Золотой дракон

Хоббит громко чихнул и сам испугался того, как эхо разнесло этот звук по сокровищнице. Торин всполошился. Он приложил массу усилий к тому, чтобы Бильбо поправился, и потому не собирался позволять ему снова разболеться. Когда гном взял его за руку, Бильбо немного удивился. Пальцы короля были горячими по сравнению с ладошкой хоббита. «И кто из нас тут в чем мать родила расхаживал?» – подумал про себя мистер Бэггинс, но вслух задал другой вопрос: – Куда мы? – он пока не начал ориентироваться в Эреборе, вокруг было слишком много коридоров и лестниц, а Торин выбрал незнакомый ему проход. Кроме того, его очень взволновала внезапная перемена в поведении Торина, которую даже его невнимательные племянники заметили… в отличие от троллей, умыкнувших нескольких пони! Ясности мыслям полурослика никак не придавало то, что гном по-прежнему не отпускал его. В первый момент Бильбо опасался, что не поспеет за решительным шагом короля, но тот не тащил его за собой, а просто шел чуть впереди, грея его пальцы в своих, все это оказалось на удивление приятно и совершенно сбивало с толку. – Покажу тебе кухню, – отозвался гном, ободряюще улыбнувшись, а в глазах зажглись огоньки, приличествующие скорее Фили. – Там должно уже все работать, а Бомбур перед тем, как мы поехали в Лихолесье, пообещал набить кладовую. Не пугайся, там может быть довольно шумно, если подданные Дейна вернулись с… Гном осекся, а Бильбо нетерпеливо сжал его ладонь – надо же, Торин и не собирался его отпускать! – и сказал как можно решительнее: «Мне ты можешь сказать!» Король-под-Горой кивнул, он не хотел пугать или беспокоить хоббита, но все же решил не держать его в неведении: – Они высекают общий склеп… – Но ведь Гэндальф развеял пепел погребальных костров, – робко заметил полурослик и поежился. Гном успокаивающе погладил тыльную сторону его ладони шероховатой подушечкой на большом пальце и, осторожно подбирая слова, проговорил: «Нужно похоронить тех, кто не смог покинуть Одинокую, когда сюда ворвался дракон». Хоббит прикусил нижнюю губу и виновато взглянул на гнома. Нет, он не забыл про погибших, просто думал, что им уже отдали последние почести. Торин немного помолчал, чуть сильнее сжимая его ладонь, потом что-то вспомнил и на всякий случай предупредил хоббита: «Когда железногорцы возвращаются, чтобы поесть, бывает очень шумно. В такие моменты тишина начинает действовать на нервы». Бильбо понял, что он имеет в виду. Под горой сейчас было тихо, она была почти необитаема. Подданные Дейна наверняка старались не тревожить покой мертвецов разговорами и работали только под стук своих инструментов. Бильбо бы на их месте просто сошел бы с ума. Чтобы немного отвлечься, он уже хотел напроситься помочь с приготовлением еды для компании и гномов из Железных холмов, но при виде зева огромной печи, в которую можно было, наверно, целую корову поместить, тут же растерял всю свою решимость. Признаться, он испугался, да-да, хоббит испугался кухни, как бы нелепо это не звучало. Кроме того, Бильбо стыдно было вспоминать свою кухоньку с печкой, которая служила заодно и для отопления норки. Там было всего две маленькие чугунные конфорки, смешные по сравнению с накрытым красивой каменной аркой монстром, которого он видел сейчас перед собой. Сколько блюд одновременно можно на ней готовить? Больше всего его поразили съемные металлические кольца конфорок. На них можно было водрузить посуду любого размера, и вся она была здесь же под потолком и на полках – бессчетно мисок, котелков, кастрюль и сковородок. – Когда к нам приезжали эльфы, повара с ног сбивались, а Фрерин прятался вон в том котле, – Торин показал на громадный закопченный шар. – Уж не знаю, как он ухитрялся таскать еду. Отец так и не выпытал у меня, где он прятался каждый раз, когда тут появлялся Трандуил. – А почему он прятался? – спросил Бомбур, появившийся из кладовой. – Нашкодил, – пояснил Король-под-Горой. – С головы до ног облил лазурной краской, которой покрывали ратушу в Дейле. Остроухий его даже не видел, но брат его все равно опасался. Бильбо впервые слышал, чтобы Торин вспоминал о брате без горечи, и невольно заулыбался, представив эльфийского владыку в голубом цвете. А Король-под-Горой уже деловито поставил на огонь небольшой котелок и поинтересовался у Бомбура, где Бофур хранит свои запасы. В воду полетели какие-то травки и порошок, гном действовал уверенно, словно проделывал это множество раз. Вскоре сильно запахло имбирем, тогда мориец извлек откуда-то банку малинового варенья и щедро добавил в воду. Разомлевший в тепле хоббит скинул синий полушубок с меховой опушкой. Он даже не досадовал на то, что обнаружил еще один пробел в своих знаниях о гномах. За время похода он выяснил только одно – подгорный народ всеяден, а некоторые не брезгуют даже дохлятиной. Оказалось, они все-таки умеют что-то готовить. Во время похода он ничуть не обижался, что готовку полностью переложили на него, за свободу от ночных бдений он бы готовил хоть на три десятка гномов. Бильбо принял кружку горячего напитка, хоть и не был уверен, что такое может ему понравиться. Вдруг у них гадость получилась, однако друзья уже отпили по несколько глотков и выглядели довольными, а хоббиту так хотелось выпить чего-нибудь теплого – все же по пути он изрядно надышался холодного зимнего воздуха. Первый глоток нещадно обжег горло, и губы слегка запекло. Горячо и остро! Бильбо прокашлялся и с удивлением понял, что вкус противным не показался. Может чуточку странным, хоббит никогда не любил перченое. После еще пары глотков он распробовал напиток и признал, что с холода малина и имбирь ничуть не хуже чая с медом. – Еще хочешь? – предложил Торин. – Пока племянники не учуяли. – А мы уже учуяли, – возникли в дверях Фили и Кили. – Бомбур, у нас еда есть? Юноши поделили остатки напитка между собой и, весело переговариваясь, скрылись в кладовой. Бильбо решил пока не заглядывать туда – впечатлений ему и так хватало. Скоро молодые гномы вернулись с картошкой, слегка увядшими перцами, луком, чесноком, морковью и мясом, замерзшим до каменного состояния. Пока один из них строгал его тоненькими пластинками, другой расправлялся с овощами, да так ловко! Бомбур поставил на конфорки сразу несколько сковородок и бросил на них топленого масла. Зажарено все было очень быстро, опять-таки со специями из запасов Бофура, Бильбо уже начал переживать, что тот обидится за такое бессовестное разорение. – Как же странно видеть вас за готовкой… – протянул хоббит. – А ты думал, мы такие неумехи? – хохотнул Кили. – Всей компании просто нравится твоя стряпня, – добавил Фили. – Такие приправы необычные… – Бофура просто с ума сводили твои мешочки, – подтвердил Бомбур. – Да попросить стеснялся. Получив мисочку с обедом, Бильбо улыбнулся: «А мне нравится, как готовят гномы, раз уж я тут до весны, надо поискать поваренные книги!» Братья зашушукались, толкаясь. – Можем вечером заняться ужином вместе, – предложил хоббиту Торин, вызвав бурю восторга у племянников, те уже не могли на месте усидеть. Может, они так любили дядюшкину стряпню, а возможно, дело было вовсе не в этом. Торина воодушевила реакция Бильбо на это предложение. После всего, что случилось за последний час, добропорядочный полурослик мог начать шарахаться от спятившего гнома, но этого не произошло. Напротив, Бильбо оживленно закивал, явно обрадовавшись.