The Savior

      Перед глазами предстал знакомый интерьер в темных мрачных тонах: шкаф, низкий столик с диванами, рабочий стол, на котором лежала шляпа шерифа. В комнату практически не пробивались солнечные лучи – окна были занавешены плотными шторами, а от постельного белья исходил уже знакомый запах скотча и пепелища. Это была спальня Нигана.       Карл попытался приподняться, когда чужая ладонь упала ему на грудь, не давая сесть. Голова начала болеть. Не сильно, к такому он привык. – Хей, пацан, лежи, не вставай, тебе нужен полный покой, – перед взором появился Ниган, который, как оказывается, был рядом всё это время. – Ниган? Что произошло? – тихо прошептал Граймс, лишь переворачиваясь на бок и морщась от боли. – Малыш, тебя ранили. Пуля прошла навылет, органы не задела. Ковбой! Тебе ахуеть как повезло! Эммет тебя подлатал, через недельку будешь как новенький, – мужчина ладонью ласково провел по волосам юноши, который слабо улыбнулся. – Ты был здесь всё это время? – Да.       И Карлу больше не требовались никакие слова. Он знал, что это правда. Ниган не покидал его ни на секунду, всегда находясь рядом, контролируя каждый шаг и действие Карсона, хоть сам в медицине ничего не понимал. Спаситель приказал отнести александрийца в свою спальню, после чего сидел около него сутки, боясь упустить момент, когда парень очнется. Боясь, что дыхание юноши однажды затихнет. – Что с нашими... твоими людьми? – осекся александриец, прикрывая глаза и наслаждаясь теплотой от руки мужчины, которая нежно проводила по щеке и лбу юноши. – С нашими людьми всё хорошо, – Ниган не мог не улыбаться, и сейчас он был чертовски рад, что Карл млеет и не видит этой слабости человека, который давно поклялся не привязываться ни к кому, – вернее с выжившими. Однако, убийца, благодаря твоим навыкам маньяка, жертв не так много. Блять! Я тебе жизнью обязан! – воскликнул Спаситель, смеясь.       Граймс открыл глаз и широко улыбнулся, затем он ещё раз оглянулся и удивлённо уставился на белый вязанный плед, которым был укрыт поверх одеяла. – Это Лора принесла, решила, что тебе понравится, – ответил на немой вопрос Ниган. – Я не стал мешать, все равно моя комната потеряла свой изначальный антураж и теперь завалена твоим барахлом. – Мне нравится, очень, но… почему я в твоей спальне? Я ведь буду мешать тебе и твоим жёнам, – Карл подмял под голову кусок пледа, опуская взгляд, делая совершенно невинный вид, и зная, что этим полностью обеззараживает Нигана. Он обещал себе не манипулировать Спасителем, но кое-какие хитрости применял. – Ой, ковбой, ну хорош! – Ниган вздохнул. – Такой мелкий шкет, а сколько ревности и умения манипулировать! Пиздец же! Так, ладно, клянусь Люсиль, что не буду ни с кем трахаться, пока ты не вернешься в строй, а потом буду распоряжаться твоей задницей как мне угодно, договорились? – мужчина усмехнулся, поправляя одеяло и любуясь сияющим Карлом, тут же выйдя из образа несчастного и одинокого.       Он довольно улыбнулся и без раздумий согласно кивнул. – А у меня ты потому, что мне так проще за тобой наблюдать и выхаживать. Хоть ты и на первом месте у Карсона, но зная твоё наплевательское отношение к самому себе, придется мне о тебе заботиться, но ты, паршивец, этого ведь и ждёшь, да?       Граймс постарался подавить смешок, но не вышло. Он прыснул, натягивая одеяло до носа. – Специально под пулю встал, чтобы только Ниган с тобой повозился, да? Или на пули аллергия? То глаз, на животе старый шрам, ещё и это красота. Парень, тебе антимагнит бы какой-нибудь.       Юноша засмеялся, теперь уже утыкаясь лицом в подушку. – Я тебя отвезу к отцу, когда тебе станет лучше, а пока можешь с ним по рации связаться, или, так уж и быть, только из-за должка перед тобой, могу привезти твоего старика сюда, хочешь? Разумеется на час, не более, не хватало мне ещё чтобы этот кретин вынюхивал что-то у меня, – мужчина вновь провёл по распущенным волосам Карла, не задевая повязку на глазу. – Нет, не хочу, потом. А что с твоим плечом и ногой? – Карл вытащил из-под одеяла одну ногу и положил её сверху, не стараясь как-то прикрыть, скорей желая привлечь интерес Нигана. Что и получилось: мужчина усмехнулся, положив ладонь на голень Граймса и медленно поднимая её вверх. – Плечо вправили, болит, сука, но скорее просто неприятно, а нога ещё заживает. Слушай, пацан, где ты так скрепкой орудовать научился? – Ниган с огнем в глазах смотрел на длинную ногу Граймса и оголенное из-под его белой футболки бедро – уж слишком маняще выглядит Граймс. Мужчина инстинктивно сжал голень парнишки, растирая большим пальцем белую кожу. – Юджин научил, один человек из общины. Он очень умный. Драться не умеет, но мозги во многих областях шарят, – Карл выражал на лице совершенно довольный и немного наглый вид. – Хм, надо мне с ним познакомиться, ладно, отдыхай, ковбой.       Ниган теперь мог спокойно заняться своими делами, не беспокоясь о состоянии Карла, и только он хотел уйти, как юноша остановил его. – Подожди. Принеси мне пожалуйста из моей комнаты комиксы и… можно твою махровую кофту?       Мужчина усмехнулся, но противостоять щенячьему взгляду подопечного он просто не мог. Хромая и опираясь на Люсиль, Спаситель вытащил из шкафа серую кофту, которую кинул в Карла, вызывая недовольное сопение мальца, который тут же, не без труда, сел, надевая ее поверх футболки. – Комиксы Лора принесет, мне сейчас делами надо заняться по поводу той ловушки. Регина и её люди пропали, видимо мертвы, надо разобраться, что от нас хотят Мусорщики, Лора в курсе, её расспросишь, – не дожидаясь ответа от Карла, мужчина вышел из спальни, направляясь в комнату переговоров, ему срочно требовалось опросить своих людей о случившемся, в том числе и Саймона, которому удалось выбраться из того ада, в котором они побывали.       Александриец же не долго тосковал один, Лора, получив от Нигана сообщение, примчалась к Граймсу так быстро, как могла. И хоть юноша больше хотел узнать всю информацию от самого Нигана, компания подруги ему тоже подходила. Девушка знатно перестаралась, притащив из спальни юноши не только парочку комиксов, но и добрую половину всего, что там было. – Ого! Ты и фигурки принесла! – в детском восторге воскликнул Карл, приподнимаясь в постели. – Думаю Ниган это тебе простит, – девушка сгрузила свою ношу на кровать, присаживаясь на нее. – И как ты себя чувствуешь? Мы все жутко переволновались! В той суматохе твоё ранение здорово напугало меня и Нигана. Он так орал, веля гнать в Святилище, что я думала, что оглохну. Знаешь, – девушка перешла на шепот, – он первым делом велел заняться тобой, а не своей ногой, которую могли ампутировать из-за начинающего отмирания клеток. Так что, если ты все ещё злишься из-за той ссоры, то не надо, – отмахнулась девушка, принимаясь расставлять комиксы и фигурки по чужой комнате. – Он пообещал не спать с ними, думаю, он не врёт, хотя мне не верится, что он хоть один день может продержаться без секса, – Карл движениями руки показывал подруге, куда что ставить. – Ты его ревнуешь, значит любишь? – Лора остановилась и внимательно уставилась на Граймса, который стыдливо поджал губы и опустил взгляд. – Это неправильно, да? Мой отец меня убьёт, если узнает. Он убил моих друзей, и я знаю, что должен его ненавидеть, но не могу. Если бы мне пришлось повторить то, что я сделал в аванпосте, зная, что могу умереть, я бы повторил это 1000 раз. Думаю Нигану я тоже небезразличен. – Эй! Ниган очень изменился с твоим появлением! Ты стал не просто его любовником, но и вторым человеком здесь, он тебе доверяет и прислушивается. И ты ни в чём не виноват. Не думай о плохом, всё идет так, как должно. – Ага… а что с Саймоном? – он приободрился и притянул плед к груди. Лора заметила этот жест и слегка улыбнулась – её гостинец пришелся к стати; с пледом и этой фанатской безделицей мрачная комната приобрела настоящий уютный вид, то, что Карлу и было нужно. – Этот козёл жив, вот и все. Те, кто уцелел, сейчас занимаются разведкой, я тоже должна была пойти, но мне сказали остаться с тобой, – она закончила свой дизайнерский порыв, присаживаясь на подлокотник дивана. – Тогда как насчет пудинга? – Карл широко улыбнулся, откидывая край одеяла, и приглашая девушку присесть к нему. Граймс рассчитывал забыться фильмами и съесть столько сладостей, сколько только могло в него влезть.       Конечно юношу безмерно беспокоил факт возможной войны с новой общиной, но сейчас он был таким уставшим, что хотелось просто отдохнуть; к тому же Карл не сомневался, что Ниган сможет всё разрешить.

***

      Последние дни были тяжелые: потеря аванпоста, целой группы людей, серьёзная угроза в лице другой общины ставили под сомнение авторитет Нигана, ранение Карла нарушало договор с Риком, и Спаситель лишь беспокоился, как бы не произошло войны на два фронта. Это могло бы стать крахом. Стоит Александрии объединиться с Мусорщиками, если уже не объединись, как к ним присоединятся Королевство и Хиллтоп, Карл будет вынужден уйти к отцу, а Нигану придется выжить и сохранить свою «империю» любой ценой. Хотя, его устроит просто пункт «выжить». Огромной проблемой становилось и то, что всё это началось под зиму: месяц-другой и выпадет снег, наступят морозы и сражение будет тяжёлым; необходимо уничтожить угрозу сейчас, пока она не разрослась.       «Если ещё не объединились» – эта мысль пришла столь резко, что застала Нигана врасплох. Но если даже эти общины и начали работать сообща против него, то как они узнали о аванпосте? «Карл. Карл мог упомянуть отцу о планах». Именно «упомянуть», он не сомневался, что как бы сильно не обидел и не огорчил юношу своими сексуальными похождениями, Граймс-младший не предал бы и не стал жертвовать людьми. Александриец мог проговориться, и только, но Спаситель определенно должен был проверить эту теорию, которая если и подтвердится, не заставит его изменить к Карлу отношения.       Ниган хотел разнести прежнее место обитания группы Джедис, но, как доложили разведчики Саймона, их и след простыл как и на юге, так и на аванпосте Регины. Само здание так и кишело мертвяками.

***

      День прошёл на редкость паршиво, никаких хороших новостей, один тупик и полная неизвестность. Это Нигана бесило. Было за 9 вечера, он устал и пропустил ужин, нога дьявольски болела, Ниган срывался на каждого, кого встречал по пути в спальню, где хотелось напиться, а после вышибить кому-нибудь мозги, но как только он зашёл, то замер. Перед ним открылась наимилейшая картина: растрёпанный Карл в его футболке и кофте, устроив импровизированный пикник на кровати, смотрел телевизор, а вся спальня была заставлена фигурками, комиксы же стопкой лежали на тумбочке Нигана, где раньше покоились документы, нынешнее нахождение которых было мужчине неизвестно.       Граймс отвлёкся от старой комедии и, посмотрев на хозяина комнаты, вернулся к просмотру; Лоры уже не было, девушка ушла раньше, не желая нарваться на Нигана и объясняться перед ним за несоблюдение комендантского часа. – Парень, ты, часом, не оборзел? Это что за склад ты тут устроил? А еда в койке? Потом на крошках спать? Что за свинство?!       Ниган завелся, казалось, что он решил выместить всю злость за неудавшийся день на мальчика, сейчас виновато взирающего на него и, словно, переставшего дышать. – Ну… прости… – он неловко сминал одеяло, чувствуя подступающий ком к горлу.       Граймсу резко захотелось исчезнуть или стать невидимым, это почувствовал и Ниган, который в тот же миг смягчился. – Так, ладно, день хуевый выдался, не воспринимай на свой счёт. Располагайся так, как тебе будет удобно. Ты засранец, конечно, знаешь ведь, что когда такое личико строишь, то злиться невозможно. Манипулятор мелкий, — усмехнулся Ниган, убирая челку с лица юноши, который хитро улыбнулся, кокетливо поднимая на мужчину взгляд.       Александриец научился подстраиваться под настроение мужчины, и в нужный момент ему лишь стоило сделать несчастное выражение лица, чтобы Ниган его приласкал, однако такие уловки получались сами собой.       Граймс не раз задумывался, что так мог бы заполучить практически что угодно, но совесть, преобладавшая над долгом перед отцом, не позволяла так использовать человека, столь дорогого, и столь доверяющего ему. – Ковбой, ты часом не говорил Рику о аванпосте? До той атаки? Малыш, только честно, это важно, – он наблюдал, как Карл поморщимся, услышав обращение, которое он так не любил. – Нет, я с ним не общаюсь, когда у тебя нахожусь. Думаешь он объединился с Мусорщиками?       Ниган видел тревогу Карла, чьи слова тут же ломали всю теорию мужчины, поэтому он отрицательно покачал головой. – Нет, не переживай.       Карл улёгся в постель, наблюдая за Спасителем, который ушёл в ванную, даже не прикрывая дверь.

***

      Карл устроился на груди мужчины, прильнув к нему всем телом и собственнически закинув на того ногу. Его глаза были закрыты, а на губах цвела блаженная улыбка – он млел, наслаждаясь теплотой руки Нигана, который поглаживал юношу по спине и волосам, смотря чёрно-белую кассету.       Спаситель не часто позволял себе минуты нежности, но когда позволял, Карл наслаждался ими, впитывая каждое прикосновение, запоминая каждое словечко и ощущая ту атмосферу любви, окружавшую их. Любви Карла, конечно. Юноша не смел и представить, что Ниган может испытывать к нему нечто такое же. – Ковбой, ложись спать, сейчас вернусь, – Ниган попытался отстранить от себя Граймса, который в миг обвил руки вокруг мужчины, отказываясь его отпускать. – Парень, не начинай мозги мне иметь. Завтра к отцу твоему придурошному поедем, вот там полюбуешься на скандал.       Прошла неделя с момента, когда Карл был ранен; шов вполне затянулся и юношу можно было везти в отчий дом. На удивление Нигана, от Рика не было никаких вестей. Мужчина был уверен, что Граймс-старший примчится к его воротам со своей нелепой армией, в жалкой попытке забрать сына, но от Александрии не было никаких известий. Спаситель на какой-то период даже забыл о существовании этой группы – слишком много насущных проблем, требующих немедленного разрешения.       Да Карл и сам, как казалось Нигану, не особо рвался домой. Юноша наслаждался бездельем и отдыхом в его полном масштабе, иногда жалуясь Нигану, впахивающему эти дни как проклятый, на скуку и усталость от этой скуки, тогда александриец определено пожалел о своих словах, так как мужчина, будучи не в настроении, завалил мальчишку книгами и учебниками, после чего наблюдал недовольную мину подопечного.       Сейчас Граймс недовольно опустил руки, позволяя Нигану встать с кровати. Юноша засопел, закутываясь в одеяло и плед, провожая взглядом всё ещё хромающего Спасителя.

***

      За окном бушевал ветер, комнату наполнял свет звёзд, а Карл то и дело посматривал на настенные часы, маленькая стрелка которых приближалась к двум часам ночи, после чего переводил взгляд на пустующую вторую половину кровати.       Граймс долго ожидал возвращение Нигана, который с 8 вечера неизвестно где пропадал, и без кого просто не мог заснуть. Юноша привык к объятьям Спасителя, к его храпу, к теплу его тела. Карл, поднимаясь с кровати и надевая тёплую кофту на футболку, босиком и с голыми ногами вышел из комнаты, осторожно осматривая коридор. Первым делом юноша решил наведаться в гостиную к женам, и с каждым приближающим шагом его сердце вот-вот грозилось выскочить из груди.       Александриец представил, как открывает дверь и видит в окружении голых девиц Нигана, как они извиваются под ним, выгибаются и стонут, – от этих мыслей единственный глаз начал наливаться слезами.       Граймс остановился, зажмурился и помотал головой, ругаясь на себя за воображение. Последнее время Карл начал ловить себя на мыслях, что он всегда придумывает самое трагичное развитие событий. Это было следствием бесконечных потерь и неоправданных ожиданий и сейчас, стоя у заветной двери, он не хотел более утрировать.       Не удосуживаясь и постучаться, юноша открыл дверь, тут же спокойно выдыхая, заставая комнату в полной темноте – все спали и Нигана с жёнами не было.       Тогда юноша закрыл дверь и вышел обратно в коридор. Карл не имел ни малейшего понятия, где искать Нигана, кроме как комнаты для совещаний, куда юноша и направился. Уже подходя к двери, он услышал знакомый голос, который кричал и ругался на собеседника, на месте которого Граймс определенно не хотел быть.       Не размениваясь на стук александриец открыл дверь, представая лишь перед двумя людьми: Ниганом и Саймоном. Второй недовольно осмотрел пацана с ног до головы, подавляя желание брезгливо фыркнуть. Он бы определенно это сделал, если бы не присутствие босса, с которым Карл спит, и который определённо не стерпит такого отношения к своему любимцу. – Ковбой, какого хрена? – Ниган перестал облокачиваться о стол и выпрямился, не убирая рук с груди. – Ты спать не должен? – вопрос риторический и ответа не требовал. Мужчина рассчитывал на извинения и спешную капитуляцию в спальню, однако Граймс думал иначе. – Уже почти 2 часа ночи. Я тебя всё жду, а ты не идешь. Не могу спать один.       И юноше было абсолютно плевать, что его слышал Саймон, который наверняка будет с этого «угарать» с дружками. Слухи и сплетни о нём и Лидере волновали александрийца в самую последнюю очередь. – Парень, я сейчас приду, пиздуй в комнату, – Ниган хотел выпроводить подопечного, но заметил, что тот с совершенно голыми ногами и босиком. – Ну хоть бы носки надел, дерьмо. Ладно, пацан, идём. Не хватало мне ещё чтобы ты заболел, – всё ещё хромая, но уже не опираясь на биту, Спаситель вышел в коридор, а Карл, совершенно и полностью довольный собой, кинул на Саймона многозначительный взгляд, гордо вскидывая голову и удаляясь за своим мужчиной следом. Саймон, словно сорвавшийся с цепи, стукнул кулаком по столу. – Вот же дрянь! – он понял взгляд мальчики, то была демонстрация своего влияния и значения, и мужчину бесило, что такой щенок так легко может менять настроение Нигана, который, Саймон не сомневался, слишком размяк для босса, однако теперь тот мог сделать решающий ход. – О чём вы говорили? И почему так поздно? – Граймс шлепал за Ниганом, который, на удивление, стремительно направлялся в спальню. – Его группа отвечает за разведку и наблюдение, ты знаешь. Они только что вернулись и Саймон мне докладывал о Мусорщиках. Вернее молчал как еблан. Никто, блять, ничего не видел и не знает. Ахуеть просто! Группа, превосходящая нас числом, с пушками, ебашит по лесам, а мы хуй пойми чем занимаемся. Никакого продвижения.       Ниган был зол и разрежён, и очень измотан. – Может стоить поручить это дело Арат? У нее группа в полном составе, она ведь не участвовала в ловушке на аванпосте. У Саймона людей меньше.       Граймс просто не доверял ему, и надеялся, что Ниган однажды примет во внимание все доводы Карла. Арат же, юноша не сомневался, определенно вызывала доверие, она была одной их тех немногих, кто отличался верностью и преданностью своему Лидеру. – Хм, ахуенная идея, ковбой, обдумаю её, – мужчина одобрительно хлопнул парня по плечу, после чего приобнял. Александриец расслабленно улыбнулся, пытаясь скрыть благоговейный взгляд на Нигана.       Карл его любил. Любил его дебильный и мудачий характер, его уёбские шутки, его невыносимый храп и нрав, его волосатую грудь и руки так сильно, что готов был мириться с его садистскими наклонностями. И иногда по ночам, когда под его головой мерно вздымалась грудная клетка, а над ухом разносился храп, Граймс представлял, как его чувства однажды окажутся взаимными. Он не раз слышал от Лоры, что с появлением Карла Лидер сильно изменился, но юноша, словно ослеплённый своим обожанием, этого не видел. Лишь особенное отношение Нигана к нему и этот особенный взгляд гордости за него, от которого по телу разливалось тепло и мурашки, словно муравьи, бегали по всему телу и вызывали жар, а внутри всё трепетало. Никто так на Карла не смотрел, никто кроме Нигана.       Мужчина верил в него, доверял, позволял предлагать решения и следовал им, он его подбадривал, поднимал самооценку, мотивировал, он стал самой жизнью Карла.

***

– Эй, подъем, парень, вставай пока я не отымел твою задницу! – Карла разбудил резкий шлепок по ягодицам, который выдернул его из сладостной неги.       Юноша неохотно оторвал голову от подушки, стирая рукавом кофты слюну со щеки и сонно уставился на Нигана, столь бесцеремонно его разбудившего. – Такое ощущение, что ты к папаше вообще не хочешь, – Ниган застёгивал на брюках ремень и взгляд Карла упал на ширинку мужчины, из-за чего тут же заливаясь краской. – Ну… – Граймс не нашел, что сказать, а лишь упал обратно на подушку, пряча на ней улыбку от пошлых мыслей. – Карл Граймс, поднимай свою тощую задницу живо! Не заставляй Люсиль об этом просить! – мужчина выдернул из-под головы юноши подушку, и тот недовольно замычал. Он определенно не рвался домой, три недели в Святилище казались ему каникулами, даже учитывая неприятный инцидент с засадой и ранением. Ради заботы Нигана юноша был готов сам упасть на нож. Карл очень скучал по сестре и Мишонн, и, пожалуй по отцу, но оставаться с ним на неделю парень совершенно точно не хотел. Он любил Рика, любил, но с каждым днем они всё больше отдалялись друг от друга, их мировоззрение больше не сходилось, и Карл просто хотел знать, что его отец жив и всё с ним в порядке. Просто знать.       Тем не менее юноша прекрасно понимал, что столь долгое отсутствие может негативно сложиться для Нигана.

***

      Карл ехал в кабине грузовика с Ниганом по середине и Саймоном за рулем, за ними ещё несколько машин. Сегодня был день сбора «дани», за что Карл немного злился на мужчину, из-за чего тут же старательно скрывал улыбку, когда Ниган рассказывал очередную пошлую шутку с ненормативной лексикой. На коленях юноши лежал рюкзак с собранными вещами, на голове красовалась шляпа, которую Спаситель, как ни старался, не заставил сменить её на шапку, и новой куртке. – Парень, не забывай о ране, и соблюдай ещё постельный режим, я скажу Рику. И про глаз не забывай, – читал Ниган нотации, в то время как Граймс закатывал глаза.       За этот почти месяц его хорошенько подлатали, и Ниган лишь надеялся, что когда он заберёт ребёнка через неделю, не получит слепого умирающего утёнка, вместо гордого и выносливого ястреба. А Карл не хотел разочаровывать его, зная, что просто так отец отдыхать ему точно не даст, да ещё и объясняться придется за огнестрел и всю ситуацию в целом, заберет пистолет с пулями, которые Ниган ему дал после случившегося для самообороны и тренировок.       Александриец заметно наверстал свой уровень меткости. Теперь он хотел похвастаться Мишонн своей игрой в дартс. Мишонн, которая знает их секрет, и которая его, Карла, никогда не выдаст.       Сейчас, подъезжая к Александрии, юноша придвинулся ближе к Нигану, который его собственнически приобнял за плечи одной рукой, а другой любовно провел по скуле Граймса. И парню было абсолютно плевать на Саймона, едва заметно наблюдающего за ними. В целом день начинался неплохо.       До этого момента.       Впереди должны были быть ворота общины, но с каждой секундой приближения было ясно, что ворот нет, они снесены, а рядом шастают ходячие. Карл напрягся; он отодвинулся от Нигана и подался вперед, Спаситель обеспокоено смотрел на мальчика, взгляд которого метался и выражал настоящий страх и ужас.       «У них не было оружия».       Они подъехали к Александрии, вернее к тому, что осталось от общины. Машина медленно затормозила, не доезжая метров 15. Тут и там ходили зомби, на стенах виднелись отметины от пуль, двери на домах снесены, а дорожки окроплены кровью. Ниган протянул руку, желая схватить Карла, но не успел, юноша в один мин выпрыгнул из машины и побежал в самое пекло.       «Они не могли себя защитить». – Папа! Джудит! – в отчаянье закричал мальчик, привлекая внимание мертвецов. За ним сразу выскочил Ниган, забывая о боли в ноге, он успел нагнать Граймса до того, как мальчик достигнул ворот.       «Они мертвы».       Спаситель схватил александрийца в охапку, прижимая того спиной к своей груди в момент, когда мальчик, перестав вырываться, зарыдал. Ноги подкосились и он обмяк, повиснув в хватке мужчины. – Эй, малыш... малыш, посмотри на меня. Карл. Идём, – но Граймс его не слышал.       Жуткий, раздирающий душу и горло, крик вырвался из груди мальчика. – Джудит! – Карл смотрел вперед, где из уничтоженной Александрии в их сторону выдвигались мертвецы и, увидев знакомое лицо «соседа» новая истерика отчаянья накрыла юношу, терзая его душу и сердце.       Как бы Ниган не старался, но отвлечь юношу он не мог. Только мужчина на миг ослабил схватку, чтобы отвернуть мальчика от того ужасного зрелища, как Карл повалился на асфальт, заливаясь слезами.       Ниган никогда не видел такой боли в его маленьком убийце. Никогда он не видел его отчаянья. Даже в ту роковую ночь, когда Люсиль отведала крови его друзей, мужчина видел во взгляде Карла лишь ненависть, злость и такую силу, что именно тогда он и восхитился им.       Сейчас Спаситель наблюдал, как его убийца, его храбрый ковбой ломается. Видел, и ничего не мог сделать.       За спиной началось движение, люди из машин выскочили и принялись стрелять в мертвецов, стремительно их окружавших из-за возникшей активности. Становилось опасно. Помимо ходячих их могли подстерегать Мусорщики. – Карл, ну же, поднимайся, – Ниган буквально вытягивал юношу на ноги вместе с его валявшейся шляпой. – Мишонн, – сквозь жуткий вой, как в бреду, говорил мальчик.       Небольшой отряд, по указанию Лидера, двинулся внутрь, чтоб найти тела родных Карла, пока самого Граймса Ниган пытался поднять на ноги.       Юноша замер, замолк, лишь изредка всхлипывая и смотря вперед, в то время как из единственного глаза текли слёзы, падая на асфальт. В проеме ворот показался Яго, отрицательно качая головой, говоря, что тел не было найдено. Карла накрыла новая волна. Он сидел на коленях, прижимая голову к асфальту и закрывая её руками, раскачиваясь из стороны в сторону и плача то тихо, едва слышно, то взывая.       Ниган, понимая полное бессилие, опустился на корточки, поднимая голову мальчика, который тут же спрятал лицо на его груди, хватаясь руками за кожаную куртку, как за спасательный круг.       «У них не было оружия».       «Они не могли себя защитить».       «Они мертвы».