История одной твари: Томление Духа

      София Найт. Роберт Эндрю. Харви Глатман. Кэрролл Коул. Четыре имени, которые теперь навсегда вписаны в мою биографию красными чернилами. Нет, не красными — артериальными.       Когда-то они были просто мясными холстами для моего искусства. Теперь же, покопавшись в архивах, я узнал их истории. Отец двоих детей. Опекун сестры-инвалида. Семейный человек. Как трогательно. Прямо хочется взять скальпель и вскрыть себе грудную клетку, чтобы проверить — не выросло ли там внезапно совесть.       Но нет. Их досье читаются как медицинская карта онкобольного — сплошные метастазы преступлений. Рэкет, вымогательство, торговля людьми. Я хоть убиваю красиво, с хирургической точностью. А эти… Эти словно тупым ножом кромсали жизни тех, кто и так едва держался на плаву. Разве что без анестезии — вот и вся разница.       Наша тройка акробатов (какое милое прозвище для наемных убийц) теперь развлекает чертей в аду, а их дело пылится где-то в архивах Готэмского УВД. Между прочим, пока я искал их досье, наткнулся на статистику: десять убийств, два десятка ограблений и один скромный наркокартель — и это только за последнюю неделю.       Готэм — это как труп на последней стадии разложения: хоть залей его формалином, хоть засыпь антибиотиками — вонять будет всё равно. Помните тот эпизид Харли Квинн, где город просто бросили на произвол судьбы? Так вот, это не преувеличение — это инструкция по применению. Единственное, что здесь работает исправно — это морги. И то потому, что холодильники никогда не простаивают.       Даже Бэтмен, для которого нашлась отдельная папка, не сильно спасал положение. Сейчас он хоть и не в начале своей карьеры, а где-то ближе к середине, всё равно лишь человек с мальчиком в трико. Каждый его рейд, задержание, а также помощь в поисках особо опасных преступников давно фиксируется бюро. Для них не секрет, что Гордон сотрудничает с Брюсом, но пока на это смотрят сквозь пальцы, поскольку он хоть и действует вне системы, зато облегчает работу. Что ни говори, а этому городу нужна полноценная чистка, а также смертная казнь, как минимум, половины из пациентов Аркхема, иначе конец неизбежен.       Для отвода глаз я не сразу полез искать дело именно своих жертв, а листал много разных и довольно интересных историй из этого города. Я, как убийца со стажем и огромным опытом, даже мог бы покраснеть со стыда, если бы он у меня был, ведь в этом мире, а точнее, именно в этом городе, я — рядовой преступник. Обычно человека объявляют серийным убийцей, если выявлено три или более жертв, однако в этом же городе убить нужно человек сорок, чтобы на тебя хотя бы обратили внимание. Что уже говорить, если прозвища здесь получают только такие мастодонты, как Джокер, Загадочник, Пингвин и Календарный человек.       Я на их фоне смотрюсь блекло и почти незаметно, а это задевает мою профессиональную гордость, поэтому в ближайшее время нужно будет заняться нарабатыванием репутации и сил, не то к моменту появления Харлин Квинзель я буду не в её вкусе.       — Ладно, пора приступать к работе, а то я что-то засиделся, — протирая глаза, простонал я.       Два часа копания в архивах — и ни одной живой души, потревожившей мое уединение. Идеальные условия для работы. Я растянулся в кресле, механически листая дела, как студент-медик учебник по патологической анатомии.       — Банально, — пробормотал я, закрывая первое досье. Типичный социопат с манией величия — даже в убийствах не смог проявить оригинальности.       — Шаблонно, — отправил второе. Алкоголик с диссоциативным расстройством — его жертвы напоминали больше неудачные хирургические операции, чем осмысленные действия.       — Предсказуемо, — зевнул над третьим. Гедонист с полным отсутствием организации — словно первокурсник, впервые взявший в руки скальпель.       Но вот четвертое дело заставило меня выпрямиться в кресле:

Дело №76195 — «Убийство Лоры Палмер».

Клиническая картина: Период агонии: 3-4 дня (следы голодания, множественные гематомы) Причина смерти: эксфузионный шок (обескровливание через радиальные надрезы) Посмертная поза: имитация «Афродиты Книдской» (намеренная художественная композиция)       Я провел пальцем по фотографии — бледная кожа, изящно изогнутые конечности, застывшее выражение… нет, не страха. Почти блаженства. Преступник явно страдал редкой формой эротомании с элементами эстетического фетишизма.       — Лора Палмер… — усмехнулся я. — Родители явно не задумывались о фрейдистских ассоциациях.       Мои собственные методы куда гуманнее — я всегда довожу начатое до конца быстро и профессионально. Но этот… этот маньяк превратил убийство в извращенный спектакль. Словно пытаясь совместить садизм с поклонением красоте. Шизоидное расстройство? Комплекс неполноценности? Или просто очередной больной, одержимый своей «музой»? — Не первая и не последняя, — заключил я, уже набирая параметры нового поиска. В Готэме, как в анатомическом театре, всегда найдется место для новых экспонатов.       И, как оказалось, не зря: мной было обнаружено ещё шесть схожих случаев, вот только есть одно но. Они произошли более десяти лет назад в Метрополисе — райском городе, антиподе Готэма, так сказать. Но тогда даже там, где летает Супермен и следит за соблюдением закона, нашей правоохранительной системе не удалось поймать убийцу, а спустя пару лет о нём забыли, и, как видно, зря.       Убедившись, что я имею дело с маньяком, который уже действовал раньше, я составил психологический портрет по его прошлым убийствам и нынешнему, а также отправил письма уже нужным людям с объявлением поиска нового серийного убийцы Готэма. На этом моя бумажная работа была официально закончена, но, к сожалению, время идти домой ещё не пришло, поэтому я решил впервые за день выйти из своего кабинета и попить кофе, а также дать глазам отдохнуть от компьютерного света.       Выйдя из своего кабинета и заперев дверь, я направился в кафетерий, расположенный на моём этаже. Большинство агентов встречалось там, чтобы посплетничать и поесть пончиков, как бы иронично это ни выглядело. По пути я ни с кем не столкнулся, если не считать одну работницу архива, в обязанности которой входило разносить документы. Когда я уже подходил к кухне, до моего слуха донёсся интересный диалог, который заставил меня в него вслушиваться внимательнее, а также радоваться тому, что всё-таки не прогадал и вкачал удачу хоть немного.       — Слышал новости про Криса? — спросил неизвестный мне мужчина у своего, судя по всему, напарника.       — Про какого из? — флегматично поинтересовался мужчина, отпивая кофе.       — Смита, — уточнил он.       — А, ты про пухляша? И что с ним?       — Ты что, совсем за новостями не следишь? — закатывая глаза, спросил агент и откусил от бутерброда.       — Мне как-то всё равно, что у других происходит, — пожимая плечами и делая новый глоток, спокойно заметил его напарник.       — Короче, Смита перевели в Аркхем для расследования дела Джокера, мол, у них специалистов больше не осталось, а нужны лучшие из лучших.       — И каким боком здесь этот жирдяй? — приподняв бровь, уточнил мужчина.       — Да в том-то и дело, что у нас не дураки сидят и отправили Криса, можно сказать, на съедение гиене этой.       — Начальство в своём репертуаре, — подобным поворотом мужчина совсем не был удивлен.       — И не говори. Но суть в том, что они недооценили Джокера и его фантазии, а может, переоценили Криса, хер его знает уже. Но суть в том, что пока Кристиан общался с Джокером, тот внушил ему идею, что Крис такой толстый из-за своих внутренних демонов, что, словно зараза, живут в нём и «наполняют его брюхо».       — Ты ведь шутишь?       — Если бы… В общем, за пару недель, Джокер довёл Криса до ручки и тот прямо во время одного из допросов вскрыл себе пузо и выпустил кишки наружу.       — Господи, и что в итоге? Откачали этого горе-самурая?       — Нет, конечно, там такой гул поднялся, люди в шоке, медсестры давай сознание терять, а медбратья просто в ступор впали. Пока поняли, что произошло, и начали хоть что-нибудь делать, тот уже отбросил копытца, — попытавшись немного скаламбурить, ответил мужчина.       — Погано, — коротко ответил мужчина, уже допивая кофе. — Ну, а с Джокером что?       — А что с ним? — развёл руки в стороны мужчина. — Он во время процесса, чуть со смеху не умер, врачам пришлось использовать на нём слоновью дозу снотворного, так как тот никого к себе не подпускал и любовался делом рук своих.       — Да уж, не завидую я следующему ягненку, что запустят к этой твари, — смотря уже на дно своей пустой кружки, ответил мужчина.       — В том то и дело, что не ягнёнка, — опроверг его теорию мужчина. — Начальство после смерти Смита волосы на голове начало рвать, там сейчас в верхушках кипиш такой, что подходить к ним страшно, но ясно одно: теперь пошлют кого-то покруче нашего поросёнка, так как Джокер уже как кость в горле у них. Если бы не запрет на смертную казнь, его бы уже давно грохнули.       — Что правда, то правда, — вставая из-за стола, сказал он. — Ладно, хватит баклуши бить, нам с тобой ещё разбираться с тем банкиром.       — Да-да, уже бегу.       Всё это время я стоял в стороне и слушал их диалог, попивая кофе и облокотившись на один из столиков. Когда они ушли, меня нисколько не удивило появившееся окно с предложением нового задания, которое заключалось в том, чтобы стать новым психологом Джокера, а также вывести его на чистую воду. Согласился ли я? Конечно, ведь это мой шанс свалить отсюда, встретиться с легендарной личностью и на шаг приблизиться к своей главной цели.       — Этот мир начинает нравиться мне всё больше и больше, — промолвил я в пустоту, смотря на часы и прикидывая, смогу ли выполнить первый пункт их задания, а именно «добиться своего перевода».       «Кто не рискует, тот не пьёт шампанское» — подумал я и решил взять предоставленную возможность сразу в свои руки.       Уж лучше я попытаюсь сейчас и потерплю неудачу, чем просто буду сидеть в своём кабинете и думать, как же мне добиться перевода. Тем более это идеальный для меня вариант, так как я могу состроить из себя этакого мстителя, чем просто буду неожиданно просить перевод.       Допив кофе и положив кружку в мойку, я пошёл к главному лифту, чтобы подняться к своему начальнику, несмотря на то, что, по словам того агента, сейчас там происходит ад. Оно и неудивительно: не каждый день наши агенты совершают прилюдное самоубийство под воздействием всяких психопатов. Не удивлюсь, если после случившегося слетят несколько голов, ведь кто-то дал приказ отправить неподготовленного агента с отсутствием хоть какого-нибудь опыта в ведении подобных дел в пасть к одному из опаснейших преступников мира.       С одной стороны, я понимаю человека, который отдал данный приказ, ведь надежды на то, что Джокера можно вылечить или «перевоспитать», уже давно нет. По факту, он попал в Аркхем из-за несовершенства судебной системы, а не ради того, чтобы Бэтмену было с кем сражаться. В законе чёрным по белому написано: «все психически больные люди должны проходить лечение в специализированных заведениях». Для кого-то это, может, оказаться шоком, но Джокера даже судят после поимки. Редко, конечно, но всё-таки права ему зачитывают, а суд продлевает его лечение.       По-хорошему, пуля в лоб — и никаких проблем. Да и по факту любой полицейский может его убить, когда тот находится в камере, но вот на это ума не хватает, а когда происходят его захваты при помощи спецотрядов или армии, появляется Бэтмен, который не позволяет добить Принца преступного мира. По факту, Уэйн спасал жизнь этому психу чаще, чем пытался его убить. А убить он его действительно пытался, ведь инцидент с Джейсоном Тоддом уже произошел. Судя по тем документам, что были в базе, Брюс живого места не оставил на клоуне, из-за чего тот несколько месяцев был прикован к кровати. Впрочем, его чудо-регенерация справилась даже с этим.       Я почти улыбнулся при мысли о предстоящей встрече с Джокером. Этот клоун, сам того не зная, стал моим первым учителем. Именно его хаос помог мне осознать собственную природу. Он — неконтролируемый взрыв, я — хирургически точный разрез. Он теряет себя в безумии, я нашел себя в нем. «Ты в этом уверен?»

ВНИМАНИЕ! СИСТЕМНЫЙ СБОЙ

Код ошибки: ☥ (Да-да, тот самый египетский символ смерти. Совпадение? Не думаем.) Рекомендуемые действия: Беги (шанс выживания: 3.7%) Притворись мертвым (работает на медведях, но тут хз)       Голос прорезал тишину, как скальпель — плоть. Женский. Спокойный до жути. Безэмоциональный, как мое отражение в зеркале после очередного «творческого процесса».       Я обернулся — пустота.       Не галлюцинация. Слишком… осязаемое ощущение. Как будто кто-то провел ледяным пальцем по моему позвоночнику, оставляя на коже иней. В лифте стало холоднее — не просто снижение температуры, а та первобытная стужа, что живет в моргах между стальными столами. «Будь осторожен, Майлз.»       Свет погас. Чьи-то пальцы коснулись моего плеча — прикосновение знакомое, почти… материнское. В темноте я почувствовал, как что-то незримое склоняется к моему уху: «Из-за своей гордости ты можешь умереть раньше положенного. А это не понравится маме.»       Свет вернулся. Холод отступил. Но ощущение осталось — будто меня только что проверили на прочность. Не угрожали. Предупреждали. Как врач предупреждает пациента перед операцией.       Вечная? Возможно. В ее голосе не было ничего человеческого — только бесконечность, обернутая в шепот. Но почему она обратилась именно ко мне? Разве я уже представляю интерес? Или… это просто напоминание, что даже такие, как я, всего лишь временные гости в ее владениях?       Лифт пискнул, прервав мои мысли. Я вышел, оглядываясь — обычный офисный хаос, нервные агенты, испуганные стажеры. Никто даже не подозревал, что в лифте я стоял плечом к плечу с самой Смертью.       Забавно. Все эти люди боятся Джокера, Бэтмена, Аркхема. А настоящий ужас — он тихий. Он приходит без грима, без криков. Он просто касается тебя в темноте и называет по имени.       — Натан? Что ты тут забыл? — услышал я, когда уже шёл к кабинету босса.       — Иду к начальству, Лео, — отмахнулся я от мужчины, что выловил меня на этаже.       — Ты с ума сошёл? — чуть ли не крича, поинтересовался он. — Да тебя же там сейчас с дерьмом съедят!       — Это ещё почему?       — Да потому что Смит сдох по своей глупости, так ты ещё в такое время объявляешь, что у нас в городе серийный убийца объявился, — в свойственной ему манере ответил Леон.       — Я лишь выполнял свою работу, — спокойно ответил я, продолжая идти к кабинету. — Не вижу поводов для линчевания, не моя вина, что все сумасшедшие притягиваются к Готэму, словно к магниту, — иронично, что это говорю именно я.       — Ты это скажи боссу, — парировал Леон, — он тут же получил твой отчёт и позвал меня, мол: «Разбирай дерьмо, что заварил твой ученик».       — А почему он не вызвал меня? — остановился я, чтобы поговорить с ним нормально.       — А какой смысл? — резонно заметил он. — Ты уже давно не полевой агент и с головой ушёл в аналитический отдел.       — Это не отменяет того факта, что я такой же агент, как и ты, — ответил я в стиле Кокса.       Он не любил, когда его работу перекладывают на других людей, и был альтруистом в некотором роде, поэтому, если я сейчас не буду вести себя, как привык Леон, он может почувствовать неладное.       — Действительно, но начальству пофиг, поэтому кроме своего дела с ограблением я теперь веду дело этого маньяка.       — Ладно, я и об этом поговорю с ним, — решил я сыграть добрячка и пошёл дальше.       — Эй, а как же я? — крикнул мне вслед он, но я не обратил внимание, из-за чего он пробубнил что-то под нос насчёт Софии.       Дальше меня никто не останавливал, а потусторонние силы не подавали странных сигналов, поэтому я смог наконец дойти до двери начальника, чтобы попросить его о переводе во время таких событий и проблем. Да, наглость — моё второе имя. Постучав в дверь, я услышал суровый баритон с лёгкими нотками гнева и ненависти ко всему сущему.       — Кого там чёрт ещё принёс? Войдите! — рявкнул он.       — Добрый день, специальный агент Эбботт, — спокойно поздоровался я и зашёл в кабинет.