Spider-man and Black Cat: Game without rules

ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ, СЕРЕДИНА МАЯ. НЬЮ-ЙОРК, ВОСТОЧНЫЙ МИДТАУН. «МИДТАУНСКАЯ СТАРШАЯ ШКОЛА

ТЕХНИЧЕСКИХ И ГУМАНИТАРНЫХ НАУК»

Утро Маринетт начиналось, как обычно: подъем, пробежка и зарядка с Романофф, душ, завтрак и поход в школу. С некоторых пор учиться стало достаточно увлекательно, а для ее второй жизни еще и полезно. Физика с математикой давались гораздо легче, даже учителя стали замечать, что успеваемость Маринетт заметно выросла. Мистер Ларсон был несказанно счастлив, что ему не приходилось тратить по двадцать минут урока, чтобы привести Маринетт к правильному ответу. Конечно во многом была заслуга именно Питера, ведь он тратил кучу времени и сил, чтобы объяснить на первый взгляд очевидные вещи в теме. Точные науки хоть и были интересными, но мало чем цепляли Маринетт, к тому же их понимание все равно давалось тяжким трудом. Однако что действительно заинтересовало Маринетт, так это информатика. Написание программ, кодов и решение разных задач оказалось интересным занятием, они относительно имели закономерность и схемы, которые девушка спокойно могла разобрать. Закончив сборы и запихнув последние книжки в рюкзак, девушка вышла из дома. Нью-Йорк шумел в привычном ему ритме, а день не предвещал ничего плохого, кроме небольшого дождя после обеда. Прошло три месяца с момента встречи с Человеком-пауком, а точнее с Питером Паркером, и жизнь немного изменилась. Не сказать, что проблем совсем не осталось, но девушка чувствовала, что ей стало легче. Питер помогал ей смотреть на вещи под другим углом, давая понять, что не все так страшно. Возможно, та договоренность на крыше про веру друг в друга и вправду помогала, ведь даже Питер стал выглядеть более увереннее и спокойнее. Он уже не так пекся над домашними заданиями по испанскому, меньше переживал о том, что будет если он завалит тест или даст неправильный ответ у доски. Парень не исключал, что не только обретение новой подруги и человека по духу способствовали его совершенствованию, но и приближающееся лето. Это не отменяло занятий в июне, но делало их куда более приятными. Май выдался очень теплым и солнечным. Маринетт практически и не вспоминала этот месяц прошлого года со всеми неудачами, однако иногда неприятные мысли и воспоминания все же закрадывались в ее голову. Отделаться от мыслей об Адриане было все еще тяжело, но ситуацию хоть как-то выравнивалась постоянной занятостью и стабильно хорошими впечатлениями от прогулок и патрулей с Питером или тренировок с Наташей. В особенности Маринетт нравились утренние пробежки. Уж что-что, а вставать с кровати, чтобы провести час за беседой с Наташей Романофф перед школой, очень часто служило хорошей мотивацией и зарядом бодрости и настроения на целый день. Мидтаунская школа как обычно встречала Маринетт шумными разговорами учеников, обсуждениями предстоящих контрольных и самостоятельных, небольшими выставками изобретений и предметов искусства, сделанных учениками, рассказами учителей о предстоящих мероприятиях и достаточно приветливым видом обслуживающего персонала. Разбирая вещи в шкафчике и готовясь первому уроку, Маринетт обсуждала с Алей темы для статьи. — По какой теме ты будешь ее писать? — Сезер лениво облокотилась на стену и попеременно зевала от раннего подъема. — Ещё не знаю, — Маринетт вздохнула и продолжила складывать вещи. — Может, про ограбление банка? — Нет, это уже до безумия задергали журналисты. — Что-то из моды? Всегда можно спросить у нашей модели, — Сезер кивнула на Адриана, который тоже складывал вещи в шкафчик, общаясь с Хлоей. Маринетт поморщилась и отвернулась. «Еще чего мне не хватало». — Нет, во-первых, это не все читают, во-вторых, я не хочу работать с ним. — Ты все ещё злишься на него? — Сезер в небольшом удивлении вскинула брови и с интересом разглядывала стоящую неподалеку Хлою. — Я не злюсь, просто обидно из-за собственной беспомощности. «Подумать только, Черная Кошка — герой Нью-Йорка, почти Мститель и преемница Наташи Романофф говорит подобное». — Я не горю желанием с ним общаться, я все лето и прошлый год убила на то, чтобы его забыть. Получилось не очень, и сейчас у меня наконец появился шанс избавиться от этого. — То есть, он тебе больше не нравится? Маринетт помотала головой. По лицу Альи, которое выражало победное «Наконец-то!», можно было понять, что она довольна ответом. И даже не смотря на то, что Сезер видела, что подруга все еще иногда сокрушалась из-за парня, она понимала, что головой Маринетт осознала многое и вряд ли пошла бы на поводу у чувств и эмоций снова. — Я не хочу больше трогать эту тему, — Алья кивнула и загадочно улыбнулась, что-то подумав про себя. — Я поняла, что не будет замков, принцев, детей и хомяков, да и из него принц так себе… Лучше давай подумаем над сюжетом? — Действительно! Ну его, этого Агреста, — Алья неожиданно согласилась. — Кстати, Маринетт… Все хочу спросить, ты в последнее время пропадаешь часто, занята постоянно, да и вечером до тебя не дозвонишься. У тебя все в порядке? — Эмм, да, — встревоженно ответила девушка, стараясь сделать свой тон более непринужденным.

Flashback

— Давай, ты сможешь! Еще минута. Наташа держала в руке секундомер, внимательно наблюдая за стрелкой, которая делала уже не первый круг. Маринетт стояла в планке уже десять минут, но дрожащие руки и прогибающаяся спина больше не могли выдержать подобной нагрузки. Маринетт повалилась на пол. — Я не могу больше… — промямлила девушка, опустив голову на дрожащие руки. — Надо. Ты же не хочешь, чтобы кто-то пострадал из-за того, что у тебя будет недостаточно сил? Маринетт тяжело дышала и пыталась встать, но ноги и руки напрочь не слушались ее. Тренировки были действительно изнуряющими даже для человека, который всю жизнь занимался спортом. На следующий день все тело болело, а руки тряслись, как у больного. Но Маринетт прекрасно понимала, ради чего она это делала. Наташа с каждым разом увеличивала интенсивность тренировок или продлевала время. После такого Маринетт выглядела больше мертвой, чем живой, но семь месяцев непрерывных занятий дали свое. Девушка стала выносливее, нормативы по физкультуре теперь являлись лишь разминкой по сравнению с тем, к чему ее готовила Наташа. Маринетт по четыре часа в день, а то и больше, если учесть уроки физкультуры и патрули, уделяла физической подготовке, а затем два часа разбиралась с уроками или изучала возможности своего костюма, и в итоге возвращалась домой чуть ли не в одиннадцать. — Не могу… — Дюпен стояла на карачках и тряслась от боли в мышцах. — Можешь. Наташа не понаслышке знала, каково это, когда у тебя все трясется от изнурительных тренировок, и ты собираешь все свои последние силы, чтобы доползти до кровати. Она помнила эту ужасную Академию, выматывающие тренировки, занятия по стрельбе, ведению переговоров, торговлю информацией, изучение более пяти языков одновременно, занятия по анатомии и физиологии. Она помнила ту ужасную операцию. — Послушай, я знаю, как это тяжело. Я прошла через это, — Наташа протянула Маринетт руку и подняла с пола. — Расскажи, как это было? Как ты стала Черной Вдовой? — Наташа грустно улыбнулась, поджав губы. — Раньше я работала на КГБ, была наемной убийцей и шпионом, наделала много глупостей. Постоянные операции и поездки, горы трупов, — Наташа шепотом произнесла последнюю фразу. — Потом командировка в Будапешт, там все и изменилось. Агент Бартон был послан, чтобы убить меня, но не сделал этого. Меня завербовал ЩИТ, в то время как КГБ насильно пыталось вернуть меня, но я больше не хотела убивать, — Романофф выдержала небольшую паузу и продолжила: — Я думала, что изменилась, но просто променяла КГБ на Гидру. — Ты думаешь, что в этом нет разницы? — Маринетт задумчиво посмотрела на Наташу. — Возможно… — ответила женщина. — Ещё будучи подростком, я училась в академии Красной комнаты. Представь, что тебя выживают из собственной головы… Идеальный человек для убийств. — Универсальный солдат? — аккуратно спросила Дюпен. — Да. Все убийства он считает правильными и справедливыми. Он не чувствует вины за отобранные жизни, а просто выполняет указания. — И… ты была им? Наташа еле заметно кивнула. — Некоторое время после вербовки ЩИТом меня мучали кошмары из прошлого, — также тихо продолжала женщина. — Ну а потом Мстители, пришельцы, ведьмы, в общем, скучать мне некогда, — Романофф скомкано улыбнулась, показывая всем видом, что говорить о подобном больше не хочет. — Последний вопрос. Что самое страшное в Красной Комнате? Лицо Наташи резко побледнело, она отвернулась, поджала губы и посмотрела на свое отражение. — Процедура инициации. Немного нахмурившись, Маринетт напряженно смотрела на Наташу и пыталась уловить еле заметный страх в ее глазах. — Принудительная гистерэктомия, — сдавленно прошептала женщина, — репродуктивные органы вырезают. Маринетт с ужасом и сожалением глядела на Наташу. Она поняла, что спросила лишнего и затронула нечто слишком личное и больное. Она и представить себе не могла, каково это жить с подобным пережитым ужасом и знать, что уже ничего исправить нельзя. — Прости… — лишь еле слышно прошептала Маринетт. — Ничего страшного. Зато теперь ты знаешь, что быть агентом может не только полностью здоровый человек, — нервно отшутилась Наташа. — Ты счастлива быть в команде со Мстителями? Маринетт попыталась перевести тему, чтобы хоть как-то сгладить неловкость и перестать чувствовать себя глупо. — Да, но знаешь, это не делает меня героем, — Наташа грустно хмыкнула то ли от горького осознания правды, то ли от неприятной ей темы. — Я-то знаю, что, по правде говоря, всего лишь хорошенькая спецагентесса, и я стараюсь принять это. Маринетт задумалась. «Получается, и Адриан видел во мне всего лишь хорошенькую фанатку, которая готова на все ради своего кумира? Хоть с моста прыгнуть, хоть луну с неба достать». — Нат, могу ли я поделиться с тобой немного личным? — Конечно, — она тепло улыбнулась и присела напротив Маринетт. — Я по уши была влюблена в человека, но он отверг меня и выставил на посмешище у всей школы, назвав помойной кошкой и никому не нужной вещью. Я вроде понимаю, что он поступил плохо и мне противно лишь от одного его упоминания, но я не знаю, как справиться с теми чувствами, что внутри меня. Романофф загадочно ухмыльнулась и пронзительно взглянула в глаза Маринетт. — Вечно мы не в тех влюбляемся, — протянула Наташа. — «Да он не плохой. Иногда буянит, срывается, но в глубине души — зайка. Вообще, он не такой как все, кого я знаю…» — Точнее не скажешь, — растерянным от удивленности голосом ответила Маринетт. — Ты знаешь его настоящего или ты влюблена в образ, который сама себе придумала? — Дюпен пожала плечами. — Если ты не знаешь его настоящего, то и верить ему ты не можешь. К тому же, если он так поступил, то точно не изменится, и не стоит думать, что ты его исправишь. — Я вроде все это понимаю, но вот здесь, — девушка указала на область сердца, — уложить это не могу. — Попробуй поискать в нем недостатки, они у него точно есть, судя по его поступку. А вообще лучшее, что ты можешь сделать, это заняться собой.

Конец flashback

— Я переживаю, мало ли ты ввязалась в дурную компанию, из-за него, — она кивнула в сторону Адриана. — Просто, чтобы ты знала, я его не поддерживаю и вообще не общалась бы с ним, если бы не Нино. — Нет, все хорошо, — отмахнулась Маринетт. — Я прохожу усиленную подготовку по гимнастике, поэтому подолгу пропадаю, а ты знаешь, что после занятий я как кисель. Это прозвучало почти правдиво, если не считать, что гимнастику пришлось оставить полностью ещё около года назад, и полностью посвятить себя подготовке к геройству. — Я решила, что буду посвящать больше времени себе. Так посоветовала моя наставница. Стараюсь отвлечься по максимуму, друзей новых завожу. — Друзей?! — от удивления у Альи открылся рот. — Я в шоке… Мне кажется, год назад со старой Маринетт что-то случилось, а сегодня день твоего перерождения, — на это девушка лишь хмыкнула и пожала плечами. — А что за друзья-то? «Да ты знаешь, с Человеком-пауком летаем по городу, зависаю с Черной Вдовой на тренировках и с Тони Старком провожу выходные в мастерской», — подумала Маринетт и еле подавила улыбку. — Он из нашей школы, мы с ним на программирование вместе ходим. Может, потом познакомлю. — На программирование?! — Алья выглядела потрясенной. — Каким ветром тебя туда занесло? — Я решила попробовать себя в чем-то новом, и как оказалось, это очень интересно и у меня получается. — Я хочу увидеть этого парня и пожать ему руку, — подруги засмеялись и пошли в сторону класса. «Браво, Маринетт, врать ты так и не научилась». Она все ещё не рассказала лучшей подруге про то, что стажируется у Тони Старка, ее тренирует Наташа Романофф, которая стала для нее ещё одной «подругой» (по крайней мере Маринетт считала, что это так), а уж тем более про то, что она стала супергероиней. Маринетт вообще не планировала кому-либо это рассказывать. Даже дяде. Один раз, правда, чуть не прокололась. Если бы Питер зашёл как обычный человек, а не в своей паучьей манере заполз в окно со словами: «Паучья доставка», держа в руках коробку с пиццей, ей бы не пришлось переживать, что дядя все узнает. Что же касается чувств к Адриану, кроме «дружеских» отношений дальше не заходило, и Маринетт это нравилось. Парень по-прежнему встречался с Кагами, а Маринетт официально была в коробке отвергнутых. Это не доставляло девушке особого дискомфорта, кроме как периодически возникавшего неприятного чувства, когда Адриан целовался и обнимался с Кагами в коридоре. Ещё одним облегчением было то, что Адриан и Кагами учились с физико-математическим уклоном, и на занятиях Маринетт пересекалась с ними крайне редко. Мидтаунская Старшая школа делилась на два сектора: физико-математический и гуманитарный. По окончании десятого класса, ученик выбирал профиль, на котором хочет учиться. В десятом классе ученики проходили универсальный курс по изучению базовых наук: английский, испанский, история, биология, химия, физика, общественная наука, литература и физическая культура. В зависимости от того, к каким предметам у ученика были способности, выбиралось количество часов. Например, в неделю у тебя могло быть пять уроков испанского и только один урок физики. Также помимо обычных уроков, школа предоставляла возможность заниматься в разных секциях. Дополнительно Маринетт посещала курсы по истории и литературе, а также по иностранному языку. И в отличие от Питера, не пряталась от миссис Родригес на последних партах. Сейчас Маринетт была в смятении, она всю жизнь думала, что ничего не понимает в информатике или химии, а оказалось, что это не так уж и сложно, если посидеть над этим дольше часа с человеком, который в действительности разбирается в предмете. В следующем году надо задумываться над поступлением в ВУЗ и усердно трудиться ради получения гранта на образование, ведь финансово ни она ни ее дядя не потянули оплату. Но кем девушка хочет быть? Раньше все было просто: она знала, что весной прошлого года попадет на стажировку в Agreste, а затем будет работать у самого известного модельера Америки, но все сложилось вообще не так, как она планировала. В Agreste её не приняли, сказав, что стажировку она может пройти только как модель, а по параметрам Маринетт не подходила. Несколько недель после провальной попытки добиться стажировки, Хлоя издевалась над девушкой, говоря о том, что та ни на что не способна и даже если бы у нее были деньги, это ей не помогло. Поэтому более, чем на сто процентов Маринетт была уверена, что ее не взяли в Agreste из-за Хлои и ее непосильного вклада. Когда стажировка у Тони Старка подвернулась ей под руки, Маринетт была на седьмом небе от счастья. Становилось совершенно все равно, даже, можно сказать, плевать, на великого Габриэля Агреста с его шмотками, когда сам Тони Старк лично пригласил ее на стажировку, предложив шить костюмы для Мстителей. Такое Маринетт не могло присниться даже в самом сладком сне. Однако геройство вновь перевернуло всё. С определением будущего стало сложновато, и теперь Маринетт думала о службе в ЩИТе. Девушка понимала, что дядя, скорее всего, будет против, да и как она ему вот так с бухты-барахты скажет? Она с самого раннего возраста твердила, что хочет шить вещи, быть дизайнером и участвовать в показах, а в будущем стать как Миранда Пристли. А теперь она хочет резко заявить, что узнавать государственные тайны и вырубать людей с помощью оружия именно то занятие, которым она горит заниматься. Быть агентом ее вдохновила Наташа. Маринетт искренне восхищалась ее мастерством и выдержкой. А как она «играла»! Почти невозможно было понять, когда Наташа блефовала, а когда говорила правду, когда плакала, а когда всего лишь изображала жертву. И Маринетт такие уроки явно не помешали бы. Сдерживать эмоции и не плакать в самый неподходящий момент было тем самым умением, которого ей не хватало. Первым, с кем она поделилась своим новым выбором, стал Питер. Парень был в шоке, потому что за те три месяца, что они общались, Маринетт ни разу не заикалась про ЩИТ. — То есть, ты правда хочешь стать агентом? — Питер удивленно посмотрел на девушку. — Ну да. Ты же хочешь быть, как Железный человек, гением и миллиардером, вот и я хочу быть агентом. — Как Наташа? — хихикая, уточнил Питер. Маринетт лишь нарочито цокнула и легонько пихнула его в бок. — Ничего ты не понимаешь. — Куда мне! По правде, Маринетт так и не смогла определиться с этим. Если Питер был ярым фанатом Звездных Войн и Тони Старка, то Маринетт была поклонницей «Гарри Поттера», «Перси Джексона» и… Соколиного глаза. Когда в 2012 году Мстители сражались за Нью-Йорк, девушку сильно поразило, что обычный парень с луком и стрелами способен на такое. Она упросила дядю записать ее на стрельбу из лука, чтобы научиться так же, но через год, ей пришлось оставить это занятие, так как попросту не хватало времени. На эти рассказы Наташа тепло улыбнулась и пообещала Маринетт обязательно познакомить с Клинтом при первой же возможности. Несмотря на то, что Питер подкалывал Маринетт по поводу поступления в ЩИТ, сам он был не менее потерян и запутан. Изначально он планировал поступить в MIT, потому что всегда блестяще справлялся с заданиями и имел высокие баллы. Даже Тони предлагал ему этот университет, сказав, что если у него не получится, то он договорится, так как у него там есть знакомые. Это очень льстило Питеру. Сейчас Паркер мало думал о ВУЗах. Геройство занимало большую часть времени, да и сразу после школы пойти работать в Stark Industries было заманчивой идеей. Что было ещё более заманчиво, так это стать Мстителем. Он уже получал официальное приглашение в команду, и вряд ли не получит его ещё раз после окончания школы. Поэтому он рассчитывал хорошо окончить последний год, сдать пару экзаменов, по которым у него не возникнет проблем и в предвкушении ждать, когда Тони Старк сделает ему повторное предложение официально стать Мстителем. Он не раз представлял, как его приглашают в команду, Капитан Америка жмёт ему руку, а остальные аплодируют. Потом они идут на пресс-конференцию, где Тони официально представляет Питера и раскрывает его личность, а Флеш Томпсон в этот момент давится собственной желчью и громко возмущается. Однако это были всего лишь фантазии и не более. Питер знал, что Мэй будет не очень рада такому решению, потому что всегда считала племянника мозговитым. Самому Питеру хотелось днями пропадать в лаборатории со Старком, собирая костюм или что-то совершенствуя. Или проводить время с Недом, собирая лего и болтая о Звездных Войнах. Или гулять с Маринетт, спасая котят, жуя сэндвичи от мистера Дельмара и обсуждая классику среди фильмов и книг. Устраивать с Мэй соревнования по настольным играм или организовать поход в парк. Питер согласен даже помогать ей на работе, раскладывая бумажки. А по выходным собираться со Мстителями и устраивать посиделки. Это была бы его жизнь мечты.

***

Питер медленно шел в школу, как обычно заскочив по пути в магазинчик к мистеру Дельмару для покупки своего обеда. По вторникам еда в школьной столовой оставляла желать лучшего, поэтому иногда приходилось покупать обед здесь. Выйдя из магазина, Питер заметил Маринетт: они перекинулись парой-тройкой слов, пожелав друг другу удачи, и разошлись. Складывая вещи в шкафчик, Питер общался с Недом. — Я видел последнюю битву, чувак, паутина отпад! — восторженно произнес Лидс. — Спасибо, но нужно поработать с гаджетами. — Будешь собирать их дома из старой техники? — Придется… Это не очень удобно и практично, но приходится мириться. Ещё нужно сегодня в Башню заскочить и позаниматься, — Питер перевел взгляд в коридор, заметив мистера Девиса, двигающегося по направлению к ним. — О, нет, только не он! — Ты домашку не сдал? — прищурившись спросил Нед. — Вроде ж он нам ничего не задавал после контрольной. — Он хочет мне проект дать по химии, а мне сейчас эти проекты… — Питер показал рукой около горла. — Тема интересная, но времени нет, — парень обречено вздохнул, когда учитель уже подошёл к ним. — О, Питер, как раз тебя ищу! — радостно произнес мистер Девис. В его глазах был виден запал от очередной «интересной» идеи. — Помнишь, я говорил тебе про проект? — Да, мистер Девис, но я думал, что олимпиада по химии это закроет. — Олимпиада, Питер, это одно, а вот проект! — мужчина сделал воодушевленный жест рукой, как любой знаменитый поэт. — Итак, сама тема звучит так: «Как получать электроэнергию из химических взаимодействий веществ». Эта работа тебе на оставшийся учебный год, а после с ней можно выступить на конференции в сентябре. Уверен, за нее получим призовое место. Питер тяжело вздохнул. Он терпеть не мог, когда учителя говорили «Мы получим». В основном Питер выполнял всю работу сам, за исключением очень редкой помощи Тони, а делить заслуженную похвалу приходилось с человеком, который мог разве что подсказать нужные источники литературы. — А есть ещё какие-нибудь темы? — спросил Питер, совершенно незаинтересованно смотря на учителя. — Хорошо, что спросил! Есть пару тем по ядерной физике, я могу дать тебе одну из них. Мой старый друг Отто Октавиус сейчас занят новым проектом… Вот, точно! По нему и напишешь! Энтузиазм учителя душил Питера и лишал всяких попыток отказаться от проекта. — Хорошо, мистер Девис, — сдался Питер. — Зайди ко мне в кабинет после уроков, скажу тебе название и дам материалы. Питер кивнул и, проводив довольного мистера Девиса, который уже успел скрыться за углом коридора, и переглянулся с Недом. — Сочувствую, чувак, — выдал Нед и покачал головой. — Он бы не отстал от тебя ни под каким предлогом. — Ненавижу, когда он так делает… — устало пробормотал Питер. — Надеюсь, что я успею закончить проект до конца мая, потому что на июнь у меня свои планы. — Это какие? — полюбопытствовал Нед. — С Кошкой время будешь проводить? — В каком это смысле? — Ну знаешь там… кино, прогулки, патрули, — протянул Нед, стараясь не улыбаться. — Между и парнем и девушкой такое происходит, когда… Питер пробуравил Неда нарочито недовольным взглядом, но в глазах парня блестела искра. Ему искренне нравилось проводить с Маринетт время, хоть иногда он и мог выдать сущую нелепицу, если хотел сделать комплимент ее навыкам или покраснеть до корней волос, когда девушка случайно касалась его руки. Да и сам Питер зачастую вел себя неловко и странно. Парень мог случайно положить руку на спину стула, где сидела девушка, и наклониться непозволительно близко, а затем сразу же себя одернуть и постараться при этом не выглядеть дураком. Или он мог засмотреться на нее во время разговора и настолько сильно уйти в мысли, что потерять нить повествования, а спохватившись, начать поддакивать. Или когда в один из совместных походов в кино, когда в трогательной сцене Маринетт начала плакать, а он решился взять ее за руку и просидел с ней так до конца фильма, чувствовав, как потели его ладони. Питер порядком переживал, что его подобное «странное» поведение отпугнет Маринетт. Ему казалось, что раз уж если Нед заметил за ним странности, то тогда только дураку было бы не понятно, что с ним происходило в те моменты, когда девушка оказывалась близко, и он начинал глупо краснеть. Питер боялся, что Маринетт не составит труда догадаться, почему он так себя ведет, и она начнет общаться с ним только во время миссий. Но казалось, Маринетт вообще не замечала никаких странностей за ним. И Питер был этому рад. — Кстати, когда ты меня с ней познакомишь? — не унимался Нед. — Если ты будешь меня при ней так подкалывать, то никогда, — фыркнул Питер. — Ладно-ладно. Я все понимаю, — с деловито важным и серьезным видом ответил Нед. — Нед, — серьезно начал Питер. — Пообещай мне, что и слова ей не скажешь о том, сколько о ней я тебе рассказываю. Она мне… — Нравится, — закончил за него друг. — Да… — коротко согласился Питер и закашлялся. — Но это всё не так просто. Я не намерен потерять ее, даже если окажется, что это всё невзаимно. Мы с ней команда и… — парень умолк. Нед поджал губы и покачал головой. Хоть Лидс и не был знатоком в любовных делах, но он замечал, насколько глупо улыбался Питер, здороваясь кивком или приподнятой рукой с Маринетт в коридоре. И как неловко мог себя вести, когда они разговаривали в стороне, и Питер наклонялся вперед, «чтобы лучше слышать девушку». Что уж было говорить, если Питера иногда прорывало, и он рассказывал другу о совместных прогулках и патрулях с Маринетт. — Обещаешь? — Обещаю, — вздохнул Нед. — Ты даже с Лиз не был так серьезен. — Это было другим… — Питер на секунду замолчал, а потом добавил: — Сегодня мы с Мари договорились сходить потренироваться. Познакомлю вас на выходе у школы, если получится. — Наконец-то! — радостно воскликнул Лидс. — Только про обещание не забудь, — тут же напомнил Питер. — А то я тебя знаю.

***

Маринетт продолжала заниматься уроками, но мысли о совершенствовании костюма и прокачке навыков не давали ей покоя. Недавно Наташа заикнулась о какой-то новой технике боя, и Маринетт не терпелось ее опробовать. Она помнила, с каким интересом изучала разные боевые приемы, в особенности те, которые непосредственно использовались в битвах самой Наташей. Девушка нервно дергала ногой под партой, сверлил взглядом часы, висевшие прямо над доской в классе математики и совершенно не слушала объяснения миссис Стинкли. Сегодня цифры никак не хотели укладываться в голове и, единственное, что ее волновало, это время до конца занятий. К тому же Маринетт все еще прокручивала в голове слова Наташи о Красной Комнате, а так же совет заняться собой, который в действительно оказался рабочим. Чем больше девушка вкладывалась в себя, тем больше она получала удовольствие от процесса и уж тем более от результата, а прогресс всегда был на лицо. И об этом говорила не только Наташа, но и Питер. «Интересно, чем он сейчас занят?» Она была уверена, что Питер сейчас усиленно делал вид, что корпел над тетрадкой в классе химии, а сам смешивал в ящике реактивы и пытался придумать улучшение для своих веб-шутеров. Урок математики сегодня был настолько скучным, что вместо записей и нудных речей миссис Стинкли, которые с каждым днем изводили ее все больше, что у Маринетт невольно появилось желание, чтобы какой-нибудь злодей неожиданно напал на Нью-Йорк. Пытаясь занять свое время, она дорисовывала небольшой скетч на последнем листке тетрадки, то и дело прикусывая кончик карандаша, когда пыталась понять, какие детали хотела добавить. Сначала Маринетт просто пыталась отвлечься, чтобы время урока ускорилось, но мысли каждый раз возвращались к Питеру. И вот на последней странице уже был готов набросок в немного мультяшном стиле. Идея пришла к Маринетт в голову, когда она вспомнила, как пару недель назад они с Питером сидели у него дома. Мэй не было. И они вдвоем комфортно расположились в гостиной. Питер сидел за кухонным столом, заполненными разными металлическими детальками и паяльником и возился с радиоприемником, стараясь то ли его окончательно разобрать, то ли починить. Парень выглядел настолько задумчивым и сосредоточенным, что забавно хмурился и периодически кряхтел, когда у него не получалось ровно спаять детали между собой. Маринетт сидела в кресле и делала наброски их новых костюмов, которые вот уже несколько дней не давали ей покоя. Ее взгляд сам собой упал на парня. Она заметила, как Питер закусил нижнюю губу, стараясь удержать в руках небольшую детальку, и поставить ее на нужное место на печатной плате. Этот вид вызвал в ней легкую улыбку и до странного неловкую мысль: «Ну и дурашка…» Маринетт перевернула лист и начала делать зарисовку, то и дело поглядывая на Питера. Парень этого напрочь не замечал и был увлечен разбором радиоприемника. Они просидели так еще около часа. Маринетт периодически кидала короткие взгляды на парня и довольно улыбалась. Она настолько увлеклась этим, что даже не заметила, как Питер уже закончил разбираться с приемником и ушел мыть руки. Очнулась девушка, только когда услышала: — Это я? Девушка вздрогнула, и тут же по привычке опустила блокнот, прикрыв рисунок. Она повернулась и уставилась на Питера, который осторожно заглядывал ей через плечо и немного смущенно улыбался. Маринетт застыла, не зная куда себя деть. На секунду ей стало так стыдно, что она не только втихую рисовала его, но и еще глупо улыбалась. Щеки в миг вспыхнули красным, а девушка хаотично закивала головой: — Ааа, ну… Это так… П-просто, ну знаешь… — заикаясь, тараторила Маринетт. — Практика, чтобы навыки не потерять. — Покажешь? — парень легонько кивнул на блокнот и уставился на Маринетт. Она нерешительно подняла блокнот и в ожидании посмотрела на парня. Питер всмотрелся в рисунок и… просиял. Его глаза заискрились от восторга и он расплылся в такой довольной и искренней улыбке, от которой у девушки сжалось сердце. — Это потрясающе… — прошептал Питер. — Ты можешь отдать его мне? Или он тебе нужен? — Тебе нравится? — изумилась Маринетт. — Очень! Это же великолепно! Я очень похож… на себя, — парень нервно почесал в затылке и немного смущенно спросил: — Я правда так хмурюсь, когда работаю? — Угу, — коротко кивнула Маринетт. — Еще ты фыркаешь и кусаешь губы. — Кошмар… — стыдливо потянул парень, слегка прикрыв глаза. — Это очень смешно со стороны, да? — Это мило, — тут же выпалила Маринетт и замерла. «Зачем я это только что сказала? Что он теперь подумает? Это было лишним…» Питер застыл с приоткрытым ртом, чувствуя, как весь воздух в легких тут же кончился. Он таращился на Маринетт, силясь ответить ей что-то такое… нежное, но в мыслях творился полнейший бардак. «Она сказала, что я милый… Она считает меня милым! Надо ей что-нибудь сказать! Ну же, не молчи, Питер! Такой момент подходящий! Ты же сам хочешь этого!» — А ты очень красиво держишь карандаш… Прям профессионально. Парень тут же почувствовал, как его накрыла такая дикая волна смущения, что ему тут же захотелось провалиться сквозь землю. «Боже, Питер, что за чушь ты сказал?! Такой момент испортил…» Маринетт замерла, а затем легко засмеялась. Питер нервно выдохнул, пытаясь уловить во взгляде девушке что-то с подтекстом «ты что, идиот?», но заметил лишь, как в ее глазах блеснула искра. — Так… ааа… можно я заберу рисунок? На память? Над столом повешу, буду помнить, как… как со стороны выгляжу. Маринетт коротко кивнула и пообещала, что как только она закончит, так сразу же отдаст его Питеру. Затем она отвернулась и опустила взгляд, сильно сжав губы, чтобы спрятать предательски наползающую на лицо глупую улыбку. Она надеялась, что Питер уже отвернулся и не увидел, как сильно она краснела и лыбилась, глядя в свой блокнот. — Земля вызывает Маринетт. Прием? — девушка вздрогнула и оглянулась. — Ты сегодня рассеяннее, чем обычно. Голос Альи вывел Маринетт из раздумий и заставил сфокусироваться на подруге. Девушка так сильно увлеклась собственными мыслями, что забыла, что уже давно находится в столовой, а не на уроке математики. Алья ставила себе на поднос тарелку с салатом, параллельно выбирая, что она добавит к своему обеду. — Да мысли в голове не укладываются, — бросила Маринетт и потянулась за коробкой шоколадного молока. — О чем это? Девушки закончили набирать себе еду и направились за ближайший свободный стол, который им уже заняли Нино, Адриан и Хлоя… Маринетт вообще не горела желанием садиться за один стол ни с Агрестом, ни с Буржуа, но сегодня она была готова перетерпеть это ради Альи и её желания побыть рядом с Нино. Вдобавок ко всему все ее мысли были заняты сегодняшней тренировкой и делами с Питером после школы, а неприятные ощущения от присутствия Адриана ее мало беспокоили. — Да так… — отмахнулась девушка, присаживаясь рядом с подругой. — То статья, которая теперь будет морочить мне голову, то гимнастика, по которой мне предстоит выучить пару элементов, то… перебои в системе наведения… «Вот почему я промахнулась несколько раз. Нужно сказать мистеру Старку про калибровку». — Система наведения? — с удивлением спросили Алья, Адриан и Нино в один голос. Маринетт в замешательстве и с небольшой тревогой пробежала по всем взглядом и, сделав максимально глупое лицо, как ее учила Наташа, выдала: — Просто друг проект делает, вот я и… — Это ведь чистая физика, а ты в ней… ничего не понимаешь, — с недоверием сказал Адриан, смирив Маринетт оценивающим взглядом. Девушка уже было хотела ответить, но озадаченный и заинтересованный взгляд Альи куда-то назад ее остановил. — Смотрите, — Сезер таращилась на двух парней в другой стороне столовой. Маринетт обернулась и увидела Питера, которого снова доводил Флеш…

***

Уроки для Питера проходили спокойно, но ровно до того момента, пока не настало время перерыва. Взяв еду из шкафчика, парень отправился в столовую вместе с Недом. Пока Лидс брал себе еду, Паркер искал свободный стол, потому что сделать это в обеденную перемену было тяжеловато. Как назло, все было забито еще двадцать минут назад, но спустя пару минут поисков, Питер всё же отыскал единственный свободный столик в самом углу столовой. Парень довольно приземлился на стул, оставив рюкзак рядом и принялся раскладывать купленную еду. Затем он помахал Неду и жестом указал на стол. Однако их обед так и не успел начаться из-за появившегося из ниоткуда Флеша Томпсона. — Слышь, Паркер, а правда, что ты в штаны наложил, когда Человек-паук и Кошка дрались? «Боже ж ты мой… Да что тебе от меня надо то!» — Отвянь, Флеш… — недовольно фыркнул Питер и отвернулся. Он всеми силами надеялся, что Томпсон отвалит от него, и парень наконец-то займется обедом. Голодный желудок издал тихое урчание в знак согласие на прием пищи, и Питер уже было положил первый кусок еды себе в рот, но разыгравшееся желание Томпсона подраться яростно отвлекало Питера от этого. — Что, пенис-Паркер, стыдно признаться? — гадко ухмыляясь продолжал Юджин. — Что тебе от меня нужно? — как можно более спокойно спросил Питер, стараясь не выдавать подступавшую злость. Он терпел издевательства Флеша годами, стараясь не вмешиваться в драки или ссоры, потому что абсолютно был к этому не настроен. Первое время, он вообще боялся Флеша, но со временем страх постепенно сменился усталостью от постоянных издевок, подколов и гадких выпадов. Однако после одного случая с Маринетт, когда Питер просто разговаривал с ней в коридоре, обсуждая очередной патруль и предстоящую прогулку в кино на ужастик, Томпсон пустил какую-то сальную и непристойную шутку в ее сторону. В тот момент в Питере что-то вскипело: он почувствовал, как какой-то переключатель внутри наконец-то щелкнул и парень ощутил дикое раздражение, а затем и злость. Питер редко когда злился и обычно был спокоен, как удав, но в тот момент он захотел пнуть Флеша под зад с такой силой, что тот без труда бы сломал себе нос от удара о пол. И в тот раз Томпсону повезло, потому что тот сам споткнулся о чью-то сумку и упал, а порции смеха и шуток со стороны его «друзей» вполне хватило Питеру, чтобы успокоиться. — Чтобы ты уже свалил отсюда в какую-нибудь школу тебе под стать. Откуда у твоей тетки вообще деньги на обучение? Не припомню, чтобы в приюте для бомжей много платили! Кроме смеха по столовой прокатилось громкое и протяжное: «Уууу», а кто-то начал ещё и посвистывать. — Ну, что скажешь? Или побежишь жаловаться родителям? А ой, прости… У тебя же их нет! — Ты не слышал что ли? Отвали! — огрызнулся Нед, пытаясь заступиться друга. Питер постепенно начинал закипать. Раньше он просто игнорировал издевки Флеша, как и его существование в целом, но с каждым разом желание размазать Томпсона по стене становилось все больше и больше. — Чья бы корова мычала, Лидс. Откуда ты там приехал? Из Индии? Вот и валил бы обратно к своим слонам и танцам с бубнами! — люди в столовой продолжали смеяться. — Что, Паркер, драться боишься или не умеешь? А может переживаешь, что твоей бедной тетушке на твое лечение в переходе собирать придется? Наблюдавшая за всем этим Маринетт уже хотела встать с места, чтобы попытаться остановить Томпсона или хотя бы увести Питера подальше. Она терпеть не могла таких идиотов, как Флеш, и не хотела, чтобы Питер из-за него получил выговор. Но неожиданно поднявшийся с места Питер, который выглядел на редкость разъяренным и готовым впечатать Томпсона в кафельную плитку, резко остановил ее от действий. «Может и вправду давно пора Флешу мозги на место вставить?» — Ооо, ну, давай! — Томпсон принял боевую позу и сделал пригласительный жест руками. Его глаза горели в предвкушении драки. — Ты только помни, что у меня черный пояс, да я ещё и боксом занимаюсь, — продолжая разминаться, подначивал Флеш. Однако не успел он закончить предложение, как Питер медленно подошел к нему, взглянул в глаза и в мгновение врезал тому прямо в нос, отчего парень просто упал на спину. — А я котят с деревьев снимаю, — процедил Питер и легонько тряхнул рукой, избавляясь от неприятной боли после удара. В один миг люди в столовой затихли, а через пару секунд раздались восторженные крики и одобрительное улюлюканье. К Флешу бросились его друзья и пара подружек, пытавшиеся привести его в чувства, а довольный собой Питер спокойно вернулся на место и наконец начал свой обед. — А-фи-геть, — шокировано прошептал Нед, но уже через мгновение взорвался радостью: — Ты его уделал! — Достал уже, — бросил Питер, наблюдая за тем, как Флеша подняли за руки и в ускоренном темпе увели из столовой в сторону медпункта. Он не был горд собой за то, что наконец-то дал отпор Томпсону, потому что все еще считал, что махать кулаками — это последнее дело. Однако он был доволен тем, что вероятно сегодняшняя ситуация станет Флешу уроком и в следующий раз тот сто раз подумает, прежде чем что-то говорить Питеру. Парень уже было хотел что-то сказать по-прежнему восторженному Неду, что-то беспрерывно тараторящему ему все это время, как краем глаза заметил Маринетт. Она смотрела на него с нескрываемым восхищением и гордостью, довольно улыбаясь и сверкая глазами. — Ну, паучок, даешь… — одними лишь губами произнесла Маринетт, стараясь сделать это как можно тише, чтобы никто, кроме Питера, этого не услышал. Питер немного смущенно и теперь уже довольно улыбнулся в ответ, неловко проведя ладонью по волосам. — Давно пора было это сделать, — прошептал он. Алья в изумлении приподняла брови и уставилась на Маринетт. — Ты что-то сказала? Девушка немного дернулась, но тут же ответила: — Ну паренёк даёт, говорю… — Согласен! — с уважением добавил Нино. — Это ж надо… вообще отпад! Просто взял и сделал. — Вроде такой неприметный, а такой мужественный, — произнесла Хлоя, явно заинтересовавшись в парне. — Кто-нибудь знает, откуда он? — Он с технологического, — спокойно ответила Маринетт, вернувшись к своему обеду. — Мы на испанском пересекаемся. «Вернее Питер прячется за моей спиной на задней парте». — Я часто вижу его на робототехнике и в классе по физике и химии, — вспомнил Адриан. — Он один из лучших учеников у нас. Учителя сулят ему большое будущее. — Это Питер, кстати. Я про него тебе говорила. Маринетт кивнула в сторону парня и коротко посмотрела на Алью. — Что за Питер? — тут же поинтересовался Адриан и с непониманием нахмурился. — Мой друг, — коротко ответила Маринетт. — Питер Паркер. Во взгляде Маринетт не было никакого подтекста, который могла бы уловить Алья, но от неожиданного вопроса блондина, Сезер специально сделала загадочный вид и протянула: — Ааа, тот самый Питер… Он тебе ещё с информатикой помогает, да? — Ага. Маринетт уловила тон подруги, но ей ни капли не хотелось устраивать шоу перед Адрианом, тем более используя для этого Питера. — Он не только мне с информатикой помогает, но еще и математику мне объясняет лучше миссис Стинкли. — По-моему, кто угодно объясняет математику лучше нее, — пошутил Нино, но тут же получил легкий пинок от Альи в бок. — Может и так, но Питер объясняет в разы понятнее, даже если тратит на это час. В прошлом году он участвовал в Академическом Декатлоне и ещё идёт на медаль по биологии. — Ого, — уже искренне удивилась Алья. — А парень-то с мозгами. — С большими! У нас дома DVD-плеер сломался ещё два месяца назад, дядя всё починить не мог, а Питер его за десять минут сделал. И еще и убеждал меня, что нет там ничего сложного, мол «хорошо, что вы деньги на ремонтника не потратили». — Может, он нам дома микроволновку починит? — хохотнул Нино. — А то папа тоже уже месяц сделать не может, приходится всю еду на сковородке греть. — Дайте ему 10 баксов, и он вам за час не то, что микроволновку починит — ракету из металлолома сделает! — гордо заявила Маринетт. — Это у него проект со всякими техническими штуками, он много мне про него рассказывал. И недавно у него возникла проблема, и он не понимал какая, а я вот видимо догадалась, что не так. — И ты об этом додумалась, только потому что Питер с тобой математикой занимается? — удивленно уточнил Адриан, уставившись на девушку. — Я же сказала, что Питер умеет объяснять, — слегка недовольно фыркнула Маринетт. — А какой у нас следующий урок? — в разговор встрял Нино, желая разбавить обстановку. Он прекрасно знал, что Маринетт совсем недружелюбно настроена в сторону Адриана и понимал почему. Да и понять, что сидение с ним и с Хлоей за одним столом было для нее целым испытанием, не составляло для него труда. — Физика, — язвительно ответила Хлоя и перевела ехидный взгляд на Маринетт. — У нас контрольная сегодня. Надеюсь, твой Питер Паркер объяснил тебе ещё и ее, чтобы обошлось без двоек. — Да. Там тема и вправду сложная, — абсолютно искренне поддержал Адриан и тоже посмотрел на девушку. — Ты готова? Даже спокойствие Нино подходило к концу: в последнее время он совершенно перестал понимать своего друга и его поведение. Взглянув на свою девушку, тот понял, что Алья держалась из последних сил, чтобы не высказать Адриану что-нибудь резкое и оскорбительное. Нино бросил беглый взгляд на Маринетт и, заметив, что та поникла, уже хотел было вмешаться, но Маринетт все же ответила. — Готова, — спокойно и без капли злости или грусти ответила девушка. — Хочешь самоутвердиться за мой счёт, как и твоя подружка? Алья не смогла подавить улыбку, поэтому прикрыла ее стаканом, сделав вид, что захотела отпить несколько глотков сока. Хлоя же вмиг сделалась ошарашенной, скривившись от возмущения, а Адриан напряженно застыл в одной позе и с удивлением буравил Маринетт взглядом исподлобья. — Зачем ты лезешь ко мне со своими дурацкими вопросами и разговорами? — продолжила Маринетт, обращаясь к Адриану. — А ты чего бесишься? — отвелила за него Хлоя, только что вышедшая из ступора. — Думаешь, ты своим поведением что-то изменишь? — она издевательски ухмыльнулась. — Конечно изменю, — Маринетт широко улыбнулась, глядя прямо в глаза Хлое. Это приёму ее научила Наташа, и судя по очередному ступору Буржуа, прием работал на отлично. — Тебе неприятно со мной разговаривать? — Адриан в недоумении смотрел на девушку, все еще отходя от услышанного. Он впервые видел Маринетт настолько спокойной и одновременно злой. — Но почему? Маринетт фыркнула, встала из-за стола с недовольным видом и перед тем как уйти, бросила напоследок: — Даже не знаю, с чего бы это помойной кошке хотеть с тобой разговаривать? Я же только так… мяукать умею.