Клетка

Утром Баки первым покормил Стива. Ну как покормил, сунул ему в руки овсяную кашу и ушел в ванную собираться. Как Стив это понял? Ему оставили открытую дверь. То ли проветривали, то ли просто не видели смысла закрывать. Есть со скованными руками было неудобно, хоть руки теперь и были на длинной цепи, а не задраны к верху, приноровиться к ложке все же было непросто. Двадцати сантиметров между кистями было мало, и Стив по привычке подносил руку ко рту, тем самым дергая тарелку в другой руке. С ложки упала каша прямо на новую футболку. Отчего-то стало жаль, первую чистую вещь за такой долгий срок, но зато больше парень не совершал такой ошибки и подносил ложку вместе с тарелкой к лицу. Баки нервничал. Нет, он не метался по подвалу или бранился. Это было видно по его взгляду и чрезмерно ровной осанке. Когда мужчина кормил Брока, то говорил шепотом. Едва ли его заботило, слышал его Стив или нет. О Роджерсе он вообще не думал. Скорей всего просто это было частью какой-то заботы. — Я постараюсь прийти пораньше. Проси его о любой помощи, что тебе понадобиться. Брок в ответ молчал, но можно поклясться, что взгляд его был крайне выразительный. По завершению завтрака было тихое «Отдыхай» и негромкие звуки, словно причмокивание, и тихая возня. Когда Барнс вышел из комнаты, на его губах были остатки каши. Он что вылизал его? Роджерса передернуло, и он поспешил отвернуться, откладывая тарелку на пол. Зайдя в комнатушку Бак одарил Стива недовольным взглядом. Словно пятно на его футболке обещало все кары мира лично Барнсу и всем его близким. — Снимай, я дам тебе новую. Да что с ним такое? То столько дней вообще не подходил, то докопался до крошечного пятна. В тот же момент Стив почувствовал себя чертовски грязным и поспешил стащить ее, но цепи не позволили. Барнс помог, освобождая по одному запястью, вытаскивая рукав и тут же застегивая обратно. Холод бетонной стены неприятно обжег кожу плеч. Баки же подобрал футболку, тарелку с пола, и вместе с командирской пошел мыть посуду. Стив прикрыл глаза. Было унизительно ощущать себя псом на цепи у ног хозяина. Радоваться тарелке похлебки, как прянику, и отсутствующему пока наказанию — как кнуту. А оно точно будет, если они не выберутся раньше. Когда Барнс завел Стива в спальню, он сразу вручил ему чистую футболку из тумбочки. Расстегнул наручники, помог побыстрей ее натянуть и вновь закрепил железки на руках. Пересадив на цепь подлиннее, он вернулся к Командиру попрощаться. Брок сидел на кровати, опираясь спиной на стену. На нем была больше чем на два размера, хлопковая футболка, и в отличие от вчерашнего утра, на нем еще были длинные по колено шорты. Левая нога по-прежнему лежала поверх одеяла, а из-за синевы шорт, казалась еще темнее. Прощание затянулось. Баки без стеснения выцеловывал скулы, линию челюсти и подбородок, мягко придерживая голову обеими руками. Добравшись до губ с тихим стоном, он вылизал их и кажется попытался дотянуться языком до чужого желудка. Брок молчал и не сопротивлялся. Словно живая кукла, он сидел, не шелохнувшись, даже глаз не закрыл. Его глаза были двумя выгоревшими на солнце стеклышками, пустыми и отрешенными. Когда Барнс закончил, он огладил плечи и руки мужчины, поднялся с кровати, поправил одеяло, и явно не удержавшись, вновь чмокнул бывшего военного в лоб. — Пока? — Пока. Голос Рамлоу был скрипучей решеткой в заброшенном саду. Он резал слух. Он и раньше-то не отличался мелодичностью, заманивая своей хрипотцой и харизмой. Но сейчас он был просто болезненным, и заставлял сердце внутри сжаться. Когда Баки прикрыл дверь и направился к люку, Стив хотел последовать за ним, подсмотреть код, но его остановил лязг цепей по полу и тихое шипение Брока. Роджерс обернулся. Мужчина показывал жест, направляя два пальца себе в глаза, и от глаз. Смотрит. Блондин замер на месте. Тишину подвала прервал писк открывшегося замка люка. Так близко выход, но так невозможно до него добраться. Через мгновение люк снова хлопнул. Похититель покинул подвал. Нависла чугунная тишина. Смотреть на Рамлоу в таком состоянии было тяжело, перед глазами сразу появлялась картинка его коматозного состояния и капельницы, проводки которых окутывали его руки. Так Роджерс и стоял уткнувшись взглядом в дверь, пока не послышалось покашливание. Брок попытался вернуть себе голосовые связки. — Я думал, ты мне причудился. Разминка мало помогла, но громкости прибавила. Капитан не нашел в себе сил обернуться. Он чувствовал, как пристально карие глаза его изучают. Щеки, и уши капитана пылали стыдом. Он — герой Америки, вместо того, чтобы спасти пленника, сам оказался с ним в ловушке. В одной мышеловке для двоих. С тихим кряхтением Брок сполз на кровати пониже, прилег на подушки, принимая положение полулежа. Но по-прежнему наблюдал за Стивом, только уже с другого ракурса. В клетке появился новый зверек. — Ты так и будешь пялиться в стену, или уже сядешь? Спина дернулась, принимая идеальную военную осанку. Парень и не заметил, как успел ссутулиться. Он огляделся, рядом с кроватью, приставленным к стене стоял стул. Подойдя к нему, Стивен неуверенно сел на самый краешек. Как двоечник на первой парте, он поерзал. Он чувствовал себя не в своей тарелке, а пристальный взгляд Рамлоу не облегчал задачу. Взгляд. При уходе Барнса мужчина тут же переменился, пропала отрешенность, появился интерес к новому объекту изучения. Вероятно, у мужчины уже выработалась реакция на похитителя — отрешенность от происходящего, уход в себя. В таком состоянии Брок был плохим помощником в побеге. — Как ты нашел меня? Как ты вообще понял, что я пропал? Стив ждал подобных вопросов, но все равно был мало к ним готов. Барнс сильно затянул наручники, и сейчас кисти неприятно ныли, парень начал их растирать пальцами, параллельно собираясь с мыслями. — Я бы наверное и не заметил… Твоя девушка, Энни, она первая забила тревогу. Брок болезненно выдохнул, наконец, заманивая на себя взгляд Капитана. Мужчина болезненно хмурился, скорбно сведя брови. Эта новость его мало удивила. — И ты сказал об этом Барнсу? — Да. Внутренности сдавило от осознания, он же сам сообщил похитителю о подозрениях о пропаже. Почему он сразу не пристрелил Роджерса на месте? Слишком подозрительно? Или настолько хорошо знал, что предвидел то, что Капитан больше ни с кем не поделится своими догадками? Или надеялся что к тому моменту, как Стив найдет виновника пропажи, между ним и Броком что-то изменится? В голове тут же вспомнилась информация о том, что эта Энни перестала подавать в розыск, что она вообще перестала интересоваться результатами поиска. Капитан метнул взгляд в мужчину. Плечи того ссутулились, а голова низко опустилась. Он явно что-то знал, даже отсюда из подвала, он о чем-то знал. Рамлоу повел плечами в попытке скинуть давящий взгляд. — Он притащил ее сюда… Я не знаю, где ее тело. Тело. Барнс убил гражданскую женщину. Из-за чего? Из-за неравнодушия Брока к ней? Воздух пропал из легких, и повисла скорбная тишина. Все это вина Стива. Он упустил, недоглядел, рано поверил в излечение психики. Да, Барнс больше не Зимний Солдат, но и Баки он не стал. Он стал чем-то более чудовищным, неуправляемым. Брок вновь закряхтел на кровати и начал пытаться переползти к её краю, свесить здоровую ногу оказалось легко, но вот левая, которая не сгибалась вовсе, приносила трудности. Еще и руки, правая, на которую он вообще не мог опираться, и левая, с незаросшим порезом на тонкой коже. — Тебе нельзя вставать. Подскочивший Роджерс был удостоен недовольной отмашкой руки. — Мне быть здесь нельзя. Не нуди Роджерс, мне нужно отлить. Подай костыль. Костыль стоял в дальнем углу, и очевидно намекал, что им пользоваться воспрещено. Стив к нему даже не подошел. Он сам приблизился к мужчине и наклонился к нему. — Перекинь руку мне на плечо. Отлить, это дело важное, не стоит им пренебрегать. Придерживая Брока за левый бок, они рывком сумели подняться. И тут же покачнулись, но устояли. Цепи чертовски мешались, не позволяя поддержать Брока удобнее. Пока мужчина цеплялся за его плечи, Стив провел руки за его спиной, и правой рукой посильнее прихватив за талию прижал к себе, заменяя его покалеченную ногу, своими двумя. Они еще полминутки постояли, выискивая равновесие и притираясь друг другу. Действовать начали синхронно и не обговариваясь. Брок делает небольшой прыжок здоровой ногой, мертвой хваткой вцепившись в чужие плечи. Стив же прижимал его одной рукой к своему боку, и тоже делал шаг вперед выравниваясь с ним в одну линию. Они были вплотную друг другу, но никого из них это не смущало, они были слишком сосредоточены на своем деле. Так шаг, за шагом они добрались до туалета. Брок попытался привалиться к стеночке, но Стив ему не дал. Больше бы он не смог его затащить на себя. — Черт, Роджерс, мне нужна левая рука. Я не смогу расстегнуть ширинку. Щеки Стива вспыхнули, но он постарался это проигнорировать. Лишь надеясь, что с такого ракурса, Рамлоу не увидит его румянца. Подступившись к туалету, Стив поднял стульчак. — Держись за меня. Брок всегда на отлично выполнял приказы, и вот уже обе руки покоятся на мощных капитанских плечах. Убедившись, что Рамлоу держит равновесие, Стив ослабил хватку, и медленно переместился, вставая перед ним. Они стояли близко, непозволительно близко. Парень чувствовал тяжелое горячее дыхание на своем подбородке и губах. Блондин не поднимал взгляда, избегая карамельных глаз своего бывшего подчиненного. Отпустив чужую талию, Стив напряг пальцы, запрещая им дрожать и нащупав ширинку, тут же поднял голову. И все же он попал в плен чужих пристальных глаз. Брок молчал, на его лице был интерес, как у родителя наблюдающего за непутевым ребенком, что лезет туда, куда его не просят. — Я не буду смотреть. Разумеется, не будет, и в доказательство своей бескорыстной помощи не отводил взгляда от чужих глаз. Пальцы внизу слушались плохо, все же не видеть, что делаешь, было тяжело. Оттянув шорты подальше от паха, во избежание смущающих касаний, Стив расстегнул пуговицу и костяшками задел мягкий хлопок трусов. Щеки вспыхнули с новой силой. Этого уже никак не скрыть от взгляда Брока. Нужно действовать быстрее. За пуговицей тут же вжикнула молния, и шорты упали на пол, попросту скатившись с худых бедер. Рамлоу, чуть прищурившись, по-прежнему не отводил своего взгляда. Остались трусы. Роджерс подхватил их резинку за самый край и медленно, боясь коснуться, стащил их пониже. Пальцы защекотали кудрявые волоски. Брок насмешливо приподнял бровь. — Роджерс, это, конечно, очень мило. Мне льстит твоя забота и все такое прочее. Но я просил лишь перехватить меня за другую руку. Вот теперь у Роджерса вспыхнули и уши и шея. Жар дошел до самой груди, и парень поспешил скрыться от чужого взгляда, перейдя к другому боку и прихватывая за талию. Стив задрал голову к потолку. Он еще не скоро забудет этот стыд и собственную глупость. Рамлоу, уже не удивлялся от слова совсем, он закинул самую болезненную руку на плечо Стива и принялся делать свои дела. Журчащий звук струи, не самый приятный из всех звуков на земле. По крайней мере, в такой ситуации. Роджерс пялился в потолок высоко задрав голову, и безуспешно пытался подавить свое смущение. Когда Рамлоу закончил, он сам заправил член в трусы, но вот до шорт не дотянулся. Роджерс молча, под музыку траурного марша в собственной голове, вернул шорты на место. Благо он их только придержал, а Брок сам справился с застежкой. Дальше они добрались до раковины, где мужчина вымыл руку, умылся и они отправились обратно в спальню, попутно откидывая в сторону длинную мешающуюся цепь. Когда Брок вернулся в свою постель, а Стив на стул, они оба с облегчением выдохнули. Первый раз всегда не просто, но с выздоровлением Брока будет все проще. Все проще. Они оба это знали, но пока не заговаривали на эту тему. Еще рано. — Как ему удалось заковать тебя в кандалы? — Какие-то уколы, он делает мне их по вечерам и меня вырубает. Сказал, что такое и ему вводили. Наверное в Гидре. Брок покивал головой. Похоже он в курсе, что это такое может быть. — Но откуда он взял это? И откуда кровь, что он переливал тебе? — Зимний Солдат знает все нычки Гидры, все ее тайники. Походу он обокрал один из них, или он где-то неподалеку. Мне доступа не хватило бы выяснить подобное. Помолчали. О Гидре было неприятно говорить им обоим. Брок попал туда путем шантажа, так еще и отсидел свой срок в тюрьме за преступления, которые совершал под страхом смерти родственников. Так и сейчас Гидра, в лице Барнса, по-прежнему не отпускала его. — Прости, что не поверил тебе тогда. Я должен был заметить, что с Баки что-то не так. — Не надо, кэп. Это уже в прошлом. И ты не единственный, кого он наебал. Вспомни психологов, которые выписали ему справку о вменяемости и допустили на службу в ЩиТ. Так и потянулся их день. За разговорами о прошлом, о том, как Стив искал его и как нашел. А после был обед, на котором Брок упорно пытался есть левой рукой и отказывался от помощи. Смена бинтов, массаж ноги. А там уже и Баки вернулся. Подозрительный и ревнивый, как черт. Убедившись, что Командир в порядке, он тут же вернул Стива на его законное место, и запер. Так Стив и просидел весь вечер, в темноте, лишь слушая их приглушенные голоса, пока не пришел Баки. Он не сказал ни слова, даже пресловутого «спасибо», ввел инъекцию и ушел. А Роджерс, в котором, больше не было нужды под действием транков уснул.