Сансара

      Ночь честна. Тишина ненавязчиво открывает нюансы звуков и интонаций. Темнота укрывает мягким покрывалом, усыпляя страхи и сомнения. Остается только настоящее — живое, необходимое. Предельно честное.       Утро беспощадно. Яркий свет отражает все грани поступков, подчеркивает нелепость слов. Сковывает обратно в жесткие рамки. Утро жестоко.       Шень Вэй бесшумно сел на кровати, потирая ладонями лицо. Где-то за спиной тихо сопел Чжао.       Чертовы кошмары выворачивали душу наизнанку, заставляя отчаянно искать. Искать прошлое. Настоящее. Присутствие. Заставляя искать тепло.       Чжао был… понимающим. Его поцелуи были осторожными, нежными и отвлекающими.       Успокаивающими и ненавязчивыми.       Правильными.       Ничего не требующими.       Губы горели воспоминаниями.       Но что-то болезненно тянуло в груди, заставляя вновь и вновь возвращаться к собственным снам. К этим странным моментам чувства дежавю. Как тогда, в парке.       Во снах был серый камень. Бесконечные мрачные пустоши. Во сне были цепи и бессилие. Во сне была его собственная… смерть? И Чжао Юнь Лань.       Да что за черт.       Проход в другой мир под старым грабом?       Ему была нужна информация. Один из завсегдатаев бара работал в городском архиве — можно было попробовать обратиться к нему.       Бесшумно собравшись, Шень Вэй покинул квартиру соседа.       — С чего вдруг такой внезапный интерес? — позевывая в кружку кофе, поинтересовался старик Фэн.       Шень Вэй на всякий случай бросил взгляд на часы — да нет, стрелки уже достигли десяти утра. Или просто в архиве не было посетителей, и его смотритель использовал помещение для собственного отдыха?       — Господин Фэн Ли Цзы, понимаете, мое хобби — история. А вчера, прогуливаясь по этому городу, я вдруг понял, что совсем ничего о нем не знаю.       Почти правда.       — О как. Уважаю таких людей, — сразу сменил тон смотритель. — И что именно тебя интересует?       — М… История основания и развития. Наиболее значимые события. Какие-нибудь забавные факты из истории. Старинные легенды и верования тоже интересны.       — Что ж, боюсь тебя разочаровать, но история основания безвозвратно утеряна во время Лонченской трагедии.       — Лончен?       — Да, когда-то город носил такое название. Но однажды был разрушен практически до основания. После этого даже название сменили, якобы, энергетика у него какая-то неправильная стала, и новое название даст городу новую светлую энергию. Если хочешь почитать о трагедии — вот.       Старик Фэн достал с нижней полки подшивку древних газет, для надежности закатанных в пластик. Шень Вэю сразу бросились в глаза заголовки: «Ужасное землетрясение», «Трагедия встряхнула Лончен», «Соболезнования семьям погибших» — и еще много схожих. Наскоро пролистав подшивку, молодой человек убедился в ее содержимом. Город был разрушен землетрясением, несмотря на прогнозы, многие жители не прислушались к призывам к эвакуации, тысячи и тысячи жертв среди мирного населения…       Шень Вэй отчетливо чувствовал лживость новостей. Не то. Не в этом заключалась трагедия.       — Странно, — сделал он задумчивое лицо. — Среди разговоров в баре я слышал заманчивую легенду о проходе в другой мир, но ничего не слышал о таком ужасном землетрясении, да и сейсмическая активность для этих мест нетипична.       — О проходе? — смотритель архива напрягся.       — В парке под старым грабом, — Шень осторожно приплел к сомнительной истории собственные ощущения. — Якобы, там был проход в другой мир.       Старый смотритель вздохнул и опустился в стоящее рядом кресло.       — Молодежь нынче совсем не интересуется такими вещами. Ни историей, ни легендами. Было. Было нечто такое. Когда-то в детстве я слышал эту историю еще от прадедушки. Он тоже слышал ее от кого-то. Нет этого ни в одном официальном источнике. Говорят, когда-то давно мира было два, и в старом Лончене действительно был проход, их соединяющий. Второй мир был под землей — туда заточили ужасных мутантов, монстров. И вот однажды они вырвались на поверхность, и почти уничтожили город. Усмирители Душ боролись с ними и смогли низвергнуть обратно в подземелья — и закрыли проход. С тех пор миры существуют отдельно. На месте разрушенного Лончена отстроили практически новый город, сохранив только некоторые знаковые места — университет, старый парк. И старую базу Усмирителей Душ. Где-то там внутри до сих пор хранится старинная табличка в форме щита.       — Усмирители Душ? — Шень Вэй нахмурился. — Как-то раз Питер забежал в бар со словами «усмирители вернулись».       — А, тот военный отдел… Так они как раз в том здании и сидят. А название случайно прилепилось — шеф Чжао, тогда едва в отдел вступивший, на приветственной вечеринке напился и вещал что-то о том, что он «великий и особенный усмиритель душ». Сначала так для смеха только его и называли, потом — прилепилось, не отдерешь.       — Интересно, почему об том нигде не написано…       — Люди суеверны, Рэй. И чаще проще сделать вид, что чего-то нет. Спокойнее. Как с названием города. И… Знаешь, ты сам тоже не особо об этой истории распространяйся, хорошо?       Шень Вэй непонимающе нахмурился.       — Я тоже человек суеверный, — вздохнул Фэн Ли Цзы. — А ну как не исчезли монстры, а просто прячутся…       Заверив старика, что это всего лишь личный интерес, и дальше него легенда никуда не пойдет, Шень Вэй распрощался со смотрителем архива. Идея посетить библиотеку теперь отметалась — там явно тоже не будет ни намека на настоящую историю.       В том, что история о проходе в другой мир и нападении — реальная, молодой человек ни капли не сомневался. Быть может, были не монстры. Быть может, были причины. Быть может, Дисин теперь…       Шень споткнулся на ровном месте и замер. Что с Дисином?       Что это — Дисин?       Каменные пустоши — пришел откуда-то из глубины ответ. Бездушный каменный мир без света. Мир, в котором он часто был и…       Умер.       Несколько веков назад.       И Чжао Юнь Лань тоже там был.