Не на первой полосе

*** - #sorryIsabella, #weloveuIzzy, #getbettersoonIsabella*… - прочитал на своем смартфоне Себастьян, листая трендовую страницу в Твиттере. – Все еще на верхушке. - Роберт предупреждал, что это надолго… - сонно пробормотала женщина, натягивая одеяло на свое лицо. Прошла неделя с тех пор, как на свет вышел сюжет Себастьяна, посвященный Изабелле, ее долгой карьере журналистки и сложным отношениям с Сэмюэлем Флемингом, и она была на устах жителей Острова с тех самых пор. В Интернете продолжали горячо спорить о том, заслужила ли она уважения со стороны общественности, но в основном общество «оправдало» ее. В Сети также начали публично просить прощения за несправедливое отношение к ней в рамках тех скандалов, связанных с убийцей-каннибалом и аферами Флеминга. Что же о самом Себастьяне, ему каждый день разные издательства писали письма и звонили по поводу свободных вакансий. Его имя точно так же витало в воздухе в Лондоне, как и имя его хозяйки. Изабелла подвигала рукой под одеялом и мужчина, сидевший на краю кровати, услышал шорох газетных страниц. Он отвлекся от своего телефона и обернулся лицом к спрятавшейся под одеялом женщине и увидел, как из-под одеяла выглядывали смятые уголки газеты. Демон испытал смешанное чувство самодовольства и досады, он аккуратно вытащил из-под локтя госпожи газету и ловко улегся рядом на кровать, отложив телефон на тумбочку. То был тот самый, первый выпуск газеты “England Current” с его сюжетом, и на первой полосе под статьей демон прочел авторство: «Сюжет написан Себастьяном Микаэлисом, криминальным стажером-фотографом». - Мадам, - негромко позвал он лежавшую рядом женщину, сложив хрустящую газету и небрежно опустив ее на кровать рядом с собой. – Вы ведь так ничего и не сказали про мою работу. Изабелла уже окрепшей левой рукой сдвинула с лица край одеяла и уложила запястье поверх своих сонных глаз. - Я разве не упоминала, что очень горжусь тобой? – пробормотала она. - И все же, Вы звучите немного недовольно, - не унимался Себастьян. Он перевернулся на живот и подпер голову ладонью, уткнув свой острый локоть в матрас кровати. – Что Вас беспокоит? Журналистка опустила руку и повернула голову на подушке к собеседнику. - Мы же с тобой так много работали над тем, чтобы ты идеально вписался в общество людей, - тихо произнесла Изабелла, слегка изогнув брови. – И мы так же старались сделать так, чтобы ты был как можно менее заметным… А теперь твое имя везде, у людей оно навсегда будет ассоциироваться со мной, с неоднозначной общественной фигурой… - Вот именно, - почти мгновенно поняв мысли хозяйки, нежно улыбнулся Себастьян. Он опустил руку и тронул ее удлинившиеся со времени стрижки светлые пряди. – Я заметил, что в прессе, что десять лет назад, что сейчас, Ваше имя всегда печатается слово бы отдельно от остальных. Это чертовски несправедливо, что даже на бумаге Вы совершенно одни… Перед выпуском сюжета я поставил перед всеми издательствами одно условие: мое имя должно быть под всеми превью, отсылками к статье, где есть упоминания о Вас. Так я разделю любое плохое внимание к Вам. На первой полосе, которую Вы, несомненно, боитесь, Вы больше не будете одни. Уж мне-то терять нечего, кроме как Вас саму. Изабелла почти болезненно выдохнула, почувствовав, как сжалось ее сердце. Она с любовью прошлась пальцами сквозь волосы демона и, подтянувшись, горячо поцеловала его в щеку. - Какие планы на день? – спросила она. - Сегодня мы с Вами по-прежнему отсиживаемся дома, - сжал в тонкую линию губы Себастьян. Он сел на кровати, после чего развернулся всем телом к собеседнице. – Но сначала мы проделаем Ваши ежедневные упражнения. - Неужели их так обязательно делать утром? – недовольно протянула Изабелла, когда мужчина стянул с нее одеяло и сложил его в стороне. - Таким образом Ваши мышцы разогреются и будут более подвижными после сна, - спокойно разъяснил демон, устраиваясь перед хозяйкой у ее ног. Он осторожно подсунул ладони под коленки женщины и согнул ее ноги. – Еще пара недель этих упражнений, и Вы сможете самостоятельно стоять на ногах. Журналистка со страхом перед возможной болью поморщилась, когда студент начал бережно сгибать и разгибать ее ноги, затем и переносить ее сложенные коленки с одной стороны на другую. Она все еще ощущала дискомфорт в области таза, к которому, как известно, и крепились ноги, согласно анатомии, а мышцы ее бедер и икр все еще были слабыми. Иногда Изабелла даже сомневалась, что когда-нибудь сможет вообще вернуться к своему активному образу жизни с ежедневными пробежками и долгими часами на высоких каблуках. Но было все же и то, чему она смогла научиться у Себастьяна, и это было терпение. Женщина слушалась каждого его совета и не упрямилась ни перед одним упражнением, которым он ее подвергал, и все потому, что она видела, как мужчина старался только ради ее же блага. Его самоотверженность идее об ее выздоровлении до слез трогала Изабеллу, и у нее не хватало наглости перечить ему. И уже на следующий день их общие усилия были в очередной раз вознаграждены. Утром после очередной процедуры физических упражнений Себастьян принес в спальню не кресло-коляску, а костыль. «Вы с Эрикой теперь можете устроить гонки!», - весело воскликнул он. Изабелла поправила его, напомнив, что гонки будут, скорее всего, только с ее пожилым отцом, который ходит с тростью, над чем они мирно посмеялись. Женщина, несмотря на ее ворчание, была все же рада. Она начала чувствовать, что действительно шла на поправку. Женщина еще с небольшим трудом держалась прямо, даже с костылем, потому первые несколько дней Себастьян все время был рядом с ней, чтобы она могла опираться на него с другой от трости стороны. К этому моменту Изабелла уже просто не знала, насколько сильнее она могла любить демона, потому как он каждую секунду, в ее радостные моменты и в самые физически тяжелые минуты, всегда был рядом. Он и в прямом, и переносном смысле был ее опорой. И женщина вдруг вспомнила об их самых первоначальных отношениях. О той мистической стороне. Думая об этой невеселой теме, Изабелла молча смотрела на жизнерадостно улыбавшегося молодого человека, который сидел рядом с ней за столом и наслаждался едой, которую он приготовил для них двоих, и делился своими бездонными знаниями о восточной культуре. И журналистка пришла к выводу, что она безо всяких сожалений отдаст ему свою душу, как они и договаривались, когда придет время. Что она будет рада стать частью истории этого демона во всех смыслах. Прошла неделя с костылем, и Изабелла могла уже без своего спутника передвигаться по квартире. Женщина ходила медленно, но все более уверенно, и пристукивание ее костыля стало повседневным белым шумом. Прошла еще одна неделя, и сегодня был один из самых жарких дней лета в Лондоне. Утром после ежедневных упражнений и переодеваний Себастьян решил подать госпоже домашний лимонад со льдом. Он сделал щедрую двойную порцию в высоком стакане и понял, что, скорее всего, хозяйке захочется завести какую-нибудь долгую отвлеченную беседу с таким большим напитком, и что ему самому тоже не помешало бы иметь свою порцию, чтобы она не чувствовала себя одинокой. - Тебе чем-то помочь? А почему только один стакан? – раздался голос пришедшей на кухню Изабеллы за спиной. Судя по звукам, она открыла холодильник. – Давай сделаем и для тебя тоже, не одной же мне сидеть с таким царским напитком в такую жару. - Я как раз об этом и думал, мадам, - весело ответил суетившийся у кухонных тумб Себастьян. Он был очень рад, даже счастлив, что они оба уже и думали в унисон. – И мне кажется, что нам с Вами на сегодня можно пропустить обед, вряд ли в такую жару и после такого большого напитка мы с Вами сможем… Демон развернулся и замер в изумлении, увидев хозяйку и прервавшись посреди фразы. Женщина стояла посреди комнаты на обеих своих ногах. При ней, как и вообще в комнате, не было ее костыля, что могло означать, что она пришла сюда безо всякой поддержки… Изабелла с широкой улыбкой и счастливыми слезами на глазах протягивала сожителю лимон. - «Если жизнь дает тебе лимон, сделай себе лимонад», так ведь говорится? - произнесла женщина. Как ни странно, именно между ними именно в это время в их жизни эта фраза имела по не-обыкновению очень много смысла, причем как для Изабеллы, так и для Себастьяна. Демон ошеломленно смотрел на свою госпожу, стоявшую посреди комнаты перед ним, почти не веря своим глазам. Он медленно подошел к ней и бережно принял протянутый лимон. Наконец почувствовав неудержимую радость, она схватилась руками за плечи мужчины и неуклюже приняла его в объятия. Себастьян обхватил ее туловище рукой, ладонь другой прижав к ее затылку, и горячо поцеловал ее в висок. Демон быстро оглядел свою госпожу, чтобы в лишний раз убедиться, что она действительно стоит на своих ногах, и он даже заметил, как стойко она держалась. Мужчина отнял от ее тела руку и мимолетно улыбнулся лимону в своей ладони. - Я очень горжусь Вами, Изабелла, - искренне прошептал Себастьян, для дополнительного веса обратившись к хозяйке по имени. – Как насчет того, чтобы сегодня же начать осуществлять наш с Вами длиннющий список «рецептов в ожидании»? Думаю, было бы здорово начать с лимонного чизкейка. Одного лимонада сегодня будет, думаю, маловато. - Лимоны, точно, - посмеялась Изабелла, подтерев слезы в уголках своих глаз. – Давай прямо сейчас и начнем? Только позволь, от всей этой радости мне вдруг в уборную захотелось… - Да, конечно, давайте я Вас провожу… - по привычке начал демон, уже протягивая для опоры руку. - Не надо, - остановила сожителя женщина и многозначительно улыбнулась ему. – Я могу сама. Себастьян кивнул и мягко отпустил ее руку, без лишних слов говоря этим о том, что верит госпоже. Изабелла любяще улыбнулась снова, после чего развернулась и в почти обычном темпе направилась в общую ванную комнату, но при этом с осторожностью делая каждый свой шаг. Это заставило демона счастливо и с гордостью заулыбаться. Как только дверь ванной комнаты в коридоре закрылась, телефон в кармане демона, все еще стоявшего посреди кухни, оживился, долгой вибрацией извещая о поступающем звонке. Мужчина достал телефон из кармана и увидел, что звонок был от скрытого номера. Приготовившись вежливо отказывать рекламщикам, он нажал на зеленую кнопку и прижал телефон к уху. - Алло? - Себастьян, - раздался знакомый мужской голос в трубке. Демон напрягся и импульсивно решил просто сбросить звонок, но голос заговорил вновь. – Себастьян, умоляю, не сбрасывай меня! У меня к тебе серьезный разговор. Это касается моей девочки! Себастьян замер, успев только чуть-чуть отвести трубку от себя. Он лихорадочно размышлял где-то пару секунд, после чего тяжело вздохнул и все так же напряженно снова поднес телефон к уху. - Я слушаю, - строгим тоном обратился он к звонившему. *** Июль начал подходить к концу. Себастьян и Изабелла все еще не выходили на работу по двум причинам: шум в общественности по их поводу только-только начал стихать, и журналистка решила досидеть свой грандиозный больничный до самого конца, чтобы вернуться в норму уж наверняка. Сегодня Изабелла решила, что ей пора выйти на ее первую после долгого выздоровления пробежку. Однако теперь, после всего, что она пережила, женщина подумала, что уже не будет в силах что-либо сделать в одиночку. И она уже переживала по этому поводу какое-то время, как бы она этого не пыталась избежать. Хозяйка квартиры тихонько постучалась в дверь комнаты студента и застала его уже бодрствующим, но все еще лежащим в постели. Пока Себастьян садился в кровати, Изабелла прикрыла дверь и вошла в комнату, после чего села на край его одноместной кровати. - Вы рано проснулись, - заметил демон, откладывая телефон, в котором он читал новости. - По расписанию, - повседневно улыбнулась Изабелла, по-матерински похлопав по коленке мужчины сквозь одеяло. – Как в старые добрые времена. Себастьян взглянул на часы на своем рабочем столе в комнате, время было 7:30. Подумав немного, он понял, о чем говорила его госпожа. - Вы хотите выйти на пробежку, мадам? – осведомился студент. - Да, и хотела тебя пригласить, - в глазах женщины появилась грустная тень. – Эта первая моя пробежка за последние несколько месяцев, и я немного нервничаю. Демон и сам почувствовал нотку грусти в голосе хозяйки, и его улыбка померкла. Он свесил ноги с кровати и легонько пристукнул своим плечом по плечу женщины. - Неужели Вас беспокоит то, что Вы еще не готовы самой делать что-то, что Вы всегда делали в одиночку? – спросил шепотом он. Изабелла удивилась, что мужчине удалось так точно понять ее чувства, и она ответно прижалась своим плечом к его плечу, стыдливо опустив глаза. - Вы же знаете, что я готов быть с Вами всегда, разве нет? – еще тише спросил Себастьян, наклонившись к ее уху. – Всегда и везде. Вам нечего стыдиться. Вместо слов о своей материнской любви, которые она озвучила уже слишком много раз за время своей болезни, женщина уложила голову на мужское плечо и крепко сжала ладонью его руку. Демон все же решил поцеловать ее в лоб. - Двести пятьдесят метров для первого раза? – спросил Себастьян. – Медленно и осторожно. Я подстроюсь под Ваш темп. После первой и весьма удачной пробежки демон и госпожа оба приняли душ. Студент расправился со всем быстро, и, уже в приличной одежде придя на кухню, решил начать готовить завтрак на двоих. Но перед этим он решил проверить свой телефон, чтобы уже в который раз ответить отказом на письма от разных издательств с предложениями о работе. Вместо этого Себастьян взглянул на дату, а затем открыл пришедшее сообщение. Он нервно вздохнул и прикусил губу. Уже наступил тот самый день. Он успел забыть об этом. Решив взять ситуацию под контроль, демон быстро напечатал длинный ответ на присланное сообщение, после чего отложил телефон экраном вниз, чтобы тот его больше не отвлекал. Мужчина надел мужской фартук и принялся готовить большой английский завтрак на себя и сожительницы. Изабелла пришла на кухню, когда завтрак был приготовлен наполовину. Она вызвалась приготовить на двоих кофе. - Мадам? – нарушил тишину Себастьян, когда, поставив кофеварку работать, журналистка встала рядом с ним у плиты. Женщина в ответ промычала, достав две тарелки из кабинета. - Думаю, нам с Вами пора выйти на улицу, - высказал свое предложение мужчина. – Давайте… Съездим по магазинам или устроим маленький культурный поход в музей или галерею. И потом сходим за продуктами… - Котенок, я знаю, что сегодня за день, - неожиданно жестко произнесла Изабелла, достав вилки и ножи. – Сегодня – день рождения моей единственной дочери. Демон был раздосадован из-за того, что госпожа слишком быстро распознала его невинную ложь. Даже не ложь, а его в данном случае уже нелепую попытку придумать, как можно было развлечь ее в этот день, прекрасно зная, что мыслями она будет со своей отчужденной дочерью. - Прошу прощения, мадам, - уязвленно пробормотал Себастьян, выключив плиту. - Ты прости, я на себя больше злюсь, - куда мягче произнесла Изабелла, взяв из руки студента лопатку и подав ему жест. Демон приподнял сковородку и стал держать ее на весу над тарелками, пока женщина распределяла еду на две порции. – Ты ведь просто хотел помочь мне… - Думал, что Вам стоит отвлечься, - уже намного искреннее сказал Себастьян, отложив сковородку. – Очень не хотел бы, чтобы Вы переживали сегодня. Наступила тишина, и они вместе закончили сервировать традиционный английский завтрак. Подав к столу чашки с капучино, сожители уселись на свои места. Демон протянул хозяйке тканевую салфетку в колечке, но женщина тронула его руку вместо протянутой салфетки. - Я хочу сделать сегодня все то, что я всегда делала в этот день все последние двенадцать лет. Как ее второй родитель, я должна участвовать в ее жизни, даже если на расстоянии. Я всегда дарила моей Виктории подарки на день рождения, и сегодня не будет исключением, - твердо сообщила Изабелла. Но ее взгляд смягчился, и она со скрытой просьбой посмотрела на собеседника. – Я знаю, что у Джоэла не добавилось особого желания видеться со мной после того, чему я подвергла нашу маленькую девочку недавно, но я все еще ее мать. И я буду чувствовать себя лучше, если в этот раз ты будешь рядом со мной. - Разумеется, - кивнул Себастьян. – Все, что нужно сделать, я с Вами. Журналистка взяла протянутую салфетку и разгладила ее на своих коленках. Они вместе принялись за еду. - Поедем в “Hamleys” после завтрака, а потом к ним домой, - тихо произнесла Изабелла. - Хорошо, мадам, - послушно кивнул демон, положив в рот кусочек картошки. - А потом съездим за продуктами, когда закончим с моими обязательствами, - нашла компромисс журналистка, включив в план дня озвученное ранее предложение сожителя. – Купим все, что нам нужно. - Я составлю список, - заверил Себастьян, покорно кивнув. Они обменялись понимающими взглядами, после чего сосредоточились на плотном завтраке. Демон незаметно покосился на свой телефон, который он оставил на кухонной тумбе и очень четко ощутил вину. Он сегодня, в каком-то смысле, повторял ошибку своей госпожи, которая когда-то разрушила ей жизнь, - он собирался обмануть ее доверие. Себастьян нервно посмотрел на женщину рядом с ним, которую он был с гордостью готов называть своей матерью в мире людей, и которую он сегодня собирался жестоко обмануть. «Все будет хорошо», - мысленно уверял он как госпожу, так и самого себя. *** В “Hamleys”, самый большой и старинный магазин игрушек как в Лондоне, так и в мире, демон и госпожа приехали на своей машине к полудню. В будние дни было не очень людно, в основном среди посетителей и покупателей были туристы, потому Изабелла могла не переживать о том, что ее кто-то среди прохожих мог узнать. Они в тишине сделали полный круг по магазину, полному игрушек, чтобы можно было спокойно все просмотреть, как вдруг журналистка замерла и подергала за рукав своего спутника. Она в оживлении показала на какой-то из стендов рукой. - Это же ведь коты из того мультика! – воскликнула Изабелла, подходя к инсталляции с игрушками посреди зала. Она взяла в руки плюшевых котят. – Это те самые котята из той старой анимации, Господи, как же она называлась… - «Коты-аристократы», верно? – вспомнил название мультика Себастьян, который когда-то даже смотрел его с юной Викторией. - Да-да, они просто замечательные!.. – восхищенно выдохнула женщина, разглядывая плюшевых котят. – Как-то их много, сколько их там было? - Была мама-кошка, «аристократка», - начал по памяти перечислять демон. – Был еще тот бродячий рыжий кот, с которым они потом познакомились… А котят там было трое, если мне не изменяет память. Изабелла с умиленной улыбкой разглядывала как раз тех трех плюшевых котят, которых она держала в руках. Себастьян, видя со стороны в ее глазах искорки и неудержимое желание порадовать дочку, понял, что она уже все сама для себя решила. - Возьмем всех трех? – не сдержав улыбки, озвучил ее мысли мужчина. Журналистка бессловесно покивала, после чего сразу же прижала всех трех котят к своей груди, уже готовая отправиться на кассу. В ней ясно ощущалось предвкушение увидеть поскорее реакцию Виктории, когда она их увидит. Они сели в машину, готовые ехать в дом мистера Рассела, и Изабелла, пристегнув ремень, поторопилась достать из пакета игрушки и снова на них посмотреть. С ее губ не сходила довольная улыбка. - На Викторию похожа, - умиленно произнесла женщина, подняв в руке белую котенка-девочку с розовым бантиком на голове. Она потом с тихим смешком подняла в руке черного котенка-мальчика с белой шерсткой на груди и красным бантиком на шее. – А этот на тебя похож. Пока они еще не сдвинулись с парковки, Себастьян немного печально взглянул на оставшегося толстенького рыжего плюшевого котенка с синим бантом на коленках госпожи. Он протянул руку и подцепил игрушку пальцами. - Эндрю… - прошептала Изабелла, горько глядя на игрушку. Смягчив момент улыбкой, женщина приняла в руку игрушку и добавила его к остальным котятам, после чего прижала их всех к своей груди. – Одинаково люблю всех своих детишек… Надеюсь, Виктории понравится. Демон притворился, что отвернулся для того, чтобы проверить зеркала машины, а на самом деле чтобы скрыть от хозяйки тронутую улыбку. Выехав на дорогу, он подумал, что, будь он полноценным смертным, уже бы прослезился. Но сегодня он не имел права на это. Из них двоих хотя бы он должен был оставаться сильным. Он начал нервничать только еще больше. Когда они уже начали подъезжать к двухэтажному городскому дому на севере Лондона, где жили Джоэл Рассел и Виктория, Изабелла сама разнервничалась не на шутку. Она то и дело поправляла свои волосы и одежду, несколько раз перекладывала плюшевых котят в подарочном пакете, чтобы они выглядели привлекательно. Видя это, демон в очередной раз ощутил вину, которая начала усиливаться с утра. Он припарковал машину недалеко от дома и отстегнул ремень. Изабелла громко выдохнула, пытаясь собраться с мыслями и успокоиться. Мужчина оглядел ее, одетую в светлую юбку по колени, белую блузку и легкий светлый пиджак. Она очень старалась выглядеть крайне прилично сегодня. - Все будет хорошо, мадам, - заверил в лишний раз Себастьян. Они оба вышли из машины и направились к красивому дому с небольшой лужайкой перед парадной дверью. - Позвонишь за меня в дверь? – с дрожью в голосе попросила Изабелла, когда, пройдя через калитку, они начали пересекать зеленую лужайку перед домом. - Конечно, - ответил студент и, оказавшись перед дверью, нажал на кнопку звонка в стене. Они подождали в тишине какое-то время, но ответа не получили. Они переглянулись, и Изабелла сама позвонила в дверь еще раз. Простояв в полной тишине еще минуту, она стала нервно оглядывать темные окна дома, в котором она сама когда-то жила. - Не похоже, чтобы дома кто-то был, - неспокойно произнесла она. Себастьян тронул запястье хозяйки и таким образом пригласил ее присесть на скамейку, которая была в этом маленьком саду перед домом. Они решили подождать немного, вдруг домочадцы вышли куда-то… При этом демон прекрасно знал, что это была неправда. Они посидели в тишине, ожидая неизвестно чего. Мужчина оглядел ухоженную лужайку и как будто ощутил ностальгию. Изабелла прожила здесь со своим бывшим мужем лет десять, но она мало рассказывала о том, каким красивым был их дом. Он был скромным, но ухоженным, по периметру забора рос декоративный виноград, по углам стояли горшки с розами и экзотическими растениями… Некоторые из них были многолетними, и Себастьян даже подумал, что, возможно, некоторые из них посадила сама госпожа. Он посмотрел на спутницу, гадая, о чем она могла думать на тот момент. Она тоже оглядывала лужайку, иногда задерживая взгляд на каких-то предметах и мелочах в саду. Демон подумал, что, возможно, на этой самой скамье бывшие супруги проводили вечера, вместе пили вино, обменивались поцелуями и смотрели на звезды… А теперь мадам приходила сюда только на дни рождения своей дочери и примерно так же ожидала в саду, пока хозяин дома временно не впустит ее, чтобы она вручила имениннице подарок, таким образом исполнив одно из своих обязанностей, которое было написано в законах… Себастьян подумал, что это был абсурд. Заставлять мать сжимать всю свою любовь, которую, как он сам испытал на себе, была необъемлемой, до вот таких жалких и нелепых обязанностей. Он взял женщину за руку и сплел их пальцы вместе. - Мы не можем сидеть тут весь день, - холодно подошел он к ситуации. – Поехали домой? - Подожди, я еще кое-что попробую… - возразила Изабелла, мягко вытащив из его ладони свою руку и достав из кармана пиджака телефон. Демон терпеливо отнесся к этому. Женщина нашла номер среди контактов и прижала телефон к уху. К ее великому изумлению, ее не перевели на автоответчик. Абонент самостоятельно сбросил ее звонок. Она сразу же позвонила еще раз, не собираясь верить происходящему, но Джоэл Рассел сбросил ее звонок снова. Изабелла почувствовала, словно ее снова сбил экскаватор. Она столкнулась с той реальностью, которую пыталась избежать все последние три месяца. Женщина понимала, что для кого-то это было ерундой, но она была разбита происходящим. Дрожащей рукой опустив телефон, из которого все еще доносились быстрые гудки сброшенного звонка, Изабелла посмотрела на сидевшего рядом спутника. Он очень огорченно посмотрел на нее в ответ, увидев в ее глазах застывшие слезы. - Поехали домой, - более настойчиво произнес Себастьян, протягивая раскрытую ладонь. Изабелла молча кивнула и крепко сжала его ладонь. Они поднялись со скамьи и направились обратно к машине. Демон теперь ощущал себя самым ужасным существом в мире, заметив, как начала прихрамывать по пути к машине хозяйка. Для нее все это стало настоящим ударом вдобавок ко всему, что она уже успела почувствовать за последние несколько месяцев. Всю поездку домой Изабелла спала, чтобы, наверное, не переживать. Себастьян, чувствуя себя при этом не менее плохо, все это время держал ее за руку. *** Изабелла проснулась и осознала, что была на руках мужчины. Оглядевшись, она поняла, что они уже были в лифте у себя дома. - Дорогой, отпустишь меня? – виновато промычав, попросила женщина. Оказавшись на своем этаже, Себастьян аккуратно поставил журналистку на ноги, после чего шагнул к двери, доставая ключи. К их неожиданности, дверь была не заперта. Изабелла посмотрела на сожителя, но тот не посмотрел на нее в ответ, и вообще, он даже не выглядел сильно шокированным. Демон, тяжело вздохнув, встал сбоку, чтобы пропустить хозяйку вперед. Это сильно удивило женщину, и она даже не нашла слов, чтобы что-либо спросить. К тому же, Себастьян выглядел так, словно все так и должно быть. Не способная побороть шок и любопытство, Изабелла шагнула вперед и, обойдя открытую для нее дверь, вошла внутрь квартиры. В прихожей и в гостиной горел свет. К хозяйке квартиры из гостиной навстречу вышел высокий мужчина с легкой сединой у висков. Он остановился в пороге между гостиной и прихожей, дружелюбно глядя на женщину. - Изабелла, - мягко улыбнулся он. – Здравствуй. Женщина замерла, глядя на совершенно неожиданного гостя в своей квартире и чувствуя, как все ее органы в теле перемешались. - Джоэл?.. – сдавленным голосом выдала она, безоружно глядя на мужчину. – Как?.. Журналистка так и не успела как следует отреагировать на происходящее, а Джоэл вдруг отошел немного в сторону и протянул руку вниз к своей невысокой спутнице. Изабелла испустила вздох, совершенно не понимая, что происходит, увидев девочку, вышедшую из гостиной к своему отцу. Женщина, чувствуя, как горячие слезы начали течь по лицу, отчаянно прижала к губам ладонь. - Изабе..!.. – громко воскликнула девочка, но прервала себя, смущенно глядя на хозяйку квартиры. Изабелла, потерявшая дар речи, шокировано посмотрела на своего бывшего мужа, а потом обернулась к студенту через плечо, который бесшумно закрывал парадную дверь. Она снова посмотрела на свою дочку, совершенно не зная, что ей было делать. Джоэл в этот момент легонько погладил именинницу по голове, чтобы ее поддержать. - Мама… - тихо поправила себя с искренним страхом Виктория. Изабелла зажмурилась и простонала в свою ладонь, не способная больше сдерживать эмоции. Она выронила из руки пакет с подарком и, уже прижимая обе ладони к губам, неловко упала на колени. - Мама! – воскликнула девочка и бросилась к журналистке, испугавшись. – Мама, все хорошо? Мама, это я!.. Девочка села на свои коленки и обняла журналистку, и женщина, сквозь слезы простонав, сгребла дочь в неуклюжие крепкие объятия. Она плакала уже в полную силу, проводя ладонями по круглому личику девочки и целуя ее щечки. - Мама! – неустанно звала Виктория, которая тоже начала плакать вместе с журналисткой. – Мама!.. - Девочка моя… - лепетала сквозь рыдания Изабелла. – Котеночек… Тем временем мужчины встретились взглядом и снова разорвали зрительный контакт. На глазах Джоэла появились слезы, и он странно улыбался, как будто от счастья. Себастьян был и рад за госпожу, и переживал за нее одновременно, боясь за ее здоровье. Изабелла снова крепко-крепко обняла девочку, которая так неожиданно впервые назвала ее своей мамой. Женщина подняла глаза на своего бывшего мужа, посмотрев на него и с непониманием, и с благодарностью. Мужчина кивнул ей в ответ. Журналистка наконец выпустила девочку из удушающих объятий и с паническими вздохами схватила оброненный ею ранее пакет с игрушками. - Я… Мы с Себастьяном… подготовили подарок для тебя, - запинаясь, сквозь слезы лепетала Изабелла, показав в руке разноцветный подарочный пакет. – Мы поехали к вам домой… но вас не было, и я не знала… Виктория снова обхватила женщину за шею руками, прижимаясь к ее лицу своей щечкой, не дав ей договорить. Изабелла закрыла глаза и, наскоро вытерев слезы на своем лице, снова обняла дочку. Джоэл выдохнул, решив внести хоть немного контроля в ситуацию. Он подошел к женщинам и протянул руку, чтобы, видимо, тронуть волосы или плечо своей бывшей жены, но стоявший за спиной журналистки молодой человек перехватил его руку, не дав дотронуться до женщины. Мужчина удивленно воззрился на студента и увидел его откровенно недовольное выражение лица. К неожиданности Себастьяна, мистер Рассел дружелюбно улыбнулся ему и убрал руку, выпрямляясь. - Изабелла, мы с Себастьяном сходим за продуктами, найдем чего-нибудь к чаю, - сообщил Джоэл бывшей супруге. – Побудете наедине, хорошо? Журналистка покивала, с благодарностью глядя на мужчин, после чего полностью перевела все свое внимание на дочь. Фотограф и юрист вышли из квартиры и, заперев дверь на ключ, стали в напряженном молчании спускаться на лифте. *** - Ты на меня злишься? Себастьян открыто проигнорировал юриста, который жестом пригласил сесть в его машину, чтобы отправиться за покупками. Демон направился прямиком к «Кэмри», которая принадлежала госпоже и которую он водил сам, и мужчина последовал за ним. Фотограф холодно отнесся к тому, что тот без приглашения или разрешения сел на пассажирское сидение рядом с ним и застегнул ремень. - Ты на меня злишься, - уже не столь вопросительно произнес Джоэл Рассел, не сдержав ухмылки. Себастьяну показалась, что такая реакция бывшего мужа госпожи была крайне не к месту. - Давайте просто съездим за продуктами, купим, что надо и вернемся, - предложил со скрытым раздражением молодой мужчина, заводя двигатель. – Госпожа Хьюз пропустила обед, а у Виктории должен быть торт, как подобает. - Как скажешь, - учтиво кивнул юрист, показав пустые ладони. Так он без слов пообещал не вмешиваться в план. Демон нервно поправил свой ремень безопасности, чувствуя себя невероятно неловко. Они отправились в большой супермаркет, где журналистка и фотограф всегда закупались продуктами. Джоэл вызвался катать тележку, чтобы у студента была полная свобода с выбором продуктов, и демон решил вообще не задумываться об этом. Он хотел только поскорее пережить этот эпизод, чтобы поскорее вернуться к хозяйке, с которой он чувствовал себя очень непринужденно и по-домашнему уютно. - Они мне очень нравятся!! – воскликнула от чистого сердца Виктория, прижимая котят к груди, как это так же делала журналистка недавно. – Они прямо как в мультике! Изабелла поцеловала дочку в лоб и пригладила ее черные волосы. Девочка оставила неодушевленные игрушки на кофейном столике, села на диван рядом с женщиной и крепко обняла ее. - Мама… - выдохнула она. – Я так рада, что ты – моя мама. Журналистка уже истратила за сегодня все свои слезы и вместо этого обняла дочку еще крепче. Ее так тронули слова девочки, что ее сердце физически заболело. Она пригладила голову Виктории, прижимая ее к своему сердцу. - Папа рассказал, да? – шепотом спросила Изабелла. – Если не секрет. - Где-то месяц назад, - покивала Виктория, потершись щечкой о блузку матери. – После того, как ты и Себастьян были в той аварии, а потом спасли меня, я не могла успокоиться. Папа не позволял мне видеться с вами или звонить вам, даже установил пароль на компьютере, чтобы я не могла связаться с Себастьяном в чате… А потом по новостям и в газетах стали говорить о том, что ты и есть та Изабелла Рассел, которая пропала десять лет назад, и которую все считали мертвой… По новостям упомянули имя папы, и он уже не мог больше оправдываться. И он мне все рассказал. - «Все»? – удивилась журналистка. – Что значит «все»? - Он показывал старые статьи, а еще показывал старые фотографии его с тобой и ту фотографию, где я только родилась, и вы с папой держали меня на руках, - Виктория отпустила свою маму и отошла к своему рюкзачку рядом с диваном. Она села обратно на свое место и показала фотографию. – И он сказал, что «дальняя родственница», к которой он меня всю жизнь возил раз в месяц, то есть ты, была моей мамой. Изабелла ошеломленно провела пальцем по старой фотографии, на которой они втроем выглядели идеальной счастливой семьей и не сдержала горькой улыбки. - Ты не злилась на папу? – спросила она. - Злилась! Очень злилась! – громко воскликнула Виктория, но потом ее лицо смягчилось, а брови немного виновато изогнулись. – Я почитала те старые статьи, где говорилось, что тебе пришлось убить того… ужасного человека, чтобы спасти меня. Папа объяснил, что он очень испугался тогда и не знал, что ему было делать. Он был в шоке от того, что ты сделала и очень боялся за меня. И он решил спасти меня, но другим способом, через суд, или как он мне объяснил… Ему пришлось развестись с тобой и забрать меня, чтобы защитить меня от «опасного мира» в котором ты жила, так он сказал. И он плакал, когда это рассказывал, мам. Я до сих пор не знаю, как мне чувствовать себя… Сказанное сильно шокировало Изабеллу, и ей понадобилось какое-то время, чтобы обдумать услышанное. Она опомнилась, когда заметила неприкрытые страх и смущение на лице дочки, и журналистка поторопилась успокоить ее. - Деточка, надеюсь, ты понимаешь, что мы… не живем вместе не из-за тебя, - осторожно подбирала слова Изабелла, тронув ее плечи. – Твой отец прав: все, что случилось, и все то, что мне пришлось сделать, было именно из-за моей работы. И он был прав, что поступил так, как поступил. Он очень любит тебя, котеночек, и очень хочет тебя защитить, как и я, но я сама натворила много ошибок. Это я во всем виновата, и только я… Увидев горячие слезы, которые снова навернулись на глазах мамы, но уже от вины, Виктория не выдержала и поторопилась снова обнять женщину, уткнувшись щечкой в ее грудь. - Ты спасла меня, мамочка, - пролепетала девочка. – Ты спасла много людей в Англии. Ты спасаешь людей. Ты ни в чем не виновата. Ты – мой герой, мама… Изабелла снова расплакалась, дрожащей рукой прикрывая глаза. Она в глубине души слишком долго ожидала этих слов, и она не могла поверить, что вообще услышала их в своей жизни… Почувствовав, как задрожало тело женщины, Виктория погладила и похлопала по спине журналистки. - Ты – мой Человек-паук. Это искренне рассмешило и тронуло Изабеллу, и она посмеялась, а слезы почти мгновенно перестали течь. Она погладила спину дочери, размазав остатки влаги на лице. - Испортила такой момент… - наигранно простонала журналистка. – Но мне нравится. Мама с дочкой посидели в тишине, будучи очень счастливыми оттого, что, наконец, обрели друг друга. Им хотелось растянуть это мгновение как можно дольше. Тишина была и между Себастьяном и мистером Расселом, но уже другая. Фотограф ни в какую не собирался общаться с юристом, как тот ни пытался завязать разговор. Было очевидно, что молодой человек за что-то очень злился, и Джоэл поставил себе задачу узнать, почему. Они вернулись достаточно быстро именно потому, что они не разговаривали, и демон отобрал все по списку в своей голове, совсем не отвлекаясь. Они оба взяли по пакету и направились к лифту, когда тот в тот самый момент приехал, и двери раскрылись. Из лифта вышла соседка, пианистка. - А, привет, сосед, - без особого удивления или оживления поздоровалась Грейс Паркер, смотря прямо на молодого человека. Она только мельком взглянула на другого мужчину. – Здравствуйте. Не против, я хотела украсть Микаэлиса на секундочку? - Конечно, конечно, я задержу лифт, - кивнул Джоэл, заходя в лифт и зажав кнопку открывания дверей. Демон подозрительно покосился на ангела, и они вместе отошли на несколько шагов от лишней пары ушей. - Вы знали, что мы сейчас вернемся, не так ли? – озвучил свои подозрения без особой злобы Себастьян. – Вы как будто уже ожидали нас увидеть. - Я прочла будущее и Изабеллы, и твое, оставалось только наложить все вместе, - подмигнула Грейс. - Что-то не так? – забеспокоился мужчина. – Госпоже Хьюз угрожает опасность? - О, нет, у нее сейчас, конкретно в этот момент, все хорошо, - многозначительно протянула пианистка. – За ней присматривает дочка… Я тут по поводу тебя. Себастьян непонимающе приподнял бровь, Грейс тронула его локоть и приблизилась к нему. - Не совершай с Расселом ту же самую ошибку, что и с Хьюз, - шепнула ангел. - Дай ему шанс все рассказать. Ты видел только верхушку айсберга. Приняв это напутствие спокойно, демон признательно кивнул ей. Пианистка на прощание улыбнулась ему, после чего ушла. - А ты знаешь, что эту фотографию сделал человек по имени Роберт? – спросила Изабелла, держа в руке ту фотографию из роддома. - Нет, - призналась девочка. – Кто это? - Роберт – мой лучший друг и мой главный заместитель в газете, где я работаю, - сказала журналистка. – Он был там, когда ты родилась. Если твой папа разрешит, я хотела бы, чтобы он стал твоим крестным отцом. - Это было бы здорово! – активно закивала Виктория. Она кое-что вспомнила и встала на диван с ногами. – Мама, а у меня есть бабушка и дедушка? - Да, милая, есть. Бабушка Сесилия и дедушка Митчелл, - радостно заулыбалась Изабелла. – И, я думаю, они будут безумно счастливы познакомиться с тобой. В прихожей зашумела дверь, когда девочка начала подпрыгивать и радостно восклицать: «У меня есть бабушка Сесилия и дедушка Митчелл!!», на что Изабелла неустанно счастливо смеялась в ответ. Они обе оживились и встали с места, поспешив встретить вернувшихся мужчин. - Себастьян, прости, мы с тобой не успели поздороваться! Себастьян!! – радостно завопила Виктория, с разбегу бросившись в объятия своего взрослого друга. Он наклонился и обнял ее. – Так хорошо, что вы с мамочкой уже в порядке! - Да, - улыбнулся демон в ответ и дружески похлопал по щечке девочки. – Ты сама хорошо выглядишь. - Я помогу на кухне, - участливо обратилась к мужчинам Изабелла, протягивая к пакетам руки. - Нет-нет, мы с Себастьяном управимся, - добродушно возразил Джоэл. – Посидите с малышкой, поболтайте. Студент, пойдем. Фотограф уже без былой раздражительности согласился на озвученный план. Его по пути приостановила госпожа и поцеловала в щечку, она уже успела соскучиться по нему. Она поблагодарила за его заботу и внимание, после чего взяла свою дочку за руку, и они скрылись обратно в гостиной. *** - Вы с ней очень близки, я заметил, - произнес Джоэл, пытаясь уже в который раз начать разговор. – С Изабеллой, я имею в виду. Себастьян замедлился и взглянул на мужчину, пока они выкладывали продукты из пакетов. Демон держал в уме загадочное напутствие от ангела и решил, что ему стоило подойти ко всему по-взрослому. - Да, - ответил уже не так холодно он. – Можно сказать, что мы с госпожой Хьюз очень близки. - Еще видел твой сюжет, который разлетелся по всей стране, - продолжил юрист, убрав пустые пакеты. – Отличная работа, сынок. Это обращение немного все же задело Себастьяна, но он решил отнестись к этому с признательностью. - Спасибо, сэр, - только ответил он. - Ну, каков план действий? – спросил Джоэл, указав на разложенные на тумбах продукты. Демон вообще не планировал присутствие постороннего человека на кухне, но он еще раз озвучил совет Грейс Паркер у себя в голове. Это ведь было идеальным моментом, чтобы они смогли поговорить. Молодой мужчина достал из ящика два черных передника и быстро оглядел продукты перед собой. - Госпожа Хьюз рассказывала, что вы делали очень вкусные сэндвичи, - заговорил Себастьян, передавая передник своему временному помощнику. – Думаю, можно подать канапе. И лимонад тоже. А я приготовлю торт и составлю этажерку с конфетами и пирожными. - Смотрю, ты – настоящий кулинар, - заметил Джоэл и, посмотрев, как студент сложил передник пополам и завязал его на поясе по-мужски, повторил со своим то же самое. Он еще раз прокрутил слова фотографа в мыслях. – Изабелла тебе обо мне рассказывала? - Она мне все рассказала, когда мы были в больнице, - коротко и прямо сообщил Себастьян. Вспомнив о том, что и его бывшая супруга, и ее стажер были в аварии несколько месяцев назад, и что она была в тяжелом состоянии, юрист помрачнел. Они оба приступили к готовке. - Она хорошо выглядит, - негромко нарушил тишину мистер Рассел, нарезая хлеб. – После всего, что с ней случилось. - Да, она справилась, - коротко ответил Себастьян, скрыв за этими словами все их вложенные усилия. – Мы справились… Юрист помрачнел еще сильнее. - Я пытался достучаться до вас, ты ведь знаешь, - чувствуя свою вину, напомнил Джоэл. – Но в больнице мне говорили, что мне доступ был категорически запрещен. И мои посылки, кажется, тоже не доходили до нее… Я подозреваю, что ты был за всем этим. - Ей нужно было время побыть наедине с собой, чтобы выздороветь, - объяснил демон. - Да, но ведь ты был рядом с ней, - напомнил мужчина. – Себя ведь ты допускал к ней. - Я не бросал ее в одиночестве, - с откровенной укоризной покосился на собеседника фотограф. – Я никогда не оставлял ее одну. Джоэл стойко принял весь направленный на него укор, замерев на мгновение. Они оба вернулись к готовке. - Думаю, ты не женат и не имеешь детей, Себастьян, - негромко заговорил юрист. – Я врагу не пожелаю оказаться в той ситуации, в какой оказался я тогда. Ни перед кем не должен стоять выбор между женщиной, которая являлась одновременно и любовью всей жизни, и женой, и только что рожденным ребенком, который появился на свет после одного нерожденного… Я не хотел поступать так, как пришлось поступить, я не горжусь своим решением, чтобы ты знал. Я очень виноват перед Изабеллой, но ради Виктории… иного решения не было. Себастьян хотел сказать: «Вы могли бы защитить ее!», но подумал еще раз и вспомнил, что он не был человеком, у него не было ни любимой женщины, ни ребенка, и что не знал, как бы он поступил, будь он на месте смертного. Он подумал, что где-то юрист был прав. - Что изменило ваше решение? – поинтересовался демон. – Вы ведь, насколько я помню, добились судебного запрета на всякое приближение… - Через пару лет после развода моя мать умерла, - рассказал Джоэл. – У меня не осталось родителей, и я тяжело это переживал. Изабелла узнала об этом от наших общих знакомых (Роберт – один из них), и она пришла на похороны. Я помню, как, совершенно разбитый, стоял у разрытой могилы и слушал священника, и заметил вдалеке, у могилы нашего сына, Изабеллу. У нее уже было изменено лицо, но я все равно ее узнал, были женаты декаду лет, все-таки…Она боялась подойти, и заметив, что я смотрел на нее, положила два букета на могилу Эндрю. Она простояла там весь ритуал, после этого я подошел к ней и поднял один из букетов. Я попросил ее самой оставить цветы на могиле моей матери. Она тогда сжала мою руку и утешила меня. Я решил, что нам можно было снова побыть мужем и женой, хотя бы на несколько минут, чтобы она просто была рядом в такой тяжелый эпизод. Мне это нужно было и… я скучал по ней. На прощание она сказала мне, что не будет приближаться к Виктории, если я того хочу, даже если она без ума скучает по ней. Это разбило мне тогда сердце. Себастьян удивился, что мужчина решил так просто рассказать ему об этом событии и даже о своих чувствах. Он почувствовал, что этому смертному было важно, чтобы он, демон, все знал. Словно он был судьей, который должен был решить их судьбу. Мужчина промолчал в ответ, с уважением ожидая продолжения. У Джоэла было опечаленное выражение лица, словно он все переживал заново. Он на секунду покосился на молчаливого собеседника и виновато криво усмехнулся. - Ее смирение с ситуацией после ее отчаяния в здании суда… Это было сильным потрясением для меня, - признался Джоэл. – Я знал, что она не только пыталась тогда быть сильной ради самой себя, но и пыталась учитывать мои чувства тоже. Я тогда вернулся домой и плакал, пока двухлетняя дочка тихонько сидела рядом и смотрела на меня своими большими карими глазами… У нее глаза Изабеллы, может, ты и сам заметил. И тогда я решил договориться с судом на регулярные встречи Виктории с матерью и дать Изабелле возможность издалека участвовать в жизни дочери. Так мы и жили до сих пор. Возникла пауза в разговоре, и они продолжали немудреную готовку. Демон отправил тесто для коржей торта в печь и принялся в это время за раскладку сладостей на этажерке. - Я так понял, что Роберт все эти годы был своеобразным «двойным агентом»? – спросил Себастьян. - Это действительно так, и он безумно хорош в этом, - не сдержав улыбки, ответил юрист, начав нарезать открытые бутерброды на маленькие канапе. – Он мне периодически сообщал о том, как Изабелла попадала в больницу из-за нападения в полицейском участке, или из-за информатора, который решил замести следы, или ее снова избили в переулке, когда она пыталась добыть улики… И, честно, я все время боялся, что однажды получу тот самый звонок о том, что в этот раз Изабелле не так повезло… И, даже если мы уже не были женаты, мне всегда было очень страшно за нее. Но я не мог всегда быть с ней, когда у меня на руках была подрастающая дочка, которую абсолютно некому было больше доверить. И вот недавно, через пару дней после той аварии, мне позвонил Роберт и сказал, что Изабеллу в тот день вскрывали из-за внутреннего кровотечения, и что у нее нет шансов выжить. Меня до нее никто, в смысле, ты, не допускали, а потом мне Роберт сообщил, что она уже была стабильна. А потом все эти новости и репортажи, все узнали, что она и есть Изабелла Рассел… Все вылилось наружу. Тогда я и решил обо всем рассказать Виктории. И я решил во что бы то ни стало исправить свою величайшую ошибку. Ради них обеих. Джоэл вопросительно взглянул на студента, как будто ожидая вердикта судьи. Демон обдумал все услышанное и благосклонно кивнул ему в ответ. Юрист с благодарностью улыбнулся и продемонстрировал красиво сервированные им канапе. - Отлично, - довольно улыбнулся Себастьян, переложив тарелку с сэндвичами на стол. Он достал из духовки готовые коржи. – Поможете мне с тортом, и я помогу с лимонадом. - Договорились, - юрист оценил тот факт, что этот молодой человек уже не разделял их обязанности, а предложил все сделать вместе, что было явным жестом доверия. – Так, студент, расскажи мне, почему ты злился на меня сегодня? - Дурацкий у нас выдался план, вот почему, - указал на проблему демон, однако уже без былой злости. – У госпожи Хьюз чуть ли удар не случился, когда мы подъехали к вашему дому, а вас там не было. Ладно это, но вы еще сбросили все ее звонки! - Мы и не договаривались, чтобы вы ехали к нашему дому! - ошеломленно воскликнул в ответ юрист. – Что вы вообще там делали? - Она очень серьезно высказала мне свое желание «сделать все, как надо» и выполнить свои обязанности отчужденного родителя, то есть купить подарок и лично его вручить, - сообщил Себастьян, пока они намазывали джем между коржами и собирали вместе торт. – Я не смог придумать для нее причину этого не делать, не сказав, что вы ожидаете нас у нас дома. Джоэл громко виновато выдохнул. - Правду говорят, что план, включающий в себя более трех действующих лиц, и о котором не знает ни одно из них, обречен на провал, - проворчал он. – Она очень расстроилась, да? - Я думал, ее удар хватил, - искренне высказал свои переживания демон. – Она еще с такой тоской сидела на той скамейке перед домом и разглядывала лужайку, все те горшки со цветами и все прочее… Эта новость по-настоящему удивила юриста. Он даже приостановился, а студент продолжил наносить взбитые сливки поверх готового торта, не обратив на это внимания. Мужчина продолжал пялиться на фотографа, который озвучил ту неожиданную новость, не веря ни одному слову. - Правда? – с запоздалой реакцией спросил Джоэл. – Тебе правда показалось, что она скучала по тому месту? Услышав странный вопрос, Себастьян приостановился. Он быстро все обдумал. - Да, я бы так сказал, - уверенно ответил демон. Джоэл снова погрузился в свои мысли, пока фотограф заканчивал украшать торт цветной посыпкой. Со стороны арки раздался шум. - Мы пришли проведать вас тут, - раздался голос хозяйки квартиры. – О, какая красота! Мужчины отвлеклись от своего занятия, когда в комнату пришли мать с дочерью. Изабелла подошла к столу и, склонившись над ним, быстро рассмотрела канапе, которые уже были поданы. - Такие разноцветные и аппетитные! – воскликнула журналистка, как вдруг Виктория подошла и сразу взяла сэндвич, который был с семгой и сыром. – Ага, это тоже мой любимый! Они начали вместе смеяться друг над другом, а Себастьян, закончив с тортом, покосился на своего временного помощника, который стоял, как вкопанный, и тронуто наблюдал за женщинами. Демон обернулся к ним и заметил, что они в шутку дрались за канапе с семгой и сыром. Он вспомнил, что именно этот сэндвич любила хозяйка, потому что когда-то его ей готовил ее бывший муж. И он понял реакцию юриста. Решив перейти к действию, Себастьян ко всеобщему восторгу подал к столу готовый торт и красиво сервированную этажерку со сладостями. - У нас еще не готов лимонад! – громко сообщил он, перекрикивая восторженные крики женщин. - Я помогу, - вызвалась счастливая Изабелла, и, открывая холодильник, она заметила стоявшего на месте и наблюдавшего за ней мужчину в стороне. – Джоэл, достанешь стаканы, пожалуйста? Они в кабинете прямо за тобой. Джоэл какое-то время продолжал зачарованно наблюдать на лице бывшей супруги счастливую улыбку и как будто растворился в ее столь повседневной реплике… Он очнулся и неуклюже выполнил ее просьбу, но его дочь поспешила на помощь, взяв из его рук два стакана. Камерное семейное празднование прошло превосходно. Больше всего болтали женщины, и это можно было понять: они-то и были самыми счастливыми. Иногда в беседе участвовал Себастьян, которого, безусловно, очень сильно обожали и мать, и дочка. Кто был самым тихим, так это Джоэл Рассел. Он только молча наблюдал за женщинами, которые весело проводили время, и иногда пересекался неловким взглядом с бывшей женой. И это тоже можно было понять: между ними было еще очень много недосказанного. Юрист с дочкой засобирались только к позднему вечеру, потому что Виктории совсем не хотелось уходить. Они с Изабеллой еще где-то полчаса обнимались и целовались, совершенно не готовые расставаться. Когда девочка наконец отпустила свою маму и отошла к студенту, чтобы обсудить с ним что-то, Джоэл привлек к себе внимание журналистки. - Мы с тобой так и не смогли поговорить, - неловко улыбнулся он. – Прости, что так расстроил сегодня днем, у нас с Себастьяном действительно выдался дурацкий план. - Ерунда, - добродушно махнула рукой бесконечно счастливая Изабелла. – Ты хотел устроить мне сюрприз. И это был мой лучший день в жизни. Один из, то есть… Один из лучших, я имела в виду. Взрослые неловко посмеялись, и поняли, что «дети» в комнате стихли, подслушивая их разговор. - Я тут подумал, - собрался с мыслями Джоэл. – Может, мы приедем через пару дней, на выходные? Вроде бы погоду обещали хорошую. Мы все вместе могли бы выбраться на пикник в парк… - Это было бы круто!! И мы бы поиграли в крикет или бадминтон! – вмешалась в разговор энергичная Виктория и схватилась за руки женщины. – Пойдем, мамочка, пойдем!.. - А… разве можно? – тихо спросила журналистка, вспомнив, что суд разрешил им видеться только раз в месяц. - Если я так решил, то можно, конечно, - в свою очередь простодушно махнул рукой юрист. – Что скажешь? - Если погода будет хорошей, то почему бы и нет, - улыбнулась Изабелла, после чего снова расцеловала дочку, которая стала визжать от радости. - Тогда решено, - произнес довольный Джоэл. – Я позвоню заранее, чтобы все обсудить. Пока, студент! - Пока, Себби! – помахала ручкой Виктория. – Я принесу тарелку и ракетки! Пока, мамочка! Демон и госпожа стояли на пороге двери в квартиру и провожали гостей. Юрист напоследок взглянул на журналистку. - Увидимся, Изабелла, - мягко произнес он. - Увидимся, - нервно ответила женщина, неловко улыбнувшись. – Джоэл… Двери закрылись, и лифт уполз. Себастьян закрыл парадную дверь и развернулся к своей госпоже. - Стало как-то тихо, - заметил он. Они вместе посмеялись, после чего Изабелла вздохнула и крепко обняла его. - Я знаю, что это ты снова участвовал в организации сегодняшнего дня, - прошептала женщина. – Ты снова сделал меня такой счастливой, котенок… Спасибо тебе… Демон ничего не ответил, только крепко обнял ее и погладил по спине. Он был невероятно счастлив за нее. И все же, где-то в глубине души Себастьяна появилась какая-то тревога. Какое-то неприятное предчувствие. И оно стало преследовать его.