Yesterday never dies

Ван Ибо лежал на аккуратно подстриженной лужайке рядом с домом министра Кима, глядя в небо и приходя в себя. Тело упорно не хотело двигаться, но неприятные ощущения компенсировались тем, что партнёр (по любви?) заботливо устроил его голову на своих коленях. – Это скоро пройдёт, – обещал он, аккуратно делая массаж лица и рук, мягко улыбаясь. Возможно, граната была реальной, и Ван Ибо умер и оказался в личном раю. Рядом производили арест, шумели люди, слышались недовольства на разных языках. Ван Ибо не мог посмотреть, но судя по всему время его постановки ещё не кончилось. Поэтому он расслабился и был полностью сосредоточен на подушечках тонких пальцев, ласкающих его кожу. Неожиданно над ними возникла тень, и тёплые колени внезапно исчезли из–под затылка. – Сяо Чжань, дорогой мой, отличная работа! – потряхивая тонкую руку, говорил седовласый дедуля, широко улыбаясь. – Как всегда, точно и со вкусом! – Манеры – лицо мужчины, господин М, – скромно улыбнулся тот. – На наше счастье, министр решил сначала обеспечить свою безопасность. Сейчас многие горазды сэкономить на услугах, просто силой отняв желаемое, и по быстрому замести следы. Вот только обратился он не к самым надёжным людям. Да ещё и всех своих распустил, чтобы шумихи не было. – Учитывая, что я всего лишь преследовал предателя МИ–6 Рауля Силву, это действительно удачное совпадение. – Всё твоя внимательность, – хлопнул того по плечу старик. – Кстати, об удачных совпадениях. Что скажешь про пацана? Возьмёшь ли ты... «В мужья» был готов услышать Ван Ибо, подумывая, что скорее всего даже согласится. Такой прекрасный мужчина и всю жизнь рядом – не стоило и думать отказываться! –... в ученики этакого молодого юнца? Вообще Ван Ибо подумывал подаваться в агентство Сынёна–хёна или Хангёля–хёна. У «Вэй Усяня» или как там по–новому его решили звать, он бы, конечно, тоже поучился, но как раз тому, что показывают в бессюжетных сценах с рейтингом +18. – Он отлично себя проявил! – теплый отеческий взгляд – не совсем то, чего ожидал Ван Ибо. – Прекрасно стреляет, обладает развитой интуицией и поразительным хладнокровием. «А ещё очень горяч и голоден» добавил бы Ван Ибо, но язык тоже не шевелился. Надо бы намекнуть своему партнёру и там сделать массаж. Своим языком. – Он только что спас мне жизнь, виртуозно срикошетив пулю подносом в гранату с парализующим газом, и предотвратил массовую стрельбу, – воодушевленно продолжал тот. – Это хорошо. Сам знаешь правила штаба по поводу утечки информации. Последняя фраза прозвучала настораживающе. – Не беспокойтесь, господин М. Я всё подробно отражу в своём отчёте. Квартиру агента Южной Кореи придётся полностью зачистить. Также мы позаимствовали кое–что из инвентаря. – Пустяки, за заслуги спишут. Завтра жду вас обоих у себя. Сяо Чжань вежливо поклонился уходящему мужчине. Его место тут же занял какой–то паренёк, который с энтузиазмом суетился и раздражающе повторял «Чжань гэ, Чжань гэ». В итоге он вручил ему планшет и был отослан. – Ну что, – возвращая голову Ван Ибо на законное место, сказал «Чжань гэ», – давай знакомиться. Ван Ибо уже давно вернул двигательные навыки, но нагло лежал на теплых коленях, обладатель которых гладил его по волосам, как кота. – Вставай, – достаточно жёстко скомандовал Сяо Чжань, когда Ван Ибо почти задремал. – Начнём всё заново. Он улыбался широко, но абсолютно дежурной улыбкой. Ван Ибо чувствовал подвох. – Сяо Чжань, агент МИ–6, двадцать девять лет, – на возрасте он сделал особенный акцент. – С завтрашнего дня я буду твоим наставником, а ты становишься стажёром. Альтернативных вариантов нет, так как ты видел слишком много. Пока всё понятно? Ван Ибо кивнул. – Тогда пошли к машине, – уводя его от дома министра, сказал тот. – Завтра я всё тебе покажу и расскажу, мы подготовим легенду для твоих родных и друзей. А сегодня ты скажешь своим друзьям, которые ждут тебя в клубе, что всё прошло нормально, но скучновато, и ни в какие подробности вдаваться не будешь. Вопросы есть? Ван Ибо отрицательно мотнул головой, добавляя: – Но мне понравилась постановка.