Под голубой луной

Я чуть не потеряла сознание, но Мейсон устал играть. Заботиться и играть с ним в одиночку - это самая утомляемая вещь, которая случалась со мной, это даже превосходит мои тренировки по футболку. Весь вечер, мы делали поделки, делали печенье, играли в футбол, играли в пятнашки, в прятки, и наконец, наконец - таки, сели и посмотрели фильм. Я честно не понимаю, как в этом маленьком человеке содержится столько энергии. Прямо сейчас, мы лежим на диване, моя голова лежит на подлокотнике, а его голова на моей груди. Лёгкое похрапывание вывело меня из задумчивости, и я медленно опустила голову вниз, чтобы посмотреть на Мейсона. Его глаза были закрыты, а губы слегка разделены, от чего издался ещё один храп. Я сделала звук потише на телевизоре и осторожно развернула его руки с моей талии, потом положила его обратно на диван и накрыла одеялом. Когда я удостоверилась, что он спит, я взяла телефон и написала Миссис Мурмаер, чтобы узнать, когда она его заберёт. Я: Здравствуйте, Миссис Мурмаер! Надеюсь, что вы веселитесь на ужине! Мейсон только что заснул, и я вот думаю, когда вы его сможете забрать? Миссис Мурмаер: Мне весело на ужине, спасибо! Я буду там долго, поэтому Пейтон заедет забрать его, где - то в 22:30. Ещё раз спасибо, что присмотрела за Мейсоном! Черт. С того момента, когда мы с ним говорили в коридоре, он больше не разговаривал со мной. Даже не смотрел в мою сторону. На урок, он либо опаздывал, либо не появлялся на нем вообще, и он никогда не смотрел в мою сторону. Я спрашивала Брайса, Ника и Тони о нем, но Пейтон всю неделю не сидел с нами на обеде, он в принципе отсутствовал в группе с парнями, как и со мной. Через час прозвенел звонок в дверь, и я подошла к ней, чтобы открыть. - Эй, ты должен быть тихим. Мне понадобилась вечность, чтобы уложить его. - прошептала я Пейтону. Он прошел через дверной проем, положив руку на верхней части дверного косяка и заглянул через мое плечо в гостиную. Он так близко, что я могу почувствовать его запах, но я мысленно напомнила себе, что мне нужно вести себя спокойно. Но мой внутренний голос слаб и едва слышен. - Могу я войти? - его голос был сдержанный. Мои щеки загорелись красным, будто меня спалили за чем - то непристойным. - А, да, прости. - я отступила в сторону, и он протиснулся мимо меня, не проронив больше слова. Он встал на колени перед диваном и аккуратно стиснул одеяло, чтобы не разбудить Мейсона. Потом он подхватил его на руки. Мейсон вздохнул и прижался щекой к изгибу шеи Пейтона. Я улыбнулась. Пейтон направился к двери, взявшись за ручку. - Подожди, это всё? Ты просто пойдешь, не сказав ни слова? - спросила я. Он повернулся ко мне, нацепив на лицо хмурый взгляд. - Ты хочешь свое пространство. Я даю тебе это сранное, личное пространство. Что ты хочешь от меня? - сказал он нежно, но так, что мне до жути стало больно. - Я не просила тебя быть со мной грубым. Он рывком открыл дверь и направился к машине с Мейсоном на руках. - Я пришел и забрал Мейсона. Вот и всё. Ты решила ещё что - то сказать мне. Я проследовала за ним, сложив руки на груди, чтобы защитить себя от хлещущего воздуха. - Может, потому что, ты игнорировал меня всю неделю. Ты даже не смотрел в мою сторону. Он нагнулся и посадил Мейсона на свое сиденье, а потом аккуратно закрыл дверь и повернулся ко мне своими бушующими глазами. - Я не знаю, какого хера тебе ещё от меня нужно, Париж. Ты продолжаешь вести себя так, будто это моя вина, но ты единственная, кто все усложняет. Я усмехнулась. - Я? - Да, ты! - крикнул он, указывая пальцем на меня. Он бросился прочь от машины. Может, чтобы Мейсона не разбудить своими криками, может хочет сбежать от меня, я не знаю. Но, в любом случае, я проследовала за ним. - Ты захотела взять перерыв, я пытался это уважать. Но каждый раз, когда ты открываешь рот, ты делаешь намного все запутаннее. И тогда ты оставила меня одного в коридоре, как чертового идиота. - Может, я запуталась! Я не знаю, что теперь между нами происходит! - крикнула я ему вслед. Он так резко повернулся ко мне, что я аж пошатнулась. - Я тебе даю твое драгоценное личное пространство, о котором ты просила! В чем проблема? Я заметила, что мой хмурый взгляд совпал с его. - Я не имела в виду, чтобы ты игнорировал меня всю неделю! - начала я спорить. Но я знаю, что он прав. Моя собственная запутанность тянет нас обоих на дно. Он сглотнул и ничего не ответил, но разочарование и злость ясно было написано на его лице. Я вздохнула и понизила голос, надеясь на то, что он успокоится. - Послушай, мне жаль, хорошо? Я знаю, что не помогаю ситуации, но я пытаюсь делать то, что будет лучше для нас двоих. Он посмотрел в сторону и напряг челюсть, но вновь потом посмотрел на меня. - Да, но может и не лучше для нас. Только ты думаешь, что это будет лучше для нас. - он остановился, изучая меня и скрестил руки на груди. - Ты можешь закончить, что собиралась сказать. - Ч - Что? - В коридоре, в школе. Что ты хотела сказать? Я покачала головой. - Я - Я не знаю. Я не помню. Он слегка усмехнулся, а потом тихо сказал: - Конечно, ты не помнишь. А потом громче: - Ты меня притягиваешь к себе, а потом отталкиваешь, я устал от этого. Меня тошнит от всего этого. От всего. Я так долго ждал, а ты отталкиваешь меня. Вдруг злость всплыла на моем лице, и я подошла ближе к нему, оказавшись прямо перед его лицом. - Отталкиваю тебя? Ты себя то видел? Я всегда держалась за тебя, и мне не всегда удавалось это. - Ты единственная, кто постоянно уходит! - прорычал он. - Ты ушла четыре года назад, а теперь отталкиваешь меня! - Ты винишь меня? И я дала тебе еще шанс! Я дала тебе еще один шанс, а ты нее можешь дать мне объяснение. И знаешь, я постоянно удивляюсь, почему же! Но я ничего об этом не сказала, да? Я простила тебя! Малое, что ты можешь мне дать - это пространство, чтобы я смогла, черт возьми, подумать! Он подошел ко мне ближе, его лицо исказилось от злости. - Хочешь знать, почему я вообще это сказал? Я распустила руками. - Наконец - то! - Потому что, каждый раз, когда я видел тебя, я не видел в тебе больше лучшего друга! Я увидел самую душевно сильную девушку, которую я знаю! Девушку, которая чертовски уверена в себе, которая бросала вызов каждому игроку в мужской команде! Девушку, которой никто не мог помыкать или которую никто не мог обматерить! Мои глаза расширились, он сделал ещё шаг вперёд, его голос низкий, но такой же сильный. - Я увидел девушку, которая была настолько морально сломана и она так боялась, что плакала у меня на руках часами. Я увидел девушку, у которой смех мог осветить всю комнату. Я увидел девушку, которая пыталась быть жестокой, но внутри сомневалась в себе, что ей всегда нужно было утешение. Я увидел девушку, которая всегда подталкивала меня к лучшему, которая всегда верила в меня, когда этого не делал я. Я увидел девушку, которая вела себя так, что мне хотелось заботиться о ней и быть рядом все время. - Прекрати. - потребовала я. Но мой голос был тихим. - Я перестал видеть девушку, которая играла в грязи, и заместо нее, увидел девушку, которая заставляла меня улыбаться, как идиота. Я перестал видеть девушку, с которой просто обедал, а начал видеть девушку, которая была со мной в четыре утра и болтала со мной о разном дерьме. Я перестал видеть просто подругу. - он сделал ещё один шаг вперед. - И единственная вещь, о которой я мог думать, это: "я хочу, чтобы она была моей". Моя грудь болезненно сжалась, мое дыхание затруднилось, мой пульс ускорился. Его пронзающие глаза пронзили меня насквозь. - Вот я и сказал. Я сказал это, потому что ты никогда не влюбишься в меня. Потому что ты видишь меня, ты видишь парня, который был всегда рядом. Парня, который был твои другом, кто будет твоим другом, не смотря ни на что. Я сказал это, потому что не настолько эгоистичен, чтобы убежать и испортить то, что мы имеем. Потому что быть друзьями, это то, что я имею, и это возможность, которую я возьму. - Прекрати. - И тогда ты ушла. Ты ушла на четыре года, на четыре, сранных, года, я жил с сожалением и осознаванием того, что я испортил вещь, которая заставляла меня вставать с кровати каждый день. И я не знал, как исправить это. - он плюнул на землю. - Я разрушил лучшую вещь в своей жизни. Я опустила руки. - Прекрати! Ты не можешь! Ты не можешь говорить обо всем этом! Он покачал головой. - Нет. Нет, я боялся рискнуть четыре года назад, а теперь уже поздно. Ты знаешь, что я чувствую, Париж, и это никогда не изменится. Может я отталкивал тебя, может я был запутан, но под всем этим всё просто. Я хочу тебя. И всегда хотел только тебя, Париж. Я сделала шаг назад. - Я - Я - Я не могу. Он сделал шаг вперед. - Ты продолжаешь говорить это. Но дело не в том, можешь ты или нет. Что ты хочешь? Он смотрел на меня своими голубыми глазами. Он пошел на риск, и я могла видеть в его глазах страх, чистый страх, что может он сделал все это зря. Но это не так. И теперь, услышав его слова, они меня как - то сдерживали. Я нашла свой голос, пытаясь связать два слова. - Мы можем развалиться на части. Я не могу потерять тебя. Ты единственный человек, за которого я могу держаться, и потерять тебя - не вариант. - Ты никогда не потеряешь меня. Я издала смешок, такой неистовый и наполненный страхом. - Они все так говорят, а потом все случается совсем по - другому. Они теперь другие, и они отдалились друг от друга, они злы друг на друга. Я не могу справиться с этим. Ты мне нужен, Пейтон. В прошлом, ты был моим другом. Ты мне нужен. Мы и наши отношения - лучшая вещь, которая случилась со мной, и я очень рада, что ты в моей жизни! Они сказали, что ничего не изменится, несмотря ни на что, но это полная чушь! Чушь! Всё изменилось! Мы не в состоянии стоять рядом или смотреть друг на друга, или... И тогда он заполнил пробел между нами, подойдя ещё ближе и прижимаясь своими губами ко мне. Все исчезло, и я потерялась. Чисто потерялась в нем. И наконец я расслабилась. Я схватила его за плечи, притягивая его ближе и углубляясь в поцелуй. И он будто тоже расслабился и обхватил мою талию своими сильными руками, притягивая меня ближе, но он сильнее он больше не мог. Мы прервались, наша дыхание затруднилось, а грудь вздымалась. Он рассмеялся, прижимая свой лоб к моему. - Не могу терпеть тебя, но уже ничего не изменится. Я толкнула его в грудь, он схватил меня за руки и больше не отпускал. Он опустил голову, глядя мне в глаза. - Мы оба напуганы. Черт, я трясусь сейчас. Но если мы не попробуем, то...то скорее всего пожалеем, так? Я ответила ему ещё одним поцелуем, наполненным желанием и надеждой, этот поцелуй отличался от другого, он был наполнен страстью, отчаянностью и нуждой. Но отстранился, но все ещё был близок ко мне, он убрал прядь с моего лица, прежде чем взять меня за подбородок. - Это ты и я, Париж. Это всегда были мы с тобой. - Ты и я. - прошептала я. И затем он вновь поцеловал меня.