Океан полыни

Лицемерие — одна из самых ярко-выраженных черт современного человечества. Все привыкли кричать о гуманизме, всепрощении, помощи ближнему и так далее по списку. И никто никогда не будет во всеуслышание говорить о своих пороках, о том, что собеседник неимоверно бесит своим нытьём, или же о том, как недавно соврал, что не сможешь помочь с ремонтом, хотя у тебя нет никаких архиважных дел по работе. В этом вся суть. Детей учат тому, что нужно быть хорошими и порицать зло, но ни в одной школе учитель не скажет о том, что добро и истина никогда не были той всепобеждающей силой, которой их описывают. Дети учатся лицемерить, будучи совсем крохами — уже тогда они осваивают самый важный из навыков, необходимых современному человеку. На вопрос учителя о том, кто из персонажей больше понравился — они естественно скажут, что позитивный, хотя у некоторых в душе будет куда больше симпатии к тому, кого называют «антагонистом». И даже если кто-то рискнёт высказать своё мнение по этому поводу — что же сделает учитель? Редкий педагог рискнёт поддержать подобное мнение. Само собой, ведь у него в программе чёрным по белому написано «воспитывать высокие моральные качества», так как же так?! Сказать, что убийство, указанное автором — было вполне оправданным? Что персонаж действительно заслуживал этого? Или у него не было другого выбора? Нет конечно! А потому в подобных случаях обязательно создаётся ситуация, в которой либо сам учитель, либо другие ученики доказывают ошибочность подобного мнения. И как результат — ребёнку, который рискнул пойти против мнения остальных, просто приходится сказать, что он согласен с этим утверждением, или же он понял ошибочность своих суждений. Ещё один из жизненных уроков. Проще признать свою неправоту и прогнуться под систему, чем пробовать противостоять. Меньшинство — слабо. Большинство решает, что правильно, а что — нет. Да, образование ставит перед собой цель не столько научить письму или счёту, сколько выкроить идеальных послушных марионеток, которые думают и живут по шаблону «идеального человека». А для тех, кто выбивается из этого порядка всегда с радостью предоставляется роль изгоя. Это довольно удобно: «Смотрите, он не такой как вы — он неправильный, он никому не нравится и над ним смеются! Не хотите, чтобы вас тоже ненавидели? Тогда будьте как все!». В этом вся суть. Жизнь в наши дни — всего лишь бесконечное упражнение в лицемерии и лжи. Все прекрасно знают, насколько прогнило современное общество в своей основе, но об этом предпочтительнее молчать. Да, СМИ, в угоду рейтингам и сенсациям, без умолку и с упоением исписывает миллиарды страниц об коррупции, насилии и вранье, но в утренних новостях всё также цветут улыбки политиков, которых ещё вчера обвиняли в изнасиловании, или звёзд, которых уже завтра осудят за употребление наркотиков. И мы закрываем на всё это глаза, предпочитая игнорировать и пускать всё мимо себя. Это не наше дело, нас это не касается. Быть в стороне — безопаснее. Сюэ Ян никогда не хотел мириться со всем этим дерьмом. Просто плыть по течению? Мириться с полосканием мозгов и пахать за мизерную зарплату? Нет, эту участь он оставил для тех, кто готов её принять. Он выбрал путь, которому уж точно не учат в школе на уроках по профориентации. Да, там детишкам действительно рассказывают о том, что «все профессии нужны, все профессии важны», но упрямая система образования лицемерит и в этом случае. Давайте вспомним, какие примеры обсуждаются на подобных занятиях? Кем «мечтают» стать детишки, под одобрительным взглядом учителя и стимулом хорошей отметки в дневнике? Врачи, учителя, космонавты, водители и так далее. Молодцы, похвально. Но ни на одном уроке никто не говорит о том, что кроме услуг в образовательной, промышленной или других сферах, существуют ещё и другие. О том, что «рынок труда» может быть не только официальным, Сюэ Ян узнал в относительно юном возрасте. Когда ему было шестнадцать он уже чётко принял факт того, что ему никогда не стать частью «системы», в которую превратилось современное общество. Ему было просто скучно жить так, как делали его сверстники. Вечные домашние задания, нравоучения и обязанности. Он не был дураком, чтобы открыто показывать свою неприязнь ко всему этому, но и не мог спокойно сносить всё подряд. Учитель занизил оценку, потому что нужно поставить более высокий балл кому-то другому, так как процент успеваемости уже давно определён, нужно лишь его распределить по группе. Более обеспеченные одногрупники возомнили, что могут позволить себе потешаться над тем, кто поступил исключительно за счёт своих мозгов и занимает единственное стипендиальное место. Шеф на подработке считает, что за те копейки, что он платит бедному студенту, может заваливать его работой, которую он выполнять совершенно не обязан. Этот список можно продолжать очень и очень долго, вопрос лишь в том, как человек будет реагировать на все эти «испытания» судьбы. И если, будучи ещё наивным оптимистом, Ян думал, что это обязательно когда-то закончится, если просто перетерпеть, то уже подростком он понял, что всё сводится к тому — как хорошо ты умеешь притворяться и насколько хорошо можешь убирать за собой следы. Оказалось, что жить можно куда лучше, даже игнорируя при этом общепринятые нормы морали и закона. Сомнительная истина? Да, но у каждого она своя. Иногда Ян и сам удивлялся тому, насколько просто ему удалось смириться с той мыслью, что его «ремесло» вне закона. Организация и проведение шантажей, махинаций, заказных убийств, контрабанды и прочего в этом роде, любого уровня сложности и вне зависимости от того, кто будет целью — всё это точно не относится к тому, что он, будучи мелким, рассказывал воспитателю в саду, когда его спросили, чем он хочет заниматься, когда вырастет. Но ведь — все профессии нужны, все профессии важны, а потому, даже для его, весьма специфических, услуг всегда находились клиенты. Уж в чём, а в этом никогда не было недостатка. Общество развивается и растёт по довольно жёстким правилам, в сравнении с которыми «законы джунглей» покажутся просто примером мира и покоя. Выживает сильнейший? Почти что так. Выживает тот, кто больше заплатит, или тот, кто успеет заплатить раньше. Да, есть те, кто смирно работают, игнорируя борьбу за власть, и уровню их беспечности можно только позавидовать, если они думают, что не имеют к этому никакого отношения. А для тех же, кто вмешался во всё это — жизнь превращается в бесконечную борьбу за место под солнцем. Вопрос лишь в том, кто решится первым переступить мораль. Сюэ Ян давно перестал удивляться тому, насколько иногда мелочны или жестоки оказываются люди. Измены, подставы, обиды, оскорбления, отказы и так далее. Что угодно могло стать причиной того, что один человек был готов заплатить за убийство другого. В начале своей «карьеры» он был не особенно разборчив в том, с кем сотрудничать и за что браться. Ему было абсолютно всё равно — лишь бы платили. Главным оставалось то, чтобы больше никогда не возвращаться в ту нищету, в которой он вырос. И лишь, когда счета в банках давно обросли многими нолями, а имя стало иметь авторитет в необходимых кругах — он смог себе позволить браться лишь за то, что казалось интересным. Да, в любой сфере деятельности может случиться профессиональное выгорание. И Сюэ Яну совершенно не нравилось то, что со временем, даже его «экзотическая» специальность начала казаться скучной и однообразной. Он сначала подумал, что дело в месте работы — но и когда он отправился за границу ничего не поменялось. Люди везде одинаковые. На всех материках однообразные пороки и желания. Всё те же шантаж, компромат, подставы, «несчастные» случаи и самые банальные убийства. Скука. Поэтому, после шести лет подобных «гастролей» по миру, он решил вернуться назад, раз уж всё везде одинаковое, зачем зря кататься? В некотором роде, он считал себя патриотом. Старику Цзинь Гуаншаню он взялся помочь исключительно «по старой дружбе», или же как бонус постоянному клиенту, если в этой сфере употребляются подобные термины. Ян не очень любил этот тип людей, но это скорее относилось к понятию «мы ненавидим те же пороки, что есть в нас самих» — Гуаншань был хитрым и изворотливым, как старая лиса. И Ян совершенно точно знал, что связываться с этим человеком довольно опасно, но всё равно взялся за предложенное. Чисто из спортивного интереса. Кто кого переиграет? Ничего нового — самый обычный шантаж, каких на своём веку он привёл бесконечное количество, и много раз уже отказывался от подобных «заказов», так как они давно перестали соответствовать его уровню. Слишком мелко. Но в этот раз согласился. И сделал это исключительно потому, что было интересно посмотреть, как будет вести себя Гуаншань. Ян понимал, что для старика совершенно не выгодно оставлять исполнителя в живых. И дело обещало развеять скуку, которую он испытывал в последнее время. Он не ошибся. Мальчишку было немного жалко. Не Хуайсан — милое дитя, росшее, словно орхидея в оранжерее — не подозревающий о том, что в мире есть зло и опасность. Доверчивый и мягкий, даже слишком. Войти к нему в доверие и подружиться было делом нескольких фраз. Сюэ Ян представился именем Чэн Мэй, оно ему нравилось куда больше, чем его собственное — которое будто горчило полынью на языке. Он не удивлялся тому, что мальчишка, брат столь влиятельного человека и второй наследник, бродит по городу без охраны — Гуаншань не соврал, когда говорил, что с этим никаких проблем не будет. Куда больше удивляла наивность самого парня. Так просто довериться чужому человеку, которого знаешь от силы несколько часов — это было довольно необычно, но только на руку. После того, как состоялось знакомство и обмен контактами (разумеется липовыми), всё пошло по довольно стандартному сценарию. Шумный клуб, в котором нет камер слежения и почти никто не следит за порядком. Препарат, который помог расслабить парня, а при взаимодействии с алкоголем, который тот очевидно пил не часто, если вообще пил — превратил милого ребёнка в пластилин, с которым делай, что вздумается — тот и не заметит. Компания, которая только и ждала знака, чтобы исполнять свои роли. Обшарпанный дом на окраине и полупустая комната, практически тонувшая во тьме. Непонимание в затуманенных глазах. Сорванные всхлипы и просьбы остановиться. Довольно банально и совсем не интересно. Сколько раз он организовывал подобное? Как давно начал зевать, наблюдая всё это, через объектив камеры? Это бесчеловечно и ужасно? Да. Но ведь куда хуже то, что подобное давно стало для него нормой. Насколько тёмной должна быть судьба, чтобы на ней уже не видно было пятен чужой крови? Он знает, что никогда не сможет вырваться из этого. Никогда не обретёт былую белизну. В христианстве верят, что каждому воздастся по делам его. Что же, ему даже интересно, какой будет цена его грехов? Есть ли мера наказания, что сможет уравновесить чашу весов, на которой находятся поступки, совершенные им за все эти годы? Глупые мысли. Но он привык уже рассуждать о всякой чепухе, когда скучно. С парнем покончено. Жаль ли его? Да, немного. Он красивый, а все эти укусы, синяки и ссадины совершенно неуместно смотрятся на некогда фарфоровой коже. Но нужно продолжать, сказать все необходимые слова, натолкнуть на необходимые действия. «… Не стоит так реагировать… Тем более после того, что между нами было. Конечно ты сейчас напуган и не знаешь, что делать. Так вот, я подскажу…» Что между ними было… Не было ничего. Ян даже не прикоснулся к нему, но нужно было говорить именно так, не давая чужому мозгу и минуты задуматься. Внушить страх, панику и понимание, что предложенное — единственный правильный выход. Скука. Уже выйдя за дверь, Ян подумал о том, что не стоило в это ввязываться. Парень, что остался в комнате, Хуайсан. Весь расчёт старика шёл на то, что тот послушается и смиренно укатит за границу, как ему было и сказано. Но смотря в карие глаза минуту назад, Ян совершенно точно видел, что этот ребёнок не так прост, как казалось изначально. Да, сейчас он сломан, практически разбит на осколки, но не окажется ли он сильнее, чем рассчитывал Гуаншань? Время покажет. А пока стоило отчитаться об успешном выполнении задания. Он достал телефон и, отправив короткое сообщение, благополучно швырнул его на трассу, где тот тут же был раздавлен проезжающим мимо грузовиком. Быстро собрав остатки, Ян подошёл к ограде моста и не глядя бросил вниз. Скука. Где-то над городом начинался новый день. Небо, спрятанное за частоколом небоскрёбов и простых многоэтажек понемногу серело, разбавляя ночную тьму грязными тонами рассвета. Сюэ Ян неспешно прогуливался по пустующей улице, пиная перед собой какую-то банку и от скуки считая редкие фонари, которые ещё горели в этом обветшалом районе. Уйдя в свои мысли он совсем расслабился, а потому не заметил небольшую компанию, что преследовала его от самого моста — это были те же люди, которых он нанял для выполнения работы в клубе. Глупый просчёт, совершенно идиотский. Вывод: профессиональное выгорание ведёт за собой небрежность и ошибки. К сожалению, в его случае это может стоить жизни. Обычно, для таких «дел» у людей его профессии есть специальные команды, но он привык работать один, по ходу нанимая необходимых помощников. Зачастую этот «расходный материал» не представляет собой ничего особенного — самые обычные наркоманы, которые за небольшую плату согласятся на что угодно. С подобными кадрами довольно удобно работать, ведь ради своего стимула они согласны на что угодно. Да, управлять такими людьми очень просто, но не всегда безопасно. В этот раз он, заручился помощью четырёх таких молодцов на мели, готовых на всё, ради очередной дозы. Вот только он не рассчитывал на то, что тем окажется мало полученного, и они решат, что смогут получить больше. Удар оказался довольно тяжёлым и достаточно сильным, чтобы лишиться сознания. Почему-то последней мыслью, которая посетила его прежде, чем он потерял сознание было всё то же «скучно», которое преследовало его в последние годы. Действительно, довольно банальная смерть для человека, который промышлял убийствами и обманом. Умереть от рук наркоманов, которых ещё вчера нанял для изнасилования брата очередной шишки с целью шантажа. Скучно. Но очевидно судьба решила, что подобный конец всё же не подходит для подобной личности. Или же у неё на Сюэ Яна были другие планы. В любом случае, когда парень открыл глаза, то увидел перед собой не врата чистилища и даже не пресловутое Ничего, в которое верят атеисты. Обычный серый потолок, на котором, пуская кривые блики, висела самая уродская люстра, которую Яну приходилось когда-либо видеть. Без шуток. Комната, в которой он проснулся, была совершенно незнакомой. Небольшая и светлая, в ней почти не было мебели: небольшой раздвижной шкаф, рабочий стол со стулом и ещё одним возле кровати — скорее всего, это была спальня хозяина. Голова болела нещадно, а стоило попытаться подняться, как стало ясно, что его вчера не просто приложили несколько раз об асфальт, а здорово так поколотили. Но разлёживаться было нельзя, даже несмотря на то, что тело не хотело двигаться, отзываясь болью в каждой мышце при любом повороте. Нужно было поскорее выбираться из этого места, чтобы избежать ненужных вопросов. Но совершить задуманное он не успел. Стоило ему, негромко ругаясь сквозь зубы из-за острой боли во всём теле, немного приподняться на кровати, надеясь найти свои вещи — те футболка и штаны, что сейчас были на нём совершенно точно ему не принадлежали, как дверь уехала в сторону и в комнату вошёл молодой человек, немного старше самого Яна на несколько лет. Вошедший не вызывал чувства угрозы. Ян хорошо в этом разбирался. Он был высоким молодым мужчиной, стройным и красивым. На его изящном лице играла мягкая улыбка, из-за чего на щеках тут-же образовывались милые ямочки. Когда же Ян присмотрелся внимательней - заметил то, что заставило его ещё немного расслабиться. Этот человек вряд ли мог представлять для него какую бы то ни было угрозу, даже с учётом его нынешнего состояния. Глаза, цвета густого янтаря, были совершенно неподвижны и слепо смотрели перед собой, подёрнутые едва-заметной плёнкой. Сюэ Ян заинтересовано смотрел на этого человека, ещё не зная, как себя стоит вести и что говорить. Он уже было хотел наконец заговорить, но его опередили. Вошедший мужчина, вдруг повернулся в его сторону, не убирая с лица приветливой улыбки. — Привет, ты уже проснулся? — он сделал несколько шагов вперёд и осторожно присел на стул рядом с кроватью. — Мы уже собирались везти тебя в больницу. — Я долго был без сознания? — голос был немного хриплый и слабый, но Ян не придал этому значения. Всё его внимание было сосредоточено на человеке, сидящем рядом с ним. — Почти сутки. Те ребята тебя хорошо поколотили, — не долго думая ответил собеседник, «смотря» перед собой и не поворачивая голову к собеседнику, — Как тебя зовут? — Сюэ Ян, — не задумываясь выпалил тот, сам удивляясь тому, что так просто смог назвать своё настоящее имя совершенно незнакомому человеку. — Красивое, — улыбнулся тот ещё шире, наконец поворачиваясь к собеседнику, — «Океан полыни», очень красиво звучит, но тебе это часто говорят, наверное. — Нет, совсем нет, — тихо отвечает парень, зачарованно вглядываясь в янтарные тусклые омуты, которые, кажется, вливаются прямо в душу. Какое странное чувство. Он смотрел в глаза тысячам людей. Мужчинам и женщинам. Самых разных рас и возрастов. Но почему именно эти кажутся теми, что могут увидеть его насквозь, будь у них такая возможность. «Это опасно!» Разум почему-то начинает бить тревогу, будто рядом находится тот, что может причинить вред и представляет прямую угрозу. Но Ян игнорирует эти сигналы, впервые, за последние годы, с интересом смотря на кого-то рядом с собой. — А я — Сяо Синчэнь, — всё так же беспечно говорит парень, даже не догадываясь, кого именно он нашёл, когда утром выходил в магазин. — У тебя тоже очень красивое имя, — отвечает Сюэ Ян, с улыбкой наблюдает как светлая кожа подёргивается прозрачным румянцем. Действительно. «Рассвет звёздной пыли». Разве не красиво? Ему совершенно точно подходит. Сюэ Ян внимательно изучает этого человека. Кто знает, может это шанс? Неожиданная возможность развеять мрачную скуку, в которою превратилась его жизнь. Возможность развлечься. Шанс спастись?