Любовь-морковь Часть 1
2 сентября 2020 г., 11:14
Примечания:
Снято по мотивам одноименного фильма)))
Арбенина проснулась внезапно, резко, словно от толчка под ребра. Сердце бешено колотилось в груди, дыхание срывалось и было невозможно жарко. Откинув одеяло в сторону, она несколько минут пощурилась в ночную темноту комнаты, пытаясь понять, чем вызвана такая странная реакция организма. Мысленно решив, что видимо не надо было хомячить перед сном острые крылья-гриль — старость, мать-ее — она перевернулась на бок и придвинулась к спящей жене. По-хозяйски обняла за талию, прижалась к ее спине, с наслаждением зарывшись лицом в кудряшки, и отключилась.
Второе пробуждение, уже, определенно, утром было гораздо приятнее — от нежных, невесомых поцелуев Светы, идущих от виска вниз по скуле и линии подбородка к шее. Горячее дыхание на ключицах и снова нежные поцелуи, легкие невесомые прикосновения изящных пальчиков к груди, шее и волосам. Горячая волна мгновенно затопила ее — с головы до ног, особо задерживаясь внизу живота. Не открывая глаз, Диана обняла свою хрупкую скрипачку и потянула на себя, укладывая сверху. Мысленно с недовольством отметив, что кажется та опять похудела во время тура, так как ее вес был почти совсем не ощутим.
Все так же, с закрытыми глазами, она, облизываясь в предвкушении, провела ладонями по спине, упругим ягодицам, неторопливо просочилась между телами и заорала от неожиданности, причем мужским голосом — ее рука задела кое-что, чего у нее в принципе не могло быть. Видимо, от ее такой реакции это немаленькое «кое-что» мгновенно увяло. .
— Темочка, что с тобой? Тебе плохо? — тут же раздался обеспокоенный голос, совершенно точно не принадлежащий Свете. И маленькая ладошка похлопала ее по щекам. Диана в ответ прохрипела что-то невнятное. — Темочка, любимый…
Беззвучно хватая ртом воздух, Арбенина распахнула глаза, застыла с остекленевшим взглядом и нелепо перекосившимся ртом — над ней с озадаченным выражением нависла жена, но не ее, а Темы…
Тихо икая, Диана выползла из-под Ники, мысленно отметив, что и в неглиже ее сноха ничуть не уступает Светке в молодости — от этого стало совсем не по себе, и она также мысленно отвесила себе подзатыльник, отодвигаясь все дальше от девушки.
— Тема!!! — громко воскликнула Вероника. — Осторожно! — но было поздно. Диана с грохотом свалилась на пол, больно стукнувшись копчиком. Зато плюс — прекратилась икота…
От дальнейших вопросов жены сына ее спас мобильник. На экране отобразился абонент: «Чудо в перьях» в сопровождении абстрактной фотки.
«Это ещё что за чучело в перьях у Темыча?» — подумала Арбенина и провела пальцем по экрану, принимая вызов.
От голоса, зазвучавшего в динамике, ее чуть было не разбила икота повторно, но уже вместе с параличом, потому что по ту сторону с ней разговаривала… она сама! Правда, голос был какой-то странный, более низкий и сиплый.
— Ма, Ника рядом? Это я, Артём… — вместо приветствия выдала Арбенина, вернее ее собственный сын. — Быстро дуй во Всеволожск. У нас, похоже, проблема… Нике скажи, что звонят из больницы. Интересный случай, как раз по твоему профилю…
Неизвестно, поверила или нет жена сына, когда сидя на полу, голая Диана насколько смогла точно воспроизвела слова Артема, так как мозги совершенно отказывались воспринимать происходящее реальностью.
— Темочка, а что это было? Твой грандиозный полет? И до него? — все так же обеспокоенно поинтересовалась женщина.
— Не переживай… — Диана подвисла, глядя на обнаженную Нику, не зная, как и что в таких случаях говорит сын, но решив что «любимая» — это интернациональный вариант. — Просто странный сон, а потом ещё и спину клинануло. А когда с кровати свалился — все на место встало… — начала отбрехиваться она. Вероника сначала с подозрением прищурилась, а затем охнула:
— Опять?! — намекая на те кошмарные сны, от которых Артем с трудом избавился.
— Нет, любимая, просто необычный… — тут же заверила ее Диана. — Все, мне пора… Раньше ужина и не жди… — процитировала она один старый советский фильм.
И надеясь, что она делает всё тоже что и Артем, но чувствуя себя абсолютно неуютно перед сыном, поцеловала его жену в подставленные губы, очень быстро, наверно, как солдат при подъеме, влезла в первые попавшиеся шмотки и выскочила в коридор. Где и зависла в очередной раз. Диана абсолютно не представляла, где в этой квартире лежат ключи от машины.
— Ник, а где ключи? — крикнула она и тут же втянула голову в плечи. Близняшки, так же как и Света, спали очень чутко.
— Там же где и всегда… — Вероника появилась в коридоре, кутаясь в халат и внимательно приглядываясь к растерянно оглядывающему по сторонам встрепанному мужу.
— Темочка, солнце мое, у тебя точно все в порядке? — в очередной раз поинтересовалась жена, выдвинула ящик тумбочки и сунула свекрови в ладонь связку.
— Просто действительно интересный случай по моему будущему профилю… — попыталась отмазаться Диана и быстро выскочила в подъезд, осторожно прикрыв дверь. Там она прижалась лбом к стене, пытаясь унять бешеное сердцебиение. И только сейчас до нее дошла вся нелепость ситуации. Если она здесь, то там Тема??? Во Всеволожске! В кровати, со Светкой!
— Твою же!.. — внутри тут же не к месту закипела ревность…
…Постояв в коридоре еще какое-то время, задумчиво глядя на закрывшуюся дверь, Вероника отправилась на кухню готовить завтрак детям, по дороге прихватив телефон. Почему-то она была абсолютно уверена, что мужу звонили отнюдь не из больницы. Да и вообще его поведение этим утром было каким-то уж очень странным. Поставив вариться кукурузную кашу, она набрала единственного человека, к которому можно было обратиться с подобной просьбой.
— Март, надеюсь не разбудила? — начала она с извинений, когда после длительных гудков на звонок все-таки ответили, и она с ужасом поняла, что Арбенина скорее всего еще дрыхла.
— Ну как тебе сказать… — в ответ раздалось сонное недовольное бурчание. — Что-то случилось?
— Не знаю… — тут же замялась Ника. — Просто… утром твой брат как-то странно себя повел… Можно сказать шарахнулся от меня, как от огня, и сбежал, якобы в больницу… Но я не верю, что ему из больницы звонили… — вздохнула она и нахмурилась сильнее. Вероника конечно же ревновала мужа. Было бы глупо его не ревновать, особенно с Арбенинскими генами в анамнезе, да и сестра с матерью несколько раз проговаривались о том, что до встречи с ней Артем менял девушек как перчатки. И этот утренний побег, да и вообще поведение и правда было крайне странным. — Ты можешь пробить кто ему звонил? Пожалуйста, Март?
С другой стороны вначале стало тихо, а потом Арбенина выдала:
— Сейчас гляну и перезвоню… — отключившись Марта тупо уставилась в планшет на результат запроса последнего звонка на телефон брата. Ему звонила Диана… И, если судить по геолокации, сейчас мобильник перемещался в сторону Всеволожска.
— Какого хрена, братец, ты напиздел жене, что тебе звонили из больницы? — тихо задала она вопрос сама себе, и выползла из кровати.
***
Диана долетела до Всеволожска, наверно, побив даже рекорд Марты по скорости. Заворачивая во двор, в очередной раз чуть было не снесла еще не до конца открывшиеся ворота. Не заморачиваясь глушить машину, она влетела в дом и застыла. Бледная, взъерошенная Света сидела на диване, вцепившись обеими руками в свою любимую чайную кружку. В то время как она… точнее Артем в ее теле… нарезал круги по залу, запустив обе пятерни в и без того торчащие во все стороны волосы. На столе перед ними стояла бутылка виски. Тут же подскочив и сцапав ее, Арбенина сделала несколько внушительных глотков прямо из горла. — Пиздец! — взвыла она, грохнув бутылку обратно на столешницу. — Что происходит?! У меня крыша поехала? — отловив себя-Артема, на очередном круге, она потыкала в него пальцем. — С ума по одиночке сходят! Это гриппом все вместе болеют! — тут же огрызнулся он. — Хотя в нашей семье я ничему не удивлюсь! Я не знаю! Я проснулся вот так! — он развел руками полы халата, демонстрируя поджарое арбенинское тело и тут же стыдливо запахнулся. Потом поморщился и повел плечом. — Мать, что у тебя со спиной? Какой-то непроходящий дискомфорт между лопаток… — Ты гитару потаскай на одном плече с ее, и у тебя будет… — неожиданно подала голос Света. — Господи, я до последнего надеялась, что мне это все снится… — отставив чашку, скрипачка потерла лицо руками, с содроганием вспоминая сегодняшнее пробуждение от истеричных воплей Дианы… Артема… Господи! — Кузнечик! — Диана тут же подлетела к ней, шлепнулась рядом на диван. — Все будет хорошо! — и попыталась не просто обнять, а привычно усадить к себе на колени, но женщина отшатнулась. — Заяц? — опешив, заморгала Арбенина и настойчиво попыталась еще раз. А учитывая, что сейчас она как никогда раньше оказалась сильнее, то с легкостью это сделала. — Дин… — только и успела охнуть Света. С одной стороны, Артем очень часто ее обнимал, не совсем так, конечно, но было дело и на руках носил, поэтому его объятия, вроде, были ей привычны. А с другой — сейчас они ощущались совсем иначе. — Заяц… — понимая, что жена чувствует себя не в своей тарелке, Диана, как можно осторожнее и нежнее, начала поглаживать ее по спине, таким образом, успокаиваясь и сама. Еще крепче прижала к себе, но вместо того, чтобы хоть немного расслабиться, Сурганова превратилась в каменное изваяния. — Надо позвонить Марте… — мрачно наблюдавший за ними, вынес свой вердикт Тема. — По-моему, уже не надо… — пробормотала Диана в шею Светы, и все дружно вздрогнули, услышав на улице знакомый визг тормозов. — Интересно, как она догадалась, что мы опять во что-то вляпались? Артем, подозрительно прищурившись, посмотрел на Арбенину — та даже попыталась спрятаться за Свету. — Ника! — спустя мгновение в голос выдохнули и мать, и сын. — Вот именно! — рявкнула Марта, появляясь в дверном проёме и окидывая взглядом всю семейку: бледную, напряжённую Свету, внезапно сидящую на коленях у брата, Диану, нервно дергающую вырез махрового халата. — Это что за пиздец в нашей палате опять происходит? — Мартишка… — Артем осторожно ссадил с колен маму. — У нас действительно пиздец. Потому что я — это твоя мама, Диана. А Темыч — вот… — ткнул он пальцем в Арбенину — та задергала полами халата, сильнее запахиваясь ниже пояса. — Если это дурацкая шутка… — зарычала Арбенина, но внимательнее оглядев всю пришибленную компанию, поняла — юмором здесь близко не пахнет. — Мам… Ты то хоть мама Света, а не Тхай, к примеру? — с надеждой спросила она. — Я это я, к счастью… — выдохнула Сурганова — А вот что будем делать с Тёмой и Дианой? И что скажем Нике? — Ничего! — хором взревели оба переселенца. — У нас и так семейка с тараканами. Не хватало чтобы Ника после такого все-таки сбежала, — пояснил Артем и совсем тихо добавил: — Я этого просто не переживу… — Так… — Арбенина старшая забегала по кухне, пытаясь выдрать из своей головы кудряшки Артема. Тот возмутился: — Мать, оставь в покое мои волосы. Достаточно, что Ника их периодически дерет… — и тут же заткнулся, густо покраснев. Но Диана не обратила даже внимания на его слова, у нее возникла другая проблема. — Слушай, Темыч, как вы, мужики, вообще ходите — это хозяйство мешается пиздец как. И джинсы давят… — она застыла и попыталась приспустить штаны. Артем некрасиво фыркнул и в тон ей поинтересовался: — А вы, женщины? Тоже ведь мешается… — шлепая ладонью в районе груди. — Ты ещё бюстгальтер не носил… — огрызнулась мать. — Да чему там мешаться! — фыркнула Марта. — Там особо ничего и нет. Вот то ли дело… — покосилась она на свой бюст. — Так, все, хватит меряться сиськами-письками! — неожиданно рыкнула Сурганова. — Необходимо для начала выяснить причину, и как вернуть все назад! — руки задрожали, она снова потянулась к чашке, чтобы это скрыть. Но Диана мгновенно заметила и быстро вернулась на диван, в этот раз просто обняв женщину за плечи и снова чувствуя мгновенное напряжение. — Кузнечик… — тихо прошептала Диана, хмурясь, но все равно нежно поглаживая. Реакция жены на ее прикосновения выбивала из колеи и пугала. Умом она понимала почему так, но легче от этого не становилось. — Для начала необходимо от Ники сбежать как-то… — задумчиво протянул Артем. В комнате повисла тишина. — Я сказала ей, что тебе действительно звонили из больницы… — подала голос Марта и двинулась на кухню. Кофе… Им понадобится много кофе. Очень много кофе. Почти часовой мозговой штурм после ни к чему не привел. Как Артему не возвращаться домой, они так и не придумали. — Придется тебе, мать, поздно вечером все-таки вернуться… Приедешь, сразу ляжешь спать… — при этих словах Артема Света сильнее сжала руки вокруг кружки, тут же немигающим взглядом уставившись на Диану. Заметив это, он привычно попробовал обхватить ее ладони своими, но мать дернулась. Сын обречено вздохнул и отстранился, продолжая: — И только попробуй руки распустить… — угрожающе предупредил он, недобро глянув на мать, та задохнулась от возмущения и покрутила пальцем у виска, Света же еще сильнее сжала пальцы. А Сурганов продолжил: — Утром скажешь, что на несколько дней надо уехать… — он задумался на мгновение, а потом, усмехнувшись, продолжил: —… с Мартой! Сестра тут же вопросительно повела бровью. — А что? К этому Ника уже привычна, что я могу сорваться, потому что у моей обожаемой сестрицы очередной кризис жанра. — И какой кризис у меня будет на этот раз? — съехидничала девушка, пригубив кофе. — На бабу запала, а она внезапно не реагирует на все твои поползновения. А тебе не то чтобы она нужна, но охотничий азарт проснулся… Шарик, бля… — огрызнулся брат и пристально посмотрел на нее, Марта поджала губы, но взгляд не отвела. Света тут же захотела возмутиться на подобное предложение и устроить превентивный разнос двойняшкам, но быстро передумала. У нее не было сомнений, что сама формулировка сына была выбрана не случайно, да и реакция на его слова дочери тоже о многом говорила. По всей видимости, за этим скрывалась какая-то история, которую знали только они. Диана же тем временем раздобыла айкос и сейчас нервно курила в открытое окно, сидя на подоконнике. Света закрыла глаза и с силой сжала переносицу, потом не выдержала и потянулась к бутылке, хорошо плеснув прямо в чай. Казалось, что она сходит с ума. Манерность сына и плавность его движений накладывалась на тело Дианы и вызывала у нее когнитивный диссонанс, точно так же как привычная дерганность жены в теле сына. — Господи, сумасшествие какое-то… — прошептала Сурганова, опрокинув чашку. — Ладно… — продолжила Марта. — В таком случае, что я говорю Лене? — на мгновение она задумалась. — Говорю, что у меня стрелка с одним интересным персонажем в Новгороде… С каким именно — ей лучше не знать, крепче спать будет… Жеке скажу тоже самое… — окинув внимательным взглядом присутствующих, Марта хмыкнула. — Как удачненько вы решили устроить себе очередной медовый месяц — по крайне мере не придется придумывать, как объяснить ваше отсутствие… Хотя на Тему, заменяющему тебя, маман, на сцене, я бы посмотрела… — и заметила, как брат вздрогнул, видимо, представив себе подобный сценарий.***
Июль неожиданно радовал теплой сухой погодой. На Финском было невозможно хорошо, Сурганова выпрыгнула из машины и глубоко вдохнула свежий, чуть сладковатый воздух с привкусом сосновой хвои, прелой травы и каких-то полевых цветов. Среди макушек сосен ветер о чем-то шептался с птицами. До этого дня они не разу не были здесь все вместе. Дети поодиночке, они с Дианой, или с кем-нибудь из них. И почему-то всегда не просто так, а гонимые чем-то: проблемами или мыслями и воспоминаниями… А сегодня вот этим вот приключившимся с ними безумием. — У нас хоть раз получится приехать сюда просто так… Отдохнуть? — пробормотала Сурганова и сладко потянулась после дороги. Диана тут же зависла взглядом на жене и облизнулась: какой же красивой она была, изящной, восхитительной. Легкие спортивные штаны, сандалии и майка, неизменный рюкзачок на плече, который Светка уже успела ухватить. И когда она потянулась, взору Дианы открылась полоска молочно-кремовой кожи живота с тонкой линией шрама. Отвести взгляд от которой она уже не могла, как не могла и налюбоваться. Подушечки пальцев покалывало от желания прикоснуться, обнять тонкую талию и прижать к себе, зарыться лицом в волосы… Нежно водить ладонями по изгибам и округлостям, целовать изящную шейку… От любования женой и фантазий ее оторвал ехидный голос Марты. — Похоже штаны тебе нужны явно посвободнее… Или думай о чем-нибудь несексуальном… Диана вздрогнула и повернулась к дочери в полном недоумении, неожиданно понимая, что да, внезапно джинсы Артема стали какими-то излишне тугими в одном месте. — Бля… — выдохнула Арбенина, глянув на себя, и вспыхнула, тут же пытаясь прикрыться руками. Марта некрасиво заржала и пихнула ей сумку, в которую Диана тут же вцепилась, держа перед собой на манер шита. — О чем несексуальном я могу думать, глядя на нее? — себе под нос проворчала она, осторожно передвигаясь к дому. Мысленно решив, что надо бы поинтересоваться у Артема как он справляется с подобными эксцессами, если конечно они случаются… По крайне мере раньше ее вечный «стояк» на Свету был лишь фигуральным… а сейчас… И холодного душа тут нет, зато есть целый ледяной Финский залив! — Знаете, что мы не учли… — неожиданно протянула Марта, замерев на крыльце, Света вопросительно вскинула бровь, остановившись рядом с ней. — Спальных мест тут формально четыре, но одно двуспальное… Поэтому либо я сплю с тобой, мам, либо мы спим вдвоем с Темой, а кто-то из вас на веранде… — Чего это?! — тут же яростно возмутиться Диана, которой и в голову не могло прийти, что, находясь с женой под одной крышей, она может спать не рядом с ней. Но под многозначительно-снисходительным взглядом трех пар глаз стушевалась и попыталась оправдаться: — Не подумала… …Первый вечер прошел относительно спокойно. Марта заткнувшись наушниками расположилась на тахте на крытой веранде с планшетом, парой бутылок пива и тарелкой тонко нарезанной куриной домашней баструмы. Ее задачей было попробовать найти в глубокой паутине хоть что-то похожее на то, что случилось с матерью и Артемом, но пока ее запросы ничего кроме научно-фантастических рассказов, фильмов и эпизодов разных сериалов не дал. Артем разобрал привезенные продукты, потом долго переписывался с женой, и, наконец, отложив телефон в сторону, решил заняться ужином. Сурганова же сгребла книжку, плед и отправилась на мостки, ведущие от бани к заливу и с наслаждением растянулась на прогретом солнце дереве. Диана проводила жену жалобным взглядом брошенного щенка и чуть ли не заскулила. Потом встряхнув кудряшками (и как сын до сих пор не задолбался с такими патлами) все-таки подобралась к ней и аккуратно присела рядом. — Заяц… — заныла она, осторожно касаясь ее руки — сейчас, в сравнении с лапой сына, Светина ладошка была действительно очень маленькой. — Почитай, мне хотя бы? А? Сурганова вздохнула и принялась читать вслух «Возвращение в Брайдсхед». Через какое-то время Диана набралась храбрости и распласталась рядом, опустив голову ей на плечо… …Когда солнце уже упало за верхушки деревьев, с Финского отчетливо потянуло прохладой, и вокруг начали сгущаться сумерки, Артем позвал ужинать — мягкие, сочные филе-миньон с брусничным кисло-сладким соусом, печеный чесночный картофель, овощной салат и кукурузный хлеб с оливками и сулугуни. Отломив кусок хлеба, Марта жадно впилась в него зубами. — Вкусно… — прошамкала она, — Наблюдать было прикольно… Вроде маман готовит, а ничего не сжигая при этом, — хмыкнула она и ловко увернулась от подзатыльника. — Нашла что-нибудь? — поинтересовалась Света, нарезая мясо на аккуратные маленькие кусочки. — Пока ничего конкретного… только пространные обсуждения про переселение душ и бла-бла-бла. Есть только одна ветка про Богов лжи и обмана в разной мифологии, в том числе и славянской, и вот в ней описана пара историй, похожих на наш случай… И одна из таких историй связана с Богом Мороком, точнее с его изображением, какой-то маленькой каменной статуэткой… Там есть целый опус о нем, но на старославянском… Вопрос, где наша маман могла столкнуться с изображением этого бога, а? — и дочь вопросительно покосилась на Диану. Та нахмурилась — было отчетливо видно по ее сосредоточенному лицу и сведенным бровям, что судорожно пытается вспомнить. — Не знаю… — пробурчала она и в очередной раз откинула волосы назад — похоже придется выклянчить у Марты резинку.***
К своему огромному удивлению, Светлана проснулась ближе к обеду — должно быть повлияли ночные посиделки у костра. Диана тоже еще спала на соседней койке, в то время как Марта отсутствовала. Артема на веранде так же не наблюдалось. Но если его отсутствие было ожидаемо, то вот дочери — удивляло. Удивляло еще и то, что Света даже не заметила, когда та встала. Выйдя на улицу, она обнаружила «сына», задумчиво изучающим огромный свиной окорок. На мгновение Света замерла — она все еще немного терялась, когда видела сына в теле Дианы… свою горячо любимую Диньку… Ей требовалось какое-то время, чтобы перестроиться. — Доброе утро… Ты думаешь, нам придется здесь зазимовать? — с усмешкой поинтересовалась она, приблизившись. — Надеюсь, что нет… Просто я как-то увидел один совершенно бесполезный рецепт на ю-тьюбе, а тут у меня есть все шансы его повторить, вот поэтому даже съездил до ближайшей деревни… От родного голоса, но с совершенно другими интонациями, она все еще вздрагивала. — А Марта где? — тихо спросила Света. — Не знаю, я проснулся, ее машины не было… Для нее это прям странно! — хмыкнул он. — Она, кстати, баню сегодня обещала! Марты все еще не было, когда из дома выползла сонная Диана. Света с умилением наблюдала за ней-ним: растрепанная, в одних пижамных штанах, низко болтающихся на бедрах, и босиком. Спустившись на нижнюю ступеньку, перед этим едва не запутавшись в длинных ногах и не улетев с крыльца, она уселась и зависла взглядом на водной глади залива. — Я тебя таким дурным с утра не видела никогда, — хихикнула Сурганова, кивнув в сторону жены. Артем фыркнул и многозначительно протянул: — Кажется, я знаю, кто будет копать мне яму под окорок… …Диана долго отнекивалась от подсунутой ей ржавой лопаты, найденной в сарайке, даже пыталась доказать, что этот многолетний дерн ей не по затупленному лезвию, с наигранным усилием колупнув траву. — Так, мать, моему мужскому организму сейчас, как никогда, нужны физические нагрузки, иначе… — Что может быть иначе… — проворчала Арбенина, оглядываясь на Артема и Свету. Те стояли рядышком, с одинаковыми смешинками в глазах поглядывая на нее. Диана даже вздрогнула — вот как мы смотримся со стороны. Красиво… Гармонично… Созвучно… Словно две неразделимые половинки чего-то единого. Вот только… Снайперша потрясла головой, с неудовольствием отбросила светлые кудряшки сына со лба. Извечная ревность Светки ко всем и ко всему, даже к собственным детям, резанула ее по сердцу, и она резко воткнула штык в землю. Хм… А силенки-то у сына немерено… И интенсивно заработала лопатой. Когда яма и воздуховод были готовы, под чутким руководством Артема Диана принялась таскать с берега Финского камни и выкладывала стенки ямы. — Блин, Темыч… — пробурчала она на очередном заходе, вытирая пот со лба, — …а просто пожарить мясо на мангале? Или обычный шашлык это уже скучно и не интересно? — Именно! — согласно хмыкнул он, кивнул каким-то своим мыслям и отправился подготавливать мясо и маринад. Оглянулся и, увидев, что мать пытается потихоньку улизнуть, прикрикнул: — Работайте, негры, работайте! Солнце еще высоко. И вообще, ты у нас сейчас единственный мужик в семье… В ответ Арбенина закатила глаза и поплелась за очередным булыжником. Потом долго возилась с розжигом, влажные поленья никак не хотели схватываться, даже несмотря на обилие коры… …Марта явилась только ближе к вечеру. К тому моменту накачанный маринадом окорок, обмотанный в листья лопуха и обмазанный глиной, был помещен в прогретую яму, завален частью углей, камней и землей и поверх него тлел небольшой костерок. — Ты где была? — накинулась на нее вся троица. — Мне еще иногда надо появляться на кафедре! У нас проект! — огрызнулась Арбенина-младшая и повела носом. — Мы горим? Артем недовольно насупился: — Окорок в яме… Рецепт новый. Марта довольно потерла руки, двигаясь в домика. — Ну давай свой эксперимент. Диана и Света ехидно хихикнули. — А завтра! Ему еще… — Сурганов оглянулся на костерок. — Часов шестнадцать пыхтеть. — Э, але, я целый день на одном кофе! Че, пожрать больше нечего? Вот помру с голодухи — Ленка тебе голову открутит. — Мама Света не даст… Голова-то материна… — ухмыльнулся Артем и показал ей язык. — Сейчас что-нибудь сообразим, а то маман дожрала вчерашнее мясо и хлеб. Диана обхватила голову руками и простонала: — Господи, дети, что за хуйню вы несете?! Мартемки синхронно заржали, а Света лишь покачала головой, вздохнула, тихо приблизилась к застывшей жене и нежно, привычным движением, провела ладонью между лопаток. Диана почти тут же расслабилась и медленно выдохнула. А потом, не выдержав, все-таки сгребла свою скрипачку и прижала к себе. — Динка! — выдохнула та. — Я с ума сойду, заяц… Окончательно! Мне тебя так не хватает… Можно хоть так?! — тихо пробурчала она, прижимаясь щекой к макушке жены. Обнимать Свету сейчас было необычно из-за радикально изменившихся габаритов и роста. Сурганова была такой маленькой, такой хрупкой в ее руках. — Заяц, какая ты мелкая… — неожиданно хихикнула она и тут же схлопотала маленьким кулачком в грудь. — Еще и дерешься! — тут же возмутилась, выпуская Свету из рук. Та фыркнула и отправилась в след за детьми в домик… …Остаток вечера скучающая Диана по очереди докапывалась до своего семейства. Меньше всего, правда, доставалось Марте, так как ее, по негласной договоренности, решили не трогать — пусть концентрируется на поисках решения возникшей проблемы. Побыла на подхвате у сына при приготовлении ужина, выклянчила у Светы чтение вслух очередной главы. После ужина Артем притащил из машины старую, потрепанную «Монополию» и «Эрудита». — Нашел на Кавалергадской, — похвастался он. — Помню, как я постоянно просирал Марте! И не представляете, как злорадствовал и радовался, когда мы играли все вместе и Марта продувала в «Эрудита» тебе, мам! — Марта просто всегда Светке поддавалась, — тут же пробухтела Диана, скрестив руки на груди. Она никогда не выигрывала во время их семейных посиделок с настольными играми и поэтому не очень это дело любила. — Не поддавалась! — тут же раздался возмущенный голос с веранды. — Ты не отвлекайся там! И вообще, ты нам баню обещала! — проорал в ответ Артем, раскладывая игровое поле.***
— Блин, мне кто-нибудь потрет спинку?! — протирая слезящиеся от дыма глаза и прикрываясь мочалкой, Диана выглянула из бани. — Ну, пожааалуйста!!! — Света с Артемом, сидящие на крыльце, переглянулись и сын, тяжело вздохнув, поплелся ей на помощь. Диану, как самого небольшого любителя париться, отправили туда последней. Артема, к его огромному недовольству, в связи с проблемами матери с сердечно-сосудистой системой, пустили быстро ополоснуться теплой водичкой перед ней. Зато девочки оторвались по полной, хорошенько погрелись, как следует отхлестали друг друга вениками, даже попрыгали нагишом в ледяной Финский. Их визги и смех были хорошо слышны даже в домике, отчего сидящая на кухоньке Диана становилась только мрачнее… … — Темыч, сколько лет этот дом у Марты, а она что, не может нормальную баню построить? — ворчала Арбенина, подставляя под руки сына то одну, то другую лопатку. — Все глаза этот дым выел. Баня по-черному… Каменный век какой-то! — Вот и займись… Хрен знает, на сколько мы здесь зависли! А ты все равно от безделья скоро на стены лезть будешь… — Артем вытер вспотевший лоб, одернул прилипшую к телу футболку. — Вот и займусь! — тяжело дыша, снайперша уселась на полок, выдернула из рук сына мочалку и прикрыла ею причинное место. — Темыч, у меня это… проблемы… с твоими причиндалами, — смущаясь, призналась она. — И я даже догадываюсь какие… — Сурганов не выдержал и стянул с себя материну футболку, решив, что ничего нового она не увидит, подстелил ее под себя на полок и сел рядом. Диана потрясла головой — в пелене дыма ей казалось, что она смотрит на саму себя в старое, покрытое многолетними разводами зеркало. — Пособий конечно, по… хм… онанизму не существует, хотя думаю, в инете можно найти все. Но пойдет и обычная порнуха. Попроси Марту, она тебе организует доступ к тому же порн-хабу… Арбенина густо покраснела. — А ты сам как справлялся с этой…этим… — и кивнула на мочалку. Сын хихикнул: — Для меня это не было проблемой. Ладно, сам с Мартой поговорю… — и выскочил из бани, забыв футболку. Снайперша закатила глаза, представляя картину, как сын и дочь читают ей лекцию. Ну ладно еще Артем… А Марта-то, теоретик-всезнайка! Страдальчески вздохнула, на мгновение прикрыв глаза, и тут же перед мысленным взором возникла Света. Раскрасневшаяся, посвежевшая, сияющая, только-только вышедшая из бани, кутающаяся в махровый халат, с капельками воды на шее и треугольнике груди в вырезе халата. Такая нежная… теплая… Так хотелось усадить ее себе на колени, погладить бедра, запустить одну руку между, чувствуя жар и влагу, и медленно войти в нее… — Ууууу! Козлище! — погрозила Диана кулаком мгновенно восставшему из-под мочалки органу. И, поднявшись, опрокинула на себя таз холодной воды… …Марта отловила ее вечером, когда Диана, грустно вздыхая, болтала ногами в холодной воде Финского. Она сидела на мостках и изучала звездное небо. Находиться в домике рядом со Светой и не иметь возможности к ней просто прикоснуться было невыносимо. — Медитируешь? — хмыкнула дочь, присаживаясь рядом по турецки и доставая из-под мышки планшет. Арбенина-старшая покосилась на нее, потом с надеждой на гаджет. — Есть новости? — Пока нет… Я же не полиглот. И для перевода этого текста нужен специалист. Я уже кое-кого озадачила. А это вот… Пособие, так сказать. Темыч сказал про твою проблему. — Давай… — Диана выдернула планшет из рук дочери. — А то как Светку вижу — хоть в заливе топись. Дочь хмыкнула — озабоченность матери мамой Светой была уже давно не секретом, а притчей во языцех. — Заходишь по ссылке и вперед… Снайперша растерянно огляделась в поисках укромного местечка. — В баню иди. Остыла уже… Да и выветрилась, наверно. Диана резво подорвалась. Марта покачала головой: на сегодняшний вечер планшета она точно лишилась. Но по крайне мере, матери они занятие, так сказать, нашли. Тоже попялилась на звездное небо и поплелась к домику. Лежа в кровати без сна, она долго перебирала мысли. Очередное глубокое копание в темной паутине не принесло никаких результатов, так или иначе она все время выходила на эту ветку обсуждения с текстом на старославянском. И надо было ждать перевода, обещанного через пару дней. Сон при этом не шел абсолютно. Осторожно, дабы не разбудить обычно очень чутко спавшую маму, Марта сползла с дивана и вышла на улицу, решив повейпить да еще полюбоваться звездами. Проходя мимо бани, затормозила и прислушалась. Два года на Кавалергадской они с братом жили в одной комнате и, несмотря на свой всегда крепкий сон, пару раз она его палила за интересным занятием. И звуки которые сейчас раздавались из бани были совершенно не похожи… — Темыч… — сестра растормошила уже сладко сопящего на веранде Артема. Тот подскочил, растерянно мотая головой спросонок. — Ну чего тебе не спится? — проворчал он, широко зевая. — Слушай, там маман в бане… — И? — не понял Сурганов, протирая глаза и недовольно щурясь — как вообще мать без очков что-то видела? — В каком бане? — Не в каком, а в какой — нашей, — закатила глаза сестрица. — Какого черта ее туда понесло? Марта хихикнула. — Порнушку смотрит… Артем все понял и неприлично заржал. — Тихо! — ткнула его в бок сестра. — Маму Свету разбудишь. Я о другом… Звуки нетипичные… — Да? — сначала удивился Сурганов, а потом плюхнулся обратно на подушку. — Ну, у нее все не как у людей. — В нашей семейке все не как у людей, — поправила его Марта. — Иди, сам послушай. Может, у нее крыша на фоне всего этого поехала… Сурганов сморгнул и, нехотя, вместе с сестрой поплелся в бане. Приткнувшись ухом к двери, они услышали вместо специфических звуков непонятное гудение и возглас: — Блин, круто! Я такой же хочу! — Еп теть… — пробормотал Артем и, стараясь не шуметь слишком сильно, просочился сквозь заросли сорняков к небольшому окошечку парилки. Осторожно заглянув в него, он едва не сел в куст крапивы — вместо того, чтобы заниматься делом, мать пялилась в планшет, на экране которого ребенок запускал квадракоптер. Тот сделал очередной пируэт, ушел в глубокое пике, но выровнялся и заскользил над водной гладью некого водоема. Почесывая затылок, Сурганов вывалился из зарослей. Встретив встревоженный взгляд сестры, он нервно хихикнул. — Все нормально, мать впала в детство. Смотрит как квадракоптеры пускают. Марта только закатила глаза и протянула брату вейп. По возвращению в домик, сестра неожиданно остановилась и, поймав его за рукав, дернула на себя. Тот в недоумении на нее посмотрел. Арбенина нервно хихикнула. Она старалась отключиться от того, как сейчас выглядел Артем, больше концентрируясь на типичной для него манерности, интонациях, взглядах, но все равно привычное для него выражение лица на «Диане» смотрелось крайне странно. — Слушай, а это мысль… — протянула она и расплылась в ехидной улыбочке.
