Из тьмы в огонь

Если хотя бы часть мифов о богине Фортуне правдива и где-то на свете она до сих пор бродила среди людей, вместе с другими монстрами, я бы прямо сейчас навестила её, чтобы задать парочку очень важных вопросов. Например: Чем же я её так обидела? Или, быть может, одним своим существованием я нанесла ей личное оскорбление? В любом случае, с удачей или без, началось это утро вполне мирно. И я уже грешным делом подумала, что день ничем не отличится среди тысяч других. Отправиться в душ, едва приоткрыв слипшиеся за ночь веки, всегда казалось лучшим способом взбодриться. Тёплая мягкая постель манила, притягивала к себе затуманенный сном взгляд, будто призывая вновь рухнуть на простыни и поспать ещё пару часиков. Хоть и с трудом, однако я сумела заставить себя побросать подушки в изголовье кровати и даже накрыть их тяжёлым одеялом. За грязным окном спальни накрапывала едва заметная неприятная морось. Я едва взглянула на небо и задернула шторы. Шум воды из душевой лейки щекотал слух. Тело мало-помалу покрывала мыльная пена. Попадая под струю горячей воды, она скатывалась вниз и оставляла дорожки на влажной коже. Само собой — события, что я так долго ждала, тогда никак не предвиделось. Но случилось оно именно в тот момент… Странное сковывающее чувство в груди заставило замереть на мгновение. А в следующий миг жуткий, душераздирающий и хуже того — неожиданный вопль прорезал тишину. Но он исходил вовсе не из коридора, даже не с улицы. Звучал лишь в моей голове. Я испуганно вздрогнула. И в следующий миг уже корчилась на полу душевой кабины, поскользнувшись на его влажной поверхности и не успев ни за что ухватиться. Крик то приближался, то отдалялся, но не утихал, сколько бы я не зажимала уши ладонями. Скоро на фоне гама выделился другой звук — куда более низкий, но от того не менее болезненный для меня, потом ещё один — намного выше. И ещё, и ещё. Они точно образовали своеобразный мученический хор. Ужасное, но до боли знакомое чувство. Не только в ушах, конечно же. Шум в голове прекратился, лишь когда я, жмурясь и до скрипа стискивая зубы, заблокировала частоту ангельских голосов. Обычно это не так трудно, когда привыкаешь… Не сразу, но всё же я отвела руки от головы, немного опасливо приоткрыла глаза и тяжело вздохнула, в тщетных попытках как можно скорее успокоить бешено колотящееся сердце. Тут же ко мне возвратился и шум воды. Она не прекращала литься на меня сверху, но это было так неважно. Во всяком случае, пока я не вспомнила об этом. Слегка приподнявшись и потерев ушибленное место, одним движением пальцев я выключила душ. Впрочем, никакой боли или дискомфорта повреждённый локоть уже не вызывал. Наверное, быстрое заживление ран — было одним из немногочисленных так называемых плюсов быть мною. Я хмыкнула и тут же нахмурилась. На памяти, ангелы ещё никогда не буйствовали настолько, что напрочь сносили все «заслоны» в моей голове… Что-то похожее они кричали во время великого падения. Однако если мне не кажется, даже тогда громкость их голосов была меньше, чем сейчас. Но разве может что-то сравниться с той их болью? Какого это, когда крылья сгорают дотла? Если бы у меня не было достойного предположения насчет происходящего, наверное, я бы не на шутку заволновалась. Предположение… Я тотчас вскочила на ноги и вновь включила воду. Нужно было как можно быстрее смыть с себя всё мыло. Уж не знаю, чем заслужила, но звуки голосов до сих пор гулом отдавались о стенки черепа. Как, черт возьми, это могло произойти именно сейчас? Когда я, наконец, позволила себе расслабиться и хоть на полчаса выкинуть из головы мысли о поиске ещё не родившегося кузена. «Хотя, — немного неуклюже кутаясь в махровое полотенце, думала я, — это можно было предвидеть. Как и то, что никто из привыкших всегда находиться в центре событий не позвонил мне. Как всегда…» Половина полок в шкафу до сих пор оставалась нетронутой и лишь собирала пыль. Но я закономерно решила дождаться, пока она не станет клубами летать по комнате, потому что руки не доходили убраться и разложить вещи как подобает. Возможно, будь у меня чуть больше времени, я бы поломала голову над одеждой куда более подходящей, чтобы произвести хорошее впечатление. Но вдруг выяснилось, что секундная стрелка на часах, почти потерявшихся на заваленном пустыми обёртками и грязными стаканами столике, двигается с пугающей скоростью. Даже не думая, я стянула из-под самого низа неаккуратной и того и гляди разваливающейся стопки первую попавшуюся на глаза футболку, а затем и тёмно-зелёные брюки. Время бежало намного живее меня, и это не на шутку раздражало. Странное, диковинное чувство, неожиданно переполнившее меня изнутри, заставило дыхание сбиться. Было ли это волнение перед предстоящей встречей, предвкушение или трепет — совершенно не важно. Хотя я не очень-то разбиралась в эмоциях. Мельком взглянув на себя в зеркальную дверь шкафа — наверное, единственный действительно сияющий чистотой предмет здесь, я недовольно покосилась на мокрые волосы, которые успели знатно намочить сзади футболку. Я слегка повела пальцами, и лёгкий ветерок, налетев, всего за несколько секунд высушил каждую тёмную прядь. Правда, такая экстремально быстрая сушка явно не пошла на пользу моей причёске. Я несколько раз провела по волосам жёсткими зубчиками расчёски, опять оглядела себя в зеркале и удовлетворённо хмыкнула. Недолго думая, накинула на плечи куртку, убрала телефон в карман и натянула кроссовки. Тяжёло вздохнув, я прикрыла глаза и сосредоточилась. Раньше мне уже приходилось искать «людей» по той силе, что от них исходила, но я бы не назвала это лёгким, а уж тем более пустяковым делом. Впрочем, не заметить той новоявленной мощи, что исходила от сына Люцифера, было просто невозможно. Но это было не так хорошо, как показалось сначала. Ведь ангелы тоже почувствовали «это». И небеса содрогнулись… Я расправила крылья, и приятная прохлада комнаты тут же окутала каждое перо. Так называемый полёт всегда происходит с такой скоростью, что человеческий взгляд просто не способен его заметить. Да что там, порой ты сам пропускаешь мимо то самое незабываемое мгновение, на которое отдаёшься во власть неба. И в следующий миг вновь стоишь на твердой земле и складываешь крылья, будто ничего и не было. Меняется лишь окружение, «декорации» мира вокруг. На этот раз «декорации» оказались действительно что надо. Залитая солнцем улица, точно утопленная в свежей зелени деревьев, будто намерено отбрасывала тень на обычно дождливые в это время пейзажи Канады за моим окном. Стоило мне только появиться здесь, какой-то зазевавшийся тип в форме тут же неприятно задел меня плечом, проходя мимо. Не замедляя шаг, он чуть повернул голову и, поправляя что-то похожее на небольшую рацию, прикреплённую к жилету на груди, бросил мне еле слышное: «Извините». А я лишь кивнула, хотя он уже отвернулся и, похоже, не успел этого заметить. Немного заторможено проследив за спиной, по всей видимости, удаляющегося полисмена, я слегка приподняла брови и огляделась. Рядом с небольшим трёхэтажным зданием, прямо напротив меня, американский флаг еле уловимо подрагивал на лёгком ветерке. «Департамент шерифа Норт Коув» — значилось на входе. Мне не осталось ничего, кроме как испустить тяжёлый вздох. «Что едва появившийся на свет сын Люцифера мог забыть здесь?» — скрестив руки на груди, подумала я и сделала несколько неторопливых шажков к двери. Но, судя по ощущениям, кузен действительно находился там. Пожав плечами, я ускорилась, гоня от себя навязчивые мысли о том, какие неприятности уже мог устроить новоявленный брат. Впрочем, чтобы он не натворил, с полицией проблем возникнуть не должно… Я неуверенно остановилась у двери. Облизнув внезапно пересохшие губы, я положила ладонь на её ручку, но колебалась, не решаясь войти. Кто знает, что будет дальше? Помотав головой, из-за чего волосы вновь разметались по всей спине, образуя беспорядок, я распахнула тяжёлую дверь, вошла и немного медленнее обычного двинулась по незнакомому коридору. Мимоходом я случайно пересеклась взглядом с женщиной в той же бледно-зелёной форме, что и тип на улице, и замерла. Вот, кто мне поможет. Значок шерифа у неё на груди поблескивал на солнце, яркие лучи которого проникали в небольшую комнатку сквозь окна. Шериф выглядела чрезвычайно усталой и на меня больше не смотрела. Несколько прядей у лица выбились из её прически. Она лихорадочно покусывала колпачок ручки, очевидно готовая в любой момент что-то записать в свой блокнотик и, хмурясь, глядела куда-то в сторону. Я сделала несколько шагов навстречу и только потом заметила двух молодых парней рядом с шерифом. Лицо одного из них — того, что расслабленно развалился за одним из рабочих мест, почти полностью скрывалось за шторкой тёмных волос. Он поправлял их, похоже, даже чаще, чем дышал, заправлял за уши, но это не слишком помогало. Другой, сведя брови к переносице и слегка приоткрыв рот, обнажая крупные передние зубы, заинтересованно крутил в руках пластиковую бутылку воды. Лёгкая куртка, украшенная странными узорами, очевидно, была ему велика в рукавах, и он подвернул их. Я приблизилась и чуть слышно деликатно кашлянула, привлекая внимание. Все трое разом повернулись ко мне. Но меня интересовал лишь изучающий цепкий взгляд, которым одарил меня парнишка с бутылкой. Это был «он», и я в этом нисколько не сомневалась. Безумные всплески энергии, исходящие от него, говорили сами за себя. Не удивительно, что он вырос настолько быстро, хотя я не ожидала увидеть его таким сразу. Я растянула губы в улыбке и заговорщически подмигнула кузену. Он по-прежнему выглядел слегка потеряно, но и какой-либо неприязни не излучал. «А ведь я даже не знаю его имени», — вдруг пришло в голову. Но ведь это не такая большая проблема, верно? Бросив мимолётный взгляд на маленький золотистый бейдж с именем шерифа, что был прицеплен к жилету рядом со значком, я облизнула губы и сказала, вкладывая в голос всё дружелюбие, на которое была способна: — Здрасте. Вы шериф Баркер, верно? Она чуть склонила голову в кивке и, будто опомнившись, отложила блокнот с ручкой в сторону. Привстав с краешка стола, шериф выпрямилась и запустила руку в волосы. — Я тоже умею читать, — хмыкнув, она опустила взгляд и тоже посмотрела на свой бейдж. — Чем могу быть полезна? Я задумчиво перевела взгляд с шерифа на другого паренька, размышляя, как стоило поступить с ними. Впрочем, я тотчас махнула на это рукой и произнесла первое же, что пришло в голову. Благо, лгать мне было не привыкать. — Понимаете, я не местная и приехала в город по работе… Всего на пару дней. А мой брат увязался со мной, знаете, как бывает? — показательно долго задержав глаза на кузене, я сделала небольшой шажок навстречу шерифу. — И, похоже, пока я уезжала по делам, он напился… Я его везде искала, звонила. Но он не брал трубку… Он совершенно не умеет пить, — я не смогла сдержать усмешку, — даже шампанское… Второй паренёк, широко улыбаясь, громко недоверчиво фыркнул и шепнул, обращаясь к шерифу: — Напился, ага… Но кузен на замечание никак не отреагировал, ровно, как и на всю мою речь. Лишь с пугающей внимательностью рассматривал моё лицо, не скрывая любопытства. Он не пытался опровергнуть сказанное мною, но и не выказывал согласия. Понятно, почему он был так растерян — ведь кузен впервые видел не только меня, а целый мир вокруг — сложный и непонятный. В своё время он тоже произвел на меня неизгладимое впечатление. Однако со временем яркие краски всё равно бледнеют. И ты живёшь в темноте воспоминаний о прошлом — от одного ясного события до другого. Усмехнувшись, я постаралась выкинуть подобные мысли из головы. Смерив меня косым взглядом, шериф тоже обернулась к кузену. Её недоверие даже непосвященный почувствовал бы за милю. Будь у меня время, ну или хотя бы желание я бы прямо из воздуха создала поддельные документы. Такие размышления уже закрадывались в голову, однако я лишь шагнула ещё ближе, так, что наши с шерифом лица теперь разделял всего фут. — Как здорово, что Вы его нашли! — по-прежнему улыбаясь, я вглядывалась в её тёмные глаза, ощущая лёгкое почти морозное покалывание на кончиках пальцев. А шериф застыла на месте, словно змея, зачарованная дудочкой заклинателя. — Я вам бесконечно благодарна. Мы ведь можем идти? Шериф отмерла, стоило мне моргнуть, но слабая золотая дымка не пропала из её глаз. — Да. Да, конечно… — немного заторможенно кивнула она, нетвёрдо отступая. — Огромное Вам спасибо! — чересчур пылко воскликнула я и легонько похлопала шерифа по плечу. Непроизвольно поправив волосы, я подмигнула всё это время глазевшим на нас ошарашенным парнишкам. И ещё раз взглянув на результат, удовлетворённо хмыкнула, оценивая проделанную работу. Интересно, получится ли этот фокус на расстоянии? Разумеется, если практиковаться чуть чаще, чем никогда… — Хей, привет! Как дела? Подскочив к кузену так спешно, что тот от неожиданности даже попятился и чуть было не перевернул стоящий позади стул, я, настороженно следя за его выражением лица, аккуратно взяла его под руку. Впрочем, он не сопротивлялся и даже позволил увести себя в коридор. На прощание отсалютовав другому парнишке, я прикрыла за собой дверь и, больше не волоча кузена за собой, словно тряпичную куклу, направилась к выходу. Он помедлил, но всё-таки побрел следом. Это не могло не радовать. Однако он по-прежнему выглядел самым растерянным человеком на свете. «Даже не подумал, что я могу оказаться какой-нибудь сумасшедшей? — нахмурившись, поняла я. — Надо будет поговорить об этом…» Придержав дверь, я вслед за кузеном вышла на солнечную улицу и остановилась. Сощурившись и ладонью прикрывшись от назойливых ярких лучей, я одной рукой стащила с плеч куртку, в которой внезапно стало жарковато. Хотя в здании наверняка работал кондиционер, не дающий полисменам зажариться в такой-то форме. — Значит, не успел родиться, а уже натворил дел, да? — губы сами собой растянулись в улыбке. Кузен промолчал. Лишь перевёл заинтересованный взгляд с куртки, что я неаккуратно скомкала в руках, на свою одежду и вновь смешно нахмурил брови. Повторив за мной, потому оставшись в одной простенькой белой футболке, которая тоже была ему велика, он слегка смял ткань в руках и вновь посмотрел на меня своим пристальным серым взглядом. Так, словно пытался прочитать все мысли, будь они выражены на моем лице в качестве эмоций или скрыты где-то в подсознании. — Что ты с ней сделала? — неуверенно произнес он впервые за всё это время. Признаюсь, сперва я, поглощенная звонким голосом кузена, даже не поняла, о чем шла речь. Однако, вопреки возникшим в голове мыслям, в его тоне не было ни толики обвинения. — Это не продлится долго, — пожав плечами, поведала я почти шёпотом, словно по большому секрету. — Можешь не волноваться. Кузен кивнул, удовлетворенный моим ответом, и даже приподнял уголки губ. Чуть заметные лучики морщин в уголках глаз сделали парня просто очаровательным. Лёгкий ветерок поигрывал с особенно длинной прядью его волос, выбившейся из остальной массы и спадающей на лоб, наверняка, здорово затрудняя ему обзор. Всё это — одежда не по размеру, прическа и улыбка — создавало мнимый образ простого американского паренька. Милого второстепенного героя типичного школьного сериала. Пусть он наверняка и не знал, что это такое. И, тем не менее, каким бы невинным он не был, кузен всё же остался потерянным в этом мире, погрязшем во мраке. А рядом с ним ни единого человека, который бы не жаждал получить выгоду от сына Люцифера или его смерти. Впрочем, заявление о том, что мои помыслы были абсолютно чисты, стало бы откровенным лицемерием. Возможно, тогда я увидела в ещё не родившемся ребёнке тот самый шанс, возможность избавления от давящего одиночества. Потенциальную замену тем, кто остался лишь призраками прошлого. А ещё — я тяжело вздохнула, потому что даже мысли о подобном давались тяжело — я не хотела, даже боялась, что он, случайно или нет, наступит на мои грабли. — Хочешь перекусить? — переступая с ноги на ногу, предложила я немного неловко. Кузен, по-прежнему крепко сжимавший в руках бутылку воды и куртку, вдруг резко дёрнулся и с ошарашенным видом приложил ладонь к животу. А я лишь усмехнулась, следя за тем, как кузен прислушивался к новым для себя ощущениям. Наконец, он кивнул с небывалым энтузиазмом. Да так, что приглаженные на бок волосы вмиг рассыпались по всему лбу. — Я, кажется, голоден… — вдобавок ко всему прочему вслух подтвердил он, и одним движением руки отмахнулся от назойливых русых прядей. — Вот и хорошо, — я облизнула пересохшие губы и, недолго думая, всё-таки решилась на то, что следовало бы сделать намного-намного раньше, — Будем знакомы. Я Габби. Тоже нефилим. — Моё имя Джек. Вот как. Я усмехнулась, ещё раз заглядывая в его глаза, в свете тёплых солнечных лучей ставшие вдруг небесно-голубыми. Не удивительно, что мать решила назвать его именно так. Наверное, я должна была догадаться, ну или хотя бы предположить подобное раньше. Например, когда чуть больше месяца назад навестила родителей Келли Клайн — той самой «счастливой», но теперь уже покойной матери Джека. Рождаясь, нефилимы неизбежно убивают матерей, и это, каким бы жутким и несправедливым не было, знакомо мне не понаслышке. Я тяжело вздохнула. Быть может, кому-то действительно казалось закономерным называть сына в честь собственного отца, но я, узнавая о таких случаях, уже привыкла лишь саркастически закатывать глаза. Ну, неужели сложно взять и придумать ребёнку собственное имя? Что ж, именно этот камень предназначался далеко не огороду Келли. — То есть, — выдавил Джек, задумчиво покусывая губу, — ты мой родственник… И это хорошо? Сложный вопрос… Я мысленно усмехнулась тому, как простая мысль, искоркой закравшаяся в голову среди голых бетонных стен, вдруг ни с того ни с сего поднялась, подобно столбу пламени. Ведь поначалу я не планировала даже встречаться с ребёнком Люцифера, не то чтобы предлагать пообедать вместе. Однако мало-помалу простая идея, выросшая из простого желания больше не оставаться одной, дала корни в моём разуме. Вот только, строя планы, я совершенно не учитывала возможные желания Джека… Вопреки мыслям, я ухмыльнулась: — Решать тебе, но я считаю — даже лучше. Джек вновь мило улыбнулся. Я подмигнула ему и бегло оглядела немноголюдную улицу. Несколько ничем не приметных магазинчиков позвякивали колокольчиками, стоило дверям приоткрыться и впустить редкого покупателя. Ну, или выпустить. Рядом с одним из таких магазинов остановились растрепанные и уставшие мальчишки с велосипедами. Я заметила, с каким интересом за ними наблюдает Джек, и чуть усмехнулась. На другом конце улицы пёстрой вывеской светилось какое-то кафе. «Ну что ж, можно и здесь перекусить», — недолго думая, решила я и осторожно положила ладонь на плечо Джека, расправляя крылья. Он чуть дёрнулся от неожиданности, то ли от прикосновения, то ли от шороха перьев за спиной, но не помешал мне. А, быть может, я просто случайно коснулась его крыльев, стоя настолько близко. — Вау… — застыв с чуть приоткрытым ртом и широко распахнутыми глазами, прошептал Джек, как только я отпустила его и отступила, не без улыбки оценивая реакцию Джека на первый в жизни полет. И хотя в этот момент он даже не расправлял крылья, именно первый полет был одним из тех случаев, которые забыть просто невозможно. По-крайней мере для меня. — Странное чувство… — Скоро и сам научишься, — кинула я как бы между прочим и приоткрыла перед Джеком дверь кафе. Все здесь будто кричало о принадлежности к небольшому городку. Самые простые, невыносимо твёрдые на вид кресла, теснящиеся рядом маленькие столики и полдюжины ярких картин на стенах. Старенький кондиционер, похоже, совсем не справлялся со своими обязанностями. Едва дверь за мной захлопнулась, и с улицы перестал поступать ветерок, меня точно обдало волной духоты, смешанной с соблазнительными сладкими ароматами. Раздались первые еле слышные нотки песни «Shape of You», звучащей сейчас буквально из каждого утюга, и я, фыркнув, тут же смерила небольшую колонку укоризненным взглядом, так, словно она сама решила переключиться на набивший оскомину хит. Джек, воодушевленно разглядывая картины, немедля двинулся вглубь помещения и пружинисто рухнул за свободный столик у окна. Впрочем, похоже, в это время кафе не пользовалось особой популярностью. Лишь небольшая компания в самом углу о чём-то шумно спорила. Дивясь энтузиазму Джека, я расположилась на диванчике напротив. — Ты ведь поможешь мне найти отца? — вдруг спросил он, удобно подперев голову рукой Я невольно поморщилась. Конечно, я любила Люцифера не больше остальных, даже наоборот. И все-таки, несмотря на то, что дьявол не претендовал на почётное звание отца года, я не могла запретить Джеку общаться с ним, как бы сильно не хотела оградить его от дурного влияния. Да и захочет ли Джек вообще оставаться со мной? Облизнув губы, я еле заметно вздохнула, подбирая подходящие слова. — Не думаю, что искать Люцифера хорошая идея. С ним иногда бывают большие проблемы… Джек лишь снисходительно усмехнулся и, смерив меня долгим взглядом, объяснил так, словно говорил с совсем уж неразумным ребёнком: — Это не его имя. — И, подумав, Джек добавил, вероятно, решив, что ошарашивающих заявлений для меня было недостаточно. — Я выбрал Кастиэля своим отцом. — Но… — Люцифер лишь создал меня. Но он мне вовсе не отец. Кастиэль. Ногти неприятно впились в ладонь, когда кулаки сжались, оставляя еле заметные красноватые следы на коже. Они бесследно исчезли почти сразу. Однако, несмотря на нечеловеческую регенерацию, упоминание этого имени до сих пор вызывало болезненные воспоминания. Пусть я и, как не удивительно, не была знакома с ангелом, обладающим этим именем. Предпочитала простую молчаливую неприязнь, конфронтации. Вопрос лишь в том: с чего вдруг Джек признал в этом ангеле отца? И значит ли это, что они уже встречались раньше? Я закусила губу. Несмотря на мнимую повышенную мораль друга Винчестеров, своими поступками он не сильно и отличался от Люцифера. Похоже, Джек заметил моё напряжение. Сведя брови так, что между ними образовалась неглубокая складочка, он изо всех сил старался поймать мой взгляд. — С каждым днем всё запутаннее и запутаннее… — протянула я наконец, бессильно откинувшись на спинку кресла и зарывшись пальцами в волосы. К столику, еле заметно прихрамывая и на ходу расправляя складки на выцветшем фартуке, подошла официантка. Как ни странно, я была даже рада её появлению, как некоей возможности отвлечься. Мельком взглянув на Джека, я закусила губу. Официантка выдавила из себя подобие улыбки и спросила устало и тягуче: — Что будете? — Я ещё никогда ничего не ел, — признался Джек, задумчиво разглядывая изображения с предлагаемыми напитками. Официантка, фыркнув, смерила его укоризненным взглядом и приподняла бровь, всем своим видом выражая, как относится к подобным «шуткам». Джек в ответ нахмурился ещё сильнее, придавая ситуации определённую комичность. А я лишь пожала плечами и усмехнулась, мысленно решая, что из местных блюд могло понравиться Джеку. Взвесив все за и против, я остановилась на картошке, латте со взбитыми сливками и стакане колы. Официантка чуть заметно кивнула и удалилась, вновь оставляя нас одних. — И как тебе на Земле? — поинтересовалась я с неподдельным любопытством, стараясь не возвращаться к прежней теме, и придвинулась ближе. — То ещё местечко, скажи? — Здесь красиво… — недолго думая, Джек уверенно кивнул и повернулся к окну, следя за проезжающими мимо машинами. — И необычно. — А самое главное… — я осеклась на полуслове, устало прикрыла глаза, и все слова мгновенно вылетели из головы. Настежь распахнув дверь, на порог кафе, настороженно переглядываясь между собой и оглядывая помещение, прошли двое…