The Savior

      Первая неделя прошла на удивление Карла спокойно, день тянулся за днем рутинно и обыденно: завтрак, работа, отдых, ужин, свободное время, которое разбавлялось общением с Лорой и Шерри, особенно со второй. Лейтенант как правило была занята поручениями Нигана, только на тренировках они встречались и иногда на ужине, когда требовалось решить срочный вопрос, а вот одна из жен Нигана стала частенько заглядывать к Граймсу. Они проводили время в приятном дружеском общении, иногда играли в приставку, хоть девушке это занятие и не очень нравилось, но это в разы лучше, чем сидеть в гостиной в ожидании, когда к ней заявится муж со вставшей «проблемой». Да и сам Ниган не был против их общения, мужчине казалось, что это поможет Карлу привыкнуть к новому месту, поможет влиться в коллектив.       Единственное, что напрягало парнишку, это чувство неоднозначного отношения Нигана к нему: шутки, подколы, прикосновения. Александриец сравнивал их с поведением Рона, но если с Андерсоном все было предельно понятно, то с Ниганом все слишком запутанно. Что он от него хочет? Иногда Карл долго не может заснуть, лежа в постели и смотря в потолок, после ужина с лидером Спасителей, где мужчина задерживал руку на колене юноши после очередного похлопывания, или где Ниган пытался кормить его то с ложки, то с вилки. Но что пугало Граймса, так это осознание того, что поведение мужчины ему не противно, оно не вызывает отвращения, как в случае с Роном, лишь страх полного контроля этого психа над ним. Парень отдавал себе отчет, что полностью от него зависит, здесь в Святилище, или дома в Александрии, но слово Нигана имеет большую силу и власть, даже его отец оказался сломлен, а что может произойти с ним? Что может произойти с ним, если Карл уже сейчас изменил свое отношение к мужчине после того, как тот на его глазах убил его друзей, сломал отца и его самого чуть без руки не оставил? Более того, парень не мог понять чем вызвано это изменение. Хорошим отношением? Заботой или защитой? Ведь Нигану еще тогда, когда Граймс угрожал ему винтовкой, не стоило и труда убить его, но тот принял Карла совершенно иначе, полностью шокировав Александрийца. А сейчас, за эту неделю, он показал себя как гостеприимный хозяин. Парень увидел его систему с другой стороны: все люди, которых называют рабочими, просто не способны о себе позаботиться самостоятельно, они не способны выжить, а Ниган со своими людьми их оберегают и заботятся. Хоть и своеобразно. Им предлагаются поощрения и бонусы за хорошую работу, за провинность – штрафы и наказания. Каждый может изменить свою жизнь, каждый может породить новую жизнь. Граймс лично видел, сколько детей в Святилище, он не мог насчитать столько же дома, в Королевстве или Хиллтопе вместе взятых, значит Спасители действительны способны сделать что-то для будущего, чтобы люди не вымерли.       Карл запутался. Он искал Нигану оправдания в любых его грехах, даже в убийстве Гленна и Абрахема, и часть его самого понимала, что так нельзя, так неправильно, ему было стыдно, совестно перед отцом, перед Дэрилом, перед Мэгги и ее не рожденным ребенком. «Но Ниган же хотел забрать ее к себе и позаботится о ней и ее сыне» – когда до такого доходили его размышления, Граймс-младший тряс головой, словно желая выкинуть все мысли, избавится от них. Его отношение напоминало Стокгольмский синдром.       Для самого Нигана Карл был как игрушка, как щеночек, из которого, при правильном воспитании, может вырасти преданный пёс. Мужчина не испытывал к парнишке чего-то светлого, да, он его желал всего без остатка, да, он его хотел, да, он видел в нем потенциал, но Карл все еще был игрушкой.

***

      В конце очередного дня, Граймс сидел с Шерри за приставкой. – Я очень скучаю по аттракционам! Вот прям очень сильно! И мне жаль, что Джудит никогда на них не побывает, ведь это так весело! Больше всего мне нравились Русские горки, – улыбаясь произнес парень, смотря на девушку, – а ты скучаешь по чему-нибудь? – Я скучаю по дням, когда была свободной, когда у меня не было «хозяина», не было границ и запретов, увы, это, как и горки, уже не вернуть, – Шер загрустила, она всегда была печальна, а сейчас особенно. – А ты не можешь уйти? – Нет, уйти нельзя, сбежать невозможно, умереть нереально. Моя жизнь закончилась уже давно, я просто доживаю дни, с нетерпением ожидая конца. От этих слов вся ее боль передалась и Карлу. Только сейчас он смог понять ее состояние, понять, как ей тяжело здесь находиться, как ей невыносимо здесь жить. – Сбежать нельзя? – переспросил Граймс, откладывая плейстейшен. – Нельзя... и когда тебя поймают, лучше быть застреленным, чем запертым в одиночке или умереть от рук Нигана, ведь он не подарит легкую смерть, он захочет, чтоб предатель мучился.

***

      Ночью Карл долго не мог заснуть, впечатленный разговором с Шерри. Он не мог остаться равнодушным к ней, он хотел помочь.       Граймс придумал план. Будучи подопечным Нигана, он не имел практически никаких ограничений, что и позволило ему раздобыть все необходимые предметы и всю необходимую информацию. Александриец был готов отвечать за свой поступок, и он прекрасно понимал, что в случае, если его поймают, на благосклонность Нигана можно не рассчитывать, но Карл хотел помочь Шер, ему казалось, что все должно пройти незаметно и безопасно для них двоих. И вот одной ночью девушке удалось сбежать.       Для Граймса операция не показалась сложной: вовремя пробраться в нужное помещение, стащить ключи, отвлечь патрулирующих и все. А ведь паренек облапошил всю защитную систему Нигана, он определённо мог собой гордиться.       Карл ощущал прилив сил, он знал, что сделал нечто очень хорошее и был уверен, что Удача не допустит их провала. Оставшуюся ночь он не мог заснуть в приступе геройства, ну а утром его разбудил звук сирен. Побег заметили. Люди Нигана прочесывали все здание, но было очевидно, Шерри здесь нет, девушка сбежала ночью, пока все спали, а кто бдел – были уставшими. Нигана такой расклад не устраивал, мужчина был в ярости. Он сам проверил все пути, по которому его жена могла сбежать, и самым оптимальным был задний двор и там были сопутствующие следы: свежие царапины на замке от ключа подтверждали, что Шер торопилась, следы на земле – у нее был соучастник. «Конечно, одной ей не справиться» – буквально рычал Ниган, но на этом расследование закончилось.       Карл был удивлен, ведь не было допросов или проверки комнат, по крайней мере до него ничего не доходило. Парень посчитал это победой, своей маленькой, но победой. Хоть глубоко в душе в нем и закралось некое сомнение, касательно такой спокойной реакции на побег любимой жены, но детская наивность взяла верх.       Еще один день с обязанностями, но он тянулся медленно, мучительно медленно, еще и солнце пекло. Приближенные Нигана были явно обеспокоены ситуацией, а дежурившим в ту ночь жутко не повезло, ведь главарь Спасителей спросил с них за все. И Карл, увидев расправу над несчастными, стыдливо опустил голову. Он не мог видеть, не хотел видеть, как их избивают, как их волокут к одиночным камерам. И не хотел слышать их вопли. Тогда Граймс понял, что Ниган ошибок не прощает. Тогда внутри закрался невольный страх за себя. Что с ним сделают, если узнают главного виновника побега Шерри, любимой жены Нигана. Закончилась и тренировка с Лорой, в свое свободное время Граймс начал беспокоиться еще больше. Обычно во дворе Ниган его навещал, заглядывал посмотреть, как идут дела, но сегодня он его не видел, только Саймон, как всегда, бдел за Карлом, но сегодня тот был особенно педантичен.       На ужин Александриец шел как на допрос, он глубоко дышал, а ладони вспотели. Карл нервничал. Когда он зашел в гостиную, то отметил, что остальных девушек в комнате нет, он один на один с Ниганом, но мужчина вел себя непринужденно, как всегда он был разговорчив и навязчив. Граймс расслабился. – Ты наверняка слышал, что моя любимая жена, Шерри, сбежала. Как ты отнесся к такой новости? Вы ведь успели сдружиться, нет? – спросил мужчина, отрывая виноградинку от грозди. – Да, слышал, все об этом говорят, и все этим очень обеспокоены. Не знаю как к этому относиться... она сделала свой выбор, – парень пожал плечами и посмотрел на Нигана, который не сводил с парня глаз. – Нет предположений, кто бы мог ей помочь? – Я не знаю, мы с ней общались на тему книг, игр, жизни до апокалипсиса... а кроме нее и Лоры я не с кем больше не общаюсь, – Граймс почесал нос и опять пожал плечами. – И ночью ты ничего не слышал и не видел? – продолжал спрашивать мужчина, из-за чего Александриец вновь начал волноваться. – Нет, я спал.       Ниган вздохнул и встал, он обошёл диван и оказался у парня за спиной, а после резко положил руки тому на плечи. – Я знаю, что это ты помог ей сбежать, – наклонившись, прошептал он Карлу на ухо, сжав плечо мертвой хваткой так, что вырваться из нее можно было бы только оставшись без рук. И сердце Граймса упало куда-то глубоко-глубоко вниз, ударившись о стенки своего бренного тела и ощутил он, что за жар исходит от Нигана, буквально сжигавший его.