Судьба распорядилась верно /Fate Set Right

1 сентября 1974 г. (продолжение)       - Привет, Эванс, - мальчик, которым мог быть только Джеймсом Поттером, прислонился к двери с насмешливой улыбкой, которую Гермиона когда-то видела у Кормака Маклаггена или Драко Малфоя. Такое выражение на лице Джеймса сразу же отличало его от ее дорогого Гарри. Гарри, который был несколько застенчив и вообще не хотел, чтобы на него обращали внимание, никогда не посмотрел бы на девушку так, как Джеймс смотрит на Лили: как будто она трофей.       Зная будущее, Гермиона ожидала только одного ответа от Лили.       И была ужасно удивлена, услышав обратное.       - Уходи, Джеймс, - она сразу же ответила с искренним раздражением. - Я с нетерпением ждала спокойной, приятной поездки на поезде.       - Так почему ты здесь с Нюниусом? - молодой, красивый, темноволосый мальчик спросил со смехом, от чего низкий, пухлый блондин прыснул.       - Ужасно, - Гермиона сказала, глядя на группу мальчиков.       Это, конечно, привлекло к ней внимание. Темноволосый мальчик, слишком красивый, широко улыбнулся и медленно осмотрел ее.       - Ну, хорошо, хорошо. Кто у нас здесь? Я раньше не видел тебя. Как тебя зовут, Котенок?        - Котенок, - прошептал Блэк. - Нет, этого не может быть. Я сошел с ума, оставаясь один, в темноте, все эти годы со своими сожалениями и жаждой мести.       У Гермионы отвисла челюсть не только от дерзости происходящего, но и от того, как сильно Азкабан изменил Сириуса.       - Это Гермиона, - Лили сказала, к большому недовольству Гермионы. - Она перевелась к нам.       - Отлично, - сказал Сириус, прошел в купе и сел рядом с Гермионой. Он положил руку на спинку сиденья и ухмыльнулся с отвратительной уверенностью в себе. - Приятно видеть, что тебя распределили на лучший факультет во всем Хогвартсе. Но Эванс, похоже, не может уяснить, что не стоит якшаться со змеями. Кстати, все слизеринцы темные, и конечно, наш Нюниус одержим Темными Искусствами. Вот он какой.       Парни переглянулись, не заметив, как волосы Гермионы начали потрескивать, когда она опустила свой подбородок.       - Я, например, знаю, что не все гриффиндорцы хорошие, - она выплюнула слова, желая взглянуть на пухлого блондина, которого, как она догадалась, звали Питер Петтигрю, но обнаружила, что сердце кольнуло даже от намека на что-то подобное. Вместо этого она пошла по более безопасному пути. - И говорят, что Мерлин сам слизеринец, так расскажи мне, как работает твоя логика? И, честно говоря, за очень короткое время, пока я была в этом поезде, я обнаружила, что его компания намного превосходит твою, а он едва ли говорил.       - Возможно, именно поэтому ты думаешь, что его компания лучше, - прокомментировал Джеймс.       - Да, возможно, так оно и есть. По крайней мере, он не открыл рот, чтобы выставить себя напыщенным, высокомерным идиотом, который искренне верит, что цвет простыней в его общежитии каким-то образом показывает его превосходство, - парировала Гермиона.       - На самом деле, я верю, что это демонстрируют новые мантии и чистые волосы, - ответил Джеймс.       - У меня поддержанная одежда. И если вы думаете, что ваши волосы считаются «чистыми», то мы, безусловно, должны найти для вас словарь. Возможно, это также поможет при нашем следующем разговоре. К тому времени, я уверена, вы поймете, что сложные слова, которые я могу использовать, чтобы описать вас не будут очень лестными, - затем она повернулась к Сириусу. - Пожалуйста, извлеките себя из моего личного пространства, вас сюда не приглашали и не хотели.       Сириус поднял руки сдаваясь, встал и отступил к хмурому Джеймсу и Питеру.       - Хорошо, но не удивляйся, если через неделю или две ты обнаружишь, что передумала. У меня есть опыт общения с такими людьми.       - Я сомневаюсь в этом, - Гермиона усмехнулась.       Сириус лишь хихикнул, обернувшись, указывая, чтобы остальные следовали за ним. Джеймс посмотрел на Северуса и отвернулся. Незадолго до того, как за ними закрылась дверь, Северус вздрогнул и зашипел сквозь зубы.       - Что произошло? - спросила Гермиона, пытаясь успокоить голоса в ее голове, кричащие, что это совсем не та история, нарисованная для Гарри Люпином.       - Ничего, - Северус нахмурился, засунув левую руку в рукав мантии.       - Он проклял тебя? - спросила Лили, выдергивая руку Северуса из укрытия.       Прямо под первым суставом его большого пальца образовался небольшой рубец.       - Конечно, он проклял, - Северус стиснул зубы. - Ты действительно думала, что они просто заглянут пообщаться и уйдут, ничего не пытаясь сделать?       Гермиона впилась взглядом в дверь, затем потянулась к рюкзаку и стала копаться. Когда она нашла мазь от ожогов, которую Делия дала, если вдруг на зельях произойдёт несчастный случай, молча бросила ее Северусу. Он поймал баночку здоровой рукой, нахмурился, прежде чем с подозрением взглянуть на Гермиону.       - Чтобы вылечить ожог, - Гермиона пожала плечами.       - Я не просил тебя об этом, - Северус зарычал, перекидываю баночку обратно девушке.       - Я знаю, что ты не просил, но мазь поможет, - Гермиона поймала баночку, закатила глаза и возразила, прежде чем перебросить ее с большей силой Северусу.       - Мне не нужна твоя помощь, - рявкнул Северус и бросил мазь обратно. Баночка столкнулась со спинкой сиденья, но не разбилась и не пролилась.       - Хорошо, - раздраженно вздохнула Гермиона, и положив ее обратно в сумку. - Тогда наслаждайся ощущениями в течение следующих пары часов. - Она схватила свою книгу по чарам и демонстративно открыла ее, хотя взгляд скользил по странице, не видя ни слова.       В купе стало почти тихо. Гермиона знала, что Лили и Северус разговаривали, но она не слышала ни слова.       Вместо этого она размышляла над тем, что узнала.       Она и раньше не сомневалась, что Сириус всегда был таким. Но Джеймс? Она просто не могла понять, как родители Гарри могли пожениться и вообще влюбиться, если они так общались на четвертом курсе. Гермиона прикинула в уме: они умерли в двадцать один год, а Гарри было чуть больше года. Лили должна была забеременеть в девятнадцать лет, значит, если сейчас ей пятнадцать, то за четыре года ей придется изменить свое мнение о Джеймсе Поттере настолько, чтобы захотеть создать с ним семью. Если, конечно, это не был брак по "залету". Гермиона знала достаточно о сексе и отношениях, и понимала, что они не всегда совместимы. У нее был двоюродный брат, результат связи на одну ночь, и его родители поженились только, чтобы воспитывать его вместе. Но Гермиона не могла не вспомнить фотографии Лили и Джеймса. Они действительно казались счастливыми и влюбленными. Может быть, это была игра, может быть...       - Эти заклинания для тебя сложные? Может материал более продвинутый, чем ты ожидала? - Издевательский тон Северуса вывел Гермиону из задумчивости, и она удивленно повернулась к нему.       - Что? Нет. Потерялась в мыслях и забыла, о чем читала, - призналась Гермиона.       - Значит ты мечтательница? Это более типично для пуффендуйца, чем для гриффиндорца. - Гермиона фыркнула, желая прокомментировать пустоголовых мечтательниц со своего факультета (великий Мерлин, три года делить спальню с Лавандой и Парватти!), но показалось, что горло сожмется раньше, чем она проронит хоть слово.       - Не мечтала ни дня, - умудрилась она сказать, хотя ее голос был немного скрипучим. - Просто... поражена первыми впечатлениями, вот и все. Почему они так тебя не любят, если, конечно, ты не возражаешь против моего вопроса? - Гермиона внимательно смотрела на парня.       - Возражаю, - проворчал Снейп. - Но Лили отругала меня за то, что я не был к тебе добр… я понятия не имею. Потому что я существую? Потому что я слизеринец? Возможные причины бесконечны.       Гермиона понимала этого худого, долговязого мальчика с плохими волосами и тяжелым нравом.       - Распределяющая шляпа изначально хотела отправить меня в Слизерин, но она не была уверена, что это будет мудрым решением, - Гермиона поделилась правдой, о которой даже ее лучшие друзья не знали, чем привлекла его внимание. - Она также рассматривала Когтевран, но боялась, что я никогда не достигну своего истинного потенциала на этом факультете. Остался только Гриффиндор, потому что я ну никак не смогла бы ужиться в Пуффендуе. Так что, не любить кого-то за их факультет - это смешно; некоторые люди не подходят ни для одного, кроме того, куда их разместили, - она посмотрела на дверь и нахмурилась. - И если они не любят тебя просто за то, что ты существуешь, ну, вряд ли они сделают волшебный мир лучше.       Он слегка улыбнулся, совсем немного изогнув губы, но они оба знали, что она заметила улыбку. Поэтому она улыбнулась в ответ и тут же решила, что если Джеймс Поттер был самым ужасным ослом, то, возможно, Северус Снейп вовсе не был тем человеком, каким она думала. 3 сентября 1974 г.       Гермионе потребовался целый день занятий, чтобы понять одну вещь о Лили Эванс: она была немного легкомысленной. Дело не в том, что она не умная, Лили хорошо разбиралась в чарах и трансфигурации, и у нее было приличное, всестороннее знание астрономии. Но в тот момент, когда они вошли в школу, Лили убежала с девочками-однокурсницами, даже не взглянув на Северуса. Гермиона улыбнулась и помахала рукой, но он не ответил ей. Его взгляд был прикован к Лили, грустный и разочарованный, но совсем не удивленный.       Гермиона думала, это потому, что Лили рада вернуться в школу и встретиться с друзьями, с которыми не виделась целое лето, но позже заметила, что Лили позволяла Северусу ждать ее и провожать до кабинетов, где она быстро садилась рядом с Алисой или Марлен. Гермиона посчитала девушек милыми, но на ее вкус они слишком увлечены мальчиками и красотой.       Гермиона села рядом с Северусом, когда поняла, что никто другой, даже с его собственного факультета, не собирается этого делать. Сначала он криво усмехался, особенно на первых двух уроках. Но когда Лили ушла на прорицание, они - на древние руны, Северус наконец понял: она сидела с ним, потому что он был своего рода союзником. Она действительно никого не знала, а другие варианты были более неприятными.       Поэтому совсем не удивительно, что на следующее утро, когда они втроем пришли на зелья, Лили присоединилась к остальным девушкам. Гермиона осталась с Северусом, и прошла за ним к заднему столу. Гермиона нахмурилась, когда Алиса подсела к Фрэнку Лонгботтому, оставив Марлен с Лили.       - Раньше Лили была твоим партнером? - спросила Гермиона, когда заметила, что слизеринцев было столько же, и никто не был один.       - Только на первом курсе, я работал самостоятельно предыдущие два года, - Снейп посмотрел на нее с вызовом.       Она закатила глаза.       - Поверь мне, Северус, я не… - ее сердце сжалось, не позволив ей произнести оставшуюся часть предложения: Я не собираюсь мешать тебе в твоем призванье.       Снейп нахмурился, заметив ее резкую и очевидно непреднамеренную заминку, но ничего не сказал.       Профессор Слизнорт был как день и ночь по сравнению с профессором Снейпом. Невысокий, толстый и совершенно нелепый, Гермиона могла только недоверчиво покачать головой.       - Доброе утро, доброе утро. Как прошло ваше лето? Надеюсь, все хорошо. Я подумал, что мы могли бы начать с простого практического занятия, вы все помните, как приготовить простое зелье для роста волос? - он весело улыбнулся, дергая локтем в сторону стоящего рядом слизеринца, как будто пихнул в ребро.       - Он совсем не такой, как я ожидала, - Гермиона сказала, когда они с Северусом достали свои наборы, прежде чем пройти в конец класса, чтобы взять свои котлы.       - А кого ты ожидала увидеть? - Спросил Северус.       - Кого-то устрашающего, - она ответила, - высокого и, пожалуй, гораздо более… строгого. Я ожидала некоторого магнетизма.       - Таким был твой предыдущий Мастер зелий? - Северус поставил свой котел.       Гермионин ботинок заскользил по полу, пальцы мазнули о край котла, но не схватили его. Северус протянул руку и подхватил девушку, не давая упасть. Он не улыбнулся, и когда она поблагодарила его, просто кивнул, но это был еще один жест, не свойственный профессору Снейпу, и напомнил, что юноша еще не стал тем человеком, которого она знала. Тот человек сильно повлиял на ее мнение о том, каким должен быть Мастер зелий.       - Да, - сумела наконец ответить. - Мой профессор был именно таким.       - О, - сказал позади нее профессор Слизнорт, и прежде, чем она смогла повернуться, он уже приобнял её за плечо. Гермиона поморщилась, отворачиваясь, насколько могла, пока он держал ее в своих руках. - Вы должно быть мисс Грейнджер. Мне сказали на собрании персонала ждать вас на занятиях. Я был действительно удивлен, как это Дамблдор упустил вас и не зачислил с первого курса, - она ничего не сказала, чувствуя на себе взгляды всех в классе, пока профессор Слизнорт держал ее рядом с собой. Он первый учитель, который привлек к ней внимание. - Скажите мне, вы случайно не являетесь родственником зельевара Гектора Дагворта-Грейнджера?       Ее первым порывом было сказать правду, но, оглянувшись вокруг, увидела, что слизеринцы с интересом прислушиваются, как и несколько гриффиндорцев.       - Дальним.       - Великолепно, великолепно. Тогда вы, с зельеварами в вашем семейном древе, должны бросить вызов мистеру Снейпу, - наконец профессор отпустил ее, и Гермиона чуть не побежала обратно за рабочее место.       - Во многих семьях есть зельевары, - пробормотала девушка, когда Северус спокойно присоединился к ней.       - Не такого калибра, - возразил Снейп, когда они открыли свои наборы ингридиентов. Его взгляд немедленно упал на набор Гермионы. - И я уверен, что не все семьи будут так дальновидны.       Гермиона посмотрела на коробку между ними, прежде чем осознала. Ее ингредиенты такие свежие, что стоили бы целое состояние купи она их в аптеке. Ни у одного студента, кроме учеников из обеспеченных семей, не было такого комплекта.       - Один из моих опекунов - герболог. Он позволил мне взять все что нужно, чтобы мне не пришлось тратить те небольшие деньги, которые мне выделили на ингредиенты.       Щеки Северуса покраснели, он сразу же отвернулся и слишком сильно сосредоточился на своем зелье, делая пометки на полях учебника.       Примерно на середине варки, она почувствовала его пристальный взгляд, он ожидал ее следующего шага. Гермиона посмотрела на Снейпа, но он немедленно отвел взгляд и создавалось впечатление, что у него нет никакого интереса к человеку рядом с ним.       - Хорошо. Разлейте зелья по колбам и принесите их сюда, - профессор Слизнорт обратился к классу ближе к концу первого часа. - И теперь, когда я уверен, что вы все взбодрились, мы обсудим, что ожидать в наступающем году, и рассмотрим некоторые свойства напитка «живой смерти».       Гермиона уже налила свое зелье в колбу, как и Северус, и, прежде чем она успела пошевелиться, он взял ее образец и отнес.       Когда он вернулся, она просто кивнула в знак благодарности, и он кивнул в ответ. Тем не менее, она заметила, что его плечи больше не казались такими напряженными. 21 сентября 1974 г.        Делия,       Прежде всего, я прошу прощения за то, что так долго тянула с письмом. Уверяю, я этого не планировала. Первую неделю здесь я просто приспосабливалась, сравнивала разные вещи с тем, что имею сейчас и с тем, к чему я привыкла. Хотя многие профессора очень похожи на тех, что были у меня раньше, некоторые совершенно другие. Профессор Слизнорт, например, довольно слаб по сравнению с Мастером зелий, который ранее меня обучал. К счастью, мой партнер по лабораторным, Северус, так же старателен, как и я, и не станет отлынивать.       Я встретила его в поезде вместе с нашей общей подругой Лили. Я говорю так, потому что не совсем уверена, что мы друзья сами по себе. Мы общаемся, и я даже могу сказать, что мы добры друг к другу, но совершенно очевидно, что единственная причина, по которой Северус принимает меня в своей компании - это Лили.       Мы с ней на одном факультете, и поэтому она мой самый близкий друг здесь, в Хогвартсе. Хотя, если честно, я не чувствую настоящей связи с ней. Лили общительная и живая, красивая в классическом стиле и притягивает к себе людей, словно мотыльков. Она дружит со всеми девочками на нашем курсе, и, хотя Алиса Диггори милая, Марлен МакКиннон оставляет желать лучшего. В моей предыдущей школе, в общежитии со мной была девушка, которую я считала самой легкомысленной и самовлюбленной пустышкой из когда-либо живших. Марлен может легко стать источником вдохновения для той девушки.       Но если честно, меня мало интересуют однокурсники. Мальчики, за исключением, возможно, Фрэнка Лонгботтома и Ремуса Люпина, ужасны. Первый не против остаться в одиночестве, или пообщаться со студентами других факультетов, а второй... ему просто нужно найти других друзей.       Я ничего не сказала об этом Минерве, уверена, что это не имеет значения. Судя по ее взглядам, она думает также.       Хотелось бы назвать причину, почему я не писала еще две недели. Но просто было трудно, и я настолько увлеклась учебой и приспособлением к жизни вдали от деревни и теплицы Боба, что потеряла счет времени. Прости меня, обещаю писать чаще и не буду ждать до Хэллоуина, чтобы прислать новости.       Надеюсь, что теплая погода, которая царит здесь, распространяется и на вас в Шотландии, и скоро я об этом узнаю.       Твоя Гермиона       Она закончила письмо в пустой спальне и направилась к совятне. В конце сентября погода была действительно фантастической, и, несмотря на ужасные воспоминания, которые ее посещали, Гермиона отправилась туда в джинсах и гриффиндорском свитере. По крайней мере, на ней была простая футболка, а не блузка, как во время происшествия.       В субботу большинство студентов разбрелись по двору, впитывая последние теплые солнечные лучи до наступления осени. Поэтому она почти не видела учеников, проходя по замку. Она встретила первогодку из Когтеврана, поднимаясь по лестнице к башне, вот и все.       Гермиона обнаружила Северуса, сидящего на относительно чистом уступе. Он смотрел вниз через бойницу.       - Ты часто навещаешь сов? - подразнила Гермиона, проходя в помещение в поисках школьной совы, которая могла отнести ее письмо.       - Нет, - просто сказал Северус. После того, как сова подлетела к Гермионе и предложила свою лапу, он добавил, - Лили сказала, что ты наверняка будешь здесь.       - Ты искал меня? - она нахмурилась и быстро посмотрела на Снейпа через плечо, привязав письмо к лапе совы.       Северус фыркнул.       - Нет, не совсем, - девушка повернулась к нему, когда сова вылетела через другую бойницу. Он ударил ногой о каменный пол, не встречаясь с ней взглядом. - Я думал, что, может быть, ты пойдешь к ней после того, как закончишь здесь. И ради тебя она захочет уйти от других.       - Алиса и Гарпия? - Гермиона фыркнула, прислонившись к стене рядом с ним. Она скрестила руки и лодыжки и повернулась к нему лицом. - Я бы не рассчитывала на это, я слышала, что девушки были очень взволнована возможностью зачаровать друг другу ногти и волосы, обсуждая парней-идиотов на нашем факультете. Конечно, только четверокурсников и старше.       - А почему ты не там? - Северус не поднимал взгляд и что-то рассматривал.       - Считаешь, что меня могут занимать такие бестолковые разговоры?       - Твои волосы могли бы извлечь выгоду, - возразил Северус, и она с негодованием уставилась на него.       - Зато твои - воплощение совершенства, - парировала Гермиона. Он напрягся, и его челюсти сжались, но он ничего не сказал. - В любом случае, я не думала присоединяться к ним. Я собиралась отправиться в библиотеку и заняться домашним заданием.       - Забавно, - голос Сириуса донесся из дверного проема, и Северус встал на ноги в оборонительную позу, глядя на четверых чужаков и вытянув палочку. - Мы думали, что сделаем то же самое.       - Что ты хочешь, Сириус? - вздохнула Гермиона.       - Попрактиковаться, Котенок, - он ухмыльнулся.       - Ты решил подняться сюда и зачаровать сов?       Сириус, Джеймс и Питер засмеялись, не отходя ни на дюйм от двери.       - Едва ли, - Сириус, прежде чем она или Северус смогли отреагировать, направил свою палочку на слизеринца и сказал: - Энгоргио.       И так большой нос Северуса начал расти.       Когда все гриффиндорцы начали хихикать, Гермиона подняла свою палочку... и заколебалась. Магия в коридорах была строго запрещена. За исключением того, что это был не коридор, не так ли? И кроме того, четверо против одного. Ну ладно, двух.       Прежде чем она успела подумать, Гермиона уже закричала:       - Слагулус Эрукто!       Она сомневалась, что мальчики слышали или видели, как она колдовала, но, когда Сириус растерялся от удара, они перестали смеяться и смотрели друг на друга в замешательстве. Мгновение спустя Сириус побагровел, а потом приобрел зеленоватый оттенок, прежде чем раздуться и обильно вырвать. Количество слизней, лившихся изо рта парня на ботинки Джеймса, почти вызывало сочувствие.       - Какого черта, Грейнджер? - Джеймс поморщился.       - Мне не нужна твоя помощь, - Северус огрызнулся, хватаясь за нос.       - Может нужно... - начал Сириус, прежде чем извергнуть слизней. Он кашлянул, плюнул и выпалил что-то, что начиналось с буквы «д».       В момент, когда Гермиона увидела, как Сириус поднял палочку, она толкнула упрямого Северуса, от чего проклятие попало в нее.       Ее передние зубы – которые уже были больше, чем она хотела бы, - начали расти. Больно не было, но чувство, как они растут вдоль подбородка, смущало и расстраивало.       - Ха! Отлично, Бродяга, - сказал Джеймс, крепко похлопывая Сириуса по спине.       Сквозь слезы на глазах, которые Гермиона старалась не пролить, она увидела, что от хлопка Джеймса Сириус выплюнул еще больше слизней.       Северус взмахнул палочкой, пробормотав что-то на букву «с», и сразу все волосы Джеймса соскользнули с его головы и упали в груду мерзких слизняков у его ног.       Поттер похлопал себя по голове, и Гермиона не могла не усмехнуться, увидев панику и отчаяние на его лице.       Джеймс направил палочку на Северуса, его ступня приклеилась к Гермионой и они вместе повалились на пол. Гермиона ударились длинными зубами о камень так сильно что увидела белые пятна света, когда боль пронзила голову.       - Что, во имя Мерлина, здесь происходит? – раздался требовательный голос профессора МакГонагалл.       - Мы просто пришли сюда, чтобы отослать почту, - быстро ответил Джеймс.       - Да, я вижу сообщение, которое вы намеревались отправить, - она ответила резко. - А также двух студентов на полу с некоторыми… изменениями.       Северус фыркнул, и когда Гермиона повернулась, они посмотрели друг другу в глаза.       - Я не вижу никакой разницы.       - И я не вижу, - сказала Гермиона сквозь зубы. Боль, во рту и голове, вытеснила его резкий комментарий. Его губы скривились, когда он фыркнул, затем Северус поморщился и снова зажал нос.       - Мисс Грейнджер, мистер Снейп, мистер Блэк, идите в Больничное крыло. Мистер Поттер, ну, ваши волосы отрастут, - суровая профессор МакГонагалл стояла у двери, жестом показывая Гермионе и Северусу подняться с пола и сделать, как было сказано.       - Ты заплатишь за это, - Джеймс угрожающе пробормотал себе под нос, когда они проходили мимо. Гермиона и Северус проигнорировали его. - Г -       - О чем ты думал, Сев? - Лили ругала его, пока он лежал на больничной койке рядом с Гермионой. Снейп смотрел на свои руки на одеяле. – Ладно ты всегда связываешься с ними, но тащить за собой Гермиону? Я попросила тебя найти ее и поговорить с ней, а не…       - Поговорить со мной о чем, Лили? - спросила Гермиона, голос все еще приглушенные из-за удлиненных зубов. Видимо, рвота слизняками считалось более серьезным, чем увеличенные зубы, но не такими серьезным, как увеличенный нос.       Лили наконец посмотрела на Гермиону, её взгляд прикипел ко всё ещё торчащим зубам, прежде чем девушка снова отвела глаза.       - Ничего такого, - щеки Лили покраснели. - Я просто подумала, раз Севу одиноко, он мог бы найти тебя. Лучше, чем таскаться с теми, - прошипела Лили.       - Те на моем факультете, Лили. Что ты хочешь, чтобы я делал, игнорировал их? - запротестовал Северус.       - Да! - огрызнулась Лили. - Ты слышал, как меня называют, Северус? Они злые.       Гермиона могла рискнуть догадаться, как именно, слизеринцы называли Лили. Северус перевел взгляд на Гермиону, но не посмотрел на нее. После долгой паузы он сглотнул и сказал:       - Я не могу их игнорировать. В этой школе я должен постоянно следить за своей спиной, я не стану этого делать в собственной спальне. И только потому, что я провожу время с ними, это не значит, что я согласен с ними! - Снейп откинулся назад.       - Сириус первый бросил проклятие, - вмешалась Гермиона наблюдая, как Лили готовится что-то сказать. - Мы были в совятне, разговаривали. Как ты и просила его. Он нашел меня, мы болтали. Пришли идиоты и напали.       Когда слова вылетели из рта, Гермиона могла думать только о тролле в уборной для девочек. Как она солгала ради Гарри и Рона, и как они стали друзьями после этого. Она не знала почему, сейчас она не лгала, а у Лили не было над ними власти. Гермиона почувствовала на себе взгляд Северуса и продолжила, глядя на него.       - Я понятия не имею, почему ты ополчилась на него, особенно когда он не мог защитить себя, пока я не вмешалась. На самом деле, я сделала только хуже, когда прокляла Сириуса. Так что, если ты собираешься кого-то ругать, ругай меня. И не смей рычать на него за то, что он втянул меня во что-либо.       Лили открывала и закрывала рот несколько раз, прежде чем сказать:       - Это не первый раз, когда такое случается.       - Я догадалась.       Прежде чем Лили успела сказать что-то еще, мадам Помфри подошла к кровати и улыбнулась Гермионе.       - Хорошо, мисс Грейнджер. Я не уверена, что ваши зубы станут прежними, - она нежно и ободряюще положила руку на плечо Гермионы. - Но, по крайней мере, ты сможешь говорить и есть.       - И закрыть рот, - подсказал Северус. - Ты пускаешь слюни.       - По крайней мере, они могут стать лучше, когда со мной закончат, - ответила Гермиона сдерживая улыбку, она заметила, что в глазах Северуса искрилось веселье.       - Ооо, вы двое ужасны! - Лили всплеснула руками. Она зарычала, выскочив из Больничного крыла.       - Да, хорошо, тогда начнем? - Мадам Помфри вздохнула. Когда Гермиона кивнула, ведьма достала свою палочку и начала выполнять контрзаклинание.       Ощущения сбивали с толку, зубы сжимались, уменьшаясь в размере. Гермиона крепко зажмурила глаза, сжала руки в кулаки и напряглась, чтобы не шевелиться и не дрожать из-за легкой боли. Она почувствовала, как зубы потянулись вверх от нижней губы, дошли до верхних зубов и остановились. Открыв глаза, она провела языком по верхнему ряду. Ее глаза расширились, когда она почувствовала, насколько они идеально ровные. Мадам Помфри наколдовала ей зеркало, а затем ушла с понимающей улыбкой.       Исследуя свое отражение, Гермиона невольно потянулась и дотронулась до них.       - Родители не позволили бы мне исправить зубы.       - Почему?       Гермиона просто покачала головой, она не смогла бы объяснить не выдавая, что она даже не полукровка.       - Не имеет значения, - наконец ей удалось прошептать. - Что ж… возможно мне стоит поблагодарить Сириуса.       Северус фыркнул:       - Не думаю, что нужно еще больше раздувать его эго.       - Хм, наверное, ты прав, - через некоторое время она опустила зеркало и повернулась к Северусу. - Как думаешь, сколько времени понадобится Джеймсу, чтобы справиться с заклинанием роста волос?       - Вопрос заключается в том, сможет ли он найти кого-то достаточно умелого, чтобы исполнить чары.       - Я умею.       - Конечно.       - И могу это сделать.       - Конечно ты можешь.       - И почему ты так говоришь?       - Потому что ты чертова всезнайка, - Северус сказал с раздраженным смешком. Затем он поднял руку вверх и помахал. - Это ты на каждом уроке, без исключений. До того, как ты пришла, студентов вызывали, и мы смеялись над дебильными ответами. Прошло всего три недели, и я уверен, что я не единственный, кто хочет, чтобы ты вернулась туда, откуда пришла.       С момент, когда слова сорвались с его губ, Гермиона поняла, что он сожалеет о сказанном.       Но было больно. Она никогда не вернется обратно, и болезненные мысли о том, что два дня назад ей исполнилось пятнадцать, и никто об этом не знал - все еще волновали ее.       Не говоря ни слова, Гермиона встала с кровати и вышла из Больничного крыла. Северус не пытался ее остановить. -Г-       - Вы понимаете, что мне придется задержать вас? - голос профессора МакГонагалл оторвал Гермиону от попытки читать. Не то, чтобы она что-то усвоила, но, учитывая, что она читала новое издание Истории Хогвартса больше раз, чем могла вспомнить, это была не такая уж большая потеря, просто давало ей повод провести остаток дня в библиотеке, и спрятаться от мира на время ужина.       Видимо, ее одиночество закончилось.       Девушка положила книгу на стол и посмотрела на профессора, когда та подошла к ней.       - Я так и думала.       - Я слышала историю от мистеров Блэка и Поттера, а мистер Снейп ничего не скажет. Он никогда не говорит. Но, может быть, вы захотите рассказать о случившемся?       - Северус уже был в совятне, когда я пришла, чтобы отправить письмо Делии. Мы едва начали говорить, когда они прервали нас. Сириус прямо сказал, что они пришли тренироваться в чарах. И он даже признался, что дело не в совах, от чего я подумала, что они использовали кар… - она прервалась из-за кашля, а затем разочарованно застонала и проворчала. - Очевидно, я не могу вам сказать.       - Гермиона… - Минерва начала нежно.       - Возможно я должна, - Гермиона сказала, сжав челюсть. - Может быть, я должна просто сопротивляться проклятому обету достаточно долго, чтобы сказать вам кое-что. Тогда я избавлюсь от своих страданий, не так ли?       - Ты не имеешь в виду...       - Я потеряла свою семью, своих друзей, все из-за того, что споткнулась о кошку! И позволить… тьфу! Я даже не могу сказать больше. И действительно, как ужасно это звучит? Я потеряла свою семью, потому что споткнулась о чертову кошку! - она фыркнула и брызнули слезы.       - Пять баллов с Гриффиндора за бранную речь, - мягко сказала Минерва. - Но я понимаю твое разочарование. Я понимаю, почему профессор Дамблдор наложил такие жесткие ограничения, особенно учитывая то, что он знает, что произойдет в будущем…       - Что вы имеете в виду? - Гермиона шмыгнула носом.       - Ладно, - Минерва нахмурилась. - Ты сказала ему, не так ли? О проблемах с Тем-кого-нельзя-называть и его последователями, он упомянул, что у тебя есть информация…       - Он думал, что не должен знать, - прервала Гермиона. - Он сказал, что, ну, это было бы неразумно. Вот почему он заставил меня принять обет, поэтому я ничего не могу сказать о будущем.       - Ну что ж, - сказала Минерва, все еще смущенно хмурясь, осматривая комнату. Она вздохнула и повернулась к Гермионе. - В любом случае, я уверена, со временем станет лучше. И я надеюсь, что Боб и Делия смогут стать твоей семьей.       Гермиона склонила голову.       - Прямо сейчас, мои родители... заканчивают стоматологическую школу. Кажется, они поженились в прошлом году. Они не планировали родить меня, пока не стало слишком поздно. Они сейчас там, и я их не увижу. Я, возможно, никогда больше их не увижу. К тому времени, когда я снова увижу своих друзей, я буду достаточно взрослой, чтобы быть их матерью. Бог знает, я всегда доставала их наподобие одной из них.       - Я снова и снова говорила себе, с того момента, как приехала, что это будет новым началом. Но я только что вспомнила, что написала Делии, и я не хотела, чтобы мои слова оказались правдой… я не знаю, что делать. Я не нашла здесь настоящих друзей.       - А мисс Эванс и мистер Снейп… - Минерва начала говорить, но Гермиона покачала головой.       - Лили на самом деле мне не подруга, но она ближе, чем кто-либо другой, потому что у меня нет терпения к другим девушкам или чего-то общего с ними. А Северус, ну, он терпит меня только потому, что Лили просит об этом.       - Понятно, - со вздохом сказала Минерва. - Что ж, ты пропустила ужин, и я попрошу тебя не голодать. Делия заполучит мою шкуру, если узнает об этом. Давай пойдем ко мне в кабинет, и домашние эльфы принесут чай, - Минерва протянула Гермионе руку. - А потом мы обсудим ваше задержание в понедельник вечером, мисс.       Гермиона не смогла сдержать смешок, который вырвался, и последовала за женщиной из библиотеки. 23 сентября 1974 г.       Остаток выходных Гермиона не показывалась. Лили не сказала ничего, кроме «увидимся», когда Гермиона ушла в библиотеку.       В понедельник утром она пошла завтракать одна. Гермиона ела кашу, склонив голову над книгой, чувствуя на себе взгляды, но игнорируя их. Когда она закончила и собралась уходить, Лили все еще не доела - увлеченная разговором с Марлен и Алисой, - тогда Гермиона поднялась из-за стола одна.       - Гермиона, - позвал Ремус, и она остановилась, когда он подбежал к ней. Взглянув мимо него, она заметила, что Сириус с интересом наблюдает за ними, Джеймс (чьи волосы были слишком длинными) отвлекся на Лили. Питер уставился на Сириуса. - Ммм, о субботе…       - Что насчет субботы? – спросила Гермиона, ее внимание вернулось к Ремусу.       - Ну, ну, - он сжал руки. - Дело в том, что на самом деле они не хотели зацепить тебя.       - Нет, - девушка скрестила руки на груди. - Нет, они хотели навредить Северусу.       - Послушай, - вздохнул он, оглядываясь через плечо. Видимо она не должна была заметить ободряющего жеста, который Сириус сделал Ремусу. - Снейп… не совсем хороший парень.       - Я отлично это знаю.       Ремус нахмурился:       - Знаешь?       - Да. Сколько я с ним знакома, он находит способ оскорбить меня хотя бы один раз за разговор, и я ясно осознаю, что он скорее предпочтет, чтобы я исчезла, чем попадалась ему на глаза, - Гермиона фыркнула, думая о будущем профессоре Снейпе так же, как о словах, которые Северус произнес в субботу. - Но он не ищет людей с единственной целью проклясть их. Он намеренно не мешает другим учиться. И самое главное в этот момент: он никогда не отправит другого человека, чтобы принести свои извинения, - на этих словах она нарочно посмотрела на Сириуса, который самодовольно улыбнулся ей. Она снова посмотрела на Ремуса. - Так что прости меня, если я выберу меньшее из двух зол. Увидимся в классе, Ремус, - Гермиона коротко кивнула, повернулась на каблуках и направилась к дверям.       - Ты должен был уговорить ее пойти с нами, - услышала она жалобу Сириуса и покачала головой: не мог же он на самом деле рассчитывать, что она присоединится к ним после случившегося? Но с другой стороны, он находился в другой части Больничного крыла, и они не виделись в субботу. Она ушла раньше, чем Сириус, поэтому он наверняка слышал их с Северусом.       На мгновение она задумалась. Мародеры увидели брешь, и просто попытались использовать ее, чтобы либо навредить Северусу (что не сработало бы), либо повлиять на Лили (что также не сработало бы).       - Чертовски здорово, - проворчала она, набирая скорость и выбегая из Большого зала.       Вскоре Северус поравнялся с ней.       - Ты заноза в заднице, - постановил Снейп весьма серьезно.       - Я считаю, что мы уже все обсудили, и ты предпочел бы, чтобы я не существовала, мне не нужно больше оскорблений от тебя, - Гермиона отозвалась сдержанным тоном, набирая темп в тщетной попытке опередить его.       - Я не... бля, ты остановишься? - Он тихо рыкнул, чтобы никто не услышал, кроме нее. Она остановилась, хотя и не обернулась, чтобы посмотреть на него. - Я прошу прощения за то, что я сказал в субботу, но только за ту часть, в которой я сказал, что… Я имел в виду каждое слово о том, что ты невыносимая всезнайка. Это сводит меня с ума, и слизеринцы постоянно насмехаются над тобой. - Гермиона оглянулась на него и увидела, как он проводит рукой по волосам. Она не замечала, что по утрам они не такие жирные. Жидкие, вероятно тонкие, но жирного блеска не было. Увидев, что привлек ее внимание он продолжил: - Возможно, я все еще был на взводе после совятни. Мне не нужно, чтобы кто-то защищал меня, и, конечно же, мне не нужно, чтоб кто-то их латал.       - Я сказала, что могу исполнить заклинание, - Гермиона немного повернулась к нему. - Я никогда не говорила, что буду.       Северус нахмурился:       - У него отросли волосы.       - Проницательное наблюдение. Однако слишком длинные. Я, как невыносимая всезнайка, остановилась бы раньше. Более того, я была в библиотеке все выходные.       - Конечно, - Северус усмехнулся.       - А что касается защиты, то не имеет значения, нужна ли тебе моя помощь. Я была там, и я определенно не собиралась стоять в стороне и позволить этим идиотам проклясть тебя.       - Они с твоего факультета, - напомнил Снейп.       Она пожала плечами:       - Так и есть.       - Я слизеринец. Я соперник, и якобы собираюсь стать темным и совершить всякие злобные поступки.       Она подумала, что позволит ей сказать клятва.       - Я подожгла учителя, - заявила Гермиона, чувствуя лишь малейшее колебание в своем сердце. – Еще я обокрала учителя, чтобы сварить Оборотное зелье, - ощущение не более легкого трепета. - И я ударила по лицу мальчика с конкурирующего факультета из чистого удовольствия заткнуть его. Не так преступно, как первые два, но все же не то, что можно назвать хорошим поступком. Кроме того, что тебе пришлось проклясть пару придурков ради самозащиты, что плохого сделал ты?       Пока она говорила, на его губах появилась легкая улыбка.       - Знаешь, думаю я недооценил тебя. Ты симпатичнее, чем я думал.       Гермиона скривила рот, пытаясь не рассмеяться, задаваясь вопросом, не сидел ли профессор Снейп за своим столом после рокового матча по квиддичу осознавая, кто это сделал. И что, если он так сильно смеялся именно из-за того, что узнал ее, когда она превратилась в кошку. Возможно, через несколько минут после ее исчезновения Драко Малфой наконец нашел его и пожаловался, что расскажет отцу о случившемся. Она задавалась вопросом, вспомнит ли профессор Снейп все это с определенной долей нежности или раздражения. 25 декабря 1992 г. -С-       - Северус, возьми себя в руки! - ругалась Поппи, пока тащила его в свой кабинет, но от этого он засмеялся еще сильнее. Он не хотел смеяться перед ней, правда, не хотел.       Только когда он заметил, что часть его ингредиентов начала пропадать, Снейп вспомнил признание Гермионы на четвертом курсе. Он знал, без сомнения, что именно она украла, и знал, что с этим делала. Снейп вспомнил признание Гермионы годом ранее, когда вернулся в свой кабинет после первого квиддичного матча в сезоне и нашел новый комплект одежды с запиской от жены, в которой говорилось «Прости» .       После того, как они этим вечером уложили детей, Гермиона предупредила, чтобы он не расслаблялся, смущенно покраснев она уткнулась в свой бокал вина, стараясь не смотреть на него. Ему было любопытно, если не сказать больше, но он знал, что она ничего не может сказать.       Когда Поппи позвала его через камин, сказав, что произошел несчастный случай с оборотным зельем, любопытство перешло в панику. Из своей личной кладовой он собрал противоядия вместе с безоаром, полагая, что она неправильно сварила зелье, и ему, возможно, придется спасти ее жизнь.       Когда он увидел последствия несчастного случая, он потерял над собой контроль.       - Ты понимаешь, что Ги сейчас в гостиной, прекрасно знает, что я здесь вижу?       - Да, но Гермиона Грейнджер в ужасе и нуждается в утешении и поддержке.       - Когда это я утешал? - спросил Снейп, вытирая слезы веселья.       - Вообще-то, я могу припомнить довольно много случаев, - Поппи возразила, скрестив руки. - Будь добр к мисс Грейнджер, как можно добрее, в любом случае. Приведи ее в порядок, а затем иди и смейся над своей женой сколько душе угодно. Хотя я полагаю, тебе придется трансфигурировать диван этим вечером.       - Боюсь, что проблема мисс Грейнджер сложнее, чем просто дать ей противоядие. Есть причина, по которой нельзя использовать частички животного.       - Но ты можешь это исправить, не так ли? - Спросила Поппи.       Он поднял бровь.       - Не припомню, чтобы был женат на пушистике, так что да, Поппи, я могу помочь.       - Хорошо, - Поппи кивнула. - Хотя, будь я на твоем месте, я бы избегала любых фраз, которые могут значить, что твоя жена «мурлычет».       Если бы целительница сказала что-то подобное в любое другое время, особенно с этой ухмылкой, Северус, возможно, возмутился и, вероятно, обиделся. Он ненавидел, когда подшучивали над его интимными отношениями с женой, особенно так грубо.       Но это не было нормальной ситуацией, и Северус разразился новой волной смеха, немедленно покинув Больничное крыло, чтобы начать варить зелье для исцеления девушки, которая через два года станет для него лучшим другом. А также решил отложить свидание с женой, на как можно дольше.       Диван действительно не был удобным, даже после преобразования.