На расстоянии касания

Всю дорогу до квартиры Брока они разговаривали о мелочах. Баки постоянно отвлекался на высотки, рассматривая стройные, летящие ввысь силуэты из металла и один архитектор знал из чего еще. Яркие рекламные щиты были на каждом шагу, сверкая и переливаясь. Реклама была двигателем прогресса, уже не мальчишка с звонким голосом предлагал купить свежий выпуск газеты, за него это делали яркие картинки. Не то чтобы Баки был первый раз на улице, но все-таки он не успел до конца привыкнуть к всей этой суете. Машины создавали пробки, магазинов, кафе и прочего было столько, что только успевай смотреть. Обыватели спешили по своим делам, у каждого второго в ушах были наушники. — Привыкнешь, — заметил Брок, касаясь плеча Баки чтобы свернуть в нужном направлении. — Я постоянно сравниваю, — вздохнув, признался тот. — Понимаю, что не стоит, времена и условия жизни — совсем другие, но вот само получается. Раньше на улицах подростки чистили ботинки и продавали тираж с газетой, чтобы заработать монетку-другую. Нынче все это ушло в прошлое, интернет и дешевые вещи позволяют куда больше. Вряд ли кто-нибудь чинит свою обувь, если можно купить другую. — Думаю, есть категория людей, которые продолжают этим заниматься. Доходы все еще различаются, — Брок несколько спустил Баки с небес на землю. — Поменялись только кварталы, да и то не так уж сильно. Твой Бруклин все еще не считается образцом респектабельности. — Хоть на этом спасибо. Манхеттен в Бруклине — этого еще и не хватало, — Баки смешно округлил глаза. На свое детство он никогда не жаловался, хотя ему довелось взрослеть в весьма непростое время. Посмеиваясь, Брок проследовал к себе. Баки уже доводилось у него бывать, но все-таки сейчас было волнительнее. Тогда с ними были Джек и Тони, сейчас — они вдвоем, да еще и разговор предстоял по очень интимной теме. Баки не знал, получится ли у него обсудить с Броком свои сомнения, но он надеялся, что да, иначе зачем было навязываться к тому в гости. Баки не удивился, когда Брок, каким-то жестом фокусника, достал переносной глушитель. Профессиональная паранойя была налицо. — Соседям не повредит, телефонная связь и интернет никуда не денутся, — пояснил он, поймав взгляд Баки. — А у нас состоится приватный разговор. Учитывая нашу организацию, это необходимая мера предосторожности. Баки не думал спорить. ЩИТ — шпионская организация, там информация ценится превыше всего. И поставить прослушку у своих же агентов там явно не считается чем-то зазорным. Наверняка, поставили бы жучки и в Башне, но у Тони, к счастью, на этот счет имеется свое мнение. Пришлось немного повозиться с чаем и легким перекусом. Разговор обещал быть не самым легким, так что Баки был рад возможности отправлять в рот бутерброд, печенья, кексы или конфеты. — Не сочти, что я тебя перепутал с мозгоправом, — Баки нашел в себе силы завязать, наконец, разговор. — С ним откровенничать не хочу, на все сомнения — «возможно, ваши воспоминания вам заложены Гидрой», — Баки аж голос сменил, цитируя психолога и привычно поморщившись. Он не мог ему доверять до конца, сам не зная, почему. Сердце не лежало? Не привык? Причин с ходу можно было назвать много. — И не думал даже, — Брок внимательно слушал. — Наши психологи годятся только для того, чтобы подписать бумагу «годен к службе», проигнорировав любую проблему. Кому по-настоящему нужна помощь, ходят в совсем другие места. Например, в центр Уилсона, но не об этом речь. Ты хотел поговорить о Роджерсе? — Вернее, о наших с ним отношениях, — Баки рассматривал чай и старательно не поднимал глаз на собеседника, так было легче. — Периодически всплывают в голове картинки весьма горячего содержания. Вижу сны, — Баки тяжело вздохнул, понимая, что его рассказ выглядел как сухой отчет. Но на что-то большее он сейчас оказался не способен. — Стив там не был таким, как сейчас, — глухо добавил он. Глаза Стива сверкали, как звезды, каждый раз когда он тянулся к Баки, чтобы урвать поцелуй. Он не стеснялся обнимать его, вжимать в себя, лихорадочно шептал сентиментальные глупости, которые Баки сейчас даже не решился озвучить. Они вынуждены были прятаться из-за тогдашних правил, но Баки чувствовал себя желанным, любимым и нужным. Мог ли он это себе придумать? Как определить реальность, не спрашивая у второго участника событий — было или не было? Психолог еще этот, постоянно говорящий о «вложенных воспоминаниях». Тут поневоле засомневаешься. И Баки сейчас не верил самому себе до конца. — То есть на войне у вас все-таки что-то было? — Брок не выглядел удивленным или возмущенным, он меланхолично жевал бутерброд, давая время собеседнику сформулировать свои мысли. — Я бы и сам очень хотел бы это понять, — напряженно признался Баки, отправляя в рот конфету. — Пока не могу. Может, такого Стива я выдумал, а он был с Картер и интересовался только ей? Не знаю. Поговорить с ним не получится в ближайшее время, сам видел, как он сегодня предпочел ретироваться, цепляясь за более-менее подходящий для этого повод, — в голосе Баки мелькнула боль. Он и не думал ее скрывать — Стив все еще был для него самым важным человеком и подобное отторжение принимать было тяжело. Баки не был наивным мечтателем, он прекрасно понимал, что их со Стивом отдалила друг от друга история. Пока легенда и гордость нации лежал во льдах, Баки под именем Зимнего Солдата убивал по приказу и считался лучшим в своем незаконном ремесле. Да, они смогли встретиться, но каково было честному и правильному Стиву смотреть на того, на ком столько крови? Неудивительно, что он предпочел тактику игнорирования и избегания, надеясь, что Баки все поймет правильно. — Непросто, — Брок отпил глоток чая, внимательно глядя на собеседника. — Что намерен делать? — Жить дальше, — Баки заставил себя посмотреть в глаза Броку. — Я не могу взять Стива в охапку, прижать к стене и начать допрос. Во-первых, он все равно выкрутится, во-вторых — меня неправильно поймут. А разговаривать с Мстителями по поводу отношений со Стивом…я не хочу это афишировать. Тем более, что слишком много «если», «возможно» и «вероятно». Баки умолк, постучав пальцами живой руки по столу. Его угнетала неопределенность. Если у них со Стивом были отношения, то это значит, что они остались в прошлом? Как пытаться строить что-то другое, если прошлое не давало покоя? — И не говори, — Брок внимательно слушал. — Это только твое личное и тебе решать, что с ним делать. — Все дело в том, что ты мне симпатичен. Но я не могу начинать проявлять знаки внимания, не разобравшись с прошлым, — Баки поднял голову и посмотрел Броку в глаза. — Сейчас, кажется, принято говорить прямо? И однополые отношения уже никого не смущают. Это раньше нас со Стивом упрятали бы в психушку, — в голосе Баки прозвучала грусть. Времена различались, к этому он успел привыкнуть. И сравнивать настоящее с прошлым было, как минимум, некорректным. Но не получалось до конца отпустить — память только восстанавливалась, подкидывая ему все новые и новые картинки о безвозвратно ушедшем. Эмоционально приходилось тяжело, но Баки справлялся. Может, не слишком успешно, но он пытался. Для начала — говорить то, что чувствовал. — Мы никуда не спешим, — Баки едва не вздохнул с облегчением, когда увидел теплоту в глазах Брока. — С симпатии все и начинается, Баки. Новоявленный Мститель сделал глоток порядком остывшего чая. Брок определенно умел что-то творить с голосом, поскольку у него по спине пробежали мурашки от короткого «Баки». До этого Стив вызывал такие сильные эмоции — Баки хотелось сравняться с ним, вновь иметь возможность обнимать и ловить теплоту в голубых глазах. Вместо этого он с упорством долбился о невидимую стену, получал вежливую отстраненную улыбку и с трудом подбирал тему для нейтрального разговора. Не об этом мечтал Баки, проходя реабилитацию и постепенно возвращая себе кусочки памяти, собирая их в единое целое, словно пазл из сотен тысяч деталей. — Постараюсь не слишком шокировать тебя своей старомодностью, — откликнулся Баки, позволяя себе улыбнуться. Даже дышать стало легче после разговора. — Люблю ретро, — тут же откликнулся Брок. От еды ничего не осталось. Баки, улыбаясь, грозился в следующий раз прийти с пакетом самого разного. Брок фыркал, заявив, что придется выкидывать большую часть подношений — командировки-то никто не отменял. И вообще, готовить лучше всего из свежих продуктов. Разговор о Стиве оба посчитали законченным. Из кухни перебрались в гостиную, к телевизору — Брок предложил посмотреть какой-нибудь старый фильм, Баки не отказался. Остаток вечера пролетел незаметно, а ночевал Баки на диване, умудрившись разместиться с комфортом. Утром они разошлись — Баки отправился в Башню, проверить, не потеряли ли его случайно, а Брока ждали дела в ЩИТ. *** Стив проснулся разбитым, словно и не отдыхал ночью. Голова не болела благодаря сыворотке, но утомление никуда не делось. Вспомнились прочитанные записи на сайте. «Устаревший Капитан Америка», — Стив горько усмехнулся, с силой потер лицо, после чего поднялся и направился в душ. В это время он обычно был на пробежке, но сейчас не было никакого желания нарезать круги по парку. Стив посмотрел на себя в зеркало и вздохнул. На лице не отражалось ничего, типичный национальный символ, а вот глаза выдавали с головой. Тусклые, потухшие, они, кажется, даже цвет сменили — выцвели до блекло-голубого. Эмоциональное состояние было налицо. «Хорошо, что никто ко мне не присматривается, никому я особенно не нужен», — мысль кольнула сердце острой иглой. Усилием воли Стив отогнал ее — не было смысла прокручивать в голове очевидное и возможное. Приведя себя в порядок, Стив побрел на кухню — выходить для завтрака на общий этаж ему не хотелось. Хлопья с молоком готовились быстро и никаких усилий для этого не прикладывались. Стив включил чайник, доставая растворимый кофе — кофемашиной он предпочитал не пользоваться, хотя прекрасно понимал, что для Башни Тони это пустяковые траты. Вздохнув, он расположился за столом, принявшись завтракать в полной тишине. — Мистер Роджерс, мистер Барнс вернулся в Башню, — от голоса Джарвиса Стив дернулся, чудом не опрокинув на себя чашку с горячим кофе. Внутри что-то болезненно сжалось — Стив говорил себе, что Баки — взрослый человек, имеющий право на свои дела, никак не связанные с ним, но старая ревность подняла голову и зашевелилась. В юности Стив жестко осекал себя, сейчас это делать было гораздо сложнее — он догадывался, с кем Баки проводил время и внутри все бунтовало. «Джеймс Барнс — не моя собственность», — напомнил себе Стив, отправляя в рот ложку с хлопьями. Эта мантра хоть немного помогала взять себя в руки. — Хотите пообщаться с мистером Барнсом? — от голоса искина Стив снова вздрогнул. — Могу пригласить его на ваш этаж. — Нет, Джарвис. Мистер Барнс — взрослый, свободный человек, который имеет право проводить свободное время по своему усмотрению, — Стив старался говорить спокойно и отстранено. — Навязывать ему свое общество я не собираюсь. Спасибо за предложение. — Принято, сэр. Если бы у искина могли быть эмоции, Стив бы решил, что тот разочарован или обеспокоен. Но подобного быть не могло, так что он постарался выкинуть это из головы. «Уже искусственный интеллект предлагает пообщаться с Баки», — горько усмехнулся Стив, ковыряясь в тарелке и вяло жуя — аппетит исчез почти сразу с сообщением Джарвиса. -"Можно подумать, что я этого сам не хочу. Но для Баки лучше держаться от меня подальше, не становиться моей тенью. Вот он уже сблизился с Тони и Рамлоу», — уговаривал Стив сам себя, но так сложно было принимать факт того, что мог навредить ненароком самому близкому человеку. Закончив с завтраком, Стив привычно вымыл посуду, не используя посудомойку — ради тарелки и чашки включать ее он не собирался, сам в состоянии справиться с подобной бытовой мелочью. Из Башни Стив выходил, напряженный, словно перед миссией. Он прекрасно понимал, что в любой момент мог столкнуться с Баки и у того могут появиться вопросы. Стив не знал, что и о чем говорить, подозревая, что Баки с легкостью приложит в челюсть за одно «тебе вредно со мной общаться». А с ходу соврать у Стива получалось, мягко говоря, не всегда и выходило, к тому же, ужасно. Чувствовалась явная неестественность. Поэтому-то Стиву и хотелось избежать встречи. В этот раз ему удалось это сделать. Стив понимал, что бесконечно так бегать от Баки не получится, тот сделает определенные выводы и даже от дружбы ничего в итоге не останется…но всерьез боялся сорваться рядом с ним. Баки был для Стива не просто любимым человеком, он был единственным, кто верил в него, даже когда весь мир смотрел с откровенным пренебрежением. «Все это осталось в прошлом», — мысль обожгла Стива осознанием — как раньше не будет никогда. — «А не надумал ли я себе тогда эту близость? Цеплялся за Баки, а хоть раз спросил — надо ли ему?» Настроение стремительно ухудшалось. Так всегда бывало, когда Стив думал о Баки и прокручивал в голове их отношения с учетом установок психолога. Все хорошее исчезало, словно и не было его. А сам Стив сгорал от стыда за свою навязчивость и постоянное нарушение личных границ Баки в прошлом. И тот факт, что он был не против, не успокаивало — Баки мог не знать, как отделаться от Стива, не желал его обижать и в результате выстроились отношения, комфортные только для одного. В штаб Стив вошел мрачнее тучи — губы плотно сжаты, глаза только что не метали молнии. Агенты, оценив ситуацию, предпочли с ним не пересекаться — благо коридоров для этого было более чем достаточно. Только самые смелые проходили мимо и рисковали здороваться, получая в ответ короткое приветствие — Стив злился на себя, а не на них. Он не слишком удивился, когда в кабинете появилась Наташа. Она в силу своего профиля следила за информацией, а слухи о «злом и мрачном Капитане Америка» наверняка уже гуляли по всему штабу. И ведь сколько раз Стив напоминал себе, что эмоции надо оставлять за дверью ЩИТ, все равно у него получалось плохо. — Привет злому герою, — Стив не удивился, услышав такое приветствие. — Что произошло по дороге, что ты умудрился всех так впечатлить? — Не обращай внимания, я всего лишь снова позволил эмоциям, адресованным себе, взять верх, — пожал плечами Стив, добравшийся, наконец, до документации. Это была его самая нелюбимая обязанность, но кому-то надо было этим заниматься. Бюрократия, похоже, была во все времена. Прикосновение ладони к плечу заставило Стива поднять голову. Наташа внимательно смотрела на него, словно впервые видела. — Стив, ты уверен, что тебе не нужен отдых? В дружеской компании, — она явно аккуратно подбирала слова. — ЩИТ не развалится второй раз, если ты, я, Клинт и Барнс возьмем отпуск на неделю и куда-нибудь рванем. Стив так и завис на секунду. В голове мелькнула мысль, что Баки может позвать с собой Рамлоу. Вполне логично. учитывая их общение. Перспектива наблюдать за новыми отношениями бывшего любимого человека не сильно вдохновляла. К тому же, Баки мог предпринять попытку разговора «по душам», чего не стоило допускать. — ЩИТ, может, не развалится, но я пока не готов смотреть мир. Стоит нам приехать куда-нибудь, так обязательно что-нибудь случится, — Стив говорил с искренней верой в свои слова. Обмануть Наташу можно было только так — любой подвох она учуяла бы мгновенно. Но только не когда человек верит в то, что говорит. — Скучный ты, Роджерс, — рассмеялась она, похлопав по плечу. — Если что-то изменится, дай знать. — Обязательно, — Стив в этот раз не кривил душой. Может, когда-нибудь он будет готов отдохнуть в компании друзей, включая Баки, но не сейчас.