Авария Часть 1
18 августа 2020 г., 08:24
Примечания:
Ва-ле-ри, с днём рожденья! Здоровья, щастя и.. работящей Музы)))
Диана даже не успела ничего понять… Последние воспоминания — дремлющая на пассажирском сиденье Марта и огни: яркие, режущие глаза. Она, кажется, резко вывернула руль в сторону в надежде уйти… Убежать от неминуемого столкновения… А дальше ворох снега и темнота.
В салоне было тепло, пахло кофе и корицей, играла ненавязчивая музыка — дочь сжалилась над ней и поставила подборку Светкиной инструменталки.
Погода была отвратительной: метель, начавшаяся еще сутки назад, только усиливалась с каждым часом, и к вечеру следующего дня видимость на трассе спала до полуметра. Женя пытался их отговорить, просил переждать! Но ехать надо было… Им и так пришлось задержаться почти на день из-за резкого ухудшения погодных условий. У Арбениной следующее утро было расписано почти по минутам, и нервная Пальцева весь день обрывала телефон.
— Вот какого хрена ты туда поперлась?! — истерила директор. — Что же тебе дома не сидится-то, идиотка великовозрастная?!
— Скучно… — мямлила в ответ Диана.
В пустом доме она сходила с ума… В связи все с теми же погодными условиями Светка с группой застряла во Владике на неопределенный срок — воздушное сообщение с Дальним Востоком было временно приостановлено. Именно поэтому, когда Марта сказала, что едет в Карелию на какую-то тусовку гонщиков — предварительно сплавив ребенка на попечение Лешика — Арбенина увязалась с ней. Дочь была даже не против, в первую очередь потому, что ей сильно не хотелось ехать на машине Лены, но еще меньше — гробить обожаемую «детку» по зимним, не пойми каким дорогам. Внедорожник Жуковой, который иначе как «бегемотом» она не называла, младшая Арбенина все мечтала поменять, но директор «СиО» противилась. Мать же легко согласилась поехать на своем «Додже»…
***
Вся достаточно многочисленная компания стритрейсерского братства сняла гостевые дома «Онежская Горка», расположенные на берегу Онежского озера в деревне Горка, где-то в восьмидесяти километрах от Петрозаводска. Было достаточно морозно, и эта белоснежная, ледяная красота завораживала. Воздух казался идеально прозрачным и чистым. Усыпанные снегом макушки массивных сосен взрезали нежную голубизну зимнего высокого неба. Арбенина дышала полной грудью и, кажется, не могла надышаться, почти сразу же решив, что сюда надо вернуться со Светой. Жена будет в восторге — и от этих сосен, и этой белоснежной, ледяной, молчаливой красоты. Диана даже могла представить себе нежную, счастливую улыбку своей любимой девочки! Компания была разномастной и разновозрастной. И, судя по количеству машин и их номерам, прибыли они не только из Питера и Ленобласти, но и из других регионов! По прикидкам Дианы — отдых планировался стандартный: снегоходы, баня, купание в проруби, возможно зимняя рыбалка, много еды и еще больше алкоголя и баб… … — И как тебя Ленка спокойно отпускает на эти сходняки? — проворчала Арбенина, провожая взглядом грудастую официанточку… …Подуставшая от дневных развлечений банда с трудом впихнулась в местное, по всей видимости, самое крутое кафе — куча шумных мужиков со своими дамами, а некоторые и с двумя. Или наоборот — небольшие компании женщин, по громогласности ничуть не уступающие противоположенному полу. На их фоне обе Арбенины, тихо зависающие вдвоем за дальним столиком, смотрелись как белые вороны. — Со скрипом, — хмыкнула Марта, кивая в сторону Женьки, который в это время смачно целовался с некой блондинкой. — Вон мой надзиратель. Снайперша заржала: — По моему, ему не до своих обязанностей! — Думаешь? — дочь отставила бокал с коньяком, грациозно поднялась из-за стола, оглядела шумное сборище и, выцепив взглядом одинокую женскую фигуру в глубине зала, двинулась в ее сторону сквозь завесу кальянного тумана, лавируя между слившимися в тесных объятиях танца парочками. Видимо, девушка была первый раз на таких сходняках, потому что растерянно оглядывалась в поисках исчезнувшего кавалера. Арбенина-младшая опустилась на стул напротив нее и «включила» маму Свету. Уже через несколько минут девушка «поплыла» и готова была забыть про своего сбежавшего спутника. Тем более томная, спокойная музыка располагала к ненавязчивому флирту. Но тут уже оживился Женя. Он отставил в сторону свою девушку и сорвался с места… Через пару минут вернулся в сопровождении бородатого громилы — тот нетрезво покачивался, но был настойчиво препровожден к своей даме, которая, кажется, уже забыла о его существовании. А Марта наоборот — была возвращена за столик к тихо пофыркивающей в стакан матери. Показав Арбениной-младшей кулак, друг вернулся к своей девушке, в непонятках, растерянно наблюдающей за этими странными перемещениями. — Да, Сурганова — это не фамилия, это — диагноз… — проворчала Арбенина-старшая. — И как Жукова добилась такого… послушания? — Лийка… Ленка шантажирует этого балбеса дочерью. Он и сам ее обожает, а его родители ещё сильнее. Жукова перекроет свиданки, и они ему устроят небо в алмазах, попутно откручивая все, что можно. Я конечно тоже могу ему это устроить, ну да ладно… — хмыкнула Марта и откинулась на спинку стула. — Так что, маман, пьем… — и потянулась за своим стаканом. Диана многозначительно хмыкнула и приподняла свой. Немного посидели в молчании, задумчиво разглядывая танцующих. — Мне кажется, что Лия тебя вообще не воспринимает как мать… — неожиданно выдала Арбенина. Марта что-то хмыкнула и неопределенно повела плечами, пригубила коньяка, в очередной раз обвела скучающим взглядом зал — танцевать она не любила. Махнув мальчику, отвечающему за кальяны, она потребовала карту и принялась внимательно ее изучать. И оторвалась, только почуяв оживление за их столиком. Возле матери терлась парочка девчонок в клетчатых рубашках с еженедельниками и выклянчивала автографы. Арбенина снисходительно замахнула свои закорючки, а потом состроила сосредоточенную мину и выдала: — А найдете мне гитару и тихое место, я еще и спою! — и подмигнула. Девчонки взвизгнули и умчались. — Ваши? — поинтересовалась мать, повернувшись к дочери. Марта пожала плечами. — Возможно… На этой сходке было огромное количество народу — такого столпотворения она давно не видела. Кроме того этот бедлам отличался еще и обширной географией — попадались номера Омска и Еката. Через минут десять девчонки нарисовались снова с гитарой. — Нам банкетный зал маленький выделили, вон там… Диана Сергеевна! Пожалуйста! Арбенина благосклонно улыбнулась и поднялась. — Ты со мной или как? — задала она вопрос Марте, забирая гитару. — Сейчас кальян закажу и подтянусь! …Мини-акустика удалась на славу! И оказалась не такой уж и мини — как-то незаметно и быстро к их небольшой компании присоединились и многие другие, в результате чего пришлось перемещаться обратно в большой зал, где она отыграла почти что полноценный акустический концерт, главной изюминкой которого был, конечно, вышедший в начале года «Гонщик». Его Диане пришлось отыгрывать на бис несколько раз! По мнению оргов этого мероприятия, да и остальных участников, отдых удался в полной мере и почти без эксцессов (небольшой мордобой на улице не в счет), а Диана Сергеевна была внесена в список участников Питерского клуба стритрейсеров, на что Марта лишь закатила глаза. А Арбенина цвела и пахла… Следующий день прошел лениво, большую часть дня все болели по номерам и собираться внизу начали только после обеда. Диана же вытащила дочь прогуляться по берегу, попить горячий травяной чай, сидя на иссохшем стволе дерева, да пофотографироваться. — Ты решила маме телефон заспамить? — заржала та, после стопятьсотой фотографии. — Светке здесь понравится! Давай еще вон к тем камням дойдем! И все было просто идеально, пока не пришла пора уезжать, когда погода, как назло, показала себя во всей своей отрицательной красе — началась метель…***
…Диана очнулась от того, что кто-то тряс ее за плечо. — Мама! Мама! — в полумраке лицо Марты казалось мертвенно-серым, что усугублялось летающими из разбитого бокового стекла хлопьями снега. — Что?.. — проморгавшись, просипела Диана, кривясь от болезненных ощущений в области груди. — Что случилось? — Пиздец случился! — А? — Диана с трудом подняла руку, коснулась огромной, наливающей болезненной синевой гематомы на виске дочери. Та зашипела и отдернула голову. — С трассы мы слетели! Ты хоть что-то помнишь? Шумахер чертов! Я говорила — дай я за руль сяду. У меня опыт экстремального вождения! Но нет же, я сама! Самахер, бля… Ты в потёмках, да в такую погоду, как слепая курица! Снайперша наморщила лоб, но кроме фар, слепящих глаза даже сквозь метель, она ничего не помнила. — Встречка? — неуверенно промямлила женщина. Марта скрежетнула зубами. — Может быть… У тебя видеорегистратор включен был? — продолжала бушевать дочь. Арбенина кивнула. — Если встречка, и этот мудак уехал, я его из-под земли достану и такую веселую жизнь устрою, забудет с какой стороны к машине подходить! Сука! По какой причине не сработала хваленая американская электроника — неизвестно, но подушки безопасности не вскрылись. Обеих Арбениных спасли только ремни безопасности. Диана немного покрутилась, отстёгивая ремень, распахнула куртку и задрала толстовку вместе с футболкой. На теле явственно уже начала проступать синевато-красная полоса точно наискосок. — Чччерт… — растерянно пробормотала она. — Лорка меня убьет… Ты как? Марта скривилась, прислушиваясь к организму. — Вроде, без особых последствий. Голова гудит и подташнивает. Сотрясение наверное — похоже приложилась головой о стойку. — Хреново… — пробормотала снайперша, мысленно прикидывая, что, видимо, жена с Леной ей еще и некисло добавят… Диана приоткрыла водительскую дверь с огромным трудом: мало того, что ее слегка перекосило, так еще она упиралась в некую преграду. Тихо выматерившись, Арбенина попыталась просочиться в образовавшуюся щель, но дочь вцепилась в ее предплечье мертвой хваткой. — Мартишка, ты чего? — Прежде чем лезть, посмотри куда ты собираешься это делать! — рявкнула та. Арбенина осторожно высунула голову наружу, едва не впечатавшись лбом в ствол березы, который фактически сливался с мельтещащим снегом, и близоруко щурясь, наконец смогла разглядеть: «Додж» завис немного наискось на высоте около метра между двух деревьев. — Нам с тобой сегодня катастрофически повезло! — мрачно выдохнула дочь. — Да уж, — Диана засунулась обратно, попыталась захлопнуть дверцу, но та заскрипела и продвинулась только на пару сантиметров, оставив приличную щель, сквозь которую тут же просочился ветер, неся с собой хлопья снега. В салоне мгновенно значительно похолодало. Арбенина посильнее запахнулась в куртку. Марта сделала то же самое, ещё и застегнула молнию до самого подбородка. — Действительно, повезло… Пиздец как! — Ма, там дальше овраг… Не то чтобы глубокий, но приятного будет мало… — от слов дочери по спине Дианы пробежала толпа мурашек. — Я выходила, смотрела… — пояснила она. — Думала, сможем ли мы сами как-нибудь… Не сможем. — Надо как-то выбираться отсюда, пока в снежных баб не превратились, — проворчала Арбенина и закрутилась в попытках найти «айфон». Он нашелся под ногами с треснутым стеклом, но вроде функционировал. — Ты пробовала завести «Додж»? — поинтересовалась Диана у дочери. — Я решила не рисковать… Хер его знает что там! Можно попробовать посмотреть, у тебя, кажется, где-то фонарик был, — и девушка уже полезла назад, когда Диана поймала ее за запястье. — Сиди! — буркнула она и, нервно сглотнув, набрала МЧС. Только ожидание затягивалось, а температура в салоне быстро падала. Обе Арбенины отчётливо защелкали зубами, причем младшая значительно чаще и сильнее. — Любовь не греет? — хмыкнула старшая, тщетно пытаясь скукожиться, чтобы сохранить остатки тепла под курткой. — Ботинки… — пояснила Марта, которую уже била явная дрожь. — Не подрасчитала… Я тут немного по сугробам поползала, пока ты в отключке была. Какого хрена мы сумки в кузов бросили? Хер до них долезешь сейчас! Я еще дура… затупила и не переложила все необходимое на такой случай из Ленкиного «бегемота»… — Да кто знал… — Арбенина наклонилась. Даже в темноте было видно, что штаны дочери промокли до колен. Замша ботинок потемнела от влаги. — Идиотка… И молчит… — А что ты сделаешь? Сбегаешь запасные купишь? Или в кузов полезешь? — съехидничала дочь. Диана сначала решительно было собралась сделать именно это, но Марта вцепилась в нее мертвой хваткой. — Ты рехнулась?! Неизвестно насколько устойчиво мы тут болтаемся! Тогда Арбенина старшая молча закопошилась, снимая с себя обувь и носки. — Переобувайся! — скомандовала она. — А ты? — не поняла Марта. — Я женщина знойная, магаданского разлива. В твоих пересижу. А вы с Темычем у мамы Светы фиалки… Дочь лишь фыркнула в ответ, но обувь сняла. В ее мокрых ботинках Диане было крайне неуютно, но здоровье Марты было важнее. — Где эти чёртовы спасатели потерялись? — спустя ещё полчаса пробормотала Арбенина. — Может, лучше до трассы дойдем, там хоть есть шанс, что кто-нибудь остановится и добросит до города, а тут мы скоро заебунеем… — Думаешь, есть ненормальные, кто в такую погоду соберётся ехать? — скептически уточнила дочь. — Мы же поехали… Не добежим, так хоть согреемся… — проворчала снайперша, намекая на анекдот про петуха. — Вылезай! Потом я через твою. Моя дверь все… …На открытом пространстве трассы переметы были еще сильнее, и ожидаемо, она была пустынной в обе стороны. Арбенины, приплясывая, метались по обочине, надеясь хоть немного согреться. Ноги Дианы уже настолько замерзли, что она их фактически не чувствовала. МЧСники отвечали одно: «Ждите, машина выехала». — Ппо-моему, пора разводить костер… — Снайперша с тоской оглянулась в сторону «Доджа». — Дорогой костерок-то… — пробурчала Марта, мысленно просчитывая альтернативные варианты добычи тепла. Подобраться к отверстию бензобака было проблематично, а еще сложнее — добыть бензин. Какой-либо шланг отсутствовал, если только тряпкой… Но она не была уверена о наличии или отсутствии сеточки. Вытащить запаску из кузова и подпалить ее… Наломать веток, пока покрышка будет тлеть, они просохнут и займутся… — Жизнь дороже… — отрезала Диана и уже собралась ползти по сугробам обратно, как сквозь пелену пурги пробились многочисленные огни приближающегося транспорта. — Ура! — во всю глотку заорала Марта, подпрыгивая и размахивая руками. — Спасатели, мать их… Но из снежной завесы, глухо урча, вместо машины МЧС проявился груженный трал. Они быстро отскочили на обочину, продолжая орать и махать руками. Когда тягач с трудом остановился значительно дальше, Марта быстро бросилась к нему. Уставший водитель — мужик лет сорока, но уже седой, в сером камуфляжном костюме — опустил окно и изумленно уставился на девушку. — Ззздравствуйте! — прощелкала зубами Марта. — Добросьте до города… Или до любого населенного пункта! — А что случилось? — водила открыл дверь и спрыгнул вниз. — Долбоеб на дороге случился… Машина улетела, а пока МЧС дождемся — окачуримся… — и девушка махнула в сторону, где по ее прикидкам в дверевьях застрял «Додж». — Ну пошли посмотрим… После короткой инспекции, мужчина присвистнул. — Однако, красиво вы! Что, папаша, с управлением не справился? Или пьяный был? — кивнул он в сторону нахохлившейся, зябко переминающейся с ноги на ногу Арбениной. — Трезвая… Мамаша… Встречка, похоже… Не ожидала она… Водитель трала фыркнул, пошел обратно, быстро забрался в кабину и начал тормошить спящего позади пассажира. — Слыш, рыжий, просыпайся, агрегат твой нужен. Тот что-то недовольно пробубнил в ответ, но все-таки вылез. Водитель трала описал ему всю ситуацию. Последовал повторный, но уже от рыжего, взъерошенного, длинного, как жердь, парня, присвист. — Так, девоньки, карабкайтесь в кабину и грейтесь, пока совсем не околели. А мы уж сами… Что-нибудь ща сообразам… Дважды повторять не пришлось, и обе Арбенины быстро забрались в кабину. В теплоте, пахнущей дешёвым куревом, ядреным мужским одеколоном и соляркой, они, прижавшись друг к другу, почти моментально закемарили. Сквозь дрёму они слышали, как загудел мотор экскаватора, как грохнули сходни, и огромная махина, тяжело скрипя гусеницами, медленно сползла на дорогу. Звуки исчезли неожиданно — видимо от пережитого, замёрзшие, они провалились настолько в глубокий сон, что очнулись уже в Петрозаводске. Мужики доставили их до своей базы, на окраине города. Откуда уже Марта организовала доставку машины до станции во Всеволожске. А за ними самими приехал Женя. Узнав о случившемся и увидев, что осталось от «Доджа», его буквально затрясло и, потеряв хоть какие-то остатки вежливости, он долго орал на Арбенину. Та, только потупив голову, тяжело вздыхала, соглашаясь, что экстремальная ночная езда в метель это не ее конёк. — Успокойся! — не выдержала и рявкнула Марта. — Все живы! — она похлопала друга по плечу. — Даже «Додж» восстановлению подлежит. Но ещё громче орала Пальцева, узнав, что придется все перекраивать и переносить. — Стариной тряхнуть решила? — в конце своей тирады, уже спокойнее поинтересовалась женщина. Снайперша вздрогнула и огрызнулась в ответ: — Не сравнивай! Я была трезвее стекла — вон, Марта подтвердит. Просто не повезло… Или наоборот — повезло… А тогда было совсем другое! И Светке не вздумай сказать, иначе она там с ума сходить будет во Владике. Ей достаточно было нервотрепки в прошлом из-за моих загулов! О реакции Светы Диана даже боялась думать. Сидя на заднем сидении Женькиного «Х-5», она никак не могла выкинуть из головы слова Ларисы. Хотя ситуации были совершенно разные — тогда она села за руль после ударной дозы алкоголя и не только… И ей сильно повезло — она отделалась легким испугом: сотрясением да ссадинами и царапинами. Машину правда пришлось долго восстанавливать, и выплатить не маленькую денежную компенсацию за чужие покореженные ею машины, плюс ее лишили прав на год за вождение в нетрезвом виде. Но из случившегося тогда в память врезалась только появившаяся днем на пороге палаты Сурганова: пепельно-серая с посиневшими губами, резко осунувшаяся. — Заяц… — выдохнула она, приподнимаясь. — Ты… Ты… — Свету затрясло, она приблизилась к койке и мертвой хваткой вцепилась в плечо. — Ты… Живая… Динечка… — и крепко прижала ее к себе, тихо всхлипывая в шею. Потом Света, конечно, высказала ей все! Но тот потухший, потерянный, обреченный взгляд серых глаз, с которым она встретилась в первое мгновение, она запомнила очень хорошо. Больше, несмотря на все свои запои и загулы, мертвецки пьяной за руль она не садилась никогда… Подтянувшись к пассажирскому сидению, она дернула дочь за рукав куртки. — Мартиш, а давай мы как-нибудь не скажем маме Свете о случившемся? — жалобно попросила она. — И куда ты дела «Додж» в таком случае? Ремонт будет не быстрым… — девушка потерла переносицу. — И как будем объяснять свою разукрашенность? — Тебе отдала… Решила поменять машину, внезапно! Надоела! А насчет синяков… Не знаю, — пробурчала она и почесала макушку. Марта усмехнулась: да, такому раскладу мама Света вряд ли удивится. Мать давно ныла, что пора менять этого американского динозавра на более надежную «Тундру». А вот гематомы, действительно, приведут к вопросам. Причем, следы ДТП матери скрыть было проще, чем ей.***
Погода наконец устаканилась и уставшие от длительного тура Сурганова и Ко смогли вылететь. Почти весь перелет Света почему-то излишне нервничала, на сердце было неспокойно, хотя причин особых не было. Динька с Мартой поперлись на какое то сборище стритрейсеров в Петрозаводске. Но уж лучше там, с дочерью, под присмотром все того же Женьки — о чем ей доложила не менее ревнивая Жукова, чем дома одна. Неизвестно, что взбрело бы в голову ее беспокойной любимой от скуки. Могла попереться кататься на снегоходах или лыжах или еще что… …Мероприятие, вроде как, прошло без эксцессов, о чем сообщали многочисленные видео и фотоотчёты, посылаемые как самой Дианой, так и Мартишкой. Да и Жукова от нечего делать в отеле заморочилась и прошерстила соцсети на предмет сторонних постов и о самой сходке, и о спонтанном концерте Дианы Арбениной. И нашла такое великое множество, что казалось они тоже там побывали. И заодно на акустике Дианы. Но ничего криминального подмечено не было. Единственное, что беспокоило Свету — это долгое молчание при возвращении жены и дочери обратно в Питер — погодные условия там были ненамного лучше чем здесь, во Владике. Но Сурганова успокаивала себя отсутствием связи на трассе. Ещё большее удивление вызвало то, что Пальцева перенесла все Динкины утренние мероприятия. — Все равно не успеют… — буркнула директор «Снайперов» по телефону. — Там метель… Тут метель. Решили остаться до утра, да и ползти до Питера будут до скончания веков. Но связи с женой и дочерью не было долго, даже когда теоретически они должны были быть уже дома. Артем тоже не мог до них дозвониться, но говорил, что перегруз сети, да из-за погоды проблемы со связью во всем городе. Сурганова была готова ему поверить, и все равно на душе было неспокойно. Жукова тоже не находила себе места. Сообщение от Арбениных пришло незадолго до снятия режима ЧС и возобновления авиаперелетов: «Скоро будем дома». И солистка, и директор «СиО» облегчённо выдохнули — их вторые половинки в целости и сохранности. И все равно долгий полет прошел как на иголках, беспокойство так и не покидало Сурганову. — Свет, ты чего? — Жукова коснулась плеча женщины после того, как та в очередной раз вздохнула и уставилась в иллюминатор. — Не знаю… — тихо ответила она. — Чувствую, что-то не так… Лена нахмурилась — за годы знакомства она не по наслышке сталкивалась с фирменным Светиным предчувствием, а если вспомнить Сулавеси… Женщину передернуло. Дом встретил Сурганову тишиной… Вопреки обыкновению, Диана не приехала в аэропорт ее встречать: «прости заяц. обратная дорога просто ужас. устали», — написала она, прислав сообщение в сопровождении кучи сердечек и поцелуев. Любимая женщина нашлась в гостиной — она спала на диване, не очень удобно устроившись на высокой подушке. Света, уставшая от долгого перелета и тоже мечтавшая принять горизонталь, быстро сбегала в душ и потихоньку занырнула под бок Диане. Но стоило ей только обнять жену, как та мгновенно проснулась. — Заяц… — ласково промурлыкала она, извернувшись в Светиных руках и тут же прижимаясь к ее губам, —…наконец-то… Как же я соскучилась! — руки тут же обвились вокруг талии жены, а поцелуи становились все настойчивее и жарче. Но когда Сурганова опрокинула Диану на спину и навалилась сверху, та неожиданно болезненно поморщилась и зашипела. — Динечка, что?! — тут же забеспокоилась Света, отстраняясь. — Ничего, все нормально, заяц, — заверила ее Диана, потянувшись за очередным поцелуем. Сурганова нахмурилась, но осторожно улеглась обратно, сместив свой вес больше на диван. К своему большому удивлению, она отметила, что жена не торопится. И они долго, нежно целовались, гладили друг друга. Подозрения в том, что что-то не так у Светланы значительно усилились, когда Арбенина не позволила ей стянуть с себя футболку. Наоборот, попробовала подмять под себя скрипачку. С силой уперевшись ладонями в плечи снайперши, она заставила ту замереть. — Что происходит? — Ты чего, кузнечик? — невинно заморгала Диана и снова полезла целоваться, но Света продолжала ее удерживать. — Ты мне зубы не заговаривай, Диан Сергеевна! — строго отрезала женщина, заставляя ее сесть на пятки. И снова потянулась к краю футболки, Арбенина попыталась увернуться. После чего Сурганова опрокинула жену на спину и все-таки задрала футболку. От левого плеча через всю грудь тянулся кровоподтек, точно повторяющий ремень безопасности. — Динка! — воскликнула Света, с ужасом представляя себе, как любимая женщина могла такое получить. — Что это? Когда? — и попыталась пропальпировать ребра Дианы, но та дернулась и зашипела. — Заяц… — мотнула она головой. — Ничего особо страшного не произошло. Дорога была жуткой, пришлось резко тормозить в одном моменте. Это просто синяк… пройдет! — и снова попыталась полезть с объятиями. — Я так соскууучилась… Но Света, проигнорировав эти попытки, увернулась, дотянулась до мобильного. Первый же звонок под недовольное бухтение Арбениной был Жуковой. — Лен, с Мартой все в порядке? — осторожно поинтересовалась она. В ответ услышала истеричный голос своего директора, что у Марты гематома на голове, но куда-либо ехать она отказывается. А спустя мгновение раздался излишне спокойный и какой-то даже ледяной голос дочери. — Мам не волнуйся, у твоего директора паника на ровном месте, со мной все в порядке. Уснула и, когда мать резко затормозила, приложилась головой о стекло. Даже не заметила сначала. И не спрашивай, почему я пустила ее за руль. Иначе, как временным помутнением, я это объяснить не могу. Правда… Целую. Сурганова судорожно вздохнула и строго глянула на жену. — Они пусть как хотят так и разбираются, но мы едем в травму! — безапелляционно заявила она, поднимаясь. — Ну, заяц… — заныла Диана и состроила несчастную мордашку с бровками домиком, но Света была непреклонна. Пока Диану осматривал травматолог, и она ходила на рентген, потом врач выписывал рекомендации, Света сидела на стуле у двери кабинета, сжимая одной рукой другую, и чувствовала, как медленно подкатывают воспоминания.***
Тот зимний тур «СиО» завершался недалеко от Москвы — в Рязани. У Дианы же планировалось несколько концертов в самой столице, плюс пара корпоративов в Подмосковье. Поэтому решено было встретить Новый год там и после всем вместе вернуться домой. Как только у Мартемок закончилась школа, Светлана забрала их из Питера. Артем, как и всегда, дико скучавший и постоянно висящий с мамой на телефоне, был просто счастлив, и в поезде не отлеплялся от нее, игнорируя ехидные комментарии сестры по этому поводу. Брат показывал ей язык и лип к Свете еще сильнее. После концерта в Рязани Света с детьми прибыла в Москву, в квартиру, которую снимала Диана, после того, как ей осточертело жить в гостинице. Остальные члены группы, кроме Лены и Валеры, должны были ехать напрямую в Питер. В съемной квартире стоял привычный для Дианы легкий бедлам: валяющаяся одежда, грязная посуда в раковине, пустые бутылки, остатки засохшей еды на столе. Светлана поморщилась и тихо проворчала. — Ведь знала же, что я с детьми приеду, не могла хоть немного навести порядок… Особенный срач был во второй комнате, которая, по всей видимости, предполагалась для Мартемок, потому что там стояла двухъярусная кровать и временно заменявшая Арбениной кабинет. На компьютерном столе возле ноута снайперши стояло две пепельницы с целыми горами окурков, стопка мятых и не очень исписанных листов. На полу лежали две гитары, валялись наушники, плеер и стопки разных дисков. Сил убираться после концерта и поезда у Светы тоже не было, как и не было желания звонить и ругаться, поэтому, махнув рукой, она лишь перестелила постельное белье в спальне, обрадовав детей, что спать они будут вместе. А ночью ее поднял телефонный звонок Пальцевой. — Ты уже в Москве? — сипло поинтересовалась женщина. — Да, что-то случилось? — Света огляделась и поняла, что Диана так и не приехала… — Свет… — повисла гнетущая тишина, Сурганова почувствовала, как по спине побежал холодок. — Ларис, что случилось? — сдавленно повторила она свой вопрос. — Диана разбилась на машине… Рука будто отнявшись безвольно упала вниз, телефон выскользнул из ослабевших пальцев, перед глазами все поплыло. Где-то вдалеке она все еще слышала, что Лариса что-то говорит, зовет ее. Но не могла пошевелиться, глаза защипало. Она посмотрела на спящих Мартемок, и ее затрясло. Опустившись обратно на кровать, она крепко прижала к себе сына одной рукой, второй дотянулась до маленькой ладошки дочери под подушкой, вцепилась в нее. И закрыла глаза. Динечка… …В морге было холодно… При свете люминесцентных ламп лицо Пальцевой казалось мертвенно бледным. Но Свету трясло не от холода в помещении, а от происходящего. Она отказывалась верить, что сейчас увидит Динку уже неживую. Патологоанатом — слегка нетрезвый, грузный, мужик в застиранном халате — вопросительно взглянул на нее, на сопровождающих: молодого сотрудника ГИБДД и Ларису. — Вы уверены? Зрелище не из приятных… Там, по всей видимости, было лобовое. Он подвёл ее к одной из каталок — тело было укрыто простыней, из-под которой торчали грязные окровавленные ступни. Что-то во всем этом было неправильное, Света не могла понять что. Видимо, сознание отказывалось воспринимать происходящее, как реальность. Словно со стороны, отрешённо, она наблюдала за действиями работника морга. Тот отвернулся к своему столу, заваленному папками и мятыми бумагами, стойками с пробирками, брякнул чем-то, когда повернулся, в руках его был граненый стакан, до половины наполненный. — Может, сначала?.. — вопросительно протянул он его Свете. Из стакана резко пахнуло медицинским спиртом. — Нет… — отрицательно качнула головой солистка «СиО». — У меня дети дома… — и сжала кулаки. Мартемки остались одни, она с трудом добудилась Марту, чтобы предупредить, что ей надо отлучиться. У Артема было бы слишком много вопросов, а сонная дочь лишь кивнула и тут же снова отключилась. Мужик пожал плечами и взялся за край простыни. Лариса встревоженно уставилась на Сурганову, как бы не пришлось ее ловить. — Вы готовы? — Нет… — отрезала женщина. — К такому нельзя быть готовым… Но да, открывайте. Мужчина сдернул простынь с тела, обнажив его до пояса. То, что предстало перед Светой, ни в коем случае не могло быть Динкой, даже несмотря на то, что лицо было изрезано и представляло собой настоящее месиво. Хотя комплекция и рост совпадали с Динкиными, и короткие волосы с уже запекшейся кровью были каштанового цвета — это была не она. Ее тело она знала в мельчайших подробностях, до последней родинки. Особенно вот этой, на правой груди, которой у Дианы никогда не было. И отсутствовал шрам на левом предплечье — последствия бурной юности… И руки… Пальцы были совершенно другими. — Это не Динка! — медленно выдохнув, твердо заявила Сурганова, развернулась и как можно быстрее постаралась покинуть помещение. На улице было темно и сыро, с неба тихонько сыпался не то мокрый снег, не то дождь. Света подняла лицо к нему, к их Небу. — Ты не можешь… — сглатывая слезы пересохшим горлом, шептала она, — …не имеешь право у меня ее отнять… За спиной хлопнула дверь, Сурганова резко обернулась и посмотрела в обескураженные, растерянные лица её сопровождающих. — Свет, ты уверена? Или ты просто не желаешь принять случившееся? — Пальцева осторожно взяла ее за руку, судорожно соображая, где ночью можно проконсультироваться у психолога, а лучше у психиатра. — Лар, мы с Динкой почти двадцать лет вместе и всю ее тушку я знаю, как свою. Это не она! Понимаешь?! Не она! — выдернув свою ладонь из ладони директора «НС», она обратилась к сотруднику ГИБДД, несколько ошарашенному такими откровениями. — Почему вы решили, что это Диана Арбенина? Почему не проверили по отпечаткам пальцев хотя бы? Мужчина нахмурился, растерянно вытер мгновенно вспотевшие ладони о форму и уткнулся в бумаги. — У погибшей в автомобиле женщины в куртке были документы на имя Арбениной Дианы Сергеевны, а также мобильный телефон марки «Самсунг». Последний исходящий звонок с него был совершен на номер гражданки Пальцевой. В сотовой компании так же подтвердили, что СИМ-карта оформлена на Диану Сергеевну… Сурганова замотала головой. — Я не знаю, как к этой женщине попали документы Дианы, но это не она! Не она! Лар, где она? — с трудом сдерживая слезы, спросила она. — Где она? Где Динка? Но Лариса не знала что ответить…
