they need each other

Ездить в Лондон почти каждую неделю было для тебя утомительно. Сейчас ты в очередной раз увидишься с Алфи и не сказать, что всё было плохо. Мужчина не заставлял тебя чувствовать себя как-то не так. Он проявлял максимальную заботу, терпение и заинтересованность в тебе. И всё это принималось тобою, как его хорошие манеры, не как его симпатия лично к тебе. Сейчас ты проходишь в кабинет Соломонса и видишь его снова за бумагами. Он поднимает голову на пару секунд, видя, тебя. Олли даже не зашёл в кабинет, просто указал на него и ушёл. Парень определённо был занят чем-то более важным, а ты была не против того, что он поступает немного не так, как должен был бы. — Мне стоит назначать встречи на чуть позже... Ты точная, как часы, — произносит Алфи. — С каких пор женщины не опаздывают? Ты расплылась в улыбке и закрыла дверь на замок, проходишь к столу мужчины и внимательно смотришь на него, немного лукаво улыбаясь. — Ты можешь закончить, чуть позже?.. — интересуешься у Соломонса и усаживаешься на стол, рядом с его документами. Ты кладёшь ногу на ногу, из-за чего пальто перестаёт прикрывать твои ноги и теперь края твоих чёрных чулков с подтяжками видны Алфи. Мужчина внимательно разглядывает тебя снизу вверх, откинувшись назад на спинку стула. Ему нравилась твоя внешность и нравилось твоё тело. Он удивлён тому, что Томми не был так ревнив, как стоило бы. Алфи чувствует в твоём действие подвох, но мозг рядом с тобой работает всегда хуже. Его ладонь ложится на твоё колено, когда он чуть отталкивается от спинки стула, он ведёт руку вверх, а ты, с немного коварной улыбкой, следишь за действиями мужчины. — Чтоб меня, Т/И, ты явно не так проста, как кажешься, — произносит Соломонс, убрав руку от твоей кожи, он машет пальцем и смотрит на тебя как-то немного с печалью. Ты так и не поняла, почему это было в его взгляде. В этот момент в голове Алфи крутилась мысль о том, что ты придумываешь свою незамысловатую игру, устанавливаешь сейчас свои правила и никому не расскажешь о том, что теперь ты главная. Теперь твои правила, о которых ты никому не скажешь, основные. Соломонс с ужасом понимает, что отчасти боится тебя. Хотя потому, что он знает, ничего не говорит о том, что ты являешься опасной. Ты по его мнению не убивала, не участвовала в делах Шелби и не была замечена в каких-то подозрительных делах. Ему не стоит напрягаться, когда ты рядом. Для Алфи ты привлекательная, умная и слегка загадочная. Но с чего бы ему сейчас чувствовать от тебя опасность? Потому что ты одна из Шелби? Или потому что стала неизвестным способом миссис Шелби? А может, потому что никто до конца не знает, как ты появилась в Бирмингеме? В любом случае, Соломонс не собирается думать над этим сейчас. Он поднимается со своего места и сокращает расстояние между вами. Алфи раздвигает твои ноги, а затем схватив тебя за бёдра пододвигает к себе, как можно ближе. Он чувствует от тебя другой запах духов, тоже приятный, но всё равно иной. — Ты поменяла духи? — слышишь ты и чувствуешь тёплую, мужскую ладонь с левой стороны своей шеи. Соломонс наклоняется к твоим волосам, вдыхает твой запах, с другой стороны, а ты чувствуешь его обжигающее дыхание на коже. Он сейчас как никогда напоминал медведя, что насторожен и аккуратен, перед тем, как накинуться. — Не совсем... просто крем с другим маслами, — говоришь ты, слегка нахмурившись. Ты даже не думаешь о том, что стала пахнуть иначе, когда твой супруг перестал прикасаться к тебе, больше его мужской запах не цеплялся за тебя. — А что? — Ничего, — кидает Соломонс, пока развязывает пояс на твоё пальто, а затем хватается за твоё шёлковое бельё и тянет вниз, а ты чуть отклоняешься назад и сводишь ноги, поднимая их, чтобы было удобнее снимать шёлковое бельё. Алфи не медлит, как раньше. И ты не протестуешь. Сама заводишься от такой резкости и спешки. В кабинете опущены жалюзи, хотя и не все, но вас не должно быть видно. О том тонкие ли здесь стены, ты не знала, поэтому стараешься быть тихой. Но твои поскуливания всё равно слышны Соломонсу. Когда ты расправляешься с его брюками и пару раз дотрагиваешься до плоти мужчины, то уже через пару секунд, он достаточно грубо и быстро, входит в тебя и выходит. Не давая тебе привыкнуть. Его пальцы выпиваются в твои полноватые, огрузлые бёдра, сжимают их с такой силой, что завтра ты увидишь следы от хватки Соломонса. Как ты будешь объяснять это Томасу? Никак. Ты больше чем уверена, что он либо не заметит, либо ты не предстанешь перед ним в таком виде, когда можно заметить это. В любом случае, тебя это не особо волнует. Ты сжимаешь плечи Алфи, а твоё тело достаточно быстро пронзает приятная и тягучая дрожь, скапливающаяся внизу живота. Ты закусываешь губу чуть ли не до боли. Соломонс расслабляет хватку, а сам дышит глубже, смотря в твои затуманенные от похоти глаза. — Я надеюсь, ты не в таком виде ехала в Лондон? — интересуется он, застёгивая брюки. — Нет, я же не умалишённая, — говоришь ты. — Могу я спросить, что тебя сподвигло на такой жест? — Алфи усаживается на свой стул. — Такие жесты слишком подозрительны, Т/И. Подозрительные жесты женщины... никогда ни к чему хорошему не приводят. Да? Хотелось бы услышать, как ты додумалась до подобного. Ты выдаёшь смешок. Берёшь часть своего нижнего белья со стола Алфи, и надеваешь то, что было снято. — Просто сделала. Тебе не понравилось? — спокойно интересуешься ты. — Просто сделала она. Ты потом хотела уехать обратно? Или хочешь сделать что-то другое в Лондоне? — мужчина отвечает вопросом на вопрос, что ты моментально подмечаешь. Ты смотришь на Алфи немного с непониманием. Он ждёт от тебя какого-то ответа, явно ваши мысли не соответствуют мыслям друг друга. Но до тебя никак не дойдёт, что именно он имеет ввиду. — Я просто сделала это, Алфи. И я была уверена, что только что произошедшим я не отделаюсь, к тому же, я оставила у тебя в квартире свою сумку с одеждой, поэтому... к тебе, мне в любом случае, придётся заехать. Мужчина потирает бороду, изучающе смотря на тебя. — Всё больше удивляешь меня... — произносит Соломонс. Он хочет ещё что-то сказать, но его прерывает стук в дверь. Алфи что-то бормочет на иврите и поднимается со своего места, пока ты следишь за ним. У тебя в голове лишь крутится мысль о том, что ты в какой-то степени поступила неправильно, Томас ведь не об этом просил. Но и ты не соглашалась быть его лучшей лошадкой для езды, которую сдают в аренду. Ты никого не ревновала Тома. Грейс была мимолётным увлечением Шелби, что было построено на лжи. Лиззи просто проститутка. А больше никого и не было, никто больше не попадал в его настолько близкое окружение. Остальных ты не видела, да, тебе и не нужно было. Ты никогда не сомневалась в преданности Томми. Однако сейчас сомневаешься в своей преданности Шелби, и его семье. Они немало сделали для тебя, но когда наступила твоя очередь, то ты начала "бить копытом". — Подожди здесь, — слышишь голос Алфи, который выводит тебя из раздумий. — Не вылезай и застегни это пальто. — Я к тебе приехала в таком виде, а не к твоим людям, — говоришь ты, а затем провожаешь мужчину взглядом. Ты спрыгиваешь со стола, усаживаешься на место Соломонса и быстро осматриваешь бумаги. Ты роешься в ящике, находишь пистолет и две бутылки рома, несколько квитанций, парочка незамысловатых договоров, на имущество и налоги, которые обычные люди платят Соломонсу. Ты быстро всё просматриваешь, надеясь найти что-то полезное. Как только ты слышишь знакомый мужской голос, который говорит на иврите, ещё и достаточно громко, то ты подрываешься с места, обходишь стол и садишься на стул. Алфи явно злой и разгневанный, заходит в свой кабинет и закрывает дверь с оглушающим звуком, ты удивлена, что стёкла не вылетели. Он бубнит ругательства уже на английском. — Мне долго придётся тебя ждать? Я не против сидеть здесь с тобой, у тебя тепло и пахнет свежим хлебом, мне просто интересно, как долго, — произносишь ты, надеясь, что это отвлечёт мужчину. — Долго ли?.. Мне придётся задержаться здесь на дольше, чем я думал. Ишмиль отвезёт тебя ко мне, — произносит Соломонс. — Можешь там заняться, чем тебе вздумается, не сожги только квартиру и не пускай моего пса на кровать. Алфи только недавно представил тебя своему псу. В первую встречу собаки не было, потому что Соломонс отвёз его к своей сестре. Мужчина был уверен, что собак ты боишься. Он не хотел тебя пугать или заставлять чувствовать тебя неуютно. Но ты сказала, что тебе нравятся собаки, и вот, Алфи уже наблюдает милую картину того, как ты играешь с его псом. — Как скажешь, — ты слабо улыбнулась, почему-то серьёзный и злой вид Соломонса заставлял тебя умиляться.