Звенья

2 сентября 1939 года. Краков.       Маленький, немного запущенный сад напоминал Эдем очень отдалённо, но, для тех двоих, он был им. Мужчина и женщина прощались у калитки. Молодой солдат был возбуждён и ни секунды не мог стоять спокойно. Его карие глаза горели лихорадочным весельем. То и дело слышался его нервный смех. Платье девушки скрывало едва округлившийся животик. Она не плакала, не кричала, лишь всё время пыталась дотронуться до супруга: взять за руку, погладить по рукаву, убрать с плеча несуществующую пушинку, поправить воротник. Парень что-то говорил, размахивая руками, словно ветряная мельница, она тихо отвечала ему.       Кроули подумал: не превратится ли ему в змею, подползти поближе, послушать, о чём они говорят. Хотя, что нового может сказать эта девочка, уходящему воевать мужу, чего не говорили другие, такие же женщины до неё за все те шесть тысяч лет, что он бродит по земле.       — Вот увидишь, Ева, всё быстро закончится. Мы разобьём этих поганцев в два счёта. Я вернусь к тебе героем ещё до того, как появится наш малыш.       Парень назвал её Евой. Именно поэтому демон оказался в их саду и наблюдал за прощанием, скрытый густым кустарником. Змею даже показалось, что он узнал черты той, первой Евы в этой девушке. Ни цвет волос, ни линию носа, что-то другое, неуловимое. Наверное, взгляд или интонацию, а может, исходящую от молодой женщины любовь и заботу. Он так и не превратился в змея и не услышал, что она ответила, лишь увидел, как она покачала головой и то, как подействовали слова на парня. Выражение весёлого возбуждения исчезло с его лица, теперь оно выражало печаль, страх и растерянность. Будто, он только сейчас понял, что происходит, кого он оставляет, чего он, скорее всего, никогда не увидит. Молодой солдат отчаянно привлёк жену к себе, ласково провёл ладонью по животу, поцеловал в лоб и крепко обнял, положив подбородок на её макушку. Послышался гудок автомобиля. Молодые люди вздрогнули, на несколько мгновений прижались теснее друг к другу, затем разорвали объятия. Взявшись за руки, как тогда на заре времён, супруги вышли на улицу. Калитка с тихим скрипом закрылась за ними.       Демон поспешил покинуть осиротевший сад, чувствуя непреодолимое желание напиться. Боковым зрением он заметил движение на другой стороне улицы. Как будто мелькнули белые крылья. Он судорожно вздохнул. Ну конечно. Кто бы сомневался. Кроули неслышно подошёл и присел на низкую кирпичную ограду рядом с ангелом. Азирафель, конечно, давно засёк его демоническую ауру. Убегать было бесполезно, да и не в привычках демона прятаться. Ангел выслушает его, может быть, даже поймёт.       — Ты знал, что закончится этим? — Азирафель пристально взглянул демону в глаза, — Знал, что начнётся война?       Кроули покачал головой и неуютно поёжился.       — Почему ты думаешь, что это я?       — Догадался.       — Ты ведь всё знаешь, да? Мне всего лишь нужно было устроить маленький скандальчик.       Азирафель сделал странное движение, нечто среднее между кивком и пожатием плечами. Что-то подобное он уже однажды (много раз) слышал. Ангел выжидающе посмотрел на Кроули.       — Я рассказал план, даже не план, так идейка, двум людям. Они были пьяны… Мы все были пьяны… Не думал, что они запомнят хоть что-то… Даже жертв не должно было быть. Предполагалось, что подбросят тела умерших своей смертью…       Он неловко замолчал, понимая, как жалко звучат его сбивчивые объяснения. Какого дьявола он вообще оправдывается?!       Мимо них проплывала толпа. Периодически сигналя, проезжали военные грузовики, маршировали отряды. Молодые люди, вчерашние школьники, будущие новобранцы шли группками, спорили, подбадривали, перекрикивали друг друга возбуждённо и громко. Огромный шумный людской поток, зародившийся вчера, сегодня набрал небывалую силу.       Некоторое время ангел и демон молчали, вглядываясь в лица проходящих мимо. Кроули искоса посмотрел на ангела. Мятый светлый плащ, голова опущена, в уголках рта залегли горькие складки. Он беспокойно теребил пальцами поля своей шляпы. Интересно, другие ангелы так же переживают за смертных, как Азирафель. Кроули почему-то был уверен, что нет.       — Смертные никогда не перестанут воевать, Азирафель, — не выдержал затянувшегося молчания демон. Он чувствовал непреодолимую потребность хоть как-то утешить печального ангела.       Тот лишь горько кивнул.       — Слышал, ты получил благодарность за весь это бардак, — сменил тему Азирафель.       Кроули болезненно поморщился: Азирафель не осуждал, просто констатировал факт.       — Ага, что-то вроде того.       Первые тяжёлые капли упали на землю.       — Кажется, люди называют это De Ja Vu, — пробормотал демон, пододвигаясь ближе к Азирафелю и прячась под заботливо раскрытый зонт (неожиданно траурно чёрный).       Этот дождь тоже не был похож на ту первую, страшную грозу. Занудный, мелкий, моросящий, он вызывал раздражение, а не благоговейный ужас. Кроули заметил, как ангел вдруг немного напрягся. На его лице промелькнуло выражение узнавания и радости, сменившееся через мгновение тревогой. Демон проследил его взгляд. Светловолосый парень шёл в толпе, поддерживая под руку пожилого мужчину в старой военной форме. Кроули ощутил еле заметное колебание воздуха. Мягкий, тёплый, видимый лишь ангелу и демону свет окутал стройную фигуру юноши.       Азирафель судорожно вдохнул.       — Вот ведь ж…       От удивления Кроули чуть не свалился с ограды. Подумать только, ангел почти выругался!       — Кажется, я совершил очередную глупость, — неохотно признался Азирафель Змию.       — Ты не можешь поступить неправильно, ты же — ангел, — не мог не съязвить демон, — Зачем ты это сделал? Тебе же влетит от шефа.       Судя по обеспокоенному выражению лица Азирафеля, это благословение было спонтанным решением, несогласованным ни с коллегами, ни с начальством. За подобную инициативу можно и выговор получить.       Кроули шумно вздохнул и закатил глаза. Азирафель абсолютно безнадёжен.       — Мальчишка идёт убивать людей, если ты не в курсе. Хорошо, что у тебя не нашлось ещё одного пламенного меча, чтобы отдать ему.       — Его зовут Кароль, и он не хочет никого убивать, — тихо произнёс Азирафель, — Мы разговаривали вчера.       Кроули скользнул взглядом по кудрявым, светлым волосам ангела, знакомому добродушному лицу, задержавшись на секунду на больших, чистых, словно лёд, печальных голубых глазах и щёлкнул пальцами. Незаметная смертным тень окутала юношу.       — Что ты сделал? — Забеспокоился Азирафель.       Кроули пожал плечами.       — Успокойся, ангел. Всего лишь небольшое демоническое чудо. Парню выдадут настоящее оружие, не хватало ещё, чтобы он кого-нибудь подстрелил. Или себя. Не быть ему прославленным воином. Идём, Азирафель.       Демон поднялся с ограды.       — Отметим полученную благодарность, — добавил он с горечью. </center>