Звенья

      Кроули понимал, что ангел попытается остановить его, и постарался исчезнуть как можно быстрее, пока смертные окончательно не пришли в себя и не задали себе логичный вопрос: что может быть общего у милого, всегда готового помочь букиниста и мрачного офицера верхмата. К тому же он не был уверен, что Азирафель простил его выходку, даже если и временно забыл о ней. Бедняга ангел! Ему предстоит ещё одна тяжёлая ночь. По крайней мере, сейчас он не один, и… должно же смертным хватить ума напоить его горячим бульоном с гренками или хотя бы чаем. Прежде чем завернуть за угол, демон с тяжёлым вздохом ещё раз оглянулся на единственные окна, где горел свет.       Кроули не спеша брёл по безлюдным улицам, огибая догорающие костры и груды мусора. Холодно и невыносимо тоскливо. Сколько же сегодня погибло? Кроули насчитал чуть больше двадцати жертв. Не так уж и много. Бывало и больше в разные века. О них забудут, обязательно забудут. Человеческая память милосердна. Завтра оцепенение ужаса и скорби спадёт, мусор с улиц уберут, жизнь вновь вернётся в свою колею. Через десять лет никто уже и не вспомнит об этом дне. Повинуясь внезапному порыву, демон от души пнул попавшийся под ноги дырявый футбольный мяч. Мяч с глухим стуком ударился об испещренную пулями стену, распугав вышедших на ночную охоту крыс. Посланник ада громко выругался, разглядывая свежие щербины.       Яркий костёр в конце улицы привлёк внимание демона. Слишком близко к зданию. Очередной порыв холодного ветра едва не сбил Кроули с ног и вновь раздул почти погасшее пламя. Огонь взвился и коснулся стены. Деревянные оконные рамы вспыхнули мгновенно. Сквозь разбитую витрину Кроули увидел, как проворный зеленоватый огонёк с огромной скоростью расползается по прилавку и перекидывается на соседние шкафчики и полки, и похолодел от страха. Аптека. Пламя уже подобралось к одной из округлых стеклянных колб и, словно ласковый любовник, лизало её выпуклый бок. Мгновение – и колба разорвалась, осыпая всё вокруг дождем осколков. Пламя взмыло до потолка. Всё помещение заволокло чёрным едким дымом.       Дом вспыхнул мгновенно, словно стог сена. За шесть тысяч лет демон видал немало пожаров и прекрасно понимал, что здание не спасти. Оставалось только надеяться, что огонь не перекинется на соседние дома, и что внутри…       Чёрт! Чёрт! Чёрт! Сквозь рёв пламени он услышал отчаянный, полный ужаса крик. В окне третьего этажа неясно маячила чья-то тень. Женщина. Кроули не мог оторвать от неё взгляда. Ноздри наполнились фантомным запахом горелого мяса и волос. Инквизиция славно постаралась в своё время, чтобы он никогда его не забыл. Не желая останавливаться на достигнутом, воображение услужливо нарисовало ему с десяток почерневших скрюченных обгоревших тел. Твою ж мать! Кроули с тоскливой безнадёжностью огляделся: даже если кто-то и решится прийти на помощь, будет уже слишком поздно. Ну почему ему так везёт!       — Век будешь должен, ангел! — прошипел Кроули, выбивая ногой остатки двери.       Лестница пылала, но пока держалась. Нужно спешить. Языки пламени ластились к нему, обвивая колени, и недовольно затрещали, когда он заставил их отодвинуться повелительным движением ладони. Кроули вихрем взлетел на третий этаж. С минуту он стоял, вертя головой, пытаясь сообразить, где именно находится смертная. Как назло, женщина замолчала, может быть, тоже прислушивалась или потеряла сознание, а может, смогла выбраться сама через крышу или пожарную лестницу. Он попробовал звать, но ответа не получил. Демон начал методично выбивать двери, попутно обдумывая, что будет говорить начальству, если огонь уничтожит его тело. На глаза попалась чудом уцелевшая фарфоровая китайская кукла, и он со вздохом облегчения засунул её в карман. Ну, вот и повод. Никто не запрещал демонам заниматься мародёрством.       Демон нашёл её в одной из комнат, которые огонь ещё не успел захватить полностью. Пожилая женщина лежала на боку, прикрыв глаза, и прижимала к груди какой-то предмет, обёрнутый ярко красной тканью, так, словно она решила защищать его до конца. Столько, сколько сможет, сколько выдержит её тело. Рядом лежало изломанное, опрокинутое инвалидное кресло. Женщина открыла глаза, когда он наклонился над ней. За его спиной с грохотом обрушилась пылающая балка. Оба вздрогнули.       — Слишком поздно. Уходи отсюда, сынок, сейчас же! — прошептала она. Тихий хриплый голос был полон решимости. — Прыгай в окно, это единственный выход. Ты молод и здоров, у тебя должно получиться. Молю только об одном, не дай мне сгореть заживо. Будь милосерден. – она скользнула внимательным взглядом по его униформе. – У тебя ведь есть оружие?       Она ласково гладила его руки, целовала пальцы, умоляя даже не спасти, сделать последний выстрел, избавить от страшной смерти в огне.       — Давай, мой мальчик, не медли.       — Обойдёмся без драмы как-нибудь! — прошипел посланник ада, подхватывая старушку на руки и с головой заворачивая в клетчатый плед. — Я не кот, чтобы из окон выбрасываться!       Нужно прикрыть ей чем-нибудь рот и нос, чтобы уберечь дыхательные пути от ожога. Демон бесцеремонно вырвал из рук старушки красную тряпку, обнажая скрытый ею предмет, жалобно зазвенели потревоженные струны. Скрипка. Демон закатил глаза. Всё-таки смертные удивительные создания. Спасибо, что не виолончель. Черный дым уже заполнил всю комнату. Почти ничего не было видно. Хорошо бы ещё намочить ткань. Кроули заметался по комнате, натыкаясь на горящие обломки мебели, в поисках графина, или стакана с чаем, или лейки с водой. Странный трепещущий блеск привлёк его внимание. В метре от демона на раскалённом полу билась в предсмертных судорогах золотая рыбка. Ещё две, обезумев от ужаса, метались по большому круглому аквариуму на подоконнике. То, что нужно. Достаточно воды, чтобы смочить тряпку. Демон прижал влажную ткань к лицу женщины, теперь можно было выбираться. С тихим вздохом Кроули щёлкнул пальцами, рыбки затихли, всплыв золотистым брюшком вверх.        Они едва не заблудились в густом дыму. Возможно, женщина была права, и стоило выпрыгнуть через окно; в любом случае, было уже поздно. Огонь расступался перед демоном с его ношей и тут же смыкался плотной стеной позади него. Каким-то чудом охваченная пламенем лестница всё ещё не обвалилась. Стараясь ступать как можно осторожнее, Кроули принялся спускаться. Ещё одна пылающая балка упала прямо перед ним, едва не задев.       Они только успели выбраться, прежде чем в доме с грохотом обрушились перекрытия. Кроули поспешил отойти подальше от пылающего остова. Женщина сдёрнула с лица ткань, судорожно вдохнула холодный воздух и сразу же зашлась сухим, лающим кашлем. С минуту, она не отрываясь смотрела на погибающее здание.       – Бедные, бедные мои девочки! Что с ними будет, когда они узнают?! – прошептала она сквозь слёзы.       К огромному удивлению Кроули, парализованная почти мгновенно взяла себя в руки. Она сосредоточенно принялась изучать его покрытое копотью лицо, шею, волосы, руки на предмет ожогов. Не найдя повреждений, женщина восхищённо покачала головой.       – Ни царапинки! Уж не ангел ли ты, сынок?       – Это было давно, – поморщился Кроули.       – Кем бы ты ни был, – она выразительно посмотрела на его грязную, местами прожженную шинель, – ты хороший человек. Я никогда тебя не забуду.       Кроули выругался сквозь зубы. Нужно поскорее сбагрить эту смертную куда-нибудь, пока она не наговорила лишнего. Демон оглядел всё ещё пустынную улицу: хорошо же смертным досталось сегодня, если даже пожар не привлёк ни одного любопытного.       – У вас есть родственники? – спросил демон.       – Есть. Дочь и пятеро внуков. Их увели сегодня утром куда-то, и они до сих пор не вернулись. Слава богу, – добавила она, бросив печальный взгляд на догорающий дом.       — А ещё? Может быть друзья или знакомые? Кто-нибудь может приютить вас? Хотя бы на время?       Женщина с сомнением покачала головой.       – Ясссно, – прошипел Кроули, поудобней перехватывая свою ношу. – Похоже, придётся потревожить ангела ещё раз. Держитесь, крепче!       Старушка обвила его шею руками и смущённо захихикала.       – Давно меня мужчины на руках не носили.       Кроули со стоном закатил глаза.       – И почему я должен делать чужую работу.       Она завозилась в его руках, тревожно вглядываясь ему в лицо.       – У тебя ведь не будет проблем из-за меня, сынок? Твоё начальство не накажет тебя, если узнает?       – Всего лишь утопит в святой воде, – пробормотал Кроули, нервно оглядываясь по сторонам.       О том, что может случиться, если в аду узнают о его спасательной операции, даже думать не хотелось. Ванна с известной жидкостью, пожалуй, будет самым милосердным из возможных наказаний. Кроули искренне надеялся, что отправленная им плёнка займёт обитателей ада хотя бы на этот вечер, но никогда нельзя точно знать, что может прийти демонам в голову. На всякий случай стоило поспешить.       Они шли молча. Кроули прикрыл глаза, позволив телу самому выбирать дорогу. Старушка спрятала лицо на его плече. Он почувствовал как раз или два она изо всех сил сжала зубы, но кроме тяжёлого, надрывного кашля с её губ не сорвалось ни звука. Демон невольно восхитился её самообладанием.       Проклятый день никак не желал заканчиваться. Кроули не устал, ему до тошноты всё надоело. Надоели мерзавцы, готовые убивать забавы ради, беспомощные трусы, готовые лизать чужие сапоги, надоели герои, пытавшиеся помешать как первым, так и вторым и только приумножившие число жертв. Он злился на Азирафеля с его истинно ангельским упрямством, не желающего смириться с неизбежным. Он проклинал рай, который безразлично оставил Азирафеля одного во всём этом кошмаре. Он люто ненавидел Ад.

***

      Он просто отвлёкся и свернул не на ту улицу. Длинный тёмный переулок, заканчивающийся тупиком, был ему совершенно незнаком. Где-то вдалеке часы пробили полночь.       Его невольная подопечная неожиданно выдохнула и изо всех сил вцепилась ему ногтями в шею.       – О, нет! Нет! – Задыхаясь, прошептала она.       Кроули широко распахнул глаза.       – Вот чёрт!       Выплывшая из-за туч ущербная луна осветила ужасную картину. Кроули застыл не в силах пошевелиться. Демон сразу же насчитал шесть тел. Их лица были изуродованы до неузнаваемости, но без сомнения, то были женщины.       – Этого не может быть! Это не они!       – Конечно не они, – севшим от волнения голосом пробормотал Кроули. – Это… это… другие.        «У меня дочь и пятеро внуков» - всплыл в памяти хриплый голос. Только не это! Кроули резко развернулся.       – Мы сюда не пойдём!       С неожиданной силой, парализованная вывернулась из его рук. Они оба упали на грязную скользкую мостовую. Полный нестерпимой боли крик разорвал ночь. Казалось, он мог уничтожить землю и обрушить небо со всеми звёздами и планетами. Так кричат смертельно раненные животные. Также шесть тысяч лет назад кричала над телом младшего сына Ева. Дико. Протяжно. Страшно. Кроули перекатился на живот, уткнувшись лбом в заледеневшие булыжники, зажмурил глаза и закрыл уши руками. Это было невыносимо.       Она всё кричала и кричала.       – Соня?! ... Девочки?! … Почему? Господи, почему?       Горькие и бессмысленные вопросы тому, кто не станет отвечать.       Каким-то образом ей удалось добраться до убитых. Две девушки даже после смерти не разомкнули объятий. Такие разные, они до последнего мгновения пытались прикрыть друг друга от пуль. Их волосы спутались между собой и склеились от крови.       – Родные вы мои! Как же так! Что же вы наделали?! Почему не ушли?! Рита? Аня? Что же я натворила?!       Её ногти оставляли на морщинистом лице глубокие раны, казалось, она пыталась заживо содрать с себя кожу.       – Господи, как же ты допустил такое?!       Начали собираться люди. Любопытствующие пока держались на расстоянии, не решаясь приблизиться. Где же они все раньше были?! Только вот их сейчас не хватало!       Кроули заставил себя подняться. Медленно, на четвереньках он подполз к несчастной и осторожно обхватил её за плечи.       – Пойдёмте. Я отнесу вас к… одному человеку. Он позаботится о вас. Им уже не помочь… – прохрипел он, не узнавая собственного голоса.       Парализованная резко изогнулась и уставилась на него совершенно диким взглядом, так, что у Кроули мурашки пошли.       – Зачем ты спас меня? Почему не дал погибнуть в огне? Ради этого? – Она на мгновение перевела взгляд на безжизненные тела. – Жизнь кончена, почему я всё ещё жива?!       Хлёсткая пощёчина обожгла демону щёку.       – Будь ты проклят!       Воздух покинул лёгкие, а как вдохнуть он не помнил. Дикая боль скрутила все внутренности. Освещённый ущербной луной переулок поплыл перед глазами. С жалобным всхлипом, дрожа всем телом, Кроули отшатнулся от женщины, словно от змеи. Уши наполнились звоном разнообразных колоколов, каждый из которых вызванивал: – … Проклят! Будь ты проклят! Будь ты…       Его губы изогнулись в страшной ухмылке.       – Я уже давно проклят! Можете не трудиться! – Прохрипел демон.       Кто-то вцепился ему в плечи и рывком поставил на ноги и энергично встряхнул. – … Вы слышите меня?       – Что?       Кроули с трудом сфокусировал взгляд на лице человека перед собой. Худой, задыхающийся до хрипа мужчина удерживал его за плечи, не давая упасть.       – Уходите отсюда немедленно! Иначе вас растерзают! Я понимаю, что лично вы в этом не виноваты, но людей это не остановит. Тут вам не рады.       Кроули моргнул и обернулся на увеличивающуюся с каждой секундой толпу.       – Бегите! Я помогу ей. Ну же!       Он с силой оттолкнул Кроули от себя. Демон попятился, последний раз бросил взгляд на выжившую в огне женщину, на убитых, на приближающихся людей, развернулся на пятках и бросился бежать.