Abrazame y nunca me sueltes

Намджун прекрасно знает, что в себе таит ночь. Намджун прекрасно понимает, что скрыто в её темноте. Монстры. Чудовища разных размеров и форм. Их огромные лапы в любой момент готовы размазать тебя по земле. Раздавить об асфальт, оставляя лишь пыль и сломанные кости. Намджун прекрасно помнит легенду о каждом герое, осмелившемся бросить вызов любому беспощадному существу. Судьба героев трагична, Намджуну ли не знать об этом. В легендах скрывают правду: "долго и счастливо" никогда не наступит. Намджун прекрасно знает риски и отдаёт отчёт своим нелогичным действиям, но мастерски это игнорирует. На кончиках пальцев уже застывает грязь. Она кажется ужасно тяжёлой и неподъёмной. Она тянет вниз, а луна над головой лишь смеётся с его жалких попыток встать на ноги. Лужи под ногами активно мешают этому произойти. Он двигает ногами, но, кажется, застрял здесь, как в болоте. Намджун снова падает, ударяясь о что-то твёрдое в мутной воде. Ничего не видно. Глаза уже устали от темноты. Где-то недалеко раздаётся громкий девичий крик, наполненный болью и страхом. Он тонет в ужасном грохоте, лязге металла и в отчаянии намджунового сердца. Кому-то нужна помощь, этот кто-то молит о спасении, а Намджун: герой, полубог, сын Афины — просто сидит среди теней с низко опущенной головой. Какой он герой после этого? Трус. Крик повторяется в его голове намного выше, чем был в реальности. Он ударяет по каждой нервной клетке, пробуждая боль во всём организме. Слабом, измученным ветром организме, но крик не прекращается. Намджун закрывает уши, кричит в пустоту, взывает к матери, но ничего, абсолютно ничего, не помогает. "Тэхён" — снова кричит тот самый голос, и боль прекращается. Просто растворяется в воде под ногами. Намджун растерян. Парень не понимает причин появления у него в сердце этих чувств, но неизвестное имя пробуждает давно забытую смелость, с которой каждый герой ходит рука об руку. Страха больше нет, есть только душераздирающий крик. Тэхён. Намджуну нужно спешить. Тяжести больше нет. Грязь на руках покрывается трещинами и осыпается на землю. Странно, Намджун помнит, что там была лужа. Её пучина продолжает сжимать своими грязными щупальцами его горло, утягивая на дно. Намджун верит легендам лишь тогда, когда сталкивается с её персонажами лицом к лицу. Это опасно, зато сомнения покидают его разум. Благодаря его матери этот самый разум в прямом смысле крушит монстров. Он скептик. Кракен не может существовать в этом мире. Но как же он ошибается. "Тэхён" — кричит уже собственный разум, отгоняя ненужные мысли. Это имя разгоняет темноту внутри, и Намджун, наконец-то, встаёт на ноги. Парень теряется в окружающем его пространстве, потому что не помнит, как оказался среди мрачных домов. Они возвышаются над ним каменной бездушной стеной. В них нет окон, даже дверей нет, чтобы заглянуть туда. Намджуну это и не надо. Он чувствует исходящую отовсюду пустоту. Она буквально везде. Кроме неизвестного парню Тэхёна. Его имя растворяется в саже и пыли вокруг. Они лежат толстым слоем, обволакивают собой, тормозят, но перед глазами появляется ярко-красная нить. Нельзя сравнивать с клубком Ариадны, но Намджун облегчённо выдыхает от этого сравнения. Он заблудился в собственном разуме, он потерялся в страхе перед чудовищами и обязанностями перед Богами. Страхе, о котором мечтает забыть. Обязанности, которые никогда никому не пожелает. На какое-то мгновение, Тэхён спасает его. Выход близко. Глухие удары и лязг металла отрезвляют Намджуна. Они звучат громче с каждым шагом. Они звучат опасно, но это больше не пробуждает тот страх в сердце. Его больше нет. Звуки боя всегда были мелодий его жизни. Два белых внезапно появившиеся пятна застывают прямо перед Намджуном. Будто время останавливается, сыпется прямо сквозь его пальцы, как грязь несколько минут назад. Отсутствие течения времени больно ударяет в голову. Глаза не могут сосредоточиться на фигуре перед ним, мозг не может найти решение этой проблемы. Бесполезно. "Тэхён" — в этот раз зов девочки звучит намного тише, без ноток беспокойства и страха. Лишь нежность и любовь. Намджун не видит обстановки, но, должно быть, этот самый Тэхён смотрит на девочку с таким же обожанием, что проскальзывает в её тихом голосе. Намджун не видит движений, но чувствует касание маленьких рук к своим. Холод детских пальцев кажется таким не естественным, что полубог вздрагивает. — "Обещай, обещай мне, Тэхён, что выживешь." Её голос настолько слабый, что может оборваться в любую минуту. Прямо как её жизнь. Намджун не знает точно, он чувствует. Намджун не видит, потому что картинка перед глазами опять пропала, но, опять же, чувствует. Чувствует дрожь в своих руках, потому что холод девочки распространяется в нём. Захватывает каждую частичку его тела, а глаза. Стеклянные и влажные от слёз глаза девочки, что появляются из темноты, широко раскрыты. Её губы не двигаются. Из раны над бровью идёт кровь. Намджун начинает задыхаться от отсутствия воздуха в лёгких. Он поднимает голову к небу, но видит лишь тяжёлые тучи. Они не кажутся обычными, в них скрыто что-то, но Намджун даже не думает об этом. Где-то слева сверкает молния, но Намджун даже не может взглянуть на неё. Внутри него образуется дыра, появляется боль от потери этой девочки, которую он даже не знает. По щекам текут слёзы. Намджун не в себе в прямом смысле. Он внутри кого-то, кто сейчас очень сильно страдает. Это была дорогая его сердцу девочка. "Тэхён" Тучи не двигаются с места, но в разуме Намджуна становится яснее. Он закрывает глаза. Когда он открывает глаза в следующий раз, чувство тяжести пропадает. Его руки никто не держит, а на небе нет туч. Единственное, что остаётся от кошмара, — это дыра в сердце. Он до сих пор чувствует боль. — Кошмар приснился? — звучит вопрос откуда-то справа, и Намджун смотрит туда. Юнги держит в руках лук и даже не смотрит в ответ. Его голос немного успокаивает полубога, и он только замечает, что дышит слишком часто и тяжело. Кошмары уже давно прочно поселились в мире полубогов. Каждый их них не может по-настоящему насладиться сном. Он становится пыткой. — Да, — отвечает Намджун, восстанавливая дыхание. Он садится ровно, чтобы лучше видеть Юнги, глаза которого скрыты капюшоном. Парень ни разу на него не взглянул. Намджун не хочет больше говорить, но что-то настойчиво заставляет его это сделать. — Как далеко мы от Тэгу? Руки Юнги застывают на некоторое время, и Намджун думает, что внутри него тоже скрывается дыра. Юнги никогда не говорил, откуда он пришёл. Его прошлое прочно скрыто внутри него, но, кажется, прямо сейчас оно вырывается наружу. Рядом с Тэгу. Намджун ещё по его акценту понял, что он родом отсюда. Вопрос стоит в причине, но что-то внутри подсказывает, что он никогда её не узнает. — Несколько километров, — коротко отвечает Юнги, продолжая движения руками. Рядом во сне дрожит Хосок. Наверняка, его тоже мучает кошмар. — Я думал, что ты не любишь крупные города. Намджун не отвечает, потому что это правда. В крупных городах больше людей, больше монстров, больше опасностей. Намджун хотел бы их избегать, хотел бы ненавидеть этот мир, но он лишь боится. Боится смерти людей вокруг. Боится встретиться со смертью сам. После недавнего кошмара он боится ещё больше, а потом вспоминает. "Тэхён" — шёпот девочки снова звучит в его голове. Он вселяет уверенность в навязчивую, но такую глупую мысль. Он обязан найти Тэхёна. "Обещаю," — отвечает внутренний голос Намджуна, и не совсем понятно, что именно парень имеет в виду: выживание или свой личный поиск.