Заклятые друзья

      Я не понимаю этого. Я пытаюсь быть милым с ним, и наверстать упущенное (или, по крайней мере, начать хоть что-нибудь), а он продолжает вести себя, как придурок! Если честно, я чувствую себя хуже, когда он обзывает меня или смеётся надо мной. Гораздо хуже.       Что мне сделать, чтобы достучаться до его доброй стороны? Может мне убить себя, чтобы он наконец-то начал относиться ко мне, как к человеку? Может мне убить себя, чтобы понять, чего он от меня хочет? Что мне нужно изменить, над чем поработать?! Надеюсь, ему уже просто плевать на всё это. Но всегда остаётся вероятность, что он не простит меня до конца своих дней.       Я скучаю по нему. Те несколько секунд с ним, мгновение наедине, это очень много значит для меня. Очень много! Я бы всё отдал за ещё одну минуту, проведённую вместе с ним. А ещё одна минута вражды ощущается так, будто завтра не наступит. Вместе с ним я готов бороться до конца света.       Я гей, что ли?       Почему я до сих пор не могу с этим смириться?! Я явно не силён в эмоциях или словах, и в то время, когда я был с ним вежлив, он кричал на меня и всеми своими действиями пытался мне показать, что я ему абсолютно не нужен. Я имею в виду, я, конечно, и раньше это знал, но слышать то, как он произносит… Это гораздо больнее, чем какой-нибудь синяк под глазом.       Я всё ещё лежал там, в этой дыре, мечтая о том, что могло бы быть если бы Кристоф был немного менее… Кристофом. Или же просто принял мою помощь. Возможно он бы понял, что я не хотел навредить ему, когда сказал Стэну, Кайлу и Эрику, что они могут пойти на задание вместо меня. У меня ведь был целый музыкальный номер! А он даже спел репризу к моей песне!       Возможно, он был бы здесь сейчас со мной… Довольно маловероятно, но эта мысль утешает. Может быть, я мог бы держать его покрытые грязью руки, прижать его к себе и всматриваться в его кремово коричневые глаза. Сказать ему, чтобы он принял наконец чёртову ванну и отмыл всю грязь со своего лица.       — Ты в порядке, Грегори? — Спросил Пип, уставившись на меня, стоя на краю ямы.       — По-твоему я выгляжу так, будто я в порядке? — раздражённо выкрикнул я в ответ Пипу, который просто хотел узнать всё ли у меня хорошо. Он помотал головой, подразумевая нет.       — Действительно-о. Что ты делаешь здесь внизу? Я увидел, как Кристоф выбирался отсюда и услышал твой голос. Что произошло? — Спросил он, наклоняя голову.       О, да ничего особенного, — Я начинаю небрежно водить своей рукой в воздухе. — Знаешь, жгучая боль от того, что ты живёшь и знаешь, что ты один собственноручно разрушил последний путь к счастью, потому что ты уничтожил свою дружбу, доверившись не тем людям. А ты как поживаешь?       Пип посмотрел на меня с любопытством и помог мне выбраться из дыры в земле.       — Я хочу помочь вам с Кристофом наладить отношения. — Он отстранился, в его гдазах поблёскивала надежда.       — Этого не произойдёт, если ты считаешь иначе, то ты просто идиот. — Заявляю я, скрестив руки в знак протеста.       — Тогда я и буду идиотом. Я верю, что это разногласие может быть разрешено без подобных недоразумений, и это именно та причина, по которой я сделаю всё, чтобы помочь этому случиться. — Увлечённо объяснял он, излишне встряхивая меня за плечи. Бывают же нервные люди.       — Что б ты знал, это гораздо больше, чем просто конфликт, и продолжается он уже не первый год, так что ты уж точно не тот человек, который может исправить хоть что-нибудь, что произошло между нами. — Он снова покачал головой и направился к парадным дверям школы.       — Верно-о. Но раз уж ты так думаешь, я уверен, что ты не будешь против, если я хотя бы попробую? — Спросил он, открывая дверь и пропуская меня вперёд.       Я потёр рукой подбородок, задумавшись над предложением. Я мог бы ничего не говорить сейчас и мы бы забыли об этой проблеме на долгие годы. Но в то же время я мог бы сказать «да» и позволить Пипу сунуть нос в мои дела и попытаться всё поправить, ведь давайте просто признаем, что таков и есть Пип. Ничем хорошим это не закончится.       — Полагаю, я не против. Его лицо тут же расплылось в широкой игривой улыбке.       — В таком случае, чао, Грегори, я должен идти! — Он приподнял берет, повернулся на каблуках и удалился в глубь коридора, где его, кажется, уже ждал Дэмиен.       Мне было любопытно, что спланировал Пип. Вряд ли это нечто экстравагантное или грандиозное. Я имею в виду, ну это же Пип! Не в обиду бедняге, но иногда он достаточно робкий, а всё остальное время забитый и слабый. Я уверен, он не делает ничего такого, что обычный десятиклассник* не смог бы сделать за один рабочий день. Таков и есть Пип. Но иногда он становится очень преданным и даже чем-то прекрасным. Чем-то таким, над чем никто не станет издеваться.       И это то, почему я волнуюсь. Особенно о того, что он, чёрт возьми действительно собирается снова сделать нас с Кристофом друзьями. Но по большей части я не беспокоюсь. До тех пор, пока это не начнёт касаться меня напрямую.       Остаток дня прошёл гладко, ну, или настолько гладко, насколько это в принципе возможно в таком месте, как Южный Парк. И я просто не мог перестать думать о том, что Пип собирается предпринять. Это всё равно, что знать, что ты умрёшь менее, чем через двадцать четыре часа, но у тебя всё ещё есть тридцать девять вещей, чтобы не страдать от проклятья. Так что, кажется, теперь я понимаю, как Кенни чувствует себя всё время. Конечно, если ему вообще не плевать на свои смерти.       — Грегори! — Выкрикнул Мистер Гаррисон, ударив линейкой по моей парте. — Ты вообще обращаешь внимание на мой урок?! — Кричал он.       — Да, сэр! — Соврал я, уставившись на чёрную доску, в попытке понять, что мы вообще сегодня проходили.       — Тогда тебя не затруднит ответить, почему Эмма была несчастным случаем? — Кричал он, пока все в классе смотрели на меня.       — Потому что Рейчел шлюха. — Уверенно ответил я. Насколько я понял, тема этой недели — «Друзья» телешоу 1990 года. По крайней мере, я так думаю.       Мистер Гаррисон кивнул и продолжил вести урок. Венди бросает на меня сочувственный взгляд, как будто извиняется за что-то. Я отвернулся и посмотрел вниз, на свою парту. Мне кажется, я так и не смог по-настоящему забыть её, не так ли? На самом деле я действительно не могу забыть очень многих людей.       Кристоф посмеялся над моим смущением. Иначе и быть не могло. Это просто то, какой он есть. Я мысленно напомнил себе, что нужно будет поблагодарить Пипа позже. То, что он делает это хорошее содействие, даже если в конечном итоге ничего не сработает. Но я должен хотя бы сказать ему спасибо за его старания. Чёрт, когда это я успел стать таким размазнёй? Эх, когда я так подстригся, но всё же.       Под конец дня, как и во все другие дни в этой Богом забытой классной комнате, я не усвоил ничего хоть сколько-нибудь важного.       — Грегори, Грегори! — Сказал Пип, помахав мне рукой.       — Ага, чего тебе? — Спросил я безэмоциональным тоном.       — Я придумал кое-что! Иди за мной! — Он отстранился, утягивая меня за собой. Шли мы не очень долго, по факту нам даже не пришлось покидать школу, чтобы добраться до места, в которое Пип нас так настойчиво вёл. Это была комната сильно отличающаяся от всех остальных помещений в этом здании. Но то, что перед дверью нас дожидался Дэмиен меня немного тревожило.       — Прости, конечно, я знаю, что вы с Пипом хорошие друзья и всё такое, но для чего ты здесь? — Спросил я в самой вежливой манере, в которой я вообще способен произнести эти слова.       — Он попросил меня помочь ему. — Очень просто ответил Дэмиен. Вообще не вдаваясь в детали.       — Да, это я понял, но с чем именно ты собираешься помогать? Он помрачнел.       — Увидишь. А теперь заходи в комнату. — Потребовал он и указал на дверь.       — Кто-нибудь может объяснить мне, что вообще здесь происходит? — Повернувшись к Пипу, спросил я.       — Ну, что ж, ммм, видишь ли… — Замялся он, подбирая слова. — Дэмиен, сейчас! — Выкрикнул он.       — Что?!       Дэмиен толкнул меня в комнату и запер дверь снаружи. Я быстро поднялся на ноги и забарабанил в дверь:       — Выпусти меня отсюда, сволочь! — Он только ухмыльнулся!       — Это не с'работает, знаешь ли.       — Теперь вы останетесь там до тех пор, пока не разберётесь в своих отношениях! — Крикнул Пип, после чего улыбнулся и помахал мне рукой. Я быстро развернулся. Кристоф. Твою ж мать.