На расстоянии касания

Баки озадаченно проводил взглядом Стива. Тот вспомнил о каких-то срочных делах, вылетая из столовой чуть ли не бегом. Дать оценку подобному поведению Баки не смог, только пожал плечами на вопросительный взгляд Брока. — Ему почти всегда некогда, — озвучил Баки, когда Стив скрылся из виду и услышать их точно не мог, каким бы суперслухом не обладал. — В Башне так же почти не пересекаемся. Я и не навязываюсь, не хочет — не надо. — Я от Роджерса ожидал другого поведения в твой адрес, — Брок чуть нахмурился, одновременно чуть дернув рукой, пытаясь переложить эмоции в слова. — А тут Капитан Америка во всей красе. От этой плакатной улыбки хочется закатить глаза — это же надо так держать лицо и самого себя. Любой агент позавидует. — Если Стив этого хочет, он сделает, — пояснил Баки. — Возможно, не стоило его звать, раз сам не желает общаться, но…я не знаю, как объяснить, увидел, окликнул. Эта привычка укоренилась настолько глубоко, что от памяти не зависит. — Не оправдывайся, — Брок не выглядел удивленным или встревоженным. — В том, что ты хочешь общаться теснее с близким человеком ничего плохого нет, что бы этот недоученный мозгоправ ни твердил. Ну а стена оттолкнет любого, даже самого преданного. Хочет Роджерс разбрасываться союзниками и друзьями — его право. И маниакальная страсть к одиночеству, — не удержался Брок от некоторого ехидства. Он прекрасно видел, что Капитан не стремился сближаться с теми же Мстителями, предпочитая держаться в стороне. — Если бы просто «близкими друзьями», — Баки нахмурился, пытаясь решить для себя — поделиться или нет? Все-таки эти воспоминания были особенными, важными, хрупкими и возможно, внедренными Гидрой. И от этого что-то внутри болезненно ныло — Баки упорно отрицал, что его сознание ловко проглотило «наживку» и додумало то, чего в принципе в их время быть не могло. — Хотя они могут являться лишь ложными воспоминаниями, — вздохнул он, понимая, что на попятную после такого заявления идти уже нельзя. Хотелось поговорить об этом хоть с кем-то, достойным доверия — но Тони почти наверняка начнет шутить, Наташа посоветует слушать специалистов, а с остальными Мстителями Баки не настолько близко сошелся, чтобы доверять им сокровенное. Вот, оставался еще Брок. Баки ловил себя на том, что рядом с ним ему было комфортно — не грызли сомнения, было или нет, отсутствовал страх ошибиться и сделать что-то такое, что доставит дискомфорт. С Броком было надежно, появилась забытая было уверенность, что он все еще мог вызывать заинтересованные взгляды. Поначалу Баки отмахивался, решил, что сам себе додумывал, но уже сейчас понимал — не ошибся. Брок в нем все-таки заинтересован. Ну а для того, чтобы строить новые отношения, надо обсудить свои хвосты и непростой багаж. Баки сомневался в себе, а Стив не делал ничего, чтобы дать понять — было что-то или он себе надумал интересные детали, не решившись признаться по-настоящему. — Об этом предлагаю поговорить у меня дома, — Брок нарушил повисшее было молчание. Они уже заканчивали обед, после которого командиру предстояло заняться рутинной работой — проверкой наличия необходимого для группы, провести списание уничтоженных боеприпасов, оформить заказы на нужды отряда и прочие бумажные дела. Баки же собирался потренироваться со «Страйк» — разумеется, учитывая их несколько разные уровни физических возможностей. Бойцы Брока были в хорошей форме, много чего могли, но до суперсолдата все-таки не дотягивали. Баки кивнул, показывая, что понял и полностью согласен. Все-таки ЩИТ — шпионская организация, ушей в нем — более чем достаточно. Разговаривать о личном все-таки следовало за пределами этих стен. А у Баки было что сказать. Он слишком многого не понимал, контактируя со Стивом. То ли виной всему были обнуления, то ли Роджерс предпочел измениться настолько, что Баки понятия не имел, на какой кривой козе к нему подъехать. Странно, конечно, но именно такое чувство и возникало каждый раз, стоило им где-нибудь встретиться. Баки изо всех сил пытался придумать тему для разговора, смотрел в глаза Стиву и видел там только абсолютно глухую стену. Сталкиваться с этим было неприятно. «И ведь напрямую он никогда не скажет, что общаться со мной для него мучительно», — уныло констатировал Баки не самый-то приятный для себя факт. Он видел, как Стив порой замирал, словно одергивал себя. Да и во взгляде проскальзывало непонятное сожаление, тоска и что-то еще, чему бывший Зимний солдат так и не смог дать определение. Их со Стивом интервью стало, по сути, своеобразным тестом. И Баки прекрасно понял, что они его провалили. Стив отвечал коротко, односложно, сухо, переводил разговор на другую тему и заметно старался опередить его с ответом, чтобы Баки не ляпнул ничего лишнего. И он почти с первого вопроса заметно уходил в оборону. Баки наблюдал, но не спешил вмешиваться, прекрасно понимая, что Стиву это не нужно. Ему же все чаще снились поцелуи украдкой, неумелые ласки наедине в палатке, а то и в лесу, подальше от лагеря и горящие, восторженные глаза Стива. Просыпаясь, Баки с трудом принимал реальность — он находился в одинокой постели, а Стив старался не приближаться лишний раз. Баки понимал, что мог настолько измениться, что Стиву было неприятно с ним находиться. В конце концов, он мог просто влюбиться в другого человека, в этом ничего невозможного не было. Но поведение Стива при этом было таким, что Баки начал сомневаться в собственной памяти. Было или не было? Придумало воображение? Стив всегда был важным человеком в жизни Баки, в этом все дело? И в лоб спросить было невозможно, только слепой бы не заметил, как старательно Стив держал дистанцию. С Броком можно было поговорить в том числе и на эту тему. Держать в себе Баки устал, а психолог, которому он озвучил лишь часть воспоминаний, пытался разобраться — настоящие ли это воспоминания, или Гидра постаралась и здесь? Сам психолог явно склонялся к второму варианту, а вот Баки в этом не был так уж уверен, но не озвучивал это врачу, предпочитая разбираться самостоятельно. Он и сам не понимал, почему, но доверять лишний раз неизвестному человеку с дипломом не хотелось. Психолог старательно выполнял свою работу, Баки ему не мешал, но и не особо помогал — были вещи, которые обговаривать хотел только со Стивом. Ну или вот, с Броком. Ему Баки доверял с самого момента знакомства, что самого сильно удивило — после Гидры новоявленный Мститель не склонен был к безоглядной вере в людей. Возможно такое доверие возникло из-за конкретного интереса к Броку. Баки понимал, что нельзя всю жизнь опираться только на сомнительные воспоминания. Если Стив не собирался помогать, он самостоятельно справится со строительством личной жизни. Некоторые современные веяния его вводили в ступор. «Личное пространство должно быть у каждого. Не давите, пусть человек переживает свою боль в одиночестве». «Достаточно выразительного взгляда, чтобы дать понять, что человек вам симпатичен. Если он не ответил, переключайтесь на другого, цените свое время», — этот пункт, вычитанный Баки в Сети его поражал больше предыдущего. Он всегда думал, что о чувствах надо говорить, «выразительный взгляд» был крайне сомнительным выражением, которое понималось по-разному. Это было только два пункта в множестве других — Баки читал всего несколько книг по психологии и умудрился в них запутаться, ловя противоречия в советах. Каждый автор старался приложить все усилия, чтобы его мнение считалось непреложным и его советом следовали, не особенно-то вдумываясь, подходят они конкретному человеку или нет. В мире стрессов, возможно, роль психолога повысилась, но далеко не все люди могли открыться чужому. Баки сделал этот вывод, читая очередную книгу, в которой как раз данные специалисты жаловались на «невыносимые условия работы». И свое поведение он выстроил как раз следуя собственному внутреннему правилу — открываться не до конца, давать врачу небольшой участок работы и разбирать именно его, а не все сразу. Баки дожидался Брока у выхода из штаба, не собираясь увиливать или прятаться как-либо. Пусть шепчутся агенты, если других сплетен нет. Стив тоже так и не появился, похоже, отчетность и какие-то свои дела захватили его с головой. Баки невесело хмыкнул. Как он ни старался, но Стив, кажется, навсегда поселился в его голове. Он принял этот факт как должное, с горечью, впрочем, отмечая — их отношения, кажется, себя изжили. Стоило вспомнить поведение Стива на интервью — напряженный, подобравшийся, словно перед атакой, настороженный взгляд, направленный на ведущую многих комментаторов удивил. Баки наблюдал за ним все это время, но так не смог объяснить хотя бы для себя, с чем это все было связано. А поговорить они так и не собрались — Стиву было не нужно, Баки снова не стал настаивать. Со стороны можно решить, что они два абсолютно чужих друг другу человека. Впервые за долгое время Баки захотелось курить. Именно в этот момент появился Брок, избавив Баки от мыслей стрельнуть у кого-нибудь сигарету. Они двинулись в сторону квартиры Брока пешком, им было что обсудить без возможных ушей, которых в штабе более чем достаточно. *** Стив вернулся в Башню, порядком разбитым. Разговор с психологом вымотал его сильнее, чем он думал. Думать о том, чем Баки занимался с Рамлоу, не было желания — по пути Стив купил успокоительное и снотворное в ближайшей аптеке, чтобы в очередной раз не смотреть в потолок. Тренировки групп прошли мимо. Стив присутствовал, но ничего не запомнил из того, что демонстрировали агенты. Физически соответствовали — это все, что ему было нужно знать. — Добрый вечер, мистер Роджерс, — голос искина привычно уже заставил вздрогнуть. Стив тяжело привыкал к Джарвису и до конца так и не смог это сделать. — Добрый вечер, Джарвис, — откликнулся он, отмечая, как медленно включался свет, освещая комнату. Взгляд не цеплялся ни за что — Стив давно привык к этому. Тяжелая атмосфера давила на плечи — он не чувствовал себя дома. Неправильно, но ничего с собой поделать Стив не мог. Пройдя к себе, Стив убрал в ящик купленные лекарства. Снотворное работало даже на него, хотя и приходилось пить больше, чем рекомендовала инструкция. Стиву было нечего бояться, сыворотка работала на совесть. Стив побрел в душ, прекрасно зная, что остаток вечера ему предстояло провести в одиночестве. Можно было бы, наверное, выбраться в город, но никакого желания это делать у него не было. Он сам выбрал одиночество. Стив бросил на себя короткий взгляд и криво усмехнулся. «Капитан Америка» в действии — равнодушный взгляд, плотно сжатые губы и ничего не выражающая маска на лице. Между бровями залегла привычная складка — таким Стив был на всех официальных фотографиях. Прочитать, что он думал, мог разве что телепат, а их в кругу общения Стива не наблюдалось. «Хорошо или плохо? Так, как есть», — Стив невесело усмехнулся. Он даже улыбаться разучился, губы тянулись в подобии улыбки, но получалось, мягко говоря, не очень — лицо все больше напоминало маску. Встряхнув головой, Стив решительно шагнул под струи горячей воды. Он понимал, что от лишних мыслей не избавиться так просто, но постарается отвлечься хотя бы ненадолго. Утром не станет легче. Стив поймал себя на том, что все его дни, за исключением тех, что он проводит на заданиях, проходят как под копирку. Пробежка, завтрак, штаб ЩИТ, где в основном приходится разбираться с документацией, обед, вежливые разговоры ни о чем с командирами групп, потом кабинет, работа, возвращение в Башню, ужин. Даже на киносеансы с Мстителями Стив перестал ходить — внутри все скручивалось морским узлом при виде общения Баки с командой. Он не имел права его ревновать, но усмирить внутренний вулкан оказалось не так легко, как ему казалось. Стив фыркнул от попавшей в нос воды. О чем он вообще думал? Что Баки останется в одиночестве? Это даже не смешно — нынешнее время предполагало куда больше возможностей, чем было у них. Стиву бы радоваться, что Баки жив и успешно реабилитировался, а он вместо этого хандрит о несбыточном. Стив вздохнул, снова фыркнул и решил, что пора заканчивать водные процедуры. Перед сном можно пролистать официальный сайт Мстителей, если найдутся силы — кому-то ответить. Вести социальные сети Стив отказался наотрез, заявив, что если захочет, то зарегистрируется на твиттере или фейсбуке самостоятельно. Но заглядывать на официальный сайт нехотя согласился только потому, что он не требовал внимания к себе каждые пару минут. Стив сам слышал, как часто пищал телефон у Тони, прежде чем он возвращал беззвучный режим. Такого безумия для себя он не хотел. Тем не менее, чем-то занять себя стоило. Привычно влезая в пижаму, Стив выпил несколько таблеток снотворного, после чего потянулся к телефону. Браться за ноутбук не хотелось, а ссылку на сайт Старк ему, кажется, установил и сюда. Стив смог найти его лишь спустя несколько минут. Открыть труда не составило и брови сразу же взлетели к волосам от количества сообщений. «Видимо, реакция на интервью», — Стив вздохнул, посмотрев на цифру. Ему на все точно не ответить, даже если бы он этим занимался круглые сутки. Но прочитать что-то он был точно в состоянии. Капитан, ты редкий ханжа. Я и раньше тебя не очень, но сейчас ты пал ниже плинтуса. Тебе рассказали, что на вопросы надо отвечать, а не юлить, как уж на сковородке? Стив невесело усмехнулся, листая дальше. Он не удивился столь явному недовольству, но по-другому вести себя не мог. Если бы заподозрили, что они с Баки были ближе, чем об этом говорила официальная история, это могло бы навредить восстановлению Баки. Стив на это не мог пойти, как бы сильно не хотел. Кэп, тебе не кажется, что ты всех обломал? Так ответить на вопросы, ничего, по сути, не сказав — да ты даже Тони Старка обошел на сто очков. Не хочешь в политику податься? Они так же качественно врут, как ты на шоу. Стив невесело усмехнулся. Вот и что можно было на такое ответить? В политику он, разумеется, не собирался, у него дел хватало и в ЩИТ. Но его обвиняли во лжи, он был слишком неубедителен. Надо бы взять это все на заметку. Стив продолжал листать обсуждения. Он и предположить не мог, насколько интервью взбудоражило людей, далеко не всегда американцев. Несколько раз ему встречались сообщения на других языках, перевести которые Стив оказался не в состоянии. «Не идти же к Баки за переводом. Да и не факт, что он находится на этаже», — Стив до боли закусил губу, в красках представляя, чем могли быть заняты Брок с Баки. Он прекрасно видел взгляды, бросаемые ими друг на друга. А в современном мире на свидания времени практически не тратили. Стив заставил себя перевести взгляд на экран. Зачем вообще этого консерватора притащили на телевидение? Что он мог сказать? Только «нет», «не знаю», «вас это не касается?» Какая скука. Его друг, несмотря на всю историю, выглядел интереснее. Но ему уделили непростительно мало времени. Где справедливость? У меня ощущение, что Кэп проспорил что-то Тони Старку. Сидел с видом, словно палку проглотил. А видели его фирменный взгляд — «капитан не одобряет выдуманные вами безобразия?» Ведущая профессионал, я бы сбежал оттуда! А то с недавнего времени, непонятно, на что способны супергерои. Капитан, скажите честно, зачем вам это? Ваше время ушло, оставьте щит более молодому и идите копайте грядки. В наш просвещенный век однополая любовь не считается грехом и, о ужас, представляете, за нее не сажают в тюрьму, как бы вам этого не хотелось. Прочитав последнее сообщение, Стив не удержался от горькой усмешки. Знал бы автор, как сильно он мечтал об этом, но не имел права. У него остался долг, ради которого он обязан жить. Столько, сколько отмерит судьба. Вздохнув, Стив отложил телефон, устраиваясь в кровати. Снотворное начинало действовать.