Матриархат

Женщины всё прощают, кроме одного — неприятного отношения с собою — А условие будет таким, — Екатерина Валерьевна Пушкарёва, без пяти минут новый президент компании, обвела взглядом собравшихся в конференц-зале "Зималетто". — Со мной будет работать человек, который мне очень дорог и которому я всецело доверяю. — Не может быть, — Малиновский даже приподнялся с кресла и повернулся к Андрею. — А… Жданов обхватил ладонью кулак и увёл взгляд, словно обнаружил что-то необычное на столешнице. Открылась дверь, связывающая конференц-зал с приёмной, вернулась Кира. Что-то в ней неуловимо изменилось. Взгляд? Подача? Внутреннее состояние? Воропаева не села, прошла прямо, поравнялась с другой дверью — той, через которую, ошарашив практически всё правление, ранее вошла Пушкарёва. Затем Кира гордо вскинула подбородок, провела рукой по чёрной лямке своего комбинезона, словно стряхивая с него или с белоснежного воротничка невидимые пылинки, и произнесла, заметив, что все, кроме младшего Жданова, переводят взгляды с неё на Катю: — Простите, Екатерина Валерьевна. Что перебила. И за мой уход. Это нервное. Продолжайте. Пожалуйста. — Повторюсь, что со мной будет работать человек, которому я всецело доверяю. Он будет занимать место вице-президента компании. А точнее — она. — Катя указала рукой в сторону выхода в президентский кабинет. — Кира Юрьевна Воропаева. Моментально накрывшая весь зал тишина отобрала у членов совета директоров способность совладать со временем. Никто не понимал, как долго длилась эта немая сцена. Гоголь бы позавидовал. Нарушил тишину Павел. Он стукнул карандашом по столу и поднялся. — Ну что ж, мне всё понятно. Поэтому предлагаю на сегодня закончить, а продолжить уже завтра. — Согласна. Но я хочу сегодня озвучить моё последнее условие. — Катерина жестом предложила старшему Жданову сесть и сама опустилась в кресло. — Даже если "Зималетто" вместо одежды станет выпускать дробовики, я удивлюсь меньше, чем от предыдущего условия, — заметил Воропаев. Пушкарёва проигнорировала его уже не в первый раз за совещание. — Последнее моё условие таково: господин Жданов и господин Малиновский будут продолжать работу на производственном этаже. — Катя выдержала паузу. — До завтра все могут быть свободны. Катерина вышла первой. За ней в президентский кабинет удалился Павел. За ним — Маргарита: "Паша! Паша! Постой! Да как же..!" Кира стремительно пролетела на каблуках за спинами троих мужчин и через боковой выход направилась к себе в кабинет. — Постой! Кира! — окликнул её брат, поднялся и ушёл вслед за Воропаевой. Вновь в конференц-зале повисла вязкая, гнетущая тишина. — Я сейчас не понял… — еле слышно начал Малиновский. — Это что было? Жданов молчал. Смотрел куда-то в стол. — Андрюха! Алло! Я спрашиваю, это что сейчас было? — Месть. Их обеих. Ждали, чтобы подать холодной.