Не на первой полосе

*** Близился день Гая Фокса, что является национальным праздником в Великобритании и проводится 5-го ноября. Именно из-за этого праздника англичанам давался один лишний выходной, а в этом году он выпал на понедельник, из-за чего в сумме получалось аж 3 свободных от работы дня. Изабелла вместе со своим подопечным за прошедший месяц смогла поучаствовать еще в нескольких расследованиях вместе с другими коллегами, супругами Дорсет и детективом Россом, но эти дела не выделялись своеобразностью, только разве что существованием злых умыслов. По крайней мере, мадам успокаивала себя мыслью, что, с одной стороны, им не приходилось особо скучать, и раздел по криминальным новостям в газете не пустовал; а с другой стороны, мало кто в городе пережил ужас или лишился жизни. Все-таки стоит учитывать, что работа отдела зависела от жизней людей, так что малая масса работы указывала на более-менее стабильную жизнь в стране. А это было только хорошо. Госпожа Хьюз очень любила выходные. И это никак не было связано с тем, насколько она любила свою работу. Она считала, что выходные для нее – способ отвлечься от повседневной суеты, посвятить это малое количество времени чему-то другому, более приятное или интересное. Но вот в начале ноября она долго думала, на что она потратит предстоящие 3 свободных дня. Студент, находившийся под ее опекой, скептически относился ко всему этому, он вообще для нее иногда казался человеком «с отсутствием собственного мнения». Только угодливо парировал. - Куда бы Вы ни пошли, я всегда буду следовать за Вами, - так он ответил этим пятничным утром. - Это, конечно, очень здорово, но у меня нет никаких идей, и я спрашиваю, в наличии ли они у тебя. Хоть бы раз со мной поспорил или подискутировал, так нет! - с ярко выраженным сарказмом бросила мадам, махая обеими руками. После этого она резким движением взяла кофе с подставки кофеварки и ушла в гостиную к компьютеру. - Не пролейте, госпожа, он горячий! – воскликнул демон вдогонку. Себастьян совсем не понимал, отчего его хозяйка так хмурилась. Она ходила угрюмой весь этот последний день перед выходными, почти не разговаривала с ним. Мужчина недоумевал, отчего же она так расстраивалась по поводу отсутствия конкретного плана на эти три ничтожных дня. Возможно, это как-то связано с возрастом, но это казалось простой ерундой. Но телефонный звонок этим поздним вечером изменил всеобщее настроение и у госпожи, и у ее подопечного. - Я сама! – громко воскликнула женщина, выбегая в ночных шортах и мужской сорочке из своей комнаты в сторону домашнего телефона, что был на кофейном столике перед диваном. Встрепенувшийся студент, который на тот момент сидел на этом диване с книгой, сел обратно и отложил книгу. Он был намерен присутствовать при разговоре, если мадам не будет против. - Алло? – спросила Изабелла, быстро прикладывая трубку к уху и плюхаясь на диван рядом с молодым человеком. – Привет, мам. Себастьян сгорбился над коленками и поставил на них свои локти. Родители мадам – одно из того, о чем он лично не силился говорить с госпожой. Обычно это не самая приятная тема, и он ее, наряду со множеством других, деликатно обходил стороной. Ему нравился домашний телефон в этой квартире. Он всегда мог прекрасно расслышать звонившего человека. Женщина не прогоняла, потому и демон остался сидеть на месте. - Изи, почему ты трубку не брала весь день? – раздался бодрый голос старушки. Мадам устало вздохнула, проведя ладонью по лицу. - Мама, ты хоть на какой телефон звонила? - На этот. У тебя есть какой-то другой? – наивно спросила мать госпожи. Изабелла обменялась со студентом ироничным взглядом. - Миссис Хьюз, у вашей дочери есть домашний номер, мобильный телефон, рабочий телефон, - с сарказмом проговорила женщина в трубку. – И, если ты не помнишь, пятница – рабочий день, меня в рабочие дни нет дома. Потому я и не могла ответить на твои звонки. - О, прости, милая, - запричитала добродушно старушка. – Я все номера записываю в телефонную книжку твоего отца, а он забрал ее с собой перед тем, как уехать. Изабелла нахмурилась. - Куда он уехал, мама? – спросила с каплей беспокойства она. - По делам в Йорк, деточка, - ответила мать. – О, Изи, я как раз по этому поводу и звоню. Твой отец приезжает завтра утренним поездом в Лондон на вокзал «Кингс Кросс». Может заберешь его и приедешь к нам? Заодно и проведешь с нами праздники, что скажешь? Лицо мадам озарилось радостью. Внезапно появились планы на все свободные дни. - Конечно, да, буду рада приехать, - заговорила она. – И, мам, ничего, если со мной будет гость? - И кто этот гость? – протянула с ярким намеком миссис Хьюз. - Не ухажер, мама, - смиренно прикрыла глаза Изабелла. – Студент, стажируется и живет у меня. - О, студент, ты не рассказывала, что у тебя кто-то остается, - забавно протянула та, и демон кашлянул в кулак, подавив хихиканье. – Да, конечно, пусть приезжает. Найдем и для него место под нашей стареющей вместе с нами крышей. Будет интересно узнать поближе молодого человека, который таки умудрился ужиться с твоим грозным, несносным характером. - Мам… - вздохнула Изабелла. - Я пошутила, дорогая, - посмеялась добродушно старушка. – Что ж, завтра в 7 твой отец приедет, ладно? А потом дома поговорим. - Конечно, мы позвоним, когда заберем его, - мадам хлопнула по своей голой коленке и с паузой немного сентиментально поджала губы, опустив глаза. – Рада, что ты позвонила, мама. Увидимся. - Чао, милая, до завтра! Изабелла поставила трубку на прилагающую к ней «базу» на столике, с громким вздохом откинулась на спинку дивана и скрестила бледные ноги на кофейном столике. Этот такой немного нахальный, хозяйский, беспечный жест… Ну, в определенном контексте, даже немного соблазняющий… Но это не тот случай. Мадам перевела ленивый взгляд на лицо подопечного, который смотрел спокойно точно в ее лицо. От объяснений она не сбежит. Да и неприлично было бы с ее стороны. - Небольшой экскурс в жизнь стариков Хьюз, - воскликнула мадам, сплетя свои пальцы и накрыв ими свой живот. – Мои родители живут в двух часах от Лондона в южную сторону, они фермеры, у них своя маленькая фазенда. Ну, там, деревья, огород, цветочный сад. Сам все увидишь. Мои родители уже далеко не молодые люди, им обоим скоро будет 70. Но они на удивление очень бодрые. В остальном – они самые настоящие старые англичане, так что насчет общего языка – не беспокойся. - Честно сказать, я в некотором воодушевлении, - после некоторого молчания признался Себастьян. – Очень любопытно будет узнать Ваших родителей. - Все пытаешься узнать меня получше, неугомонный ты студентишка? - с задорной улыбкой сощурилась та. - Не без этого, - уклончиво ответил демон, весело хмыкнув. - Ладно, отделался на сегодня, любопытный мальчишка, - весело прошипела Изабелла, ущипнув мужчину за щеку. Она медленно поднялась с места. – Собери свои вещи на три дня, не забудь и про теплые вещи, там все почти как в твою любимую Викторианскую эпоху. Бери и фотоаппарат, книги можешь не брать с собой, они сами тебе много чего расскажут. И я тебя тоже постараюсь развлечь. Завтра в 6 выезжаем, будь готов. *** - От живого студента не отличить, - восхищенно протянула госпожа, глядя на подопечного, выходившего из своей комнаты. Себастьян с мягкой улыбкой остановился перед женщиной, сжимая одной рукой лямку небольшого рюкзака, который висел на одном его плече. Мадам хлопнула по его плечу. - Хорошая вещь, тебе подходит, - улыбнулась она, указав на рюкзак. – Все поместилось? - Все, о чем Вы просили, госпожа, - кивнул вежливо демон. – У Вас много вещей? - Нет, только эта дорожная сумка, - Изабелла указала на действительно небольшую сумку в прихожей, на ее плече висела ее плечевая сумка. – Так, если ничего не забыли, можно и выдвигаться. До вокзала они доехали в точно назначенное время и остались стоять в огромном зале для ожидания. Вскоре среди толпы приезжих мадам разглядела своего родителя и энергично помахала, чтобы привлечь его внимание. Пока он медленно шел в их сторону, демон смог без проблем его рассмотреть. Это был высокий плотный старик лет под 70, но все еще державшийся стойко и уверенно. Но это было отчасти благодаря темной дорожной трости с Т-образным набалдашником, на который мужчина опирался при каждом шаге. В руке он держал лишь кожаный портфель с вещами. Одет он был просто, тепло, на нем были серые штаны, клетчатая шерстяная жилетка поверх рубашки и легкая куртка. Из-под плоской черной кепки торчали седые волосы. Карие глаза ярко выделялись на бледном лице, испещренном множеством морщинок. В его взгляде была искренняя радость и неисчерпаемая доброта, он уже заведомо приподнял в стороны руки, готовый принять свою дочь в объятия. Завидев отца, Изабелла на секунду задержала дыхание. Оно вздрогнуло, будто она была готова прослезиться. Раскрыв рот и широко улыбнувшись, женщина с детской радостью подбежала к отцу и крепко обняла его обеими руками. - Так давно не видел тебя, милая, - со старческой хрипотцой проговорил мистер Хьюз, роняя портфель из рук и обнимая освободившейся рукой дочь. Он пошатнулся, но она не дала ему упасть крепкими объятиями. – Похорошела даже. - Не шути так, отец, я старею, пересчитываю морщинки, - посмеялась мадам, отстраняясь и гладя старика по широкой чуть сгорбленной спине. – Ты устал? Давай, мы запарковались прямо у входа. И, о, позволь, я тебе представлю студента, он проживает у меня. Себастьян, который тем временем вежливо поднял в руки весомый портфель с вещами господина Хьюза, стоял рядом, готовый быть представленным мужчине. - Себастьян Микаэлис, рад встрече с вами, сэр, - ровно проговорил с улыбкой молодой человек, пожимая руку старика. - Взаимно, молодой человек, я Митчелл Хьюз, - кивнул, почти поклонился старик с широкой дружелюбной улыбкой. – Зови меня просто Митчелл, сынок. Давно у Изабеллы в окопах? - Папа, какие еще окопы? – шутливо возмутилась женщина, протягивая руку отцу для поддержки. Они двинулись к выходу, весело посмеявшись. - Почти три месяца, сэр, - учтиво ответил Себастьян. Изабелла осторожно посадила отца на переднее сиденье, а сама заняла водительское место. Демон сел в салоне вместе с портфелем старика. Машина двинулась, и на первом светофоре мадам позвонила матери, чтобы сообщить о приезде старика. Тот расспрашивал молодого человека о стандартных вещах: сколько лет, где учится, кем работает у Изабеллы, нравится ли ему эта работа. Потом он стал говорить с дочерью, как у нее дела, рассказал ей об урожайности в этом году, что нового происходило за прошедшие месяцы. - А зачем тебе надо было ездить в Йорк? – спросила мадам, когда они уже выезжали из Лондона по широкому шоссе. - Надо было сестру навестить, обычный долг старшего брата, - ответил старик, коротко откашлявшись. - Что ты кашляешь? – обеспокоенно спросила Изабелла. - Да как обычно, по осени, - пожал плечами старик с обыденной хрипотцой в голосе. – А, может табак у твоего старика тоже постарел с годами. - Я и сама удивляюсь, как ты можешь столько курить свою трубку, - на секунду нахмурилась женщина. – Это же вредно. - В могилу не сведет, деточка, мой отец, твой дед, прожил до 90 лет, хотя и курил много раз на дню. - Помню, Царство ему Небесное… - негромко пробормотала мадам. - Старик Эйвери как всегда, любит иногда и о тебе вспоминать, - сменил тему господин Хьюз, устало вздохнув и откинув голову на подголовник автомобильного кресла. - Язвит старый черт? – недобро бросила Изабелла. – Ненавижу этого старикашку. Как и его сына. - Семья Эйвери с нашей не в ладах, хоть и живут недалеко от нас, - коротко объяснил старик, на секунду обернувшись к молчавшему студенту сзади. – Не помню, с чего это началось, но вот уже Изабелла как третьим поколением с ними в неприятелях. Сын старика Эйвери как-то пытался построить отношения с моей дочкой, но Изабелла его нехило отшила. Так и закрепилась эта вражда. - Повторить здесь историю Ромео и Джульетты было бы слишком смешно, - фыркнула мадам, поставив локоть на раму водительского окна. – Мужчина он слишком самолюбивый, ни гроша за душой. И вообще, о чем мы говорим? Коротко отсмеявшись, все трое погрузились в тишину, занятые своими мыслями. Вскоре господин Хьюз погрузился в дрему, а демон и его госпожа не решались нарушать тишину лишними разговорами, потому до места назначения они доехали уже молча. Местность уже ничем не напоминала загруженный Лондон: поля и справа, и слева. Кое-где показывались деревья, на фоне светло-серого, по-английски пасмурного неба они выглядели скверно. Лишь изредка в этом пейзаже можно было различить маленькие домишки и фермы. Вскоре седан свернул с главной дороги, оказавшись посреди открытого поля. Проехав лес и пару холмов, они стали приближаться к двухэтажному кирпичному дому. На почтовом ящике у низкого забора за несколько метров можно было прочесть: «Ферма Хьюз». Рядом с этим дружелюбным на вид домом стояло еще одно кирпичное строение, напоминавшее мельницу без лопастей. Между ними виднелись грядки и рассады, вокруг строений было множество посаженных цветов, которые уже завяли к осени. - А вот и Сесилия, - воскликнул проснувшийся старик, указывая на парадную лестницу перед входной дверью. – Всегда знает, когда подъезжает Изабелла. Мадам свернула уже и с дороги на небольшую грунтовую площадку на территории, принадлежащей ферме. Рядом стоял фермерский красный пикап, так идеально вписывающийся в атмосферу жизни четы Хьюз. Выйдя из машины, господин Хьюз подошел к жене и бессловесно обнял ее, нежно целуя в лоб. Себастьян вышел из машины одновременно с госпожой, Изабелла осталась стоять на месте, хлопнув рукой по крыше машины. Демон услышал собачье гавканье возле седана и еле вздрогнул. К ним подбежала большая собака породы золотой ретривер, которая уже выражала все свое гостеприимное дружелюбие. Мадам радостно погладила собаку, пока та вставала на задние лапы, передними опираясь на тело женщины. - Привет, Бринкли, как же я скучала по тебе, - радостно проговорила Изабелла, присаживаясь на коленки и позволяя собаке вылизать свое лицо. – Давай, иди гулять, потом еще пообщаемся. Ретривер послушно отошел от хозяйки и подошел к высокому незнакомцу, начав нюхать его штанины. Себастьян лишь смиренно вздохнул. Пес закрыл пасть, посмотрев своими большими глазами на незнакомца, после чего взбежал по лестнице вслед за своим старым хозяином. - Изабелла! – радостно воскликнула госпожа Хьюз, подходя к самой машине, чтобы обнять дочь. – Ну, ты посмотри на себя, так похорошела, родная! - Вы с папой большие юмористы, мама, - посмеялась скромно женщина, поцеловав мать в щечку. – Давай, не стоит стоять на ветру, холодно. Все они вошли в дом, тихий Себастьян все так же молча занес все вещи в дом и опустил их на деревянный пол посреди прихожей. Старушка сразу же пожелала познакомиться с ним. Сама она была постаревшей копией своей дочери: высокая, стройная, седые волосы убраны в такую же строгую «ракушку», как и у Изабеллы. Морщинистые руки и лицо, чуть впалые добрые карие глаза. Одета она была в домашнее платье с нейтральным узором под 70-ые, поверх платья был черный теплый кардиган. Даже в одежде чем-то походила на госпожу демона. Завидев такую забавную схожесть, Изабелла незаметно распустила свои волосы, немного неряшливо встряхнув их рукой. - А ты, я так понимаю, студент, проживаешь у Изабеллы? – старушка дружелюбно улыбнулась, протягивая тонкую руку. - Себастьян Микаэлис, - с поклоном ответил демон, некрепко пожимая протянутую руку. - Какое интересное имя, редкое, - заметила госпожа Хьюз, сгибая к себе руку и тронув расслабленными пальцами свой подбородок. – И сам собой такой симпатичный. Что ж, Себастьян, чувствуй себя, как дома, рада, что погостишь у нас. Пока располагайтесь, моя Изабелла покажет тебе дом, я подготовила для вас комнаты. Потом спускайтесь к обеду. *** Дом оказался небольшой, но весьма уютный, обставленный с умом, по-деревенски. Были четыре спальни, это объяснялось тем, что у супругов Хьюз на лето иногда приезжают студенты из заграницы, они принимают исключительно подростков из Азии, которые приезжают на летние курсы английского языка в ближайшей школе. В этом доме тоже была особая гостиная с камином, телевизором, диваном и креслом, которое, очевидно, принадлежало традиционно хозяину дома. Видимо, большие гостиные – особая традиция семьи… Бегло расположившись каждый в своих комнатах, все спустились к обеду на кухне-столовой. Негромко играло радио с легкой старой музыкой кантри, все идеально подходило царившей атмосфере. За столом расположились просто: с одной стороны – мужчины, женщины – на другой, подобно оппозиции. Изабелла лишь один раз странно покосилась в сторону своего подопечного, когда тот, вооружившись ножом и вилкой, стал не спеша поглощать еду с тарелки, подобно всем за столом. - А как живет Большой Роб? – поинтересовалась госпожа Хьюз. – Как его семья? - Отлично, жена здорова, дети подрастают, - ответила спокойно Изабелла, не отрывая глаз от своей тарелки. Она подняла глаза на сидевшего напротив Себастьяна. – Мама имеет в виду нашего Роберта Норлена, что в отделе. - А, - кивнул демон, проглотив кусочек печеной картошки. - Они с Изабеллой знают друг друга всю жизнь, - улыбнулась Сесилия. – Но дальше чем «самый лучший друг на свете» он не смог продвинуться. Завел семью и все. Хотя жаль, очень милый парень. Упустил мою дочку. - Мама, - попыталась приостановить маму женщина, нетерпеливо тихо фыркнув. – Это его право жить так, как он захочет. А его жена, между прочим, очень хорошая женщина. - Ну, не может быть лучше тебя, верно? – пожала плечами старушка, намекая на то, что она безоговорочно права. - Дорогая, он не заслуживает порицания, - учтиво вмешался ее супруг, вытерев губы тканевой салфеткой. - А сейчас у тебя нет поклонника, милая? – поинтересовалась старушка у дочери. – Что-то я давно ничего не слышала о твоей личной жизни. Уже несколько лет. - Все потому что никого и нет, мама, - со вздохом ответила женщина, нарезая кусок ветчины. – Ни-ко-го. - Но так же нельзя, - изогнула страдальчески брови Сесилия, повернув голову к соседке. – Кто-то же должен быть все равно. - Ну, - пожала плечами Изабелла, беря в руки стакан с водой и поднеся его к губам. – Не обязательно. Отношения для меня как лишние проблемы. Постарайся смириться с тем, что я замужем за своей работой. - Вот послушай меня, сынок, - резко обратилась старушка к сидящему по диагонали молодому человеку. – Посмотри на Изабеллу. И никогда не принимай ее убеждения. Это чистый вздор! Мы с Митчем счастливо живем вместе почти 50 лет, и я не представляю своей жизни без Изабеллы. А эта упрямая девчушка может жить совсем одна. Уму непостижимо! - Мама… - немного неловко пробормотала Изабелла, пытаясь приостановить поток слов матери. - Повторяю, сынок, никогда не принимай ее убеждения, - с улыбкой продолжала свои наставления госпожа Хьюз. – Никогда! Иначе твоя жизнь станет пустой и серой, как и у нее. В будущем обязательно женись, заведи детей, никогда не смотри на Изабеллу и не ставь ее себе в пример! - Спасибо за обед, мама, было вкусно, - проговорила спокойно женщина, отодвигаясь со стулом и вставая с места. Она воспитанно отнесла опустевшую тарелку к раковине. – Оставьте посуду, я потом помою. Не оборачиваясь, Изабелла застегнула молнию своего теплого балахона и потуже завязала шарф. Свистнув псу, который лежал в смежной к столовой гостиной, она вместе с питомцем вышла через заднюю дверь в сад. Оставшиеся присутствующие молча проводили ее взглядом. - Дорогая, не стоило, - учтиво сказал своей жене господин Хьюз, продолжив трапезу. Сесилия повернула голову к молодому человеку. Тот приостановил прием пищи и теперь смотрел в окно столовой, следя за своей госпожой. - Просто я не могу этого понять, я всего лишь хочу, чтобы она была счастлива, - запричитала старушка, отложив приборы и, как копия Изабеллы, точно так же взяла в руку стакан с чистой водой. – Я уже не помню, когда в последний раз моя дочь была бы в кого-нибудь влюблена. - Ты же знаешь, она не любит говорить на эту тему, - немного укоризненно, но сдержанно, проговорил старик. – Нам следует принять ее убеждения. Возможно, для нее счастье в другом. Например, в ее работе. Себастьян еще некоторое время смотрел в спину удалявшейся женщины за окном, после чего решил все же закончить трапезу. Он продолжил молча есть с предложенной тарелки. Заговорившая вновь старушка привлекла его внимание. - А ведь она в детстве говорила, что романы должны напоминать жизнь, но не наоборот, - немного печально погрузилась она в воспоминания. – Но ведь в романах всегда упоминается любовь, привязанность. А у моей девочки нет ничего подобного. Себастьян, ты не знаешь, есть ли у нее ухажер, или нет? - Я при мадам почти постоянно, госпожа Хьюз, - вежливо ответил демон. – И я могу с уверенностью сказать, что она не имеет ни с кем романтических отношений. - Я не знаю, что творится в ее голове, - вздохнула обреченно старушка, коснувшись салфеткой губ, после чего откинулась на спинку кресла. – Она живет в таком жестоком мире… - Она блестяще выполняет свою работу, госпожа Хьюз, - решил словесно защитить свою госпожу демон, закончив с трапезой и отложив приборы. – Ее сотрудники, и я, уважаем и высоко ценим ее, как и ее коллеги из Скотленд Ярда. Сесилия обреченно покачала головой, иронично хмыкнув. - Времена меняются, наши убеждения становятся старомодными… - вздохнула старушка. Себастьян в ответ лишь опустил глаза и приложил салфетку к губам. Он был вынужден согласиться. С веками убеждения и приоритеты людей радикально изменились… *** После ужина Изабелла решила «одолжить» своего подопечного у своих разговорчивых родителей. Схватив его за запястье, она вытащила его из дому, направившись прямиком к кирпичному зданию посреди холма. - Эта старая мельница была моим убежищем, когда я была подростком, - сказала женщина, перекрикивая ветер. – Я там почти жила. Хочу просто показать тебе. Здание было небольшое, состояло из двух этажей. На второй и главный уровень они забрались по деревянной лестнице. Помещение было округлым, как и в подобных ветряных мельницах. Здесь в углу с одной стороны было сложено сено, другую часть занимал стол с ящиками со стулом и небольшой комод. Даже небольшая печка. По-видимому, мадам действительно любила проводить здесь время. - Ты уж прости моих родителей, они крайне разговорчивы, как начнут, не смогут остановиться, - высказалась Изабелла, подходя к печке и начав возиться внутри дабы соорудить шалашик из хвороста. – А моя личная жизнь, точнее, ее отсутствие, - извечная тема для разговора. - Они волнуются за Вас, мадам, - поделился своим мнением Себастьян. – Хотят, чтобы Вы были счастливы. Женщине не удалось найти спички, но они и не пригодились. Демон снял перчатку и остановился подле хозяйки. Поднеся руку к сооруженному шалашику из веток, мужчина прикрыл загоревшиеся демоническим огнем глаза, и в печке зажглось пламя. Выпрямившись, Себастьян встретился глазами с госпожой, та только иронично хмыкнула. - Я счастлива, - пожала плечами она, оборачиваясь к разложенному сену и садясь на него, расслабляясь. – Честно, счастлива. - Ну, а… - демон подошел к хозяйке и сел рядом с ней. – В жизни же у Вас были отношения? Не поверю, если нет. - Конечно, были, - весело фыркнула Изабелла, ложась на спину, подложив одну руку под голову. – Только не сказать, что я была когда-нибудь серьезно влюблена. Только влюбленность, увлечения, навязанные чертовыми гормонами, но не более того. - Расскажете? – спросил Себастьян, поворачиваясь телом к собеседнице и сев поудобнее. - Хммм… - мечтательно протянула женщина, глядя в потолок. – В школьные годы я влюбилась в мальчика, игравшего на гитаре. Я играла на барабанах, так мы и познакомились. Но это было очень скомкано, я и сама все помню смутно… - Что Вы имеете под словом «все»? – недоверчиво спросил демон, увидев, как какая-то неловкость промелькнула во взгляде госпожи, как и в ее голосе. Изабелла смерила его недовольным взглядом. Возможно, он ее и раскусил. По ее взгляду, полному некого стыда, мужчина понял все. - Пойми, мне было 16, гормоны в этом возрасте бьют через край. А у меня это произошло с этим парнем, а с ним все поцелуи, ласки, шепот проходили незаметно, я уже и не помню, ни чего он мне там нашептывал, ни его поцелуев, ни этой дурацкой возни посреди ночи тайком, - с неким отвращением поморщилась женщина. – Я сейчас не помню, как он выглядел, даже имя умудрилась забыть, представляешь? Последовала пауза. Было понятно, что хоть это и было давно, мадам было немного неприятно это вспоминать. - Как и последующие «ухажеры», он канул в бездну прошлого, я уже никаких имен не помню, - Изабелла хлопнула ладонью по деревянному полу и сжала соломинки в ладони. – Все эти «увлечения», как и самые последние, были лишь способом удовлетворить свои низшие потребности, более ничего. Кажется, я не способна совсем любить. Себастьян поджал губы. Нечасто можно встретить смертного человека, который так пренебрежительно относился бы к таким понятиям как любовь или привязанность. Как-никак, любовь является чуть ли не составляющей жизни человека, и отвергать возможность почувствовать что-то возвышенное… Вздор. - Я не могу поверить, госпожа, Ваши слова не могут быть правдой, - заговорил полушепотом демон после некоторого молчания. Изабелла устроила голову так, чтобы она смотрела точно собеседнику в лицо. Она хотела услышать мнение подопечного. - Любовь может быть разная, сомневаюсь, что Вы не испытывали ее ни разу, - заговорил уверенно молодой человек. – Видно ведь со стороны, как вы любите своих родителей, сотрудников, коллег. Как Викторию нежно обнимали. В конце концов, как заботитесь Вы обо мне. Это все ведь проявление чувств, хоть и ко всем по-разному. Поверьте мне, я знаю, что говорю, госпожа. Женщина немного устало прикрыла глаза. Сложно было сказать, была ли она согласна, или нет. Обычно такие высказывания люди стараются обходить стороной, внутренне соглашаясь или опровергая. Но никто никогда не знает истину. Только если этот человек не занимает все мысли у другого. Пожалуй, отчасти так оно и было для Себастьяна. Отчасти. - Себастьян, ты продолжаешь звать меня «Госпожа» или «Мадам», - немного внезапно сменила тему Изабелла, открывая глаза. Что ж, он был прав, людям не нравится говорить на откровенные темы. - А Вам не нравится, что я к Вам так обращаюсь? – неловко улыбнулся демон, прижав ладонь к своей груди. - Просто… Чувствую себя старой, или, как минимум, какой-нибудь высокопоставленной леди, - посмеялась тихо та. - А как стоило бы? – учтиво улыбнулся мужчина. - Ну, ты мог бы обращаться ко мне просто «Изабелла», «Изи», «мадам», в принципе, терпимо, - пожала плечами женщина, задумчиво улыбаясь. – «Мамой», в конце концов. Но, на самом деле, как хочешь, как тебе удобнее. Морщинка прорезала лицо мадам, Себастьян знал именно эту морщинку. Это когда госпожа почти не ведала о том, что она говорила, мысленно находясь где-то далеко. Возможно, она просто хотела избежать темы о личной жизни. Но вот просьба звать ее «Мамой» прочно закрепилась в его сознании. «А говорили, что не способны любить… Кажется, что сами не понимаете, что говорите, госпожа…» - покачал головой демон. - Стоит вернуться, мадам, - сказал молодой человек, поднимаясь на ноги и отряхивая руками свои штаны от соломинок. Он протянул руку даме. – Не хотите чаю? Я заварю для Вас и Ваших родителей, если позволите.