Vampire Yuta

Your energy — it links me up

Юта — загадка. Марк ловит себя на том, что каждый день продолжает узнавать что-то новое о Юте. Начиная с его действительно спорадической личности или то, как его взгляд слишком долго задерживается на Марке, заканчивая его хаотичными, но богатыми знаниями о кальмарах — Марк продолжает изучать Юту. Марк жаждет знать о Юте всё, и тот благосклонно всем делится. Чаще всего это происходит когда переспав и будучи опьяненными эндорфином и уставшие, они успокаиваются под тихий голос Юты, что окутывает их, пока Марк цепляется за каждое слово. Марк, с блестящими глазками попросит его рассказать о каких-то моментах из жизни или что-то, что он знает. Иногда, когда Марк засыпает, он попросит Юту спеть ему. Марк спрашивает и Юта никогда не медлит. Только сейчас, спустя три месяца с их первой встречи, Юта медлит. Они на столешнице, Юта прижимает его к стойке своими бёдрами и держит Марка за талию сквозь его большую футболку. Слабые звуки, что издаёт Марк, когда губы Юты покрывают шею, сводят вампира с ума, особенно когда он чувствует, как Марк дрожит когда он призрачно скользит по шрамам, оставленным клыками Юты. — Какая на вкус моя кровь? — спросил Марк с откинутой назад головой и прищуренными глазами, пока Юта надрачивал ему в нижнем белье. Юта остановился, колеблясь рукой и Марк заскулил, его бедра выгибаются к неподвижной руке. Марк несколько раз моргает, всматриваясь в изменения настроения Юты, и садится прямо. — Юта? — спрашивает он и Юта улыбается, наклоняясь, чтобы поцеловать Марка пока хватало воздуха. — Знаешь, любовь моя, я не ожидал, что ты спросишь меня о подобном, — признался Юта, и Марк нежно улыбнулся, рукой прослеживая шрамы на шее. Юта не знал, почему он так медлил ответить Марку — возможно, потому что боялся, что ответ может быть немного ёмким для того, что всё ещё чувствовалось чем-то новым. — Юта, ты же знаешь, что тебе не обязательно мне это говорить, если ты не хочешь? — Марк был таким искренним, таким милым, что Юта понял, что Марку нужно знать о том, как действует его кровь. Юта ухмыляется с острыми зубами и темнеющими глазами, и вновь начал двигать рукой, заставляя Марка подавиться стоном, пытаясь сжаться, но не смог из-за рядом стоящего Юты. Вместо этого он положил голову на плечо Юты, поворачиваясь лицом так, что его дыхание цепляло шею. Проглатывая все оставшиеся сомнения, Юта поворачивает голову, и губами касается уха Марка. — Дорогой, ты даже не представляешь, что твоя кровь делает со мной, — начал Юта, и он больше чувствует чем видит как тело Марка содрогается от его голоса. — Марк, она делает меня ненасытным. Марк надулся, когда рука Юты остановилась и вместо этого сосредоточилась на головке его члена, зная, какая она чувствительная. — Твоя кровь — самое лучшее, что я когда-либо пробовал, любовь моя. Будто ты был создан для меня, послан богами, чтобы я питался. Марк скулил с каждым вдохом, его ладони держались за Юту мертвой хваткой, пока его бедра вбивались в ладонь Юты, вновь двигаясь. — Ты знал, что я могу почувствовать, как твоя кровь меняет вкус, когда ты кончаешь? Она слаще, такая вкусная для меня — прелесть. Ты перебил чью-либо ещё кровь, честно. Марк, я могу пить только твою, и всё равно не могу насытиться. Марк вскрикивает когда кончает, пачкая нижнее белье и ладонь Юты, который вытаскивает её между них, чтобы затем лизнуть. Марк это видит и скулит, используя всю оставшуюся мизерную силу чтобы шлёпнуть Юту по руке, говоря как это мерзко, но румянец сдает его. Несколькими часами спустя они лежат на кровати Юты, согласившись подремать после обеда, прежде чем Марк уйдет ночевать домой. — Юта, то, что ты сказал — серьёзно? Что моя кровь… самое лучшее, что ты пробовал? — Марк стеснялся, его сердце на секунду неистово забилось, а потом снова успокоилось, пока ладонь Юты гладила по волосам. — Я никогда не вру тебе, любимый. За сотню лет — именно твоя так действует на меня больше всего. Ты такой щедрый, что так охотно и часто даёшь мне её пить — прошептал Юта, и Марк улыбнулся про себя, счастлив, зная как это действует на Юту. По дороге домой, он позволяет прохладному ночному воздуху прояснить его голову и дымку, что казалось, всегда витала когда он приходил к Юте. Марк знает, как быстро они влюбились друг в друга, и это немного беспокоит, но это кажется таким правильным. Они так часто проводят время вместе, что у него давно уже закончились отговорки для матери, но она, кажется, не против, пока знает, что он жив. В любом случае, в маленьком городе как Уэстпонд ничего особо не происходит. Устраиваясь в намного меньшую и бугристую кровать той ночью, мысли Марка были пропитаны вампиром. Для Марка его любовь к вампиру поглотила его почти комичным образом. В его голове пусто, кроме того, как губы Юты изгибаются в одну сторону когда он первым начинает улыбаться, или как он смеется, когда Марк щекочет его, или как его пальцы нежно придерживают его челюсть, когда он лижет губы Марка, прежде чем поцеловать его. Юта загадка, а Марк жаждет разгадать.

————————————————

Марк рылся в обширном гардеробе Юты, когда услышал, что душ выключился, и Юта вышел в одних только брюках с босыми ногами по холодному паркету. Марк вспыхнул, делая вид, что не заметил как он просвечивается сквозь одежду. Углубляясь дальше в шкаф, Марк бережней копается в висящих там вещах, так как большинство из них были старыми и, соответственно, хрупкими. Кружева и и мягкая льняная ткань, некоторые казались совсем новыми, а другие потрепанными и поношенными. Множество костюмов были в чехлах, сохраняя их, и Марк видит, что Юта ведет на него бровями. — Все эти вещи такие красивые — теперь я понимаю, почему ты их хранишь, — сказал Марк, пальцами играя с кружевом определенной рубашки, что ему пригляделась. Юта это заметил и набросил темно-красную рубашку с пуговицами, оставляя её не застегнутую. Марк чуть ли не истекал слюнками. — Всех их я надевал в определенный момент жизни на особые мероприятия, которые я посещал, — объяснил Юта, смотря с восторгом в глазах на самые разнообразные наряды, висящие позади Марка. — На самом деле я подумывал разобрать часть своего шкафа. Марк глянул на него растерянно. — Зачем тебе это делать — все эти вещи хранят частичку памяти, верно? Юта улыбнулся Марку, прикладывая палец под его челюсть, чтобы слегка приподнять, наклоняясь, чтобы украсть быстрый поцелуй. — Чтобы было место для твоих вещей, любовь моя, — ответил Юта будто это был очевидный вопрос, и Марка это заставило затаить дыхание. — Вообще-то я планировал ходить в твоей одежде, — признался Марк в спешке, смотря вниз в смущении. Юта прорычал, оборачивая руки вокруг Марка, и притягивая его к своей груди, близко прижимая. — Ты слишком милый для своего блага, прелесть, — улыбнулся Юта, и его глаза светились, но в целом казались греховными, заставляя сердце Марка стукнуть в замешательстве. — Всё, что ты хочешь — твоё, так же как и я твой тоже. Марк почувствовал как его сердце пропустило удар, и ему срочно нужно было поцеловать Юту. Марк даже думать не мог о том, как долго они вот так стояли в просторном халате Юты, крепко обнимаясь, пока страстно и долго целовались. У Марка закружилась голова когда Юта неожиданно отдалился, прежде чем упасть на колени у ног Марка, протягивая руку чтобы расстегнуть его штаны. Без всяких прелюдий Юта заглатывает член Марка прямо до основания, задерживаясь на секунду и заставляя Марка содрогнуться, что руками пытается удержать себя и хватается за белые волосы Юты. Его пальцы поджались в носках, когда Юта отодвинулся, облизывая вокруг головки, прежде чем опуститься обратно вниз, и Марк простонал, когда Юта своими пальцами массажировал его яйца. Юта был ненасытным, и Марк балансировал на краю безумия. Парочку минут спустя, Марк излился в горло Юты, что легко проглотил все, пока грудь Марка вздымалась от страсти, медленно приходя в чувства после оргазма. — Ты всегда такой вкусный, дорогой, — улыбнулся ему Юта, заправляя Марка обратно в штаны, прежде чем вытереть уголочек рта, слизывая оставшуюся каплю, что заставило Марка зарычать в поражении.

————————————————

Юта позволяет себе кормиться Марком каждый месяц, потому что не хочет заходить слишком далеко. Он провёл масштабное исследование, перерыв множество книг в его библиотеке, прежде чем Марк напомнил ему, что он просто может поискать это в телефоне. Юта пялился на него, после ухмыльнувшись с яркими глазами, когда он сообщил Марку, что для восстановления потерянной крови человеку требуется от четырех до восьми недель. Марк убедил Юту, что ему не нужно целых восемь недель чтобы восстановиться, и они сошлись на компромиссе в один раз в месяц; Юта прожил годы не питаясь, что вызывало множество вопросов у Марка. Секс у них всегда был великолепным — чёрт возьми, это было потрясающе. Юта был внимательным в постели, всегда делая все, чтобы Марку было хорошо, и Марк всегда теряется в этих порывах страсти перед тем, как подумать о том, что Юта тоже должен чувствовать себя хорошо. Однако, Юта никогда не жаловался. Марк даже как-то одной ночью спросил его, когда они обнимались на диване перед потрескивающим огнем, почему он не слишком озабочен своим удовольствием. — Потому что, дорогой, — начал он низким голосом, пальцами скользя по шее и челюсти Марка. — Твоё удовольствие — мое удовольствие. Если ты чувствуешь себя хорошо, то я ещё лучше, зная, что я причина того. Марк проглотил неожиданно появившийся комок в горле, и все закончилось тем, что Марк катался на Юте на диване, огонь отливал красивым оранжевым сиянием на потном теле Марка, пока он прыгал вверх и вниз, и Юта смотрел на него только с восхищением и страстью в глазах. Но ничто не сравнится с сексом во время кормежки. Они позаботились о том, чтобы продумать все наперед, удостоверяясь, что с Марком в физическом плане все отлично: нет ни головных болей ни воспаленных глаз, что может только ухудшиться во время потери крови. Только в этот раз Марк хочет сделать это особенным для Юты. Он хочет, чтобы Юта чувствовать себя так же хорошо, и он хочет как-то его удивить. Поэтому, примерно за неделю до того, когда они запланировали это сделать, Марк много пил зеленого чая и ел много фруктов – особенно арбуза, которые постоянно были в холодильнике у Юты для Марка. Он провел свое собственное исследование и узнал, что приём зеленого чая и фруктов может помочь улучшить циркуляцию крови, что, как он надеялся, сделает её вкуснее. Марк не был уверен, что это что-то изменит, но это, может, поможет. Сейчас, в день, когда они запланировали кормежку Юты, Марк ещё раз исследовал шкаф Юты. Его пальцы медленно привыкали к ощущению разных материалов, и оценивая каждую, но он искал определенную. Белая кружевная рубашка, что привлекла его как только он ее нашел, и он улыбнулся про себя, вновь найдя её. В этот раз он позволил себе вытащить ее, осторожно держа ее на вешалке, и его глаза распахнулись. Она была сногсшибательной. Она была из белого атласа и кружева были элегантно сшиты вместе. Передняя часть рубашки была чисто атласно-шелковой, что практически скользила при незначительном движении, а пуговицы – красивые жемчужно-белые. Бока рубашки были разрезаны кружевными обшивками, что открывали вид на торс человека при его движении. Воротник тоже был из чистого хлопка, закрученный в объёмный воротник, и Марк боялся, что он будет немного чесаться, но после этого он почувствовал, что кружева были недешевыми, немного колющими, но более мягкими и красивыми. Рукава были из такого же шёлка, но кружева беспорядочно спускались по ним, заканчиваясь такими же объемными манжетами. Рубашка была довольно длинная, и Марк знал, что он будет хорошо в ней смотреться. Так что он решился. Он намеренно медленно мылся, зная, что Юта услышит его из душа, когда проснется как солнце начнет садиться. Марк что-то мурлыкал, чувствуя как желание начинает расползаться под его кожей. Каждый раз, когда он знал, что из него будут пить, его кожа казалось горячее чем обычно, и намного чувствительней, когда его пальцы скользили вниз по животу, и он чувствовал как его мышцы дёргаются от прикосновения. Марк тщательно себя вымыл, используя шампунь и кондиционер, которым Юта постоянно пах, зная, что это немного сведёт вампира с ума. Выходя из душа, пар окутывал его тело, когда он проглатывал все оставшиеся переживания, и его руки потянулись за полотенцем на столешнице. Вытираясь, он глянул на рубашку, что висела на двери. Оборачивая полотенце вокруг талии, он подошёл ближе к двери, и нежно коснулся рубашки, медленно ее расстегнув ее. Он позволил ей распахнуться прежде чем сбросить с себя полотенце, снимая ее с вешалки, и просунув внутрь одну руку, а затем и вторую. Марку захотелось застонать от ощущения мягкой ткани на своем теле, легкого скольжения шелка по его коже, но удержался, начиная застегивать рубашку. Она хорошо сидела, что не особо удивило Марка, ведь все рубашки Юты подходили ему, даже если были немного великоваты. Он повесил полотенце, надев рубашку, и взглянул на свое отражение в зеркале. Он неконтролируемо охнул, будучи практически в шоке со своего отражения. Белый хорошо смотрелся на его коже, и контрастировал с его черными волосами и темными глазами. Его лицо было немного румяное от горячего душа, кожа была мягкая и похожа на съедобную. Марк хмыкнул от этой мысли, и почувствовал, как его шея запульсировала при упоминании его парня-вампира, который, возможно, ждал его за дверью. Юта. Красивый, загадочный Юта. Марк был так безвозвратно влюблен в Юту, и это только то незначительное, как он может выразить свою любовь. Поэтому не медля, он открыл дверь ванной, и неуверенно вышел из нее, голыми ногами ступая по паркету, пока пар выбивался из ванной, и кружился вокруг потолка, до тех пор пока не рассеялся. Он больше чувствует чем слышит как Юта подходит к нему, и неожиданный ветерок заставляет Марка хлопнуть глазами, а после глянуть вверх на своего парня, что смотрит на него с постепенно темнеющими глазами. — Что это, любовь моя? — выдохнул Юта; его руки собрались коснуться Марка, но остановились на середине пути, колеблясь. — Ты всегда так много делаешь для меня, поэтому я захотел что-то сделать и для тебя, — признался скромно Марк; его глаза сверкали, когда он посмотрел на своего парня. Его парень, у которого была самая милейшая прическа после постели и несколько следов на щеке от лежания на простыне, но Марк видел, как сжимается его челюсть, зная, что клыки Юты рвутся вылезти наружу. — Мой Марк, такой милый в моей рубашке. Такой красивый, — очаровывался Юта, все же руками касаясь Марка, поглаживая его грудь, и наконец потянулись, чтобы коснуться шелка по бокам. Марк уже был возбужден в ванной, но сейчас он остро реагировал на прикосновения Юты, чьи руки оставляли после мурашки на теле. Устав ждать, Марк обернул руки вокруг шеи Юты, притянул его для поцелуя, и тело Юты наклонилось, так что они были прижаты друг к другу. Марк хмыкнул когда его стояк прижимался к телу Юты, и его бедра двигались, желая получить какое-нибудь трение. Юта мягко лижет его губы, немного дерзко, и Марк с легкостью открывается, языком чувствуя как начали проявляться клыки Юты. Юта отодвинулся, носом скользя по шее Марка, громко вдыхая и заставляя Марка дернуться, когда он почувствовал хватку на бедрах, что сдерживала их. — Терпение, дорогой, — отчитывает Юта, и поворачивает их, сдавая назад, и Марк оказывается поваленным на кровать, издав тихие "уф", когда он немного подпрыгнул. Юта мгновенно оказался на нем, сверля темным взглядом Марка сквозь ресницы. Марк сглотнул, чувствуя как его сердце стучало в груди, зная, что Юта это тоже может слышать. Юта медленно расстегнул свою рубашку, зная, что призрачные прикосновения его пальцев на животике и пояснице Марка будут казаться поддразниваниями. Марк беззвучно приподнял голову когда пальцы дошли до самой верхней пуговицы, чтобы было легче снять, и Юта поцеловал его грудь в понимании его жеста. — Юта, позволь, — потянул Марк, и Юта приподнялся, и позволил Марку подвинуть себя, устраивая Юту на конце кровати, когда он опустился на колени перед вампиром. Юта медленно и глубоко вдохнул, находя большие глазки Марка, когда тот стягивал и снимал с него штаны. Он немедля взял половину в рот, из его рта вырвался стон от того, как Юта его наполняет. У Юты тоже вырвался стон, его голова откинулась назад, и глаза закрылись, пока он в одобрении скользил ладонями по волосам Марка. Марк неизменно качал головой, иногда отодвигаясь, чтобы пососать головку и использовать язык там, где он знал что чувствительно, вызывая у Юты ещё один стон, и при каждой фрикции его пальцы сильнее сжимают волосы. Спустя пару минут, что выдались для Юты пыткой, Марк отодвигается, его глаза блестят, а на лице лёгкая улыбка. Юта расслабляет хватку, ладонью спускаясь с затылка на подбородок, приподнимая и подвигая его, чтобы укусить за нижнюю губу Марка. Улыбаясь, Марк устраивается на бедрах Юты, и надавливает на грудь, чтобы тот лег. Ладони Марка скользят по голому торсу Юты, и он бесконечно рад тому, что Юта чаще всего спит без рубашки. Марк подмигивает, прежде чем слезть с бедер Юты, подходя к прикроватной тумбочке, беря масло, которое они слишком часто меняли. Возвращаясь на свое место — на бедра Юты, он протягивает масло Юте. — Я знаю, что ты любишь растягивать меня, — все что сказал Марк, и Юта широко улыбнулся. Его клыки все больше вылазили, когда Юта терял контроль. Он смазал свои пальцы, все еще улыбаясь с темным выражением, кружа над ободком Марка двумя пальцами. Поскольку они уже этим занимались прошлой ночью, Марк легко открылся двумя пальцами, немедля опускаясь вниз для большего. Вот так Юта мог смотреть и чувствовать как бедра Марка тряслись от стимуляции, слышать как его сердце бьется, и видеть, как румянец поднимается на шею и лицо. Марк наклонил голову вперед, зажмурив глаза, и держась за грудь Юты, слегка царапая ноготками кожу. — Больше, прошу, больше, — простонал Марк, опускаясь вниз, встречаясь с толчками Юты. Юта сделал так как его попросили, добавляя третий палец и наслаждаясь видом как тело Марка легко открывается для него. — Боже, ты так жаждешь этого, не так ли? — прорычал Юта; член Марка был нетронут, протекая на себя и голый живот, и рубашка щекотала, где висела по бокам. — Ты мне нужен прямо сейчас, — проскулил Марк, открывая глаза и смотря на Юту слезящимися сквозь ресницы глазами, практически сверкая на свету. Юта легко смазал себя, заставляя Марка привстать с его коленей, и Марк приставил член Юты, медленно после насаживаясь. Вот так Марк мог безо всяких проблем принять Юту. Марк простонал, выгибаясь в шее, и Юта почувствовал, как заболела его челюсть при виде пульсирующей шеи Марка. Звук его бьющегося сердца был соблазнительным, и он не удержался, отдирая руку Марка от груди, позволяя носу пробежаться по кисти, где приподнималась рубашка. Запах не был таким же насыщенным как на шее, но и этого было достаточно, чтобы Юта двинул бедрами, заставляя Марка застонать от неожиданного движения. Марк чувствовал себя ничуть не лучше, удерживая вес на одной руке, глубоко вдыхая, пытаясь собрать все силы, чтобы начать кататься на Юте. Скуля, Марк начал приподниматься, затем опускаться, практически выпуская весь член, прежде чем вновь опуститься, и повторяя это некоторое время, пока Юта только мог за этим наблюдать. Марк был таким красивым, его тихие стоны когда он насаживался вниз только делали Юту нуждающимся. Марк держал ритм сколько мог, но упал когда Юта клыками начал царапать вдоль нежной кожи на кисти. — Не могу двигаться, пожалуйста, прошу, — умолял Марк, его речь была немного невнятной, и ладони сжимали простыни рядом с Ютой. Юта фыркнул, согнув колени как рычаг и устраивая ступни на кровати, чтобы войти в Марка, что задыхался и стонал у его груди, его язык иногда высовывался чтобы облизать кожу. Клыки Юты практически полностью появились, его глаза скорее всего перекрасились в красный от осознания, что он скоро будет кормиться. От этого член Марка терся о Юту, и грубые толчки Юты в податливом теле Марке делали фрикции невыносимыми. — Юта, укуси меня, укуси меня, пожалуйста, — пробулькал Марк, поднимая голову, чтобы посмотреть на Юту, стоная, видя его глаза. Юта приостановил свои движения на секунду, выпрямляясь, чтобы сесть, и Марк прислонился к его груди, тоже садясь. Он обвил ноги вокруг тела Юты, укладывая руки на плечах Юты. — Готов, любимый? — прошептал Юта, скользя губами по плечу Марка. Марк содрогнулся, издавая череду мольб, при этом пытаясь устроится на бедрах Юты. Юта поднял руку, чтобы приспустить рубашку, и она соскользнула с плеча, и уставился на знакомые шрамы. Не желая заставлять ждать своего любовника, он наклонился вперед и позволил клыкам впиться в шею Марка, чье тело мгновенно отреагировало. Его тело будто засветилось, как свет, его глаза были открыты, и голова откинута назад, а тело опускалась на его член. Руки Юты, что слегка прошлась по члену Марка было достаточно, чтобы Марк кончил, его тело содрогалось пока он держался за Юты всеми оставшимися силами, в то время как Юта рычал от крови во рту и горле. Марк так восхитительно вокруг него сжался, и благодаря вкусу крови и всплеску эндорфинов от оргазма, Юта кончил спустя несколько медленных толчков, изливаясь в тепло Марка. Спустя несколько стуков, Юта отодвинулся, и попытался слизать кровь, прежде чем она вытечет. Но все же пару капель крови вытекли за ворот рубашки, и на шёлке мгновенно появилось красное пятно. Юта должен был волноваться за это, но это заставило его смягчающуюся плоть ещё раз дернуться. Сама мысль о том, что такое чистое белое полотно было покрыто пятном крови, была большой аналогией для Марка — такому прекрасному, невинному существу — влюбиться в Юту. Укладываясь обратно, Юта позволил Марку лечь на себя, пока они успокаивались, время от времени облизывая след, пока Марк восстанавливал дыхание. Юта гладил его волосы, мило улыбаясь, глядя на Марка. — Тебе понравился сюрприз? — со временем спросил Марк и Юта улыбнулся, кивая. — Самый лучший сюрприз, спасибо, любовь моя. Кстати, хочу спросить: что ты сделал для того, чтобы кровь стала вкусней чем раньше? — спросил Юта, его голос был полон озорства и заметной улыбки, даже если Марк не мог видеть его с места, где скрылся на груди Юты. — Настоящий мужик никогда не раскроет карты, — хихикнул Марк, наконец поднимая голову, и устраиваясь подбородком на груди Юты, встречаясь взглядами. — Что ж, должен сказать, что кое-что сегодня вечером да пролилось, — сказал Юта менее ярко, прикасаясь к засохшему пятну на рубашке. Еще больше крови просочилось, оставляя за собой значительно большое темно-красное пятно на белом. — М-м-м-м, так даже лучше выглядит, — промычал Марк и Юта склонен согласиться. После этого они оба вернулись друг к другу, и Марк в конце концов уснул, пока Юта был внутри него.