party

Чонгук, конечно же, отменяет утреннюю тренировку, как любой хороший капитан. Точнее, её отменяет более-менее трезвый Чимин, отписываясь в общий чат с Чонгукового телефона. Да благословит его Господь. Но факта, что Чимин всё ещё хуйло последнее, это, естественно, не отменяет. Чонгук пропускает первую пару и просыпает окно на второй. Когда он поднимает свою протрезвевшую хворую тушу с постели - Чимина в комнате университетского общежития уже нет. Чонгук жалеет об этом как минимум потому, что кофе сам себя не сделает, а никаких других способов прийти в себя, парень не видит. Но к превеликому его счастью, заботливый хён оставляет на столешнице блистер с обезболивающим, и записку с коротким содержанием: "Если не сдохнешь утром, встретимся во время ланча после второй пары на нашем месте. У нас сегодня Сокджин эконома заменяет, выпросишь у него для меня пятёрку. Целую." Нахуя "целую" в конце - Чонгук так и не понял, поэтому заключил для себя, что Чимин ебанутый алкаш, и его не обязательно понимать. Главное сейчас - реально суметь не сдохнуть и привести себя в более-менее божеский вид. Не только у Чимина старшекурсники сегодня заменяют экономику. *** - Блядь, ты стебёшься? - стонет Чонгук, заворачивая на парковку. - Что б мне яйца откусили. Слово даю, - заверяет Чимин по ту сторону трубки. - Тогда это бесповоротный пиздец, и ты полное хуйло, хён, - заключает Чонгук, выслушав подробности вчерашнего спора, и то, как он оказался главным предметом обсуждения в университете (популярнее, чем обычно). Парень вытаскивает ключи из машины, и откидывается на спинку кресла. Чимин молчит в трубку какое-то время, но звонок не сбрасывает. Вскоре вдалеке появляется вырвиглазно-красная шапка, маячком обозначая приближение хозяина. Чонгук ловит друга взглядом, и выкатывается из машины. - Хён, я тебя вижу. - Так подпирай, блядь, бырее, я сейчас сголоду-схолоду сдохну, - ворчит Чимин, резво прыгая в сторону Чонгука. Парень про себя отмечает, что хён похож на пингвина: такой же неуклюжий и смешной. Только мёрзнет вечно. А так вылитая жирная птица. Чонгук сбрасывает трубку, и достаёт из машины три держателя для кофе из Старбакса. Френч Пресс для Субина и Ёнджуна, Пур Овер для Кая, Американо для Кан Тэхёна и Юнги, горячий шоколад с обезжиренным молоком для сладкоежки Бомгю и Чимина, и один дико калорийный Мокка для Сокджин-хёна, вкус жопы которого Чонгук сегодня собирается в который раз распробовать. А вообще, Чонгук думает, что он умница - команду поощряет, но не больше 158 кКал на 100 грамм, и сам кофе не пьёт (как минимум при них) - подаёт хороший пример. Отличный капитан. По крайней мере, он продолжает себя в этом активно убеждать после рассказа Чимина про его танцы на столе с Хосоком. Кстати говоря, об этих самых танцах: их Чонгук благополучно забыл. Впрочем, как и большую часть вечера и ночи, исключая конец вечеринки и спонтанную дрочку с тем парнем, постепенно всплывающие подробности которой Чонгук старательно пытается выкинуть из головы. Потому что да - ему уже двадцать один, он взрослый парень, второкурсник, капитан команды по американскому футболу, красавчик, плэйбой, и настоящий секс у него был уже целый один раз, но его девственная душа ещё находится в состоянии пубертата, где стыдно-мокро, и смущённый румянец от слова "член" расцветает на щеках. Вот такой вот Чонгук неправильный двадцати однолетний девственник, что поделаешь. Главное для него - это поддерживать имидж идеального во всех отношениях парня, что бы не вылететь из университета нахуй, в родной бесперспективный Пусан. И до вчерашнего дня у него это, вообще-то, успешно получалось. Но потом на горизонте появился этот ебучий спор, ебучий Чимин, и ебучий Хосок, видосы с которым активно форсят сейчас в твиттере и инстаграме все студенты. И ладно бы на этих самых видосах был только Хосок, но ведь и Чонгука же засняли. Чёртова несправедливость. - Давай сюда моих малышек, - любвеобильничает Чимин, принимая из чонгуковых рук держатели с кофе - Горяченькие, сладенькие, вкусненькие, жирненькие. Мои хорошие детки. За своими размышлениями младший даже не замечаете, как Чимин подходит к нему, и принимается забирать кофе. Вблизи его лицо выглядит ещё более побитым и опухшим. На переносице и лбу - пластыри, на самом Чимине - свитер с высоким горлом. У Чонгука опять тысяча и один вопрос, но он приберегает их на момент, когда хёну не на что будет перевести своё внимание. - Обезжиренные. Выигрыш означал смягчение диеты, а не её конец, прожорливый хён, - смеётся Чонгук, закрывая машину, и направляясь к учебному корпусу. - Ну ты и ублюдок, мелкий. И вообще, я старше тебя. Как и Субин. И Ёнджун. И Хюнин Кай. И Техён. И вообще тебя только Бомгю младше, и то на несколько месяцев. Кто вообще придумал записать тебя в капитаны? - возмущался Чимин, по пути в столовую. Чонгук про себя отмечает, что он не назвал Юнги, напрягаться на секунду, но после - всё равно злорадно смеётся - Отставить ржаку, мелкий. Скажи спасибо, что я вообще вытащил свою сочную жопу, что бы помочь тебе донести презент этим спиногры... - Хён, - перебивает Чонгук (а вот и тот самый момент!) - Ты и дальше собираешься не рассказывать мне о ситуации с Юнги? Чимин заметно напрягается. Это видно по его застывшему стеклянному взгляду, и поджатым разбитым губам. Чонгук читает его, как раскрытую книгу. - Нечего тут рассказывать, - отзывается Пак, возможно, гораздо резче, чем хотел - Он снова спровоцировал, я вновь не выдержал. Просто в этот раз масштабнее, - сухо поясняет Чимин, хмуря брови, и через секунду же ойкая. Множество ссадин на его лице дают о себе знать. - Как он тебя спровоцировал, хён? - Тебе виднее. - Хён, я же уже говорил, что ничего не помню. - Значит оно к лучшему. - Чимин-ще, расскажи, - просит Чонгук, и в тоне его проскальзывает лёгкая обида и смятение. Он не понимает, почему Чимин не хочет рассказывать ему. Ближе хёна у него здесь никого нет, и хотелось бы верить, что старший думает о нём также. - Айщ, Чонгук, - шипит Чимин, разбивая предыдущую холодность, и младший с облегчением выдыхает - Если так интересно, спроси у Юнги. Его "сломанный" нос оказался, походу, нихуя не сломанным, потому что я сегодня видел его в университете. И вообще, когда это тебе стали интересны подробности наших драк? - ёрничает Чимин, прекрасно понимая причину беспокойства друга. - Хён заткнись. Я просто волнуюсь, что вы это опять из-за меня, - врёт Чонгук, надеясь увести их обоих от неловкости вчерашнего разговора. - Не волнуйся, не из-за тебя. Точнее, из-за тебя, но я бы не стал бить ему морду за просто так, ты меня знаешь. Он сам нарвался Короче, забудь. Мы просто посрались, как обычно, ничего нового. Он меня просто бесит, - заключает Чимин, и чуть болезненно морщится. Чонгук смотрит на него с беспокойством. Не то что бы он не знал, что эти двое вечно цапаются между собой, как кошка с собакой, просто в этот раз ему показалось, что проблема была гораздо серьёзнее. Обычные перепалки и мелкие драки - это одно, с ними Чонгук смирился. Но после них Чимин, как правило, злой, а не напряжённый и нервный. Что-то действительно произошло, и что пугает ещё больше - почему Пак не хочет об этом рассказывать? Юнги тоже молодец. Он, вообще-то, Чонгуков друг, и должен понимать, что вечное провоцирование Чимина - лучше их отношениям не сделает. Парень уже как-то раз хотел поговорить с ним на эту тему, но Пак отговорил его. "Чувак, мы оба понимаем, что Минову жопу это не утихомирит, тебе же не нужны ещё большие срачи внутри команды, верно?" - заверял Чимин, в очередной вернувшись с разбитой губой. Юнги не плохой, совсем нет. Бывает говнистый, часто обзывается, но и Чимин от него не отстаёт. Просто у него такой характер: именно поэтому он постоянно вступает в неравный бой с Паковской накаченой тушей и получает похлеще самого Чимина. Просто в этот раз он реально переборщил. А Чимин, похоже, такой же идиот, раз на всё это ведётся. Парни заходят в здание столовой. К этому моменту Чимин около пяти раз успевает поныть о том, как замёрз, восемь - как проголодался, и почти десять - как у него устали его "эстетичные ручки". И это учитывая то, что от стоянки до столовой всего каких-то шестьдесят метров. - О, капитан! - доносится со стороны их столика полупришибленный ор Ёнджуна - самого старшего и самого наглого. - И его персональный Хоббит, - язвит Бомгю - самый младший и самый охуевший. Чонгук улыбается уголками губ, в последний момент схватив Чимина за шкирку, потому что Паковское: "Ну всё, блядь, на этот раз я его точно угандошу" - на самом деле очень опасно. Они подходят к столику, по очереди пожимая руки каждому члену команды (Бомгю Чимин злостно треплет по волосам) - Чонгук-ще, что за повод? - интересуется Субин, отодвигаясь в сторону, чтобы освободить место для Чимина и Чонгука. - Он просто решил, что после вчерашнего вам кофе не помешает. Да, Бомгю? - отвечает Пак, с издёвкой глядя на покраснешего Бомгю: бедняжка вчера первый раз напился. - Хоть и к третьей паре, но всё равно спасибо, Чонгук-ще, - улыбается Техён. - Да не за что. А где остальные? И в частности Юнги. Я ему вообще-то тоже кофе принёс. Чонгук краем глаза ловит реакцию Чимина (впрочем, как и все присутствующие). Он отчаянно пытается понять его чувства, но вместо этого вновь натыкается на ту же презадорную улыбку. - Я видел его сегодня в университете - начинает Ёнджун - У него лицо такое опухшее, он весь в пластырях. Чимин-ще его конкретно отхуя... Ай! - пинает его Субин под столом - Я, короче, люблю Юнги-хёна, но он называет меня куском дерьма, так что я считаю, что это карма. Ёнждун заканчивает с весёлой широкой улыбкой, которая украшает его лицо до тех самых пор, пока позади не раздаётся знакомый голос: - Может, мне тоже охуярить тебя топориком за то, что каждую ебаную тренировку наступаешь на мои кроссовки? - холодно шипит Юнги за его спиной. Лицо Ёнжджуна забавно вытягивается и он медленно поворачивается. На его лице: безысходность всего мира, а в глазах обратный отсчёт до момента получения пиздюлей. Чонгук ему почти сочувствует, но потом сам оборачивается и улыбка пропадает уже у него. - Тэхён-щи! - дружно орут все, кроме Чимина, Чонгука и Юнги. - Здарова, мелкие, - смеется Тэхён, пришедший с Юнги. Парень подходит ближе, и плюхается на лавочку между Ёнджуном и Чонгуком. Чонгук машинально отшатывается, и впяливает свой охуевший взгляд в парня (который ему вчера дрочил в туалете, да, тот самый). Ему неловко, и сердце гукает, когда он чувствует, как блондин прижимается своим бедром к его. Тэхён же в его сторону даже головы не поворачивает. Юнги спокойно обходит стол и садится напротив Чонгука. - Что, уже соскучились? - улыбается блондин, раздавая пятюни и принимая ладони для рукопожатий. Чонгук смотрит на то, как члены его команды, его пиздюки (лол, он младше) радуются появлению Тэхёна, и охуевает. Когда это они успели так закорешиться? - Прости, а ты... Тот самый капитан, да? Чон Чонгук, если я правильно помню, - Тэхён разворачивается в его сторону, и невинно заглядывает в глаза. Действительно блядь, тот ли это Чон Чонгук? - Я вчера так хотел с тобой познакомиться, но ребята сказали, что ты после танцев с Хосоком так и не объявился, - ммм... и где же он пропадал? - Ах, какой я неловкий. Ким Тэхён, третий курс, высшая школа бизнеса, -улыбается блондин, протягивая руку для рукопожатия - Приятно познакомиться. Чонгука пробивает дрожь. Тэхён сейчас совсем близко, буквально в двадцати сантиметрах от его лица, протягивает ладонь со своими длинными пальцами, на которых побрякивают многочисленные серебряные кольца, и растягивает губы в непонятной квадратной полуулыбке. Для Чонгука это снова - слишком. Даже хуже, чем вчера, настоящая публичная прелюдия. Голову опять забивают мысли о вчерашнем вечере, и ему всё труднее становится смотреть Тэхёну в глаза. Когда вокруг так много взглядов. Чонгук вновь чувствует себя слюнявым девственником, когда голос предательски даёт петуха на таком незначительном: "И мне тоже", а ладонь едва касается Тэхёновой, и слабо сжимает. Кажется, у него краснеют даже кончики ушей (Господи, они реально покраснели!). В голове опять пиздец с кнопочкой: "off", и бесконечный кружок загрузки, Чонгук теряется. Мучения его заканчиваются только тогда, когда золотистые глаза перестают вырывать из него душу, переключаясь на менее смущённого Пак Чимина. - Что ж, а ты что за милашка? - опять лыбится Тэхён, перекидываясь через Чонгука, что бы иметь возможность смотреть в глаза Чимину. - Пак Чимин, ресивер университетской сборной, второй курс факультет права, - холодничает парень. Не то что бы он не дружелюбный (Чимин очень даже дружелюбный), просто все друзья Юнги - его враги (Чонгук исключение). - Ооо, тот самый, который вчера начистил лицо Юнги-хёну? Я должен был догадаться. У тебя такое милое личико. Правда, побитое немного. Но будь я Юнги, я бы тоже очень хотел его разукрасить, - улыбается блондин, сверкая лисьими глазами. Чимин не понимает, что за ахинею несёт этот припизднутый, но сраку его это поджигает знатно. Его лицо мрачнеет, и он, морщась, отворачивается. Юнги же как-то зажато выдаёт сухое (и даже почти не злобное) "заткнись". Но Чонгуку до их драмы далеко похуй. Ему бы привести сердцебиение в порядок, пока Тэхёновы ладони опираются о его ляшки. Кольца больно давят на кожу (может, даже останутся синяки), и в голову с какого-то хуя приходит мысль о том, что вчера Чонгуку давящие на кожу кольца нравились. Он вновь густо безбожно краснеет, и активно думает, куда деть собственные руки. В итоге, ничего лучше не придумав, просто упирается ими в края скамьи, по обе стороны от своих бёдер, немного откидываясь назад, и стараясь абстрагироваться. Вопрос о том, почему в нём вдруг не осталось духу, чтобы спихнуть его ладони Чонгук благополучно игнорирует. - Тэхён-хён вчера рассказывал нам, что он приехал из Кореи. Чонгук-щи и Чимин-хён тоже оттуда, - старается разбавить обстановку Кай. Тэхён разворачивается в его сторону, оставляя одну руку на чонгуковой ляшке. Блядь. - Да, я уже понял это по вашему акценту, - отвечает Тэхён, рукой поднимаясь чуть выше по чонгуковой ноге - Чимини, у тебя очень милый акцент, - Чонгук чувствует, как злоебучая ладонь на его ляшке с мучительной медлительностью движется к паху. Но он все еще не двигается. - Но у капитана милее, - выдает Тэхен и даже как-то резко убирает руки, и моментально прекращает свои поползновения. всеми силами уговаривает себя промолчать. Сейчас все его мысли и слова рассыпятся нахер, если он только попробует открыть рот. Чонгук, лучше не надо. - Чонгук, с тобой всё хорошо? - зовёт Чимин на ухо. - О чём шепчемся? - шепчет Тэхён справа. Чонгука начинает потряхивать. Он на грани истерики, если честно. Его трогают, это вторжение в личное пространство! А ещё Тэхён по-хозяйски закидывает локоть ему на плечо, и пальцами чуть поглаживает раковину уха. - Он про меня спрашивает, зайка? - басит блондин тем самым своим своим голосом, и языком мажет по Чонгуковому уху. Уши - та самая опасная точка "G". Тэхён беспринципный ублюдок. Темноволосый отшатывается, спиной упираясь в чиминову грудь. Все за столом, включая Тэхёна смотрят непонимающе. Да что это такое, блядь? - Чонгук, ты в порядке? - хмурится Юнги, переводя взгляд с Тэхёна на Чонгука. - Капитан, тебя со вчерашнего не отпустило? - ёрничает Ёнджун, но притихает, когда Мин кидает в него злой взгляд. - Я... - начинает Чонгук, пытаясь не показаться придурком - Я просто... - Так, а ну-ка встали, Султан идёт, - спасает Чонгука знакомый голос. Господи, Чонгук готов месяц хёну кофе покупать. - Сокджин-хён, - сияет Чимин, как начищенный ботинок - А я вот тебе кофе купил. Твой любимый. - Да-да, не подлизывайтесь, студент Пак, я всё про вас знаю. Гуки, спасибо за кофе, - улыбается ему Сокджин, принимая из Чиминовых рук кофе, а затем обходит стол, и треплет Чонгука по волосам. Чимин не обижается. Все уже давно привыкли, что Чонгук - любимчик Сокджина. Никто (да и сам Гук) не в курсе, почему старший так любит его, и чем он обязан судьбе, что водит дружбу с самой важной шишкой в университете. Поясним: Ким Сокджин - двадцать шесть лет отроду, сын главы этого университета. Его отец - этнический кореец, открыл этот университет двадцать лет назад, когда он со своей семьёй эмигрировал в Америку. При поддержке своего богатого зятя он основал межнациональный университет с короткой абривеатурой "BTS", дословно расшифровывающейся как "Backing Talented Sapphires" (поддержка талантливых сапфиров). Хотя студенты всё равно прозвали этот университет "The University is blue sapphire" (университет синего сапфира). Почему именно сапфир: первооткрывателями этого камня являются именно восточные азиаты (а примерно 30% всех студентов - южные корейцы, 20% японцы и китайцы, остальные - американцы), но в данный момент этот камень активно добывают и в Америке. Голубой сапфир - символ твёрдого ума и мудрости, долговечности и спокойствия. И хоть этого и не скажешь о студентах (лол, вообще полная противоположность с их вечными алкотусами), но в тот момент отцу Сокджина это показалось хорошей идеей. И, стоит заметить, не дурак он последний, со своими глобальными идеями. Институт возымел большой успех среди студентов из восточных стран. Всего за двадцать лет он стал известен настолько, что отец Сокджина вернул все потраченные деньги своему горячо любимому зятю и сейчас занимается открытием уже второго филиала. А пока отец занят - всем заправляет Сокджин – студент 2 курса магистратуры, которого заботливый папаня заставил обучаться семейному делу, надеясь после его выпуска сделать сына президентом университета. А пока Сокджин носится туда-сюда, контролируя студентов, организовывая мероприятия, периодически заменяя преподавателей на парах (его отец считает, что старшекурсники несколько раз в год должны проводить пары у младшекурсников, в качестве практики и для сплочения коллектива), и разбирая бумаги (толком не успевая учиться, но какой преподаватель поставит сыну основателя университета плохую оценку?). - Как машина, ребёнок? Не барахлит? - интересуется Сокджин, отпивая кофе. - Нет, хён, всё замечательно. Спасибо, что даёшь ей попользоваться, - улыбается Чонгук, оборачиваясь. Ещё один приятный бонус - это машина Сокджина, которая, вообще-то, совсем новая, но он всё активно отрицает, и утверждает что он на ней ездил целых два года, и она ему изрядно надоела, а занимать место в гараже не хочется. Чонгук делает вид, что верит ему, но его всё ещё забавляет факт, что хёну она перестала быть нужна спустя день, как только Чонгук получил права. - Не благодари, мелкий. Считай, что это тебе за победу в прошлом году. Я ещё никогда не брал первокурсников в команду, но, признаюсь, это было моё лучшее решение. - Чимин рядом фыркает: его всегда прикалывала тема с тем, что даже при малейшей похвале, у Чонгука краснеют кончики ушей (знал бы только Чимин из-за чего у него на самом деле краснеют уши). А ещё, он вообще-то, тоже здесь, ало - Кстати, я тут по делу, и ненадолго. Отец прислал сообщение, что завтра нас посетит осенняя комиссия. Ничего страшного, посидят на уроках, проверят еду в столовке и документы у нас в архиве. От вас требуется ничего не пить и не есть с завтрашнего утра до завтрашнего вечера. Скорее всего вследствии вчерашней победы они захотят взять ваши анализы и проверить на наличие наркотиков. Но это ничего страшного, вы же у меня все чистенькие. Да, ребёнок? Чонгука ступорит. Парень боковым зрением ловит, как Тэхён бегает глазами между Сокджином и Чонгуком, а потом закрывает лицо рукой, старательно пытается не заржать в голос. Вот же дерьмо. - Ребёнок, ты чего? - взволнованно спрашивает Сокджин, теребя Чонгука за плечо. Ёб твою ж мать. - Он весь ланч какой-то странный, - отзывается Юнги - Небось из-за инцидента с танцами на столе. - Хён! - шипит Чонгук, закрывая лицо рукой. Боже, какой стыд. - Да чего ты так взволновался, ребёнок? С кем не бывает. Я вон угарнул утром знатно, когда в инсту зашёл. Кстати, не знал что ты умеешь так танцевать, - подбадривает его Сокджин. - Да, и Хосок к тебе даже почти не приставал! - выдаёт Ёнджун - Всего-то тридцать три раза лапнул. - Кстати о Хосоке, - перебивает Чимин, указывая в конец столовой, откуда двумя цветастыми гиенами несутся Хосок и Намджун. - Ох блядь, - шепчет Тэхён тихо. Чонгук всматривается получше, и понимает, что да - это то самое "Ох, блядь" , которое имел ввиду Тэхён. Оба парня: расстрёпанные, запыхавшиеся, испуганные. И, кажется, опять натворили какой-то пиздец. - Господи Боже, дай мне сил, - стонет Сокджин, нервно глотая кофе. Фиолетоволосый Намджун и рыжий Хосок преодолевают половину столовой спустя пару секунд (что-что, а убегать от пиздюлей за три года учёбы здесь, они научились), по пути сшибая стулья и перепрыгивая через столы. - Тэхён! Тэхён! - Орёт на расстоянии Хосок - Тэхён, пиздец! Оба парня, наверное, влетели бы в их стол, если бы за пару метров не разглядели Сокджина, и не затормозили, стирая подошву на кроссовках, чтобы поклониться. - Сокджин, добрый день, - поклонился Хосок, слегка дёргано и немного напугано. - Ночь... То есть утро... В смысле вечер... Да, добрый вечер, капит... Эээ... Сокджин-хён, ой, то есть ним! Добрый вечер, Сокджин-ним! - тараторил Намджун, без конца кланяясь, и один раз чуть не баднув Сокджина в живот. - День, придурок, - закатывает глаза Хосок, хватая Намджуна за шкирку - И хватит ты кланяться, сейчас ведь голова закружится! Но Намджуна было уже не спасти: его мозг вылетел ещё на влёте в столовую, как только в поле зрения появился его горячо любимый Капитан-Сокджин-хён-ним, к которому у парня не то слепое обожание, не то страх напополам с восхищением, Чонгук сам ещё не разобрался. В итоге Хосок бросил несчастные попытки отодрать Намджуна от пола и бросился к Тэхёну, который перед этим глубоко так, многострадательно вздохнул. - Тэхён, совсем пиздец, - начал Хосок опускаясь на колени. - Что, ещё больший, чем обычно? - закатил глаза Тэхён. - Очень, очень пиздец Тэхён, - вопил Хосок на ультразвуке - В этот раз прям совсем бесповоротный. Намджунова голова всё-таки не выдержала, и спустя пятнадцать секунд мотаний его затошнило-закрутило и он остановился. Ну, как остановился. Под охуевающе-испуганный взгляд Сокджина, свалился тому на руки. Ну а Сокджин что? А Сокджин хороший человек, он намджуновому: "Ой, хён, что-то всё кружится, и вас почему-то четыре, но так ничего, так даже лучше, вы красивый" посочувствовал, хоть и слегка смутился. - Давай только быстрее, ланч заканчивается через двадцать минут, а я всё ещё хочу есть, - стонал Тэхён, отпихивая от себя хосоковы вездесущие ладони (Чонгук про себя отмечает, что ему бы у него поучиться). - Мы хотели отомстить МинДжу, ну, тот, который ещё постоянно воняет чесноком и рожа у него такая волосатая, и ногти по четыре метра, и он ещё ходит со своей этой укладочкой типа назад и штаны такие узкие, что уж внутри того гляди задохнется - тараторил Хосок, и Тэхён, да и все присутствующие, если честно, мало что понимали, хотя знатно угарали - Ну так вот, он на матче вчера на Намджуна колу разлил, он вообще сказал, что случайно, но он его по баллам уже третий год обходит, он каждый матч на него что-то разливает, и... - Ближе к сути, - гаркает Тэхён. Чонгук немного вздрагивает. Не то что бы он знал Тэхёна хорошо, просто с ним он ведёт себя издевательски-игриво, поэтому Чонгук считал его психом-извращенцем, и видеть сейчас собранного и сосредоточенного Тэхёна немного... Непривычно (чёрт, они знакомы в сумме меньше часа!). - Так вот, мы поймали тринадцать голубей, а ты же знаешь: он ненавидит тринадцать, у него бабка тринадцатого умерла... - Как вы вообще, блядь, умудрились поймать тринадцать ебучих голубей? - триггередил Юнги. - Мы кидали в них камни, и они сваливались с крыши сами, но мы не убивали их, потому что они нам были ещё нужны, потом мы накормили их слабительным и засунули в машину МинДжу, одна эта пернатая сучара обосрала мне руку, но я отомстил и выдрал у него пучёк пуха с жопы, я тебе потом покажу, но он весь в голубином дерьмо, потому что они не могли без конца не срать, и... - Как они умудрились накормить голубей слабительным... - охуевал Субин. - И как они вообще скидывали их с крыши камнями, - продолжал Кай. - Я задаюсь этими вопросами на протяжении всего нашего знакомства, просто пытайтесь не забивать голову, поверьте, никаких адекватных ответов вы точно не получите, - заверял Тэхён, бросив попытки, вырвать руки из цепкой хватки Хосока, и просто позволил ему держать себя за ладони. - Я хочу в их тусу, - заорал Ёнжун. - Ага, что бы ты потом по полю на четвереньках бегал, и мяч зубами ловил по команде "апорт"? - язвял Чонгук, наблюдая за Намджуном, который, кажется, пришёл в себя, но пока извинялся, активно жестикулируя, заехал Сокджину по лицу, и теперь активно-агрессивно пытался всё исправить. - Ну так подсунуть-то мы подсунули, но потом оказалось, что он продал эту машину Ыджину уже как месяца два, и он по следу из голубиного говна нашёл нас, точнее он увидел, как я смываю руку в школьном туалете, и теперь нам пиздец, Тэхён, нам очень сильно пиздец, нас отпиздят и посадят на кол, изнасилуют арматурой и высосут глаза, Тэхён, он два девятнадцать ростом и весит больше ста кило, Тэхён, помоги, пожалуйста! - вопил Хосок, головой падая на тэхёновы колени. - Господе, блядь, за что, - стонал блондин. - Хей, Чонгук, думаю, надо уёбывать, пара через десять минут, - шептал Чимин на ухо. - Хён, я в кои-то веки без стёба с тобой согласен. *** Они с Чимином разошлись со звонком. Конкретно сейчас Чонгук  жалел, что не выбрал факультет права, потому что без Чимина, если честно, скучно. Да и у Сокджина пары интересные, всегда есть над чем поражать. А ещё под десятками взглядов парню было как-то совсем неуютно. Все вокруг пялились, шушукались, уже четыре раза подъебали по поводу видоса, но он стоически усмехался и всячески строил из себя самоуверенного альфача, мол "Так всё и задумано, а вы что, ещё не в курсе?" . Потенциального препода не было видно уже минут пятнадцать. Чонгук в душе не ебал, что за безответственный старшекурсник им достался на этот раз, но если этот олух не поторопится, парень сваливает. Ему ещё надо как-то найти Тэхёна, и вызнать, какими таблетками тот его вчера кормил, и за сколько часов они выводятся из организма. Скорее всего, беспокоиться не о чем. Это не могут быть тяжёлые наркотики, Чонгук особо приходов не ловил, да и тем более, он же их не внутривенно вводил. Верно ведь? Верно? - Слышь, чо такой хмурый? Тёлка вчера продинамила? - смеётся сосед по парте - Дункан. Дункан - ещё один член его команды: распиздяй и немного долбаёб (впрочем, как и все они). Его малёк недолюбливают из-за предвзятости и излишней моральной ублюдочности, но, в целом, он является полноправным членом коллектива, хотя и часто прогуливает общие сборы в столовке и иногда отлынивает от тренировок. Чонгук не плохой капитан, просто он привык и смирился (тем более, что играет Дункан лучше, чем ведёт себя). – Не выспался. – отвечает Чонгук, поглядывая на часы. До его съёба с пары пять минут. Дункан хмыкает и многозначительно поднимает брови. – Оно понятно. Но трахаться всё-таки надо, а то вся злоба от недоёба, а нам ещё и не жрать завтра целый день, вообще есть риск кого-то ёбнуть, – смеётся Дункан, листая ленту инстаграмма в телефоне – Зырь, Лиса новую фотку выложила. Вдул бы ей? – Если ты сейчас же не закроешь рот, риск ёбнуть удвоится вдвое и сконцентрируется на твоей персоне, – шипит Чонгук, прикрывая глаза. До его съёба с пары четыре минуты. Дункан раздражал. Лалиса – капитан команды по чирлидингу. Милая девушка, немного закрытая и хмурая, но совсем не злобная холодная сука. Хотя если к ней подойти и предложить "присунуть" – точно ёбнет. Чонгук знал её плохо. Знал только, что у неё есть лучшая подруга – Чеён, такая же хмурая и такая же закрытая. Они в основном не общались. Лалиса и Чеён вертелись в их компании, потому что были чирлидиршами. Лису и Чонгука многие сватали (мол, король и королева университета). Они об этом знали, и им было неловко в компании друг друга – именно поэтому они вели себя отстранённо друг с другом. Ещё девушка очень хотела попасть в его команду (потому что женской сборной в университете нет), но правила есть правила – никаких девушек и точка. А жаль, та же Лалиса была бы гораздо приятнее Дункана. – Я же говорил. Потрахайся уже с кем-нибудь, а то скоро клыки вылезут. Знал бы этот придурок, что вся Чонгукова спесь именно из-за траха и произошла, заткнул бы варежку. До съёба три минуты. – Кан, не знаешь кто будет вести у нас сегодня пару? – спрашивает Чонгук подуспокоившись. Не то что бы из интереса, просто надо ещё три минуты как-то отсидеть. А у него как на зло сдох мобильный. – Вроде Джимми с четвёртого. Он же экономику у них лучше всех знает. А так не ебу. Может, Намджуна пришлют, – пожимает плечами Дункан, снова залипая в телефон. Ебучего препода нет уже почти двадцать минут. В пизду. Чонгук съёбывает. Парень быстро собирает вещи, поднимается с места и направляется к выходу из аудитории, игнорируя вопросы Дункана. Он дёргает за ручку двери, и уже было собирается выйти, как вдруг сталкивается прямо с... Тэхёном. "Сука, опять?" – Вновь решили сбежать, студент Чон? Ой как нехорошо. Живо вернитесь на своё место. – басит Тэхён, и губы его расплываются в лёгкой игривой улыбке (так, в смысле "вновь"!?) . Чонгука берёт ступор, когда он встречается с Тэхёновым взглядом. Светловолосый лишь хмыкает чему-то своему, и кончиками пальцев упирается ему в грудь, отталкивая, чтобы пройти. Спустя секунду Чонгук, наконец, отмирает и пулей летит обратно на своё место. – Искренне извиняюсь за опоздание, улаживали некоторые трудности с... Сокджином, – басит Тэхён, бегло оглядывая студентов и проходя к столу. Чонгук готов убить себя за то, что сел на первую парту. Сказочный долбаёб. – И так, раз все в сборе, можем начать пару. – Тэхён бросает рюкзак на преподский стул, попутно доставая из него какие-то тетради (кажется, это методички Сокджина) – Сегодняшняя тема – сновы маркетинга. Можете заранее убрать тетради и подобие книг, которое принято называть учебниками, – начал Тэхён, поднимая беспристрастный взгляд на студентов. По аудитории пробежали смешки – Сегодняшнюю пару посвятим практике. Вы можете отлично знать понятия и определения, орудовать сложными терминами, но это не поможет вам сделать главное – заработать деньги, – Тэхён говорил чётко и непринуждённо. Он не стеснялся студентов и был совершенно свободен в выражениях. Это привлекало. Поголовно все смотрели на него, словно зачарованные: внимательно и с тихим восхищением. Чонгук искренне не понимал, как – но Тэхён привлекал внимание и вызывал интерес одним ненавязчивым движением кисти или походкой. Этот чёртов блондин и вправду скрывает в себе гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд – Сейчас я вам это продемонстрирую, – озвучил парень, вглядываясь в аудиторию, глазами ища жертву – Ты. – произнёс Тэхён, взмахом ладони указывая на Дункана. – Я? – Да. Ты. Задача: ты – консультант в магазине одежды. Цель: впарить мне толстовку. Вопрос: почему я должен её купить? – беспристрастно спросил Тэхён, указывая на свою жёлтую толстовку, и всё так же холодно смотря на Дункана. Парень растерялся. Не то что бы Дункан в край тупой (отчасти), просто этот приказной тон и строгость... Она кого хочешь вгонит в ступор. Чонгук тоже сидит, поджав очко. Этот блондин действует ему на нервы и заставляет опасаться. У него явно какие-то проблемы с психикой. Впрочем, от него просто стоит держатся подальше. – Вы можете купить её... Потому что... Она вам идёт? – робеет Дункан, потерявшись под взглядом светло-кариэ глаз. Тэхён смотрит раздражённо. –  Конечно, я знаю, что она мне идёт, идиот. Я бы не по мерил её, если бы она мне не шла. Если ты собираешься просто одаривать меня комплиментами в надежде прельстить, то прямая тебе дорога на рынок. Чонгук, – резко позвал Тэхён всё тем же приказным тоном. Парень слегка стушевался, но послушно поднял голову, переводя взгляд на "преподавателя" – Ты – его наказание. Буду опускать планку сложности, пока твой мозг не начнёт работать. И всем намотать на ус: промедление – непрофессиональность, непрофессиональность – потеря прибыли, потеря прибыли – увольнение, увольнение – бесполезность. А я ненавижу бесполезных людей и позабочусь о том, чтобы ваш преподаватель по экономике сразу заметил "лишний груз". Кстати, оценки за этот урок скажутся на итоговых за этот семестр. Просто представьте, что это зачёт. Чонгук, к доске, – резко переключился Тэхён, рукой махнув в сторону. Чонгук поднимается со своего места, вальяжной походкой выходя к доске. Ему нужно показать максимальный уровень своего похуизма. – И так, – вновь начинает блондин, роясь в своём портфеле – Сейчас ты... Кстати, как твоё имя? – Дункан. – Сейчас ты, Дункан, должен будешь продать мне своего капитана. Ты знаешь его лучше всех, поэтому большого труда это не составит, – Чонгук и Дункан охуевающе-возмущённо переглянулись. Что за хуйня? – Но, поскольку работорговля в Америке уже как лет сто запрещена, придётся немного... Да где же это... Нашёл! – вскрикнул Тэхён доставая из своего портфеля... Заичьи ушки? Да ёб твою ж мать. –... Поскольку работорговля запрещена, придётся внести некоторые коррективы. Задача: Дункан – счастливый обладатель Чонгука, Чонгук – наскучившее хозяину животное. Цель: продать мне зайку. Вопрос: почему я должен его купить? Поехали. – закончил Тэхён, подходя к Чонгуку, и поднимая руки, чтобы надеть ему ободок. Парень чертыхнулся. Что это ещё за спектакль? – Я не буду это надевать. – отрезал Чонгук, злобным взглядом стреляя в блондина. – Да ладно тебе. Ты везде такой чувствительный? Ох... Блядь.   Чонгук замирает на этой фразе и нервно оглядывает зал. На них все смотрят. Господи. Это, вообще-то, вполне логично, учитывая, что Тэхён сегодня "препод", а Чонгук – жертва его больной фантазии; но воспалённый Чонов мозг активно отказывается делать логичные выводы, и ему вдруг кажется, что все поняли двусмысленный посыл этой фразы. Тэхён пользуется Чонгуковой мини-панической атакой, чтобы нацепить ему на голову злоебучий ободок. – Вот так вот. Начнём. Ду... Донан, выходи к доске, – смеётся Тэхён, проходя к преподскому месту, и падая на удобный кожаный стул. – Я Дункан, уёбок, – шипит парень, поднимаясь с места и выходя к указанному месту, и становясь рядом с Чонгуком. Темноволосый истерически выдыхает. Чонгук бесится. Мало того, что этот урод позорит его перед аудиторией, так ещё и сидит с видом короля планеты: закинул левую ногу на правое колено, локоть на стол и рукой подпирает голову, голова слегка наклонена, а на губах играет озорная улыбка – ну просто шуга дэди из тиктока. – Да начнётся же торг! – восклицает Тэхён, хлопнув в ладоши. Чонгук слышит, как по аудитории пробегают смешки. Опять. Тупые заичьи уши он так и не снимает, боится выглядеть ещё более глупо (куда уж больше), и старательно давит лыбу; пусть и косую, но лучше сделать вид, что эта ситуация его забавляет. Ака неприступный Чон Чонгук: да ему хоть заичьими ушами по самолюбию – всё ещё тотально похуй. – Добрый день, я бы хотел приобрести себе питомца. Желательно кого-то мягкого и пушистого. Посоветуете кого-нибудь? – ухмыляется блондин, крутясь на стуле. Дункан прожигает Тэхёна злым взглядом. – Вы можете взять Чонгука. – не задумываясь выпаливает Дункан, с едва прикрытым раздражением в голосе. – Ну конечно могу. Уже взял, если быть точнее. Сердце Чонгука делает кульбит. – Такого зайку грех не взять, – усмехается Тэхён, и Чонгук стреляет в него ненавидящим взглядом. Он ведь издевается – Считай, что я его уже взял и почти готов распрощаться с деньгами. Все тонкости улажены, осталось только наделать твоему зайки комплиментов. Давай, ты же умеешь. Только говори мне то, что меня заинтересует. Никакой бесполезной информации, – блондин стреляет глазами в Чонгука, который красный, как рак, и не понятно: то ли от возмущения, то ли от смущения. Дункан поджимает губы и прикрывает глаза, медленно выдыхая. – Он не доставит вам много проблем. Он спокойный и тихий... – Скучно. Давай другое. – Он станет отличным компаньоном и скрасит ваше одиночество... – Я не одинок. Всё ещё скучно. – Он не ест много морковки, так что... – У меня её полно. Ску-ко-тень. Чонгук молится, чтобы из этого диалога не начали делать мемы. – Он очень умный. Сам о себе позаботится. – А для меня тогда в чём интерес? Ещё секунда и ты сорвёшь сделку. Дункан громко выдыхает. У Чонгука перед глазами проносятся его оценки за экономику, и, если дело и дальше так пойдёт, то не видать ему стипендии. А отсутствие стипендии означает голодную жизнь (присылаемых родителями денег едва хватает на соблюдение дорогой спортивной диеты), отсутствие средств на игры, и минус подписки на порносайты и видеоплатформы. Чёрт побери, Чонгук не хочет так жить. А одеваться он на что будет? Без красивой одежды, одеколона, пахучего геля для душа, стрижек в парикмахерской, уходовых средств для кожи – "нет" его привлекательности, а значит "нет" и популярности. Вообще-то, он эту популярность не так уж и любит, но уже как-то притёрся, даже жалко. А где он возьмёт деньги на бензин? Вновь привет общественным транспортам? Нет уж, Чонгуку ещё жалко свой айфон. А клубы и парки аттракционов? Ему и так хватает на всё только с подработкой (и то не всегда). Стоит ещё умолчать про то, что бесплатное общежитие полагается только стипендиантам. Нет уж, получить не зачёт тут никак нельзя. Чонгук решает взять ситуацию в свои руки. Тэхён смотрит испытующе, словно провоцируя. Темноволсому от этого взгляда тошно, но он знает, что хочет услышать этот блондин, поэтому, набрав в грудь побольше воздуха, тихо произносит: – Я послушный. У Тэхёна сверкают глаза. – Так. А вот это уже интересней. Дикан, за тебя всё зайка должен делать? – смеётся Тэхён. – Я Дункан. Запомни моё имя. – шипит парень. – Это бы значило, что мне не плевать. И, кстати, когда это мы перешли на "ты"? – улыбается парень, видя раздувшиеся ноздри Дункана – Можешь не отвечать. Риторический вопрос. А теперь, будь добр, продолжи. Я почти передумал брать твоего зайку. – Дункан не отвечает. Ответом Тэхёну служат искривленные от злости губы и нахмуренные брови. Да он сейчас лопнет – Не хочешь? Тогда садись на место. Будешь послушным: оставлю тебе шанс на пересдачу. Дункан в последний раз метает в блондина сгусток агрессии, и, шумно топая, подходит к своему месту и опускается на стул. – Продолжай, – говорит Тэхён, взмахнув рукой. Чонгук почему-то слушается. Конечно, страшно ведь потерять стипендию. – Ещё я мягкий, – смелеет парень, и сам не осознаёт, как ему это начинает нравиться. – Насколько? – изгибает бровь Тэхён, стараясь выглядеть беспристрастно, но Чонгук видит, как сверкают его глаза. – Погладив меня один раз, ты уже не сможешь остановиться. Вопрос о "ты" по умолчанию опускается. – Что ж. Ещё. Тэхёну нравится. Это видно по его самодовольной роже и ехидному прищуру. Но Тэхён – маньяк-извращенец, как Чонгук успел понять, так что для него это норма. Но вот капитан... Почему его так дико кроет от обычных, выброшенных в воздух фраз и Тэхёнового хриплого голоса? Они не отрываясь смотрят друг другу в глаза, будто бы надеясь подловить на чём-то лишнем. Всё это так двусмысленно и интимно. Ещё одна публичная прелюдия. Кажется, у Чонгука новый фетиш. Хотя, боже упаси, он же не больной какой-то, как Тэхён. Надо будет порнуху, что ли, такую глянуть. Проверить. Чисто в ознакомительных целях. – Я знаю много команд. – Например? – Сами увидите. Тэхён ухмыляется. – А зайка умеет заинтересовать. Твоему старому хозяину бы поучиться. Дункан желчно усмехается. Он точно выловит Тэхёна в коридоре и набьёт ему морду. – Но у меня есть один минус. – Какой? – Я кусаюсь. Тэхён замирает. – Знаю. И мне нравится. Это было бы слишком, даже для Тэхёна, но, к счастью их спасает гул взбудораженных студентов, доносящийся из коридора. Эту пару все ещё долго не забудут. Тэхён первый разрывает зрительный контакт, и встаёт с кресла, отвлекаясь на то, что бы чисто ради официальности попрощаться со студентами, и начинает собирать в портфель бестолково выкинутые из него методички. "Забавно было иметь с вами дело, надеюсь, больше не увидимся" – такое себе прощание, зато в его манере. Никто даже практически не осуждает. – Злобный ублюдок. Повырывать бы этому гандону его крашеные волосы, – агрессирует Дункан, запихивая в портфель учебник – Донан, Дуран... Дункан я, блядь. Ду-н-кан! Ёбаный склеротик. Имя сука на две буквы длиннее, чем его собственное. Урод. – На одну, – поправляет Чонгук. – Что? – спрашивает Дункан, поднимая голову, и непонимающим взглядом смотря на парня. – На одну букву. Т-э-х-ё-н – пять букв, Д-у-н-к-а-н – шесть. На одну букву длиннее. Не на две, – поясняет Чонгук, мельком поглядывая на блондина, который сейчас с кем-то упорно переписывался в телефоне, бедром облокотившись о стол. – А, точняк. Да похуй на сколько букв. Того, что он мудло, это не меняет. И сними уже эту херату. Бесит. – шипит Дункан, закидывая портфель на плечо. Чонгук вспоминает про заичьи ушки, и спешно стягивает ободок со своей головы – Тебя ждать? – спрашивает Дункан, вполоборота вставая к темноволсому. – Что? А, нет. Иди. Я ещё должен кое что сделать перед тренировкой. Дункан пожимает плечами, но вопросов не задаёт. Молча разворачивается и уходит. Чонгук же косится в сторону Тэхёна, который всё ещё роется в телефоне и чему-то улыбается. Он просто надеется, что блондин выйдет отсюда позже остальных, и у Чонгука появится возможность поговорить с ним сейчас, и, желательно, наедине. Бог его молитвы слышит (в кои-то веки), и, когда в аудитории практически никого не остаётся, Чонгук, наконец перестаёт бездарно делать вид, что что-то ищет в рюкзаке и неспешно подходит к двери, закрывая ту на замок. – Эй, – негромко говорит Чонгук, подходя к учительскому столу. Тэхён гасит экран айфона (ну да, как же: принцесса и без яблока) и поднимает на парня взгляд. – Опять двадцать пять. Я же говорил. Уже представился. Почему "эй"? Чонгук вновь злится, потому что блондин опять делает отсылку на ту ночь. Чёрт побери, он не должен был так детально запоминать эту вечеринку. Парень уже было открывает рот, чтобы что-то сказать, но Тэхён перебивает: – Дай угадаю: "Будешь называть меня "зая", я тебе ёбну"? Пришёл исполнить обещание? – смеётся парень, и Чонгук закатывает глаза. Тэхён... Бесит. Пугает, будоражит, заставляет опасаться. Но больше, всё-таки, бесит. – Что за таблетки у тебя были вчера? Баклофен, экстази, амфетамин? – режет Чонгук, ладонями упираясь в стол и наклоняясь ближе к Тэхёну, недоверчиво щурясь. – Воу, откуда такие обширные познания? Я думал ты и что такое кокаин не знаешь. – забавляется блондин, пока Чонгуковы оленьи глаза сверкают праведным гневом – Хотя, если бы ты и вправду хоть раз употреблял что-то весёленькое, догадался бы сразу. – Догадался бы о чём? – спрашивает парень, подозревая, что не хочет знать ответ. – Догадался бы, что это за таблетки, – пожимает плечами парень, вновь усаживаясь в кресло. Его поведение из строго-сучьего вновь становится игривым и с придурью. Ну точно больной. Ещё и какими-то непонятными таблетками долбится. Прямо-таки целый набор извращенца-маньяка. – Что. Это. Были. За. Таблетки. Отвечай, или я за себя не ручаюсь, – злится пуще прежнего Чонгук. У него до тренировки пол часа, а ему за это время ещё дойти до полигона нужно, переодеться, и, желательно, размяться, чтобы не ударить в грязь лицом, когда подтянутся остальные. – Тшш... Не чайник же, не кипятись, – язвит парень, ухмыляясь одним только уголком губ, и закидывая ноги на стол – За отсос любой вопрос, зайка. – Я же блядь тебя предупреждал, – шипит темноволосый, переваливаясь через стол, и хватая блондина за ворот толстовки – Если не прекратишь выёбываться и не скажешь мне, что это были за таблетки – я набью тебе ебало. Тэхён самоуверенно ухмыляется. – Ты же так стремишься сохранить имидж. Неужели испортишь его из-затакой мелочи? – дружелюбно тянет Тэхён, игнорируя вцепившиеся в толстовку пальцы. Чонгук зло скалится, понимая, что Тэхен прав. Как он объяснит это в деканате? После сегодняшней сцены большинство решит, что он просто-напросто решил отомстить за устроенный Тэхеном спектакль. – Вновь показываешь зубки, какая прелесть. Я уже говорил, мне нравится, когда кусаются, – Тэхён понижает голос до неприличной тихой хрипотцы, и медленно сокращает расстояние между их лицами. Заглядывает в глаза, и томно опускает веки, шумно выпуская воздух через рот. У Чонгука на влажных розовых губах оседает его горячий выдох, и он просто не может не облизнуться. Он сам не замечает, как злоба утихает, а ей на смену приходит лёгкое смущение и какой-то непонятный жар внутри. Сложно не признать, что это заводит. Потому-то парень и отскакивает от него, как ошпаренный. Не надо ему тут никаких мутных проявлений гейства и сомнительных позывов. Он нормальный парень, ему нравятся сиськи и вагины, а то, что у Тэхёна между ног его совсем не интересует. Ну, в сексуальном плане. – К чёрту. Проси, что хочешь. – палит Чонгук, сам понимая, что зря. Извращённая Тэхёнова душонка своего не упустит. Сам же знает. – Ах вот как... – елейничает Тэхён – Тогда по рукам, – соглашается парень, протягивая темноволосому ладонь, и легко улыбаясь. – Что, так просто? – недоверчиво щурится Чонгук. – Ага. Из сложного здесь только ты. Так что, по рукам? – торопит Ким, нетерпеливо потрясывая ладонью, на которой золотая цепочка звенит, ударяясь о... Ролексы? Да сколько же у него, блядь, баблища? И всё-таки решение не бить ему морду не самое херовое в его жизни. – Сначала ты скажешь, что от меня хочешь, а затем я подумаю, – осторожничает Чон, делая два небольших шага вперёд. Тэхён опускает руку и цокает. А всего-то надо было повыёбываться немного. – Ладно. Уговорил. Проворный у тебя, однако, язык. Сумел мне себя продать. Сейчас, вон, уговорил. Хотя я бы смог найти ему более широкое применение, – поигрывает бровями Тэхён, соблазнительно (по его мнению) облизываясь (ладно, и по Чонгуковому тоже). – Господи, ты ведь не можешь без этого, да? – стонет парень, задирая голову, и потирая лицо ладонями. – А ты играешь в бильярд с завязанными руками? – Чего бл... Ладно, не важно. Чего ты хочешь?  – Чонгук клянётся своей коллекцией хентая, что если Тэхён сейчас пошутит, то он просто... – Кроме отсоса... Возможно, чизбургер, и дилдо в жопу. А вообще, Чимина, – заявил Тэхён с постным ебалом. Чонгук прихуел. – Да-да, ты не ослышался. За два месяца я трахнул добрую половину универа, а до дружка твоего ещё не добрался. У вас ведь вроде за родину усрусь за брата сдохну. Поможешь мне добраться до его девственной мышцы? – Ты... , – ошарашено произносит парень – Какой еще мышцы?! А в целом... Тэхён же ёбнутый. Вертится с этой компашке с Хосоком и Намджуном, у них у всех мозги отбитые и наполовину в жопе. – Я про сердце говорю, дурень. До очка там пока рано. Делаю вскидку на пол года уговоров, – щурится Тэхён, как будто реально отсчитывает месяцы до лишения Чимина анальной девственности. Фу, какой ужас, Чонгук об этом даже думать не хочет. А уж сам Чимин и подавно гейством не промышляет. Чонгук знает. Чонгук же лучший друг. Он всё о Чимине знает. Тем более, у того была девушка, и даже не одна. – Он точно не согласится. Чимину не нравятся парни. А я не буду сватать тебя со своим другом, зная что ему это не понравится. Тэхён почему-то прыскает, а потом и вовсе заходится в приступе бесшумного смеха. Ну, или что это с ним происходит. Чонгук не ебёт. Может, это какой-нибудь психозный инсульт. Хер его разберёшь, как у долбаёбов организм работает. – Любит не любит – это уже не твои проблемы. Твои проблемы – рассказать мне о нем во всех подробностях: какие-нибудь невинные мелочи вроде любимого животного, цвета, где любит отдыхать, что пьёт, и так далее. Короче говоря, поведуй всё, что поможет ему понравиться. Ну так что, теперь по рукам, или как вчера, поломаешься для виду? – Тэхён встаёт с кресла, закидывая рюкзак на плечо, и вновь протягивает Чонгуку свою злоебучую руку. Парень вновь вспыхивает, и еле удерживает себя от того, чтобы по-дамски топнуть ногой, или ударить Тэхёна в плечо кулаком. Хотя от второго  можно и не отказываться. – Чимин точно от этого не пострадает? – осторожно спрашивает парень. Тэхён вновь делает своё лицо, мол: "блядь, серьёзно?". – Чонгук, мои ухаживания еще никого не доводили до суицида, если ты об этом. Да и не предашь ты его, рассказами о счатливых моментом детства. Чонгук, как Тэхён и предсказывал, поломался ещё с минуту, и... Согласился. Нет, ну а что, Чимин, конечно –важно, но Тэхён же его не насиловать собирается, а ухаживать. Ничего, не треснет его гетеросексуальность от одного лишнего поклонника. – По рукам. Они жмут руки пару секунд, и тёмноволосый уже было хочет отпустить ладонь, как Тэхён резко притягивает его ближе, оставляя между ними буквально какие-то жалкие пару сантиметров. – Не думай, что моя симпатия продлится долго. Так что в любой момент обращайся за "помощью", если захочешь. И отстраняется, вновь беззаботно улыбаясь. У Чонгука вроде и есть несколько слов, но озвучивать он их он теперь точно не хочет. – Усилители. Был едва поддатый – стал в говно. Слегка завёлся – член колом. Трахаться с ними прикольно. Эффект пропадает спустя часа два-три, не больше. Не вызывает привыкания, и вообще штука безопасная. Я бы не стал пичкать студентов наркотой, а уж тем более парня на спортивной стипендии. Можешь не волноваться. К завтрашнему утру будешь чище, чем ебало Намджуна и Хосока после встречи с Ыджином, – похлопал его по плечу Тэхён. Чонгуку было не смешно. Блондин развернулся в сторону выхода, бросая напоследок – Я напишу тебе в директ. Договоримся, когда, где и при каких обстоятельствах начнём прокладывать дорожку к Чиминовому радужному счастью. И к главной мышце. – Откуда у тебя мой инстаграм? – на секунду тормознул Чонгук, оборачиваясь в сторону Тэхёна. – Нашёл тебя у Юнги в подписках, – произносит парень, щёлкая замком, и выбегая до того момента, как Чонгук успел реализовать своё желание зарядить ему чем-нибудь тяжёлым – Бывай, зая, – доносится из коридора. И всё-таки, стоило ему ёбнуть. Вопрос о том, как Тэхён подружился с нелюдимым Юнги, так и остаётся незаданым.