После распада

Когда стемнело, повозка почти доехала до искомой территории. Как ни крути, время позднее — сделали привал. Мы развернули лагерь около озера, чьи берега заросли камышом, на расчищенной от зарослей полянке. С уходом солнца температура стремительно падала. Брр. Проделав ямку, маги бросили на землю оранжевый кристальный ком, который испустил языки пламени и воспылал ярким стогом огня. Ничего себе. Костёр. Из кристалла. Я с кучером подивился. Мигом потеплело. Затем Кубаба топнула безупречно чистой стопой возле костра — вокруг материализовалась дуговая каменная стенка, идеально подходящая для сидения. Никто не торопился спать, хотя персонально я зевал. Детское тело демонстрировало низкий порог выносливости. Возрастное свойство. Сколько набралось лет предыдущему хозяину? Шесть, семь? Зелёная школота. Боже, до сих пор не до конца верю, что снова стал ребёнком. Это как вообще. Блин блинский. Мексакар вытащил из-под туники широченный котелок для готовки еды и установил над огнём. Хе. Вместимость кармана ненормальная. Сколько у него там вещей храниться. Определённо удобное хранилище. Краем глаза заметил, как Экинду осуждающе зыркнул на свою (забитую под отвязку) походную сумку. По всей видимости, она (сумка) так не умеет. Услышал шаг. Повернулся. Кучер сходил на озеро с большой корзиной, служившей ведром, принёс воды. Кубаба поблагодарила его, выпила всё ведро целиком и отдала обратно. Ошарашенный кучер отправился набирать воду заново. Отлично понимаю. Мексакар и ко сели на стенку. Я решил повториться. Приноровился, запрыгнул. До чего фигово быть маленьким. Вон, ножки свисают. — Лосрей! — Мексакар назидательно постучал по котелку. — Подай ужин! Договор на век! Да ладно. Прямо так. Внутри котелка случилась умеренная вспышка, после чего он оказался наполнен до краёв неизвестным суповым блюдом. Читерство. Признаю, шикарно пахнет. Ммм. Текут слюнки. — Огонь зачем? — я не сдержал недоумения. — Как зачем? Темно же! — А ну, да, темно, — я рассеяно обнаружил, что действительно посветлело. Лучше видно. Зачем в таком случае помещать котелок над пламенем — загадка. Вернувшийся кучер недовольно пробурчал (зря трудился), поставил ведро неподалёку и с дозволения магов присоединился к трапезе. Все плотно покушали, разлив суп в коричневые керамические миски. Каждый успел проголодаться, поэтому ужинали в многом без слов. — Вкус опупенный, — я благодушно поставил миску к остальным мискам. — Славный Энташур, — вечно молодая царица впервые напрямую обратилась к мне, интонация пестрила любопытством. — Вы правда явились из мира будущего? Я невольно заволновался. Отнюдь не частно с мной вели беседы царские особы. Точнее, никогда. Плохо представляю, как не упасть лицом в грязь. Ох, беда. — Эам… абсолютно верно, — я быстренько собрался. — Ва… Ваше величество. Да. — Я высокая? — Кубаба озадачено осмотрелась. — Велика? Прочие тоже ничего не поняли. О чём она. Детально рассмотрел её. Головной убор в виде цепной (словно кольчужной) металлической серебряной шапочки, из чего наверх торчало три изумрудных цветка. Диадема в виде пшеничного венка. Под перечисленным лежал зелёный платок, свисавший назад и на бока манерой плаща и частично прикрывавший изящные руки. Довольно приятное лицо. Серьги в виде висячих кругляков. Отличная кожа. Множественные бусы разной размерности, свисавшие от шеи до весьма крупной груди, чьи упругие очертания достаточно отчётливо проглядывались за оранжевой шелковистой тряпкой. Оранжевая тряпка опутывала талию и далее уподоблялась платью. Ноги босые, но идеально чистые и без капли грубости. Наверняка, следствие магии. У нас (для сравнения) стопы зажестели, почернели и не мягче подошвы. Рост… не дам конкретной оценки. Выше Мексакара, ниже Экинду. Я-то своего не знаю, сложно строить сравнения… Стоп. Велика. Какой рост. — Культурное недопонимание! — я экстренно спохватился. — У нас принято обращаться к царям и царевнам словосочетанием «ваше величество»! — Ооо, хорошее обращение, — смекнувшая Кубаба заинтриговано поделилась мнением. — У нас обычно употребляют «светлая государыня» или «светлый государь». Много в вашем мире царств, м? Пожалуйста, поведайте. Фуух, пронесло. — Не много, — я покачал головой. — Не считал. Приблизительно десятки. На моей Земле преобладают другие формы правления. Республики, унитарии, федерации, конфедерации, конституционные монархии. — Я ничего не поняла, но звучит невероятно интересно. Кажется, свалился шанс зарекомендовать себя. Возьму быка за рога. Постарался объяснить значение перечисленных понятий. Очевидно, царице Киша не чужды политические науки. Махом впитала. Поданные концепции частично смутили её и окружающих. Народовластие, серьёзно? Конституция? Но более всего я наблюдал неподдельное изумление с её стороны. Чутьё свидетельствует, о таком странном мироустройстве она никогда не мыслила. Кубаба стала рассуждать о потенциальных преимуществах и недостатках перечисленных типов государственности. Мы плавно перескочили на экономические материи. Я огорошил её идеями свободного рынка, прогрессивной налоговой шкалой, гарантиями частной собственности, дуэтом прозрачной отчётности у бизнеса и независимыми справедливыми арбитражными судами как средством привлечения иностранных инвестиций. В итоге её разум перегрузило. Из-за чего наше пространное общение временно угасло. У Экинду и Мексакара тоже были контуженные лица. Один кучер ушёл спать. Они явно не поняли всего. Зато значительную часть уловили. — Набу, одари озарением, — Мексакар оторвано проговорил, разглядывая танец пламени. — Безумное будущее, Энташур. Я позевал, пожал плечами. Не ваш цирк, не ваши обезьяны. Кстати… Намекающе прокашлялся. — Учитель, — Экинду наконец-то вспомнил. — Я сканировал ауру Энташура, седьмую оболочку. Истинное восприятие недостаточно сензетивное. Как видите, он предрасположен к Искусству? — Пф, — Мексакар переменился. — По натуральным данным — нет. Бездарный. — Значит нет таланта, — я ощутил нарастающий лютый дипресняк, переходящий в приступ ярости. — Мы от рождения неравны. Аксиома вселенной универсальна. Ненавижу. — ЭЙ, придержи нрав, добрый человек… Правильно. Вовлекать окружающих в собственные внутренние проблемы инфантильно. Пробую подавить эмоции. Ситуацию никак не выправит. Испортит. — Энташур, — архимаг Мексакар говорил выдержано и наставнически. — Я был бы солидарен с приведённой точкой зрения, не располагай вот этим. Смотри. Из ниоткуда над ладонью старца появился фиал, где изнутри светился и блестел синий чародейский раствор. Фиал парил и вращался по вертикальной оси. Что это.