыми пузырьками за гаражами. Впрочем, эти времена давно прошли.       Прошли так же, как эти спокойные две минуты, ведь к столу подошли мишины одноклассники. -Андгхей, я тебе пгивел челаееекаа поиграть, ставка пять сигалет. Даже не оборачиваясь, Миша понял, что это Данил, чьи проблемы с речью были бы слышны даже через ужасные радиопомехи. А пришёл он с Колей, который бесил его своими претензиями на знания, которые Миша осваивал, и которые, казалось, принадлежать могут только ему одному. Что-то внутри взорвалось. Миша резко соскочил и пошёл дальше вдоль вагона.

      Шаг. Шаг. В следующем купе сидели какие-то девчонки-балаболки. Шаг. Шаг. И ещё один. Вроде свободное купе. Но одна нижняя полка завалена вещами. На другой, кажется, кто-то спит. Верхние вроде свободны, но туда было бы неприлично забираться. Внезапно, вроде спящий человек поднялся лёжа и спросил: -Ты потерялся? Голос его был достаточно твёрдым, но при этом приятным. Миша замешкался. -Я бы это… тут можно где-нибудь присесть? -Можешь даже прилечь. Парень хлопнул ладошкой свою полку и улыбнулся. В этот момент погас свет, ведь ночь уже готовилась наступить. -Даже свет погасили ради тебя, видишь. Ну ты чего как не родной, садись, рассказывай. Миша подошёл, чтобы разглядеть лицо молодого человека, с которым разговаривал. Ему совсем не хотелось садиться, но иначе в темноте было никак не разглядеть абсолютно ничего. Собеседник был достаточно красив лицом, нечего сказать. Он и нарушил тишину: -Меня Саша зовут, я с исторического, а ты? -Миша, химик. -Ты не воспринимай так серьёзно мои шутки, мне весело просто. Казалось, Мишу настигло облегчение. Но напряжение не ушло мгновенно. -Да я и не особо это, я не то что бы особо как-то по мальчикам, ну то есть совсем не… ну это… ну я же тебя только сейчас увидел… чёрт… -О, серьёзно? -в голосе Саши звучали нотки удивления. -Что серьёзно? Саша ещё приподнялся, чтобы иметь возможность сказать Мише прямо на ухо свои мысли. -Ты первый гей, которого я встретил в лицее. Миша не успел удивиться этой фразе, а уже почувствовал свою ладонь в тёплой, только что из-под одеяла ладони другого парня. Казалось, ситуация начала выходить из-под контроля. Внезапно он почувствовал, что вторая рука уже обнимает его за плечи. -Приляг, я серьезно, кажется, нам есть о чём поговорить. С этими словами в мишину голову пришло странное чувство, ему в самом деле захотелось лечь. Это он и сделал. Внезапно, услышав шаги в проходе вагона, Миша одним движением залез под одеяло. Если бы его обнаружили в таком положении, проблем бы избежать не удалось. Шаги остановились в их купе. Было слышно, что на верхнюю полку кто-то залез. Но когда всё улеглось, Миша сказал так тихо как мог: -А ты вообще первый такой, кого я вижу в реальной жизни. -Серьезно? -раздался так же тихо ответ. Миша внезапно понял, в какой ситуации он оказался. Моментально голова наполнилась сценами из всевозможных гей-фильмов, которые он уже посмотрел. Мозг решил в эту же секунду устроить забастовку и взявшие верх желания заставили Мишу на звук найти лицо парня, которого он знал всего пять минут и поцеловать так страстно, как можно было. К сожалению, из-за отсутствия опыта в этом деле, раздался достаточно противный, хоть и короткий высокий звук. -Саааня? Это ты там? -раздался голос наверху. Внезапным движением одеяло было сорвано. С верхней полки глядел какой-то парень, чьё лицо Миша видел впервые. Лишь их взгляды пересеклись, тот закричал: -Ну пипец! Педики! Пацаны, я сваливаю! Саня, я не буду с тобой в одном купе спать! И в одной комнате тоже! На крик, как это обычно бывает в таких случаях, сбежалась половина вагона. По крайней мере, именно так показалось Мише, пока он убегал. В действительности же всю ситуацию застала только пара мальчиков, шедших по проходу и выглянувшие из-за стенки девушки. Вечер был безнадёжно испорчен. Не было понятно, расскажут ли они об этом кому-либо, но если да, о репутации, спокойной жизни, а может и жизни в принципе можно будет забыть. «Но вроде я закрыл лицо руками, а ещё было темно, возможно, меня не запомнили» -думал он.

***

      Как оказалось, испорчен был не только тот вечер. Здесь, в Петербурге, не было человека, которому можно было бы, доверившись, рассказать всю ситуацию, ведь Соня не имела возможности выйти в сеть. Все пять дней Миша продолжал себя накручивать. Уже не хотелось даже прикасаться к планшету с заветными знаниями. Было просто душевно больно. Отдых и каникулы, на которые он пришёлся, были совершенно испорчены и потрачены абсолютно впустую. На обратном пути он вновь шёл за кипятком для ромашкового чая, который, казалось, уже не в силах помочь ситуации. Внезапно он наткнулся посреди коридора на свою одноклассницу, Соню. Однако, она, в отличие от его лучшей подруги, не была тем, кому хотелось довериться. Но это никак не влияло на то, что он услышал: -Миша, прикинь, там Коля, наш, нахрен, Коля с какой-то девочкой, мне Данил сказал, они уже встречаться начали. Прикинь, а? Я думала, таким с девчонками никогда не выпадает. Внезапно, Мише захотелось просто на это посмотреть. Он пошёл вперёд и увидел: в купе того самого Данила сидел Коля, которого Данил вроде как выгнал в купе к сопровождающим учителям. И сидел он не абы как, а с девушкой на коленях. И, конечно, они страстно целовались, не обращая внимания ни на кого вокруг, и выглядели самыми счастливыми людьми в этом поезде. Миша развернулся, зашёл в своё купе и одним движением забрался на свою верхнюю полку.        Обида непонятно на что накрыла с головой. «Почему кто-то может чувствовать себя нормально, поцеловавшись с человеком, которого только что увидел, а я вот всё вот это?» — крутилась мысль. Подушка, в которую он упёрся лицом, стала мокрой. «Даже последний деградант вступает в нормальные отношения так просто, а я? Неужели, такова дорога гения? Вот бы выйти сейчас и лечь на рельсы. Или поехать дальше своего Мусохраново. Куда там держит путь машинист? Мне бы сейчас куда угодно, лучше никак, но не обратно, но только не с ними. Желательно подальше ото всего». В этот момент где-то в глубине вагона заиграла древняя песня «Еду в Магадан». «Да, Магадан бы подошёл. Эх, хорошо бы сейчас туда» — думал Миша. Не заметив, как это произошло, он заснул под равномерное «чучух-чучух»