Штольман шел по коридору...

Ааа бааа-боооч-ка крылышками бяк бяк бяк бяк А за ней воробушек прыг прыг прыг прыг Он ее голубушку шмяк шмяк шмяк шмяк Амням ням ням, да и шмыг-шмыг-шмыг-шмыг... - И к чему привязалась эта песенка в голове? - подумал Штольман, привязывая лошадей к дереву на краю полянки... *** Штольман спешился, забросил поводья на нижние ветви деревьев и пошел вслед за Ниной по густой траве... Он чувствовал себя мальчишкой, сбежавшим с уроков... наконец-то можно было поваляться в траве, посмотреть сквозь листву на облака, развести костер, напечь ворованной на огородах картошки... И потом долго гонять по спине муравья, купаясь в незабываемых запахах юности... Это просто был праздник какой-то... *** Возвращение на работу как всегда сулило множество хлопот... вот так всегда, стоит хотя бы немного почувствовать себя в отпуске, как по возвращению приходилось заниматься неизвестно чем... Вот уже битых полчаса длинный нескладный поручик в какой-то мятой мешковатой форме бегал по кабинету, размахивал руками, требовал роту полицейских на мотоциклетах с пулеметами и восклицал, что его тетушку прокляли и она умерла в страшных корчах и вся посинела... История была, конечно, крайне живописной, вполне скрашивала скуку рабочего дня, но когда все это началось повторяться заново в пятый раз, Штольман понял, что с ним надо кончать... *** Даа... вот так поговоришь с прозектором, и начнешь верить во всезатонское проклятие... кто-то, похоже, их тут травит, сердешных... Зря он, выходит, турнул эту каланчу помятую... но пятый раз одно и то же... Надо было, все-таки, найти этот ... как его... консенсус... и ногами его, ногами! *** Марь Тимофевна сидела перед зеркалом уже второй час. Новый модный приглашенный на дом парикмахер колдовал над ее прической... сначала он посыпал волосы сушеными лягушачьими лапками, потом натер бальзамом из козлиных яиц, потом был куриный помет... снова натирал чем-то белым, похожим на рисовый отвар... потом сбрызгивал каждый локон какой-то соломенно желтой жидкостью... над туалетным столиком от всего этого стоял отчаянно туалетный запах... - туалэт - типа ‘сортир’, - подумал Петр Иваныч, и сбежал на веранду... Там был свежий воздух, свежий номер газеты, и, самое главное, - гарантировано не было Марь Тимофевны и ее куафера... *** Анна вошла в комнату и увидела призрак покойницы, рвущей на себе волосы... собственно, она могла ее понять... если с ее волосами делали то же, что сейчас вытворяют с мамой, лучше уж как Элис в больнице... Ни волос, ни проблем, ни жутких запахов уборной в доме с самого утра... - Анна! - тебе нужно срочно привести в порядок прическу! Господин Мишель любезно согласился... - Спасибо, нет, мама! И Анна сбежала к дяде на веранду, на свежий воздух... *** Антон Андреич сидел в приемной Терентьева ни жив и ни мертв... из-за неплотно закрытой двери раздавались какие-то громыхания, завывания, причитания, заклинания, переходящий то в вой, то в плач, казалось, что весь дом ходит ходуном... наконец, все стихло... но только Антон встал ст стула и приблизился к двери, как она с силой распахнулась, и больно ударила его по лбу... даже в глазах потемнело... и из двери вышла какая-то расплывчатая фигура, прокричала что-то угрожающее и растворилась в дверном проеме... -мадам ле-флю - донесся сквозь дурноту голос экономки... -ведьма! - возникло у него в голове и Антон повалился в темноту... *** Штольман читал газету. На всю первую страницу было крупными буквами набрано объявление: мадам Ле Флю «Привороты, заговоры, гадание на херальных картах, составление гороскопов, предсказание будущего...» -ну и что, обычная шарлатанка!- произнес он вслух и вдруг услышал какой-то шум... ... Антон Андреич с грохотом вываливался из темноты, и заваливался под стол... Штольман понял, что к гадалке придется идти одному... *** Гадалка оказалась очень миловидной женщиной. Она рассказала ему историю своей несчастной любви, обманутых чувств, дальше явно предполагались постельные подробности, и Штольман уже собрался уходить, как вдруг гадалка решила привезти себя в порядок, и скрылась за ширмой... Штольман с облегчением вздохнул - он давно заметил на столе колоду карт и у него просто руки чесались разложить пасьянсик... В это время за ширмой что-то громыхнуло, комната осветилась странным лиловым светом, Штольман даже оторвался от пасьянса... Мадам Ле Флю выходила из-за ширмы!.. волосы у нее были огненно рыжие, глаза горели ослепительно зеленым светом и казались белыми... Каким-то потусторонним голосом она стала вещать об опасности, исходившей от его женщин... или грозившей его женщинам... Штольман так и не понял конкретно, кому и от кого грозила опасность, но куда идти дальше он понял совершенно ясно... И быстро пошел прочь... *** Штольман шел по улице, привычно глядя под ноги и быстро перешагивая через кучки конского навоза... тротуаров в городке не было, приходилось тренировать внимание и ловкость ног... он шел к новомодному куаферу и ему даже не надо было смотреть на вывески. Едкий запах безошибочно вел его по закоулкам, показывал куда свернуть, заодно можно было узнать направление и скорость ветра... Поднявшись к куаферу, Штольман рефлекторно задержал дыхание... через несколько секунд он справился с дурнотой, и начал постепенно углублять вдохи, привыкая к запахам... Куафер, тем не менее, находился очень свободно в своих ароматах, показывал лицензии, перебирал пузырьки, открывая один за другим... хвастался, что у него назначен визит к фрейлине... Штольман чувствовал, что он близок к разгадке... Но как только он представил, что он волос Нины будет пахнуть так же, как здесь... План, куда идти дальше, созрел мгновенно... *** Нину он нашел в приятном обществе Брауна, и отсел в сторону, не мешая их разговору, и не напрашиваясь на вопросы. Тем более, что запах кофейных зерен отбивал оставшийся от куаферной шлейф дурноты, да и кофе бодрил и несколько примирял с действительностью... Да и давно его взгляд в одиночку не падал на что-нибудь настолько привлекательное... взгляд, конечно, обычно падал первым... а за ним падало уже и все остальное... но сейчас можно было не торопиться и допить кофе... *** Отговорить Нину от услуг куафера было несложно. Достаточно было намекнуть на череду загадочных смертей... Нина, конечно, вошла в азарт, но проверять действие на себе она явно не собиралась... Надо было еще разведать как обстоят дела еще в одном местечке... *** Ну конечно, ну как же без этого вездесущего поручика... вот он где, голубчик... с большой корзинкой цветов, картинкой, картонкой и маленькой собачонкой... как переезжать сюда собрался... Надо отдать должное, запах цветов несколько перебивал преследовавший Штольмана шлейф ‘куаферных ароматов’, и он решил остаться неподалеку... неужели Анна уже побыла клиенткой этого ... парфюмера?? Или это МарьяТимофевна? Скоро он это узнает... но пока Штольман сидел рядом с корзинкой цветов, и знал, что у него есть как минимум две минуты, чтобы понять чем все-таки от кого пахнет... *** Разговор с Анной не клеился ... ни похвальбой, ни елеем, сил и средств не жалея, Штольман чувствовал, что расходятся швы... аах, увы, аах увыы... Бежать капризных вертихвосток - народной мудрости совет... от них порой дуреешь просто, едва послушал и - привет! Но этой истины старинной наш брат, увы, не признает... едва заслышит голос дивный и - вперед, вперед, вперед! Что, в конце концов, Штольман здесь забыл?.. есть поручик с корзинкой, Анна с поручиком, Петр Иваныч с графинчиком... Выбор был очевиден... и Штольман решительно пошел на веранду... *** Разговор с Петром Мироновым был крайне увлекательным... они поговорили о карточных предсказаниях, о гадании на кофейной гуще, о гадании на чаинках, о хиромантии, потом посчитали по-немецки... и совсем было уже собирались прикончить на двоих графинчик, как дверь открылась, и на веранду вырвался узнаваемый резкий запах куаферни... Из дверей выходила и кокетливо улыбалась Марья Тимофевна... Петр Миронов быстро спрятал графинчик и закрылся газетой... Как же Штольман хорошо его понимал...