Звенья

      Кроули прикрыл глаза, прислушиваясь к разговорам и смеху за столом. Продолжать разговор с Войной, когда вокруг крутились смертные, стало невозможно, но он об этом не жалел. Услышанного сегодня и так было более, чем достаточно.        Вечеринка была в самом разгаре. Недостатка в выпивке и красивых женщинах не было, но всё же чего-то не хватало. Фантазии, наверное, а может свободы. На вкус Кроули было немного скучновато. Демон обвёл людей рассеянным взглядом, прикидывая по привычке, кого можно было бы искусить. Не то, чтобы в этом была острая необходимость: люди прекрасно справлялись и без его помощи. К его отчётам у руководства никогда не было претензий, но Кроули давно понял, что на всякий случай всегда стоит иметь в запасе парочку свидетелей, которые, в случае чего, обиженно сопя носом и размазывая сопли, смогут ткнуть в его сторону пальцем и сказать, что именно он подтолкнул их к греху.       Вот, например, его сосед справа. От демона не укрылось то, с каким голодом он рассматривал одну из девушек и никак не мог решиться перейти к активным действиям. Демон незаметно щёлкнул пальцами, заставив приоткрыться дверь. Пробравшийся в зал легкий сквозняк коснулся стриженных светлых волос девушки, слегка их взъерошив, и донёс до мужчины тонкий аромат её духов. Демон видел, как расширились его зрачки и задрожали руки. Едва заметный толчок под локоть и бокал с мелодичным звоном опрокинулся на стол. Девушка изящно обернулась на звук и мягко улыбнулась. Его сосед едва слышно застонал.       «Ну, ну, давай, — мысленно подбадривал Кроули нерешительного мужчину, словно болельщик на матче, — Теперь подойди к ней, скажи какую-нибудь приятную глупость и она твоя. Конечно, взять её на одном из этих столов, как ты сейчас фантазируешь, вряд ли получится, но другие позы и локации могут оказаться не менее интересными.» Мужчина до побелевших костяшек сцепил пальцы в замок перед собой и упёрся в них взглядом.       «Да ты, блять, издеваешься надо мной что ли! Ладно, попробуем по-другому…»       Демон грустно вздохнул, привлекая к себе внимание. Сосед покосился на него и замер, даже слегка задохнулся от удивления и сочувствия. Удивительно красивое лицо и такое невыразимо печальное!       — Налить вам чего-нибудь? — предложил мужчина — Грустить на вечеринке — это неправильно.       — Совсем неправильно, — согласился Кроули.       — Что вас так опечалило, если не секрет, конечно?       Он выпил уже достаточно, чтобы выслушивать чужие исповеди и изливать душу в ответ.       — Не секрет. Хотя, наверное, это ужасно глупо. — Кроули смущённо улыбнулся, — Я просто подумал, как всё скоротечно в нашем мире. Этот праздник закончится и больше никогда не повторится. Мне всё время кажется, что я упускаю нечто важное. Например, та девушка, — Кроули посмотрел на пухленькую брюнетку, уходившую с военным, — она так звонко смеялась и улыбалась мне, но вот она уже с другим, и я никогда не узнаю, что её развеселило.       Кроули наблюдал, как его собеседник обдумывает его слова, и мысленно издал победный клич, когда тот украдкой снял с пальца обручальное кольцо и спрятал его в карман.       — Думаю, всё же это не повод, для печали. Посмотрите вокруг, сколько здесь ещё прекрасных женщин. Жизнь продолжается.       Мужчина поднялся со стула и дружески хлопнул Кроули по плечу. Демону не нужно было смотреть, чтобы понять куда, точнее к кому, тот направился. Эдемский Змий небрежно взглянул на часы. Он потратил на искушение этого смертного шесть с половиной минут. Неплохо, но можно было бы уложиться и в меньшее время. «Зато красиво сделано» — Подумал Кроули, рассматривая образовавшуюся пару взглядом художника. В последние мгновения своей жизни этот несчастный будет вспоминать взлохмаченные светлые волосы и нежный аромат её духов, чудом пробившийся сквозь сигаретный дым. Конечно, в аду найдётся немало демонов, которые будут утверждать, что этот смертный и сам был готов изменить, но Кроули знал точно — без него тот бы не решился.       Тем временем в зале появились новые действующие лица: средних лет военный в немалых чинах в сопровождении совсем юных юноши и девушки, которых он, конечно же, везде и всем представлял, как своих племянников. Кроули (да и все остальные в зале) ни на секунду не сомневался, что эти двое — его любовники. Тратить на них силы не стоило, но демон уже поймал кураж и как раз обдумывал новый план, когда заметил интересную вещь: в этом зале он был не единственным искусителем.       Наблюдать, как бригадефюрер удивлённо округлил глаза, когда перед ним возникла бутылка дорогого коньяка, было бесценно. Он потянул официанта за рукав и что-то зашептал ему на ухо, очевидно пытаясь выяснить, откуда появился, столь неожиданный подарок, тот украдкой указал на Шиндлера. После короткого разговора с «дядей», молодой человек был отправлен на разведку и мгновенно попал в плен обворожительной улыбки Шиндлера и его бархатного голоса. Кто бы мог подумать, что этот немец может быть таким обаятельным? Кроули мысленно упрекнул себя в небрежности за то, что не присмотрелся внимательно к этому смертному год назад. Оценив «потери» в своём маленьком отряде, бригадефюрер решил действовать сам.       Он даже не понял, как так случилось: мгновение — и он уже пожимает крепкую ладонь Шиндлера, ещё мгновение — и тот обнимает его за плечи, щёлкает затвор, кремневая вспышка, они позируют для общей фотографии, на которой оба широко улыбаются. Кроули поймал смеющийся взгляд Войны, играя роль добровольного фотографа, она наслаждалась спектаклем не меньше его самого. Новый друг был со всей заботой усажен за стол, снабжён коньяком и закуской. Его спутница, спасённая от невыносимого одиночества и многих других опасностей тем же Шиндлером, присоединилась к их шумному столу минуту спустя. Демон мысленно аплодировал искусителю.       — Вы сущий дьявол, герр Шиндлер, — прошипел он ему на ухо.       Тот самодовольно улыбнулся.       — Оскар, просто Оскар.       — Ну и чего вы хотите от всех этих людей и от меня, Оскар? Вы же не станете утверждать, что собрали нас всех исключительно с благородной целью напоить, накормить и развеселить?       — А вы очень проницательны, Энтони, — вернул комплимент Шиндлер — Отрицать не стану. Я надеюсь, эти люди помогут мне в осуществлении моих планов.       Притворяться не имело смысла. Точно не перед этим умным, обаятельным и крайне опасным типом в тёмных очках. Оскар прекрасно разбирался в людях с самого детства и сразу понял, что стоит быть крайне осторожным, если и не с самим Энтони Кроули, то с теми, кто за ним стоит.       — Каких же, если не секрет? Мировое господство?       — Деньги. И мировое господство, как следствие их наличия.       Кроули рассмеялся. Этот парень с каждой минутой нравился ему всё больше. Интересно, как он умудрился оплатить эту вечеринку? Церковная мышь и та богаче него. Но пыль в глаза пускать умеет.       — И как же вы планируете претворить ваши планы в жизнь? Продолжите работать на абвер?       Шиндлер недовольно поморщился.       — Не думаю, что на этом можно разбогатеть. Более того, шпионские игры мне не особо по вкусу.       — А если бы я предложил вам богатство…       — В обмен на мою бессмертную душу? — Весело закончил за него Оскар.       — Допустим.       — Да забирайте. Только, думаю, моя жалкая, чёрная душонка вам и даром не нужна.       Кроули подумал, а не набросать ли ему контракт на салфетке. Так смеха ради. Такие бумаги были очень в ходу веке в тринадцатом-четырнадцатом. Начальству должно понравиться, особенно Хастуру, если, конечно, он не озвереет от злости и ревности. Демон поморщился, кажется, он выпил лишнего.       Тем временем рядом Война, усердно снимавшая некоторое время гостей в зале, вновь подсела к Шиндлеру и почти залпом выпила предложенный её бокал шампанского. Вернуть себе его внимание, рыжеволосой всаднице не составило никакого труда. Что касается Кроули, то демон вообще старался не выпускать её из поля зрения. Никогда нельзя забывать, с кем имеешь дело. Возможно, уже через минуту ему придётся со всей скоростью уносить отсюда ноги. Так уже бывало, и не раз за всю долгую историю их знакомства.       Оскару стоило лишь бросить взгляд, и официант уже был рядом с ним, чуть наклонившись, выслушивал распоряжение. Между пальцев мелькнула свёрнутая купюра, и парень, понятливо кивнув, исчез. По залу поплыли первые чарующие звуки «Por una cabeza». Шиндлер встал, галантно поклонился и протянул Войне руку.       — Позвольте пригласить вас, дорогая.       Пожалуй, аргентинское танго, ставшее столь популярным последние десять лет (не без его участия), нравилось демону больше других направлений, но и ему чего-то не хватало. Кроули любил музыку, но его всегда преследовало чувство, что каждой услышанной им мелодии, чего-то недостаёт. Чего-то очень важного, что проникло бы падшему ангелу в самое сердце, возможно, разорвав его на кусочки. Он уже слышал её однажды и позабыл, как и все люди, а может она ещё не была никем придумана.       Кроули наблюдал за танцем, краем глаза. Европейцы совершенно не умеют танцевать танго. Им не хватает пластичности и страсти. Кроули коварно улыбнулся и обвёл взглядом собравшихся людей, выбирая партнёра. Сейчас он покажет, как это делается. Можно взять этого милого мальчика, что пришёл с «дядюшкой», он выглядит гибким и очень горячим. Ведь изначально, танго исполнялось только мужчинами. Кроули даже облизнулся. Ну и скандал же будет!       Кроули только поднялся со своего стула, когда рядом с ним материализовался его недавний сосед.       — Ваша прекрасная спутница… — горячо зашептал он демону на ухо, неодобрительно покосившись на плавно двигающуюся в танце красивую пару. — На вашем месте, я был бы осторожен и постарался уделять ей больше внимания. Наш дорогой Оскар — натура пылкая и влюбчивая.       Кроули усмехнулся.       — В таком случае, зная мою дорогую кузину почти с рожденья, я могу ему только посочувствовать.       Тем не менее, взаимная симпатия, возникшая между всадницей апокалипсиса и немцем, работающим на абвер, тревожила Кроули. Когда Шиндлер вместе с Войной вернулись, демон расположился рядом с ними. Совершенно случайно, конечно.        —… соседи говорили отцу, что он меня балует и портит … Мото Гуцци… Пятьдесят кубиков, красный… — Доносился до него голос Шиндлера. — Такого больше ни у кого не было. Наверное, это была моя первая, а может и единственная любовь…       Кроули сочувственно вздохнул, вспомнив свою красавицу Бентли. Оскар Шиндлер был близок к тому, чтобы завоевать симпатию Эдемского Змия окончательно и бесповоротно.       Мужчина продолжал увлечённо рассказывать. У него появилось уже два благодарных слушателя: Кроули и Война. Что удивительно, огненная всадница слушала его с неослабевающим вниманием. Широко распахнув глаза и даже слегка приоткрыв рот, как ребёнок, которому рассказывают сказку.       — … Это была свобода!.. и страсть!.. и скорость! Как полёт. Мне казалось, что у меня выросли крылья. Если бы мне предложили выбирать между шестью крыльями серафима и моим гуцци, я бы выбрал его!       Шиндлер рассказывал о гонках, в которых участвовал в юности. Кроули не мог отвести взгляд от его лица, в тот момент оно было не просто красивым, оно было одухотворённым и очень печальным. Демон в очередной раз поймал себя на мысли, что совершенно недооценил этого человека.       «Чёрт с тобой, парень! — подумал Кроули, сдерживая нервную дрожь. — Ты будешь богат, я это устрою, не будь я Первый Искуситель! А душой своей можешь распоряжаться по своему разумению. Даже любопытно будет посмотреть, что из этого получится» — добавил он про себя, уже спокойнее.       — Так ты выиграл? Скажи, что ты победил их всех! — потребовала Война звенящим от волнения голосом — Что ты был быстрее! Что вы были быстрее!       — Нет, моё сердце. Я был быстрее, но глупее моих противников. Я просчитался и уже праздновал победу, когда впереди оставался ещё один круг. Когда я понял свою ошибку, соперники уже вырвались вперёд, и их было не догнать. Я пришёл лишь четвёртым…       Все трое замолчали: Кроули прикидывал, как лучше будет осуществить свой замысел, Оскар погрузился в воспоминания, Война, задумавшись о чём-то своём, не мигая смотрела вдаль мечтательным взглядом.       — Я поняла, что мне нужно, — произнесла Война. Так внезапно, что демон даже вздрогнул. В её голосе гремела сталь, и Кроули поёжился от нехорошего предчувствия. — Я хочу мотоцикл! У меня будет конь, достойный Огненной Всадницы! Самый лучший и быстрый из всех! У меня будет мотоцикл! Красный, — добавила она игриво.