party

Всего у Чонгука две новости, и обе хорошие. Первое: даже к концу недели Тэхён ему так и не написал, второе: секс в публичных местах ему всё-таки не нравится. Он как-то раз попробовал вздрачнуть в общественном туалете, но его многострадательный писюн не поднялся даже после длительных уговоров большегрудой хентай-девочки. Он ни в коем случае не извращенец, не подумайте. Просто вся эта ситуация с Тэхёном Чонгука знатно пугает. Инцидент на вечеринке ещё можно себе простить, списав всё на алкоголь и таблетки, но открытым остаётся вопрос о ситуации в столовой и аудитории. Блондин странно на него действует. Заражает своей голубой аурой, что ли? Испускает гейские феромоны? Или передаёт пидорские бактерии через прикосновения? Чонгук не знает. Но факт того, что при виде Тэхёна он превращается в непонятное слюнявое нечто - остаётся фактом. Чонгук в жизни не помышлял мужеёбством, и никогда его эта перспектива не привлекала. Он никогда не общался близко с представителями "радужных" ориентаций, но всегда считал это чем-то неправильным. Не то что бы Чонгук нетолерантен. Ему будет плевать, девушка у тебя или парень - это личное дело каждого, и он в жизни не стал бы в это лезть, или относиться к человеку предвзято. Но ему всё ещё кажется, что это неправильно. Геи, лесбиянки, бисексуалы, пансексуалы - всё это сбой в системе, ошибка. Как если бы человек родился с тремя почками или дальтоником. Никто не имеет права тебя за это осуждать, но считать это отклонением от нормы тебе никто не запрещает. Чонгук рос в очень консервативной семье, и, даже не смотря на то, что сейчас он учится в Америке - стране свобод и уважения к представителям всех меньшинств, у него никогда не возникало желания поэкспериментировать. По его скромному мнению - чувства между мужчинами - сложно и неудобно, даже в какой-то степени противно (наверное), поэтому последнее, чего он хочет – это вот таких вот проблем в лице Ким Тэхёна. Тем более, что его семья врядли это одобрит. А, точнее, совсем не одобрит: папа - ярый гомофоб, мама – верующая почти что до фанатизма. Ну а брат... Он, вроде бы, никак не высказывался по этому поводу, но и случая не предоставлялось. Скорее всего, он такой же, как отец. "Впрочем, эти размышления ни к чему. Мне всё равно повезло родиться натуралом." - думает про себя Чонгук, доедая банан. *** Неделя незаметно близилась к концу. Череда выматывающих тренировок и занятий, бесконечная подработка и бесячий начальник сделали своё дело - Чонгук заебался. Не так, чтобы вот прям пиздец, но заебался. Поэтому приглашение выпить от Чимина ему очень даже понравилось (хотя в прошлый раз ничего хорошего из этой затеи не вышло). Пить, конечно, весело, но бухать с утра – пиздец, а утро практически у всех свободное до неприличия, поэтому в итоге всей командой договорились идти в парк аттракционов "Sweet Carrot" (блядь, что за издевательство?), и хоть название Чонгука знатно смутило, препираться он не стал. А вечером можно переплыть в их любимый бар. Чонгук проснулся только в половине десятого, чтобы выслушать резко обрушившийся на него шквал праведного мата касательно того, как же всё-таки Мин Юнги заебал. – Видите ли, ему не нравится, что я в столовой его место занимаю. Пошёл в пизду, с такими претензиями, оно не подписано, блядь, - извергался праведным матом Пак, ураганчиком носясь по комнате, и собирая по пути хвостик – Хочет сидеть у окна – пусть купит себе стул, и сидит на своём стуле, дегенерат. И вообще, с какого хуя ему припёрло там сидеть? Ёнджун тоже всё время у окна пристраивается. Только вот если он займёт его место, не придётся сидеть со мной рядом. Ах да, я понял. Ему же надо доебаться, надо заплевать всё вокруг своим ядом. Незаменимый центр*, блядь, круглый отличник, мажорный хер. Думает, раз такой весь из себя охуевший, ему всё можно? Не дождётся. Уёбок. Логики их ссор Чонгук искренне не понимал. Один доёбывает – другой препирается. Замкнутый круг, и оба это понимают, но никто не спешит заканчивать. – А как он мою футболку из раздевалки спиздил? Мол, перепутал мою и свою. И похуй, что его – белая, а моя – чёрная. Гандон. Сказал, захочу – сам съезжу заберу. В студгородок блядь, съезжу. Охуенно. Меня же туда даже не пустят. Придётся через забор лезть, и в окно забираться. Я верну себе эту ебаную футболку, сука, пусть это даже стоит мне жизни. Чиминовы глаза горели праведным гневом, а щёки отливали пунцовым. Собственное возмущение его настолько распалило, что он чуть не выбросил толстовку, которую собирался надеть, в окно. Благо, Чонгук оказался рядом, чтобы его успокоить, и напомнить, что она у него, вообще-то, любимая, с комикона урванная. – Я тебе вот о чём говорю: я заебался трястись, что меня выпрут из университета за неправильно сказанное слово. Пусть засунет себе свои связи в жопу, я больше не собираюсь молчать. И если меня всё-таки выпрут, – на этом моменте Чимин с ноткой серьёзности заглянул Чонгуку в глаза – Позаботься о том, чтобы его выперли из команды. Сокджин тебе в помощь. Давай, я рассчитываю на тебя – закончил Пак, похлопав Чонгука по плечу, и одобрительно чему-то кивнув. – Хён, прекрати, – застонал парень, вновь тщетно пытаясь достучаться до друга – Ну никто тебя не выпрет. Юнги не такой гандонон, чтобы порушить твою жизнь из-за личной неприязни. Да и, тем более, мы ведь с ним друзья, а такой поступок нашим отношениям лучше явно не сделает. Думаю, для него это что-то, да значит. Пак саркастично хмыкнул, не прекращая рыться в шкафу, в поисках подходящих под толстовку с Marvel джинс. – Ты сильно его переоцениваешь, Чонгук, – произнёс Чимин, как-то уж слишком серьёзно. Младший не стал отрицать. – Хорошо. Пусть так. Но ведь у нас ещё есть Сокджин-хён. Он что-нибудь точно должен сделать. Его отец – основатель университета, он даже главнее мистера и миссис Мин. Он не позволит тебе так просто вылететь. Ты ведь важная часть команды, и... – Юнги тоже важная часть команды. И он может поставить ультиматум, – перебил Чимин. – Ты играешь лучше него, и тем более... – Ладно, проехали, – выдохнул Пак, вновь, прекращая рыться в шкафу, вновь останавливая поток Чонгуковых объяснений – Даже не знаю, почему меня так сильно это волнует. Юнги в любом случае мудло последнее, и, стоит мне слегка перегнуть палку – вылечу отсюда, как Намджун вчера из окна кабинета информатики, – Чимин на секунду замолчал, кажется, уходя куда-то глубоко в себя, но, стоило только младшему открыть рот, тот сразу же заговорил, – Хватит о Юнги, а то у меня завтрак наружу полезет. Расскажи лучше, что за херня творится с тобой в последнее время, – заключил старший, присаживаясь на свою кровать напротив Чонгука. Парень опешил. О чём он говорит? – Что ты... Конкретно имеешь ввиду? Устал ли я? – осторожничает Чонгук, стараясь не связывать его вопрос с инцидентом на вечеринке. Чимин просто интересуется как дела. Чтобы сменить тему. Обычное дело. Да ведь? Да? – Нет. Я имею ввиду твоё состояние в последнюю неделю. Ты постоянно дёрганый и хмурый, а ещё очень рассеянный, и как будто вечно о чём-то думаешь. Сначала я списал всё на стресс перед осенней проверкой. Мало ли кто что мог тебе подсунуть: как Трой кокс в прошлом году, но ты и после неё был словно очумелый. Я думал из-за усталости. Или боишься, что не успеешь к концу семестра оценки исправить. Но ведь сейчас только сентябрь, и эты буквально вчера вечером похвастался, как у тебя всё ахуенно, и все хвосты закрыты. А теперь признавайся: что за хуйня, Чонгук? Парень выпал. Умолчав о своих странных мыслях и страхах, он упустил из внимания одну важную вещь: Чимин знает его с раннего детства. И знает даже лучше, чем комиксную биографию Старка во всех возможных реальностях, поэтому утаить от него что-то настолько беспокоящее – на грани Чонгуковых антипидорских возможностей. – У меня давно никого не было. Потрахаться охота. Но он всё равно пытается. И хотя Чимин саркастично изгибает бровь, попыток спизднуть Чонгук не оставляет: давит косую лыбу, и дёргано жмёт плечами. – Хорошо, – на удивление легко соглашается Пак – Раз вся проблема в девушке, то я тебе помогу, – заключает старший, и с радостной улыбкой спрыгивает с кровати, принимаясь одеваться. Вот чёрт. Ох, ну ладно. Чонгуку всё равно не мешало бы с кем-то переспать. – Давай поторапливайся, Трахальщик сотого левла, а то опоздаем. Тебе ещё Бомгю и Кая забирать, у них то нет машины, – смеётся Чимин, снимая домашнюю футболку – А по поводу девочки, я тебе подберу какую-нибудь зайку к понедельнику. Доверься хёну, не разочарую, – уверяет Чимин, скрываясь в ванной. Спустя минуту Чонгук слышит звук включённого фена, и, тяжело выдохнув, падает на кровать. Юнги всё ещё мудло. Тэхён всё ещё ни разу не девушка. Разговор был напрасен. Проблемы так и не решились. *** В парке аттракционов, в который они решились пойти – весело, но у Ёнджуна, оказывается, аллергия на американские горки. А ещё на лодочки. И на сладкую вату (какого черта? Это же гребаный сахар). И ещё на уйму классных вещей. Поэтому вылазку пришлось сократить до нескольких аттракционов, и быстро сворачиваться в направлении мака, ибо Ёнджун та ещё истеричка, но Бомгю с его громким: "Хочу на колесо" ещё большая истеричка. Благодаря ему поездку на колесе обозрения всё-таки оставили. – Ладно, я пойду постою с Джуном. Его ещё после горок не отпустило. Позорно блюёт где-то в ближайших кустах. Повеселитесь, я пока за ним погляжу. Да благословит Субина бог, святой он человек, не дал пропасть их выходному, да воздастся же ему когда-нибудь. – Ну что, – разворачивается к Чонгуку Юнги (кстати да, взяли они весь основной состав), с озорством заглядывая в глаза – Куда дальше? – Дальше тебе только нахуй, – съязвил Пак, грызя трубочку, и злобно зыркнув в его сторону через стол. – Ну вот, опять, – стонет Бомгю, скрывая лицо за огромным бургером. – Напротив меня хуёв больше пяти сантиметров не наблюдается, вряд ли это станет помехой, – отвечает Юнги, недобро щурясь. Чимин кидает в него не менее злостный взгляд. – Для таких натренированных, как ты, и дилдак в сорокет не помеха, – шипит младший, ставя свой молочный коктейль на стол и слегка наклоняясь вперёд. Атмосфера вновь сгущается, и Чонгук нутром чувствует неладное. Сказанное утром чиминовское: "я больше не собираюсь молчать" – выглядит гораздо более весомым сейчас, когда оба парня стреляют в друг друга ненавистными взглядами и порываются вскачить со своих мест. Уже можно звонить Сокджину? – Я так понимаю, опять делаем ставки, – смеётся Дункан, осушая свой стакан – Принимаю хавчиком и наличкой. Парни, погодите, не пиздитесь, – шутил парень, под столом принимая картошку Кая – А у нас тут снова жаркая схватка намечается. Надо бы Джуну почаще блевать, – усмехается Дункан. Еще одна неприятная особенность Дункана – его абсолютная черствость. Он не понимал, когда нужно вовремя закрыть свой рот. – Завали, – скалится Юнги, не прекращая играть с Чимином в гляделки. – Эй, парни, – начинает Чонгук – Закончили. Дункан, отдай Каю его картошку. Никто не пиздится и не собирается это делать, – заверяет всех Чонгук, глядя на неуверенные взгляды. Да он и сам-то не особо убедился от своих слов. Так или иначе, слово капитана – закон, и все послушно замолкают, принимаясь доедать свою еду. А Чонгук просто радуется, что не пришлось вновь разруливать конфликт. Спустя где-то пару минут, разговоры за столом вновь возобновляются, и даже Чимин с Юнги перебрасываются парой фраз (почти даже без обзывательств). Чонгук совмещает поедание чизбургера с участием в неандертальской пацанской беседе (парень так в шутку называл ее про себя), пока на его телефон не приходит уведомление. Что странно, потому что он отключил звук абсолютно на всех ненужных приложениях и диалогах, дабы не пропускать важные обновления в беседе университета (та, что с преподами), сообщения семьи и Чимина (ну а ещё Субина он в команде самый нормальный), да и в целом это экономило время. Поэтому это в любом случае важно. Он вытирает руки салфеткой и достаёт телефон из заднего кармана своих джинс. Плюс одно сообщение в директ. Интригующе. Инстаграм то у него закрытый. Чонгук вводит пароль, и пальцем тычет на уведомление, предвкушая увидеть на экране полуобнажённые (или совсем обнажённые) фото очередной своей университетской фанатки. Но, к его величайшему сожалению, ни фанатки, ни фото парень не обнаруживает. Только текстовое сообщение. От Тэхёна. Сообщение отправлено в 13:55 От: пользователь yourTae_yourHyng Хей, зайка Соскучился? Пишу сказать, что я созрел На каком мне лучше писать: на английском или корейском? Буду писать на английском Вчера разбил айфон, и половина букв теперь не набирается Пожалей меня, зайка У меня горе Ещё лучшего начала выходных просто не придумаешь.

Сообщение отправлено в 13:58 От: пользователь jungkook_1997 Поверь, мне гораздо хуже

А что случилось?

Мне пишешь ты

Прескорбно. Но таков путь.

Какой путь?

Мой путь. Путь успешного долбаёба.

А ведь не поспоришь.

Ага. Что с Чимином?

Живёт, ест, дышит. Гомофобствует. Пока что принимать в жопу не готовится.

А так хотелось.

Ага. Прескорбно. Но таков его путь натурала.

Ответ на это сообщение почему-то приходит спустя пару минут. Где ты?

Ем с друзьями в маке. А что?

Тэхён же не собирается... Тот что в центре?

Нет, в парке аттракционов

Сиди там, я сейчас подойду НетНетНетНетНетНет

Что? За кой хрен?

Тебя увидеть хочу Блядь, ну за кой хрен я, по-твоему, тебе вообще пишу? Прекращай есть морковку, и переходи на грецкие орехи. Они полезны для мозга.

Если ты хочешь поговорить о Чимине, то тут небольшая проблема: он здесь

О, ну если так, то я хочу с ним встретиться. Юнги с вами? И почему Тэхён про него спрашивает?

Я не обязан отвечать на твои вопросы

Господи Ну ты же не китайская игрушка Тогда чё так часто ломаешься? Ха-ха-ха. Чонгук почти даже рассмеялся. Ладно, сам узнаю, там ли Юнги. Жди меня.

Да какого хрена?

Почему я обязан терпеть твоё общество, когда тебе вздумается?

– Эй, – зовёт Дункан – Чо в телефоне дрочешься, – спрашивает парень, укладывая Чонгуку локоть на плечо, и заглядывая в телефон. Темноволосый гасит экран мобильного, и быстрым движением цепляет со стола стакан с колой, губами впиваясь в трубочку. Он выдал Тэхёну своё местонахождение. Нахуя? Хочешь сказать, ты с трудом терпишь мою компанию? Сообщение от Тэхёна приходит где-то через пару минут, как Чонгуку удаётся восстановить душевное равновесие, и продумать план по съёбу из мака, чтобы этому гандону неповадно было. Терпит ли он его? С трудом ли? Серьёзно? Конечно терпит, с превеликим трудом. А может, проблема заключается совершенно в другом. Просто Тэхён на Чонгука странно влияет, и парень хотел бы его компании избежать. Сделать вид, что Гука он просто невероятно раздражает (отчасти от действительно правда) – лучший вариант (хотя вряд ли его это остановит). А вообще, учитывая всю ту хуйню, которую блондин творил, младшего он должен был, как минимум, раздражать до звёздочек перед глазами. И он раздражал, безусловно. Но нельзя было сказать, что Ким до жути противный или мерзкий, бесючий и гадкий. Просто бесит, что от его воздействия нет противоядия, и Чонгук совершенно беззащитен. В любом случае, тебе придётся потерпеть, зайка Господи, и кто ему дал право его так называть? Я с друзьями как раз гуляю в парке Бляяяяяяядь. Парень сильно зажмурился, рукой прикрывая глаза. Только компании Тэхёна ему не хватало. А что будет, если тот встретится с его парнями вне кампуса? Это же будем совсем пиздец. – Блядь, да ты охуел! – послышался истошный крик где-то сбоку. Чонгук поднял голову, и взору его предстал мокрый и злой, как чёрт, Юнги. Практически вплотную к нему стоял лукаво ухмыляющийся Чимин, с пустым стаканом из под колы. Взглядом пробежавшись по обоим, Чонгук пришёл к выводу, что пропустил интересное зрелище: кажется, уставший молчать Чимин таки отомстил Юнги за спизженную футболку, "случайно" пролив на свитшот того стакан колы. И как только Чонгук такое проглядел? – Хён, ты такой кислый, решил тебя слегка подсластить, – тянул Чимин с приторной улыбкой. Чонгуку знаком этот взгляд и манера речи. А ещё издевательское "хён" в виртуозном исполнении Пак Чимина: так он разговаривал с Юнги, когда хотел его выбесить. Юнги всю жизнь прожил в Америке, поэтому не привык, чтобы его так называли, и это обращение почему-то сильно его раздражало. – В жопу свои подъёбы засунь. У тебя там места много, все поместятся, – цедит Мин, и улыбка с лица Чимина сходит за секунду. Он как-то истерично усмехается, и взглядом пробегается по всем присутствующим, пока старший не открывает от него злого взгляда. Чонгук бегает глазами между ними, решая, стоит ли их в очередной раз успокаивать. Кай вновь передаёт картошку Дункану, Техён крестится, Бомгю закатывает глаза, а люди за соседними столиками нервно оборачивается. Грядёт пиздец. – Мне попытаться вас успокоить, или вы опять побежите мериться членами? – вздыхает Чонгук, понимая, что в здании эти двое драться не будут, а если они выйдут, то приехавший Тэхён не обнаружит Чимина, развернётся и уедет. "Поэтому, если они подерутся – всем будет хорошо" – так говорит себе Чонгук, умело затыкая голос совести. В последнее время, он и вправду очень хуёвый друг. – Пойдём выйдем, – шипит Юнги, наклоняясь к чиминовому лицу – Или предпочтёшь опозориться на людях? Чимин недобро скалится, уже подрываясь с места (как и Дункан с Бомгю, решившие поглядеть на зрелище), но его за рукав останавливает Техён. – Боже, ребята, ну разве нельзя решить всё мирным путём? Попробовать хоть раз... Поговорить, что ли, не знаю... – сконфужено выдаёт парень, добавив ситуации некоторую... Неловкость? – Ага, только ртами, – ворчал охуевший Бомгю – А не как вы обычно "разговариваете". Чимин злобно на него зыркнул, но хуесосить не стал, что уже прогресс. Юнги же только как-то странно посмотрел на Пака, а потом выдал убийственное: – Давай попробуем. И под прицелом охуевших взглядов, схватил не менее охуевшего Чимина за рукав, и поволок в сторону туалетов, бросив на последок сухое: "Идите на колесо, мы догоним". А спустя секунду оба уже скрылись за дверью туалета. Пять минут сидели в полной тишине, переводя непонимающие взгляды с двери на друг друга. Произошло что-то странное. – А я говорил, что Чимин его тогда сильно головой об стену приложил, – подытожил Бомгю. Да, похоже, действительно сильно. *** Парни всей командой пошли шляться по аттракционам. Раз уж двух эпицентров срача и главного стебанатора поблизости не наблюдалось, можно было расслабиться и спокойно получать удовольствие от редкого выходного. Хотя "спокойно" всё ещё подразумевало ублюдские поступки Дункана (вроде шлепков по жопе нескольких представительниц женского пола, за что на лице у Чонгука уже красуется одна пощёчина. Заметь его за этим феминист Чимин, осыпал бы уже шквалом оскорблений), и истерик Кая по поводу того, что нельзя купить ещё мороженного (Чонгук и так сделал им большую поблажку, забыв о диете на момент пребывания в маке). Всё было хорошо и спокойно, чудесно и прекрасно: огромным плюсом было то, что Чонгук всё-таки сбежал от Тэхёна, и сейчас, счастливый и освобождённый, направлялся в... – О, капитан! – раздался знакомый голос за спиной. Чонгук обернулся и увидел уже приевшийся вырвиглазно-рыжий, сумасшедший фиолетовый, и платиново-белый. Где-то в пяти-шести метрах от них стояла знаменитая троица, в которой Хосок активно махал рукой, Намджун поправлял кроссовок, а Тэхён лукаво улыбался. – Да ну ёб твою ж мать, – прошептал Чонгук, завидев три приближающиеся фигуры. Навряд ли его кто-то услышал: короткая фраза растворилась в радостном улюлюкании Кая, Техёна и Бомгю. И почему эти мелкие засранцы так радуются его появлению? – Здарова, ребятки, – улыбался Тэхён, по очереди пожимая руки всем членам Чонгуковой команды (кроме Дункана, который при его появлении сморщился, как чернослив и фыркнул, по всей видимости, все еще злясь на Тэхена за тот случай. Ну хоть здесь Чонгук разделяет его чувства) – А где Субин, Ёнджун, Юнги-хён, и тот сладкий пирожочек? – спросил Тэхён, побратавшись со всеми. – Ёнджун хоронит свой желудок, Субин его отпевает, а Юнги с Чимином поднимаются по ступени эволюции. На данном этапе осваивают человеческую речь, – с беспристрастным лицом заявлял Бомгю. – Ебать, а я с этой ступени только в прошлом году сошёл, – ржал Хосок, пока Намджун одобрительно бил его по плечу, мол, молодец братишка, я жду тебя наверху. – Тэхён предложил нам сходить в парк аттракционов сегодня утром. Мы даже не ожидали встретить здесь вас, – говорит Намджун, с наивной улыбкой на лице. "Ммм... Какое совпадение" – отмечал про себя Чонгук, мысленно успокаиваясь. – Думаю, глупо представлять вас друг другу, но я всё равно это сделаю, – начал Тэхён, вставая между Хосоком с Намджуном, и Чонгуковой командой – Ребята, это – известные на весь университете долбаёбы – Чон Хосок и Ким Намджун. Их ударили головой ещё в детстве, поэтому Нам стал умным и ебанутым, а Хосок тупым и ебанутым. Хотя вряд ли причина в этом. Хо, Джун, это... – Да все мы знаем кто это, – перебил Хосок – Я каждого из этих красавцев ещё на первом курсе облапал, – ухмыльнулся парень, глазами пробегаясь по всем ребятам, пока те охуевающе-непонятливо (в Тэхёновом присутствии все такими становятся) переглядывались – Да чо вы так пугаетесь, меня мистер Патрик попросил их проверить на наличие чего-либо на очередном выездном матче, – пояснил Хосок. Тэхён только неоднозначно повёл бровью. – А! – воскликнул Бомгю – Так это ты четыре раза потрогал меня за задницу! На этой ноте выпали все. Заржали в голос, да так сильно, что все прохожие начали оборачиваться.  Все, кроме, конечно же, смутившегося Бомгю и Чонгука и Дункана (он был ярым гомофобом и не приветствовал подобные шутки). У них что-то сегодня нет настроения. – Ну что... Его с каштановыми волосами было не узнать... – ворчал Бомгю, всё ещё смущенный происходящим. – Да, – сквозь смех произнёс Тэхён – Раньше он был совершенно другим челове... – Я съёбываю, – грубо перебил Дункан, толкая Хосока плечом, и проходя мимо – Если вы собираетесь стоять деградировать в обществе этих долбоящеров – скатертью дорожка, – уходя, через плечо бросил Дункан. Настроение моментально испортилось. После ухода парня, повисла какая-то неловкая атмосфера... Хоть ножом режь. Хосок с Намджуном неуклюже чесали затылки, а Чонгук, чисто по-человечески, хотел сдохнуть. И что сегодня за день такой уебанский? – А в этот-то раз, что за шило у него в жопе? – раздосадованно поинтересовался Кай. – Долгая история, – по-дружески хлопая парня по плечу, отвечает Тэхён – Долгая, и совсем неинтересная. Чонгук переводит на него злой взгляд: с чего этот блондин решил, что, выбирая между ним и членом команды, выберут обязательно Тэхёна? Он же им никто, они познакомились на вечеринке, и проговорили от силы всего-то часа четыре (а с Чонгуком вообще мутная история), и почему тогда ребята так его любят? Чонгук не знает. И, самое страшное, что он не просто не знает – даже сказать ничего не может. Потому что Тэхён о нём тоже может дохуя рассказать. И пусть Чонгук мелочный и эгоистичный, но его шаткий мир держится всего на четырех пастулатах: друзья, учеба, семья, спорт. И кто знает, как отнесутся ребята к новости о том, что их капитан переспал с их новым знакомым? Эта информация могла вычеркнуть из жизни парня сразу две важные для него вещи. А он до смерти сильно боится всё разрушить. Да простят его за его позорную трусость. – Чонгук, – удержал его за рукав Кай, когда парень дёрнул в направлении Дункана, чтобы успокоить его и поговорить. Ему не нужны разлады в команде – Не стоит. Ты же его знаешь. Пока не набесится – не успокоится. И Чонгук, вроде бы, хотел возразить, но нечего. Дункан и вправду такой: нарочно не успокоишь. Поэтому пришлось остаться. – Эх... Ладно. Раз уж мы пришли сюда веселиться, то давайте уже веселиться, – констатировал Чонгук, натягивая улыбку. Все дружно поддержали его весёлый настрой и помчались в сторону будки с билетами. – Тэхён-хён, Хосок-щи, Намджун-щи, вы с нами? – спрашивал Техён. Только не это... – Конечно, – крикнул им в след Тэхён – Хорс, Джун, купите мне билетов двадцать, – сказал Тэхён уже на пару тонов тише. Чонгук был не прав. Настроение и вправду может стать хуже. Тэхён достал из бумажника карту, и протянул Хосоку. Тот взял её без колебаний, и, бросив согласное "окей", медленным шагом двинулся в сторону будки с билетами. Намджун же остался стоять на месте с выражением полного недоумения на лице. – И куда тебе столько билетов? Мы ж вроде уже уходи... – договорить Намджун не успел. Резко вернувшийся Хосок схватил его за шкирку и потащил за собой, бурча что-то вроде: "пиздуй за мной, у меня появилась охуенная идея". Они с Тэхёном остаются стоять вдвоём посреди парка. Вокруг ходят взрослые, бегают дети и невозмутимо стоит ухмыляющийся Тэхён. Всё это Чонгука до ужаса раздражает. – И что это было? – недовольно (почти зло) шипит Чонгук, хмуря брови, и непонимающе смотря на Тэхёна.  – Захотел провести время с новыми друзьями? Они мне нравятся, – пожимает плечами тот, кивая в сторону ребят. Чонгук оборачивается: за его спиной дерутся Бомгю и Кай, припадочно орут Намджун с Хосоком, и покупает билеты Техён. И почему без него вечно творится какой-то лютый пиздец? – Чимина здесь нет. А с ребятами общайся без моего присутствия, – отрезал Чонгук. Тэхён усмехнулся. – Послушай, капитан, – начал парень, закидывая Чонгуку руку на плечо, и разворачивая его в сторону чёртового колеса – Давай сделаем вид, что я просто решил потусить в вашей компании, и ты не против. В их глазах, – Ким ткнул пальцем в сторону ребят – У тебя нет причин меня ненавидеть. Если ты, конечно, не хочешь рассказать им наш маленький секретик, – заискивающе шепчет на ухо Тэхён. Чонгука передёргивает. Он ведь не расскажет, да? Ему ведь вовсе не нужно, чтобы кто-то знал, что он занимался петтингом в туалете с парнем. А с другой стороны, может, Тэхёну нечего терять? Или ему тотально похуй на осуждение (хотя всё это осуждение – лишь в голове у Чонгука)? Этого Тэхёна фиг поймёшь. – Эй, – шипит Чонгук, скидывая его руку со своего плеча – Мы договорились. Я помогаю тебе с Чимином, а ты молчишь о случившемся. Держи своё обещание, – шипит Чонгук, зло глядя на Тэхёна. Тэхён ехидно улыбается, а в глазах его пляшут дьявольские огоньки. – Тогда ты держи своё, зайка. Ответить что-либо Чонгук не успевает: хитрый лис в лице Тэхёна утопывает в сторону ребят. Те уже купили билеты и ждали только Тэхёна с Чонгуком. На деревянных ногах темноволосый протопал к команде, негнущейся рукой взял из рук Бомгю билет и так же неуклюже дошёл до чёртового колеса. – Тут есть места, рассчитанные только на двоих или троих человек, – безэмоционально изрекает Бомгю – Чур я в кабинке с Каем и Техёном, – выдаёт парень, и залезает в кабину. Техён и Кай садятся за ним следом. – Я думаю, тут и так ясно, кто как рассядется, – пожимает плечами Тэхён, тоже садясь на своё место. Намджун с Хосоком резво запрыгивают в двухместную кабинку, пока Чонгук истуканом застыл в проходе. – Ну же, харе задерживать очередь. Прыгай, – Чонгук неуверенно мнётся в проходе – Эй, парень, я уже на пол пути к тому, чтобы подумать, что ты не держишь свои обещания, – морщится Тэхён, вальяжно раскинувшись на кресле двухместной кабинки. Чонгук садится на кресло напротив Тэхёна, и работник закрывает за ними дверь. Аттракцион приходит в движение, и Чонгук чувствует, как немного подрагивают кончики пальцев от лёгкого волнения. Тэхён только молча смотрит в окно, но когда они поднимаются на значительную высоту, поворачивает голову к Чонгуку, с азартом заглядывая в глаза. – Начнём? – превесело улыбается Тэхён – Я задам тебе несколько вопросов. Только отвечай честно и развёрнуто, это в твоих же интересах. Чем быстрее Чимин сдастся, тем быстрее я от тебя отстану, – заключает блондин, не стирая с лица бесячей ухмылки. Чонгук бесится, и у него появляется ярое желание его укусить. Что? – Если бы ты хотел расположить к себе Чимина, как бы ты это сделал? – спрашивает Тэхён, закидывая руки на спинку жёсткого кресла, и укладывая левую ногу тыльной стороной ступни на правое колено. Чонгук выдыхает и прикрывает глаза. Лучше принять правила тэхёновой игры, чем нарваться на ещё большие неприятности. – Я был бы с ним вежливым. Чимин очень дружелюбный, у него с самого начала ко всем хорошее отношение, – пожимает плечами Чонгук, старательно успокаиваясь. Тэхён преувеличенно внимательно осматривает его с ног до головы, словно изучая. Темноволосый под его взглядом тушуется, но старается выглядеть как можно более уверенным. Старший чем-то смахивает на тигра: хищный взгляд и врождённая грация. Таким как он хочется подчиниться. Чонгук в жизни этого не признает, но с его харизмой Тэхён выглядит чертовски горячо. – А что если у меня с ним уже плохие отношения? – щурится Тэхён. Чонгук тушуется. – Я бы извинился перед ним, и попытался наладить отношения. Не думаю, что он бы ни с чего исходиться на говно, – негромко говорит Чонгук, и Тэхёнов внимательный взгляд останавливается на его глазах. – Как бы ты просил у него прощения? Чонгук сглатывает. И откуда это чёртово волнение? Чонгуку чертовски хочется от него избавиться. От него не соображает голова и мысли путаются. Чёрт? – Фильмы, комиксы, аниме, тусовки, разговоры по несколько часов, секс и, пожалуй, сигареты. Он любит все эти вещи. Попробуй использовать это, – произносит Чонгук пересохшими губами, и они, кажется, совсем не слушаются. Тэхён смотрит на него грубо и немного с вызовом, рукой потирает собственную ляжку, не отводя взгляда. И молчит. Не говорит ничего. Совсем. А Чонгук всё чаще начинает бросать взгляд на его неподвижные губы. – Сигареты, – тихо, едва слышно произносит парень. За окном всё та же высь и вид на красивый город – Тусовки, – ещё более тихо. Тэхён неспешно меняет позу – Секс? – приближаясь ещё ближе. Чонгук ёрзает на месте, сам не зная от чего. Зрачки у Тэхёна расширенные, точно как у наркомана. У Чонгука, верно, сейчас точно такие же. – Да, – на грани слышимости произносит темноволосый. Голос предательски даёт петуха. Блондин едва заметно поднимает брови, засовывая руку в карман своего пиджака. Он вытаскивает оттуда какую-то упаковку, похожую на форме на обёртку от «Hals», и принимается доставать оттуда конфету (конфету?). Парень молча закидывая в рот леденец, и бросает на Чонгука взгляд непонятного содержания. Чонгук почему-то облизывается. – Поцелуй, – произносит Тэхён, приказным тоном – Сейчас. И резко встаёт со своего места, сокращая и без того маленькое расстояние между ними, накрывая чонгуковы сухие губы своими – мягкими и нежными, пахнущими вишневой гигиеничкой и... Чем-то ещё. Младший не успевает удивиться, как тэхёнов язык нагло проталкивается между его губ и самым кончиком задевает зубы. Чонгук едва ли сопротивляется, открыто охуевая от его напора. Блондин тем временем левой ладонью сильнее надавливает на чонов затылок, а правой спускается вниз, ладонью скользя по накаченной груди. Чонгука от его касаний пробивает какой-то сладкой дрожью и тело отзывается буквально на каждое прикосновение. Тыльной стороной ляжки он чувствует едва прижавшееся Тэхёново колено, которое он облокотил о диван. Прикосновение совсем незначительное, но даже оно почему-то кажется таким потрясающим и нужным. С Тэхёном все чувства почему-то резко обостряются, и нервы натягиваются, как тетева. Разум Чонгука улетел ещё в тот момент, когда они оказались здесь вдвоём, а теперь спасать уже нечего. Чёрт побери, как быстро Тэхён может завести Чонгука, и сколько времени ему понадобится, чтобы заставить его разрешить себя трахнуть? Эти вопросы обязательно ещё острее будут волновать Чонгука, но чуть попозже, когда он немного придёт в сознание. А пока они целуются в кабинке аттракциона. Дальше падать просто некуда. Тэхён ныряет под подол Чонгуковой футболки, принимаясь оглаживать низ живота и область около ширинки. Кожа под его ладонью горячая и вся в мурашках, чувствительная а еще очень нежная, прямо как у девушки. Правда, это немного не сочетается с кубиками стального пресса и крупными бицепсами, но кому есть до этого дело, верно? Однако, не смотря на всю свою мужественность, Чонгук, всё же, выглядит слегка женственно с этими его мелодичными стонами прямо в поцелуй, влагой у глаз и лёгким румянцем на ушах и щеках. Тэхён же заметно наслаждается его реакцией и ловит буквально каждое чоново движение, зарывается в волосы на затылке, ладонью ведёт выше – к груди, к тем самым «чувствительным соскам», как он подметил в первый раз. Неизвестно как далеко они могли бы зайти, если бы Чонгук вновь не ощутил, как в его рот проникает что-то, по форме напоминающее таблетку. Его будто окунули в бочку с холодной водой. Он резко приходит в сознание, моментально осознавая, что сейчас происходит и собирается произойти. Чонгук отстраняется, и зло заглядывает в глаза парню напротив. И хоть младший и пытается выглядеть грозно, но всё ещё сбито дышит, и вообще выглядит очень потерянным, как разъярённый птенчик. Правда, определённым плюсом является то, что в этот раз он трезвый, и не позволит Тэхёну накачать себя наркотой. Или, как он выразился «усилителями». – Что это за хуйня? – цедит темновлосый, сильными ладонями впиваясь в руки старшего. – Ауч, полегче, – шипит тот – Конфеты для свежего дыхания. У меня пунктик на чистоту, – как-то немного обиженно произносит блондин, а затем лицо его вновь озаряет таже полудибильная улыбка – Продолжим? Парень неуклюже подаётся вперёд, в поисках Чонгуковых губ, но тот с силой отпихивает его от себя. – Слушай сюда, – тычет пальцем в Тэхёна Чонгук – Найди себе какого-нибудь смазливого сопливчика, раз так не терпится залезть к кому-нибудь в штаны, и удовлетвори, наконец, свои пидорские потребности. А мне твои поползновения даже боком не всрались, у меня с ориентацией всё в порядке: я нравлюсь девушкам, а девушки нравятся мне. И ты в этот гетеросексуальный оборот с членом между ног вот прям никак не вписываешься. Тэхён посмотрел на него слегка скептично, но комментировать никак не стал (за что ему огромное спасибо, эго Чонгука и так развалено), и младший продолжил: – И у Чимина, кстати говоря, тоже. И ему не нужен пидор вроде тебя, который норовит трахнуть всё движущееся и не движущееся, – на этом моменте Тэхён почему-то закрыл рот рукой, немного прикрыл глаза и два раза вздрогнул, словно сдерживая смех. Но он быстро взял себя в руки, спрятав улыбку и с серьёзной миной вновь повернувшись к Чонгуку – Можешь забыть о Чимине, – злобно оскалился Чонгук – И мне похуй, что и кому ты расскажешь. Слухов по институту ходит море, одним больше одним меньше, плевать. По какой-то причине, с каждым Чонгуковым словом огонёк в Тэхёновых глазах разгорался всё сильнее, а уверенность на его лице ложилось большим отпечатком. Чон даже на секунду стушевался, но виду не подал, упрямо смотря в глаза. – Всё сказал? – лениво заговорил блондин – Тогда позволь мне растолковать тебе несколько простых истин, – наклонился к Чонгуку Тэхён – Ты действительно думаешь, что у меня есть проблемы с девушками, и поэтому я переключился на парней? Тогда у меня для тебя одна огромная плохая новость. Мне нравятся и те и другие в равной степени, я развлекаюсь с кем пожелаю, потому что это весело. Зачем тратить всю жизнь на что-то одно, если можно попробовать всё? А мне, надеюсь ты понял, редко отказывают. Чонгук мысленно себя одёргивает. Глупо с его стороны было утверждать, что Тэхён спит с парнями из-за проблем с девушками. Потому что, во-первых, Чонгук прекрасно в курсе, что это не так работает, и сейчас он просто выставил себя идиотом, а во-вторых – с тэхёновой внешностью было бы глупо отрицать, что он очень красив. Это как утверждать, что солнце зелёное – лживость этого факта налицо, и никто тебе не поверит. – И я не норовлю трахнуть всё вокруг, только если мне сильно понравится, – улыбается Тэхён, вновь откидываясь на спинку своего кресла, и заглядывая в окно. Они почти у земли – А на счёт Чимина можешь не волноваться, я не буду к нему лезть. Чонгук выпадает. Вот так просто возьмёт и отступится? Но зачем тогда были все эти махинации, шантаж? Да они, чёрт возьми, на этот аттракцион вдвоём сели только чтобы помочь Тэхёну завоевать гетеросексуальность Чимина! Но точно ли для этого? – И к тебе я этой темой больше лезть не буду, можешь успокоиться. Сегодня я узнал достаточно, – загадочно произносит Тэхён, всё ещё смотря в окно. Серьёзно? Вот так просто? Младший находится в лёгкой прострации какое-то время, совсем не зная, что сказать. Его голову резко покидают все мысли. Тэхёново откровение ввело темноволосого в ступор. Его логика и мотивы слишком изощрённые для Чонгукового мозга. Тем временем их кабинка потихоньку опускается всё ниже и ниже, вскоре тормозя у земли. Чонгук слышит, как гудит, останавливаясь, аттракцион и видит, как к ним приближается работник парка, чтобы открыть дверь. – Кстати говоря, – произносит блондин, поднимаясь со своего места – Для натурала ты очень даже классно управляешься с мужским языком у себя во рту. Молодчина, зайка, – улыбается Тэхён, и дверь открывается. Он превесело спрыгивает на землю, не дожидаясь Чонгука, и идёт к уже спустившимся ребятам. Чонгук заторможенно моргает, смотря вслед блондину, не в силах пошевелиться. – Эй, парень, ты выходить собираешься? – спрашивает его невысокий брюнет, который открыл дверь кабинки – Тут очередь, люди ждут. – Да, простите, я уже выхожу, – с этими словами темноволосый спешно встаёт с места, и уходит подальше от чёртового аттракциона. Он подходит к парням. Намджуна и Хосока уже нет – как объяснил Кай, ушли по срочным делам. Зато есть уже более-менее здоровый Ёнджун, с чего-то счастливый Субин и хмурый, как туча, Чимин. Нет только Мина. – А где Юнги? – интересуется Техён у Пака. Тот едва заметно поджимает губы. – Травмпункт или морг? Кто за что голосует? – усмехается Ёнджун, получает лёгкий подзатыльник от Субина. – Не угадал. Он сказал, что даже еда из мака твоё общество терпеть не может, а он и подавно, – немного грубо съязвил Чимин, –  У него голова разболелась, он поехал домой. Пока Ёнджун не отпустил идиотский комментарий замечу, что я здесь не при чём, – отозвался Пак. Чонгук заметил, что что-то явно не так. Только в начале дня Чимин был весел и готов палить во все орудия, а сейчас... Что-то явно произошло, и Чонгук обязательно узнает, что. Но позже. Сейчас и ему самому бы не помешала психологическая поддержка. – Ладно, – начал Ёнджун – Тогда сейчас в бар? Хён, ты с нами? – спросил парень. Чонгуку показалось, что тот на секунду бросил на него взгляд, но он слишком старательно отводил глаза, поэтому не мог точно разобрать какого он был содержания. Чонгук мысленно умоляет Тэхёна отказаться. – Шикарная идея, я с радостью... – начал блондин, но замолчал на полуслове, когда откуда-то издалека послышался до боли знакомый припадочный ор. Парни коллективно, почти синхронно, обернулись на источник шума, и взгляду их предстала весьма специфичная картина: рыжая и фиолетовая макушки вихрями неслись в десяти метрах от них. Чонгук резко испытал сильное чувство дежавю. – Пресвятая богородица... – одними губами прошептал блондин. По мере приближения тэхёнового персонального пиздеца, глаза его постепенно расширялись, и преобретали оттенки безвыходности напополам с отчаянием и желанием умереть. – У них там что, шрэк? – И плюшевая утка? – Не, это аппарат для приготовления попкорна. – По-моему у них и то и то есть. Но Тэхёну было не смешно. Он замер каменным изваянием, безжизненно наблюдая за стремительно сокращающимся расстоянием между ними. И опять эти долбоящеры бегут чётко в его сторону. – Тэхё-о-о-о-о-о-он, – примерно за четыре метра проорал Хосок. Тащились они и впрямь грузно – в руках Хосока была огромная статуя Шрэка – символ этого парка аттракционов, всеми любимый, стоящий прямо на входе. В руках же Намджуна лениво разложился жирный увесистый гусь с пощипаннымии крыльями и заплывшей шеей. К их сожалению – живой. Насквозь вымокшие, в порванной одежде и все в перьях. Просто настоящий лютый пиздец. – Блядь, только не снова... – разобрав вдалеке силуэты людей в форменных костюмах, тихо произнёс Тэхён, – это была охрана. Хосок и Намджун посадили себе на хвост ебаных охранников. Опять. – Хён, скорее, бежим, мы спиздили лодку, из парка, она уже ждёт нас, надо только добежать! – кряхтя и тужась, произнёс растрёпанный Намджун. – Нахуя вы... – в истерике бормотал Тэхён. – Хён, нет времени объяснять, мы зарядили игрушечный пистолет лебединым дерьмом, и обстреляли его штаны. Кажется, ему это не очень понравилось... – Хосок пожал плечами, оборачиваясь. Охрана потеряла их из виду, но пара минут, и парней вновь обнаружат. Действительно, оранжево-фиолетовый светофор с жирнющим гусем и статуей шрека трудно не заметить. Ожиревший гусь в руках Намджуна, словно почувствовав опасность, оживился, начал страшно орать во всю глотку, и пытался даже дёргать крыльями, но быстро бросил эту затею, и остановился на варианте с неподвижным оранием. – Тише, Новожила, я не дам тебя в обиду, – по-отцовски тепло произнёс Ким, поглаживая птицу по жирному мокрому брюху. – Ты уже и имя этой курице дал?! – Он не курица! Новожила – гордый гусь! Скорее всего, для утки он крупноват... – промямлил Намджун, с нежностью глядя на птицу. – Он для любой птицы слишком крупноват, – со скептицизмом заметил Хосок, крепче обхватывая спизженную статую шрэка в человеческий рост. – Прекрати называть Новожилу жирным! – Прекрати называть гуся Новожилой! – Заткнулись, оба, – зло прорычал Тэхён, заглядывая им за спины, и примерно прикидывая сколько у них осталось времени до того, как охрана их обнаружит – Клянусь, это последний раз, когда я спасают ваши задницы, – произнёс парень, засучивая рукава – Вы двое, – он указал на Намджуна с Хосоком – Сектор справа, бегите к детской карусели, встретимся там. Вы, – теперь же он указывал на остальных парней – Боюсь, сегодня у меня появились неотложные дела, но я с радостью выпью с вами в следующий... – Эй, вон они! Держи их! – послышался откуда-то из толпы грубый мужской голос, от которого Намджун, Хосок и Новожила крупно вздрогнули. – В общем, ещё увидимся, ребята! – махнул на прощание Тэхён, и скрылся в толпе. Спустя ещё несколько секунд Намджун и Хосок тоже исчезли. Первые пару мгновений парни стояли в полном молчании, изредка переглядываясь. Первым разрушить тишину решился Бомгю: – Кажется, у Намджун-хёна новая стрижка, вы заметили? А стрижка, кажется, у него реально была новая. В итоге, немного отойдя от только что произошедшего пиздеца, парни пришли к выводу, что нет смысла задумываться об этом, и стоит просто принять тот факт, что подобное дерьмо случается. Особенно в обществе этих двух (трёх) идиотов. А по сему по итогу общего голосования было решено, что время идти в бар пришло, и все, дружно развернувшись, направились в сторону стоянки, где находились машины Чонгука и Субина. По пути, пока все, кроме Чонгука, Чимина и Бомгю (этому можно, он всегда в состоянии пассивной агрессии) дружно хохотали и отпускали шутки в сторону отцовской любви Намджуна к Новожиле, младший подошёл к Паку. – Случилось что-то, о чём мне стоит знать? – тихо поинтересовался у Чимина Чон. Тот слегка повёл плечом, отрицательно помотав головой. – Тогда какие предложения для поднятия настроения на сегодняшний вечер? – уже чуть громче спросил младший. – Нажраться, – моментально предложил Чимин. Чонгук вновь с Чимином стопроцентно согласен. Для обоих вечер обещал быть пьяным и полным мыслей.