Под голубой луной

POV Пейтон: Крик гнева вырывается из моей глотки, и я ударяю ладонью по рулю. Она не ее выбор, с кем мне встречаться. Если бы она была моей лучшей подругой, она бы поддерживала, мое каждое решение. Я судорожно вздохнул и положил голову на руль. Нет, она моя лучшая подруга. Она моя лучшая подруга. Господи, что со мной не так? Мы всегда были рядом друг для друга, и мы никогда прежде так сильно не ссорились. Всё чувствуется смешанным, запутанным, разочарованным...Почему все не так легко сейчас? Я хочу войти в дом. Я хочу извиниться. Но мы оба злимся, нам нужно время, чтобы остыть. Может время - это то, что нам нужно, чтобы очистить наш разум. С шипением, двигатель оживает, и я берусь за руль, не зная, куда мне ехать. Я не могу вернуться домой, хотя всего, чего я хочу, это либо встретиться с Париж, либо закрыться в комнате. Мне нужно пространство. Мне нужно пространство от всего этого хаоса. Не осознавая ничего, я направляюсь к соседнему парку, на футбольное поле. Может пару часов тренировки - это то, что мне нужно. Хотя, в этот момент, я чувствую себя потерянным и отвязанным от всего, будто блуждаю вокруг без какой - либо цели. Эти ссоры портят мне настроение. Мой тело потяжелело, адреналин стучит во мне, и все это в один раз, мое сердце было готово взорваться, мой разум - это хаос, состоящий из эмоций и необъяснимых чувств. Это слишком для меня. Моя сумка тяжело стукнула по скамейке, когда я ее кладу вниз и начинаю переодевать обувь. Я достал мяч из сумки и начал вести его по полю, выполняя разные трюки и движения, видя, как тренируются другие игроки на поле. Несмотря на прохладную погоду, скоро пот потек по разным сторонам моего лица, и моя футболка прилипла к моей спине. Мои ноги горели, но без передышки, я продолжил пинать и вести мяч, не останавливаясь ни на минуту, потому что, если я остановлюсь, мой разум снова станет беспорядком. Наконец, мои ноги и легкие отказывают, и я расплываюсь на траве, единственные звуки, нарушающие умиротворение этой ночи, это мои отчаянные вздохи. Сидение на месте только заставляет мой разум приходить в бешенство, поэтому я собрал все вещи и направился к дому, взрывая музыку в ночи, я предотвращаю всплывать ее голосу в моей голове. Я остановился рядом с маминой машиной, прежде чем войти внутрь, чувствуя себя немного лучше. Но я волнуюсь и я в ожидании Париж, даже если был один всего пару часов. - Пейтон. - поприветствовала меня мама с легкой улыбкой. Мои губы поднялись в попытке улыбнуться, но улыбка сразу пропала, даже секунда не прошла. - Привет, где Мейсон? - спросил я со вздохом, направляясь к холодильнику, чтобы взять что - нибудь поесть. - Смотрит телевизор. Где ты был? - спросила она, протирая тарелку полотенцем для посуды. - Ты пропустил ужин. - Да, прости. - пробормотал я. - Я просто был в парке. - Все хорошо? Ты выглядишь немного расстроенным. - ее брови сплелись в беспокойстве. Я украдкой посмотрел вверх на лестницу, ожидая услышать или увидеть хоть какой - то знак от Париж. - Она не дома. Я перевел внимание на маму, нахмурившись. - Куда она ушла? Она вздохнула, кладя тарелку вниз. - Что произошло между вами двоими? Я с раздражением покачал голой, не хотя раскрывать свои мысли и чувства. - Ничего. Все в порядке. Куда она ушла? Ее глаза вспыхнули с сочувствием и разочарованием. С таким же взглядом она смотрела на меня, когда я сказал ей, что мы с Париж больше не друзья. - Пейтон. Я захлопнул дверцу холодильника. Немного сильнее, чем я хотел. - Ничего не случилось, ясно? Ты можешь мне просто сказать, куда она ушла? Ещё один вздох. - Она ушла домой. Сказала, что ей нужно личное пространство и что она останется там на пару дней. Я много не спрашивала у нее об этом. Я просто подумала, что девочке нужно побыть одной. Но, Пейтон, что бы ни случилось, ты можешь со мной поговорить об этом... - Не о чем говорить. - пробормотал я, хватая свою футбольную сумку и мчась вверх в свою комнату. Ремень сумки застревает на моей шее, я яростно пытаюсь ее снять, но понимаю, что ремень зацепился за цепочку. Я начал выпрямлять цепочку, держа знак солнца крепко в кулаке. Уголки лучей солнца вонзились мне в кожу, оставив на ладони белый отпечаток полумесяца. Лунный свет устремляется через окна Париж, освещая ее комнату, когда я прохожу мимо. Я заглянул, замечая, что кое - чего не хватает. Ее школьные учебники и ее одежда. Со вздохом, я медленно захожу, осматривая каждую деталь ее комнаты. Кроме новых дополнений в комнате, все оставалось, как раньше. Такая же краска на стенах, такая же постель, такие же футбольные постеры, которые она когда - то повесила. Четыре года назад я закрыл эту дверь, никогда не возвращаясь. Я никогда по - настоящему не рассматривал комнату Париж, даже когда она начала жить с нами. Она даже использует те же одеяла, те же простыни, что использовала, когда была маленькой. Я покачал головой. Эта комната, застывшая во времени, кажется такой, какой была раньше. Ностальгия. Но это все, что есть. Я не могу точно сказать, что изменилось, но что - то изменилось. Молодые Париж и Пейтон - это просто воспоминания. Где - то на этом пути, когда мы вновь стали друзьями, наши отношения с Париж изменились. Это не то же самое, что раньше. Я просто не уверен, почему. Почему всё не может быть так же легко, как это было в начальной школе? Всё запутанно, разочарованно, сложно. Может мы стали другими людьми, другими, по сравнению с теми, кем были. Времена, когда я с Париж - это самые легкие времена в моей жизни. Несмотря на то, что может произойти, я знаю, что у меня есть она. Эта единственная мысль души, которая, хранит меня, корень, который поддерживает меня, ободряет и гонит меня. И все же, я знаю, что это никогда не изменится. Но временами, когда моя голова кружится, в груди что - то сжимается, когда все, что я чувствую, это злость и разочарование, я желаю только, чтобы существовали все те же Париж и Пейтон, которые устраивали ночевки с ночниками и закусками. Потому что я не хочу себя чувствовать именно так. Я устал сдерживать гнев, ревность, беспокойство, чрезмерную заботу. Я хочу простосты. Хочу легкости. Но мы никогда не вернемся к тем временам, это меня и пугает.