Была зима

      Кажется, была зима. Снежинки то и дело плавно снижались и уже не таяли, а уверенно и быстро занимали свои места на почти белоснежном покрове земли.       В небольшой квартире одного города жила совсем еще юная девушка. Девочка, которая верила в чудеса. Верила, что молниями с нами переговариваются умершие близкие, что может менять погоду волевым усилием и мановением рук. И самое главное – верила, что ей за это ничего не будет. Как будто разбрасываться энергией и менять самую мелкую частичку бытия – обыденное дело и не влечёт за собой последствий. Да, та девочка хотела влюбиться.       Нет, за 14 лет девочка, конечно, влюблялась. Да так, что искры из глаз, но всё было не то. Девочка ждала «принца». И виделся ей этот «принц» далеким. Хотя девочка исправно примеряла на себя фамилии нравящихся мальчиков и придумывала имена будущих детей. На всякий случай.       В один совсем неволшебный день школа окончательно опостылела девочке. Ей захотелось перемен. А так как училась девочка ответственно и порой чересчур, то прогуливать без основательных причин уроки не представлялось ей правильным. Наверное, именно поэтому она решила найти себе дополнительное занятие.       Девочка тяготела к гуманитарным наукам и обладала одной особенностью. Запоминание чего-либо у неё происходило с помощью образов и символов. К примеру, девочка могла проснуться утром и вспомнить весь сон, только «поймав» запах мандаринов или услышав пару знакомых слов. Ей было легко вспомнить в каком месте страницы написано то или иное правило. И списать.       Одной из наук, к которым девочка тяготела и тянулась, была химия. И давалась она ей достаточно просто на базовом уровне, но не зря существует фраза «нет предела совершенству». Так и получилось, что девочка уговорила позаниматься с ней мальчика, незначительно старше её. Они были шапочно знакомы, встречались на нескольких общих мероприятиях.       Мальчик был громкий, яркий и совершенно нестеснительный. И улыбался он сумасшедше тепло и открыто. Всем.       В один холодный день каникул молодые люди решили сменить дислокацию своих занятий на более кулуарную, отправившись домой к мальчику. Девочка не понимала, что происходит. Улыбки становились всё более отчаянными.       И когда в один из дней девочка снова пришла к нему, то получила достаточно неожиданный вопрос от любопытствующих глаз напротив: «Скажи, что происходит? Зачем тебе это всё? Ты не боишься ходить ко мне? Не боишься, что я воспользуюсь тобой и просто изнасилую?»       Девочка совершенно смутилась, и её щеки медленно становились краснее и краснее. Несколько длинных секунд под стук сердца, бьющегося у горла. Она взяла себя в руки и проговорила, взглянув из-под ресниц на мальчика: «Нет, у тебя добрые глаза».       И добрые глаза рассмеялись. Учеба закончилась, уступив место совсем иной химии. С тех пор температура их отношений повышалась неустанно. Всё было для девочки впервые: и такие тесные объятия, и неуклюжая мальчишеская забота, и первый поцелуй, который оказался совсем не таким приятным (но только первый!). Мальчик был деликатен, несмотря на отсутствие стеснительности, и даже инфузории-туфельки, живущие у него в мисочке под батареей, не могли усмотреть чего-то постыдного в их отношениях.       Да, он предлагал устроить девочке незабываемую ночь даже в дневное время суток. Но её отказ, вызванный малолетством и зашоренностью перед внутренними понятиями «правильности», мальчик принял достойно.       На наступивший день Валентина мальчик преподнёс девушке симпатичный кулончик, а она… Она отстранялась. Почему-то только сейчас девочка рассмотрела его смешную походку и нелепое приветствие. Она начала жутко стесняться того, что это Её мальчик ведёт себя подобным образом.       И она ушла. Девочка думала, что «принц» должен быть идеальным. Никаких пошлых шуток и волосатых ног. И ушла некрасиво. Поговорили они скомкано, сжато. Мальчик почему-то слишком долго, по её мнению, спрашивал об окончательности её решения. И она попрощалась.       Несколько месяцев спустя девочка попыталась вернуть его. Потом забыть мальчика, растворившись в других чувствах. Всё было будто против неё – другой мальчик предпочел «крепкую мужскую дружбу» мимолётной влюбленности. Его выбор. Но девочке было неприятно, не больно, но неприятно.       Был эпизод, когда она попробовала поверить, что мальчик сменил своё решение. Но это оказалось проверкой, которую девочка не прошла. И девочка отпустила его.       Она не могла знать, что сквозь годы будет искать его улыбку на чужих лицах. И вспоминать поцелуи как маленькое теплое чудо холодной зимы. И помнить глаза. И искать его отражение в других. И нещадно жечь своё сердце мыслями о возможной вариативности бытия.       Но она надеется, что у мальчика всё наладилось. И у девочки, как сама надеется, тоже. Она встретила принца. И полюбила. Даже волосатые ноги.       Теперь девочка совсем редко открывает страницы мальчика в соцсетях и почти не плачет, когда он снится ей.