Гермиона Нотт или неуклюжая аристократка?!

***

      Стоял летний воскресный день. Солнце только недавно взошло, но маленькая девчушка с копной чёрных волнистых волос уже открыла глаза. Она посмотрела на часы, а затем на календарь, что висел на стене ее комнаты. Посмотрев на число, она вскрикнула. Сегодня ее день рождения! Ей исполняется 11. Но так как у неё есть брат— близнец, то сегодня праздник не только у неё. Опомнившись, Гермиона вскочила с кровати, умылась, наскоро расчесала свои волосы, запрыгнула в домашние тапочки, вытащила коробку из своего шкафа и побежала вместе с ней в коридор поместья. Влетев в очередной поворот, чуть не врезавшись лицом в какую-то колонну, девочка пришла к серой двери, обрамлённой по краям чёрным мрамором — вход в комнату Теодора. Дёрнув стальную ручку, она тихо вошла и огляделась. "Ничего не поменялось, такой же бардак, надо было слушаться родителей, иначе бы они не запретили эльфам помогать нам убираться", — подумала Гермиона. Комната была в темно-серых тонах, с большим шкафом книг, кроватью с балдахином в тон комнате, тумбочками, тремя комодами и удобным сиденьем для того, чтобы вечером читать книги, не спускаясь на первый этаж — в библиотеку. Отличалась комната от ее собственной только цветовой гаммой и разбросанными вещами. "Которые он не может уже как две недели убрать!" — снова задумалась девочка. Присмотревшись к кровати, она увидела мирно сопевшего Тео. Разбежавшись, она прыгнула прямо на него, отчего тот открыл глаза, ошарашено глядя, на того, кто помешал ему спокойно смотреть его сон. Увидя лицо ее брата, девочка громко рассмеялась. — Гермиона, Мерлин, что случилось? — он покосился на часы, — Зачем ты меня будешь в такую рань? — За тем, что у нас день рождения! — прокричала юная Мисс Нотт брату в ухо. Подпрыгнув на кровати от громкого ора сестры, Теодор решил что ему нужно спихнуть Гермиону с его удобной постельки и продолжить спать. А девчушка запутавшись в одеялах, полетела лицом вниз с кровати, заодно захватив за собой тумбочку со светильником. Раздался громкий шлепок: соприкосновения головы и пола. Тео, не ожидавший такого исхода, быстро встал с кровати и пытался отодрать сестру от пола, приговаривая извинения. От громкого грохота в комнату ввалился Кантанкерус Нотт в бордовом халате и шапочкой для сна. Отлепив от пола глаза, Гермиона покосилась на дверь и снова расхохоталась. Она никогда не видела своего отца в таком виде, да ещё и в меховых тапочках. "А у него оказывается, такие есть", — хмыкнула Миона. — Что происходит? Почему вы не спите? — зевнул Нотт-старший. — Папа, да у нас же день рождения! Я же во все уши тебе вчера прожужжала, как ты мог забыть? — удивленно воскликнула Гермиона. — Вот именно то, что не забыл, — он подхватил Миону с пола и уселся на кровать, подхватывая близь стоящего Тео, — С днём рождения, дорогие мои детишки! Вы — самое дорогое, что у меня есть, не считая Лилианы, но не в этом суть, вам уже 11, а значит в этом году вы поступите в школу волшебников, если будете паиньками, то вам положены подарки. — Ну па-а-ап, — протянули одновременно близнецы. — Ладно, ладно, пойдёмте, там вас хочет поздравить ваша мама. Кантанкерус взял обоих детей на руки и понёс в комнату к своей жене. Как только дверь отворилась, близнецы увидели по середине комнаты широкую кровать с балдахином и вырезанными символами великого рода Нотт, на которой лежала, откинув голову назад, их мама, но она была бледнее обычного с отсутствующим взглядом, который был направлен куда-то на часы, что висели над дверью. — Мамочка, с тобой все хорошо? — увидев свою мать в таком состоянии, обеспокоенно спросила Гермиона. Миссис Нотт перевела взгляд на своего мужа, который нёс детей, и вымученно улыбнулась, но это было больше похоже на гримасу боли. — О, да, детка, все хорошо. С днём рождения, Гермиона! С днём рождения Тео-Тео. Теодор находясь все ещё в полусонном состоянии слез с рук с отца и пошатываясь, подошёл к своей матери. — Мама, если тебе плохо, то обязательно скажи нам. — А ты Теодор, как был защитником, так и остаёшься им. Я уже говорила, со мной все хорошо. Спускайтесь пока в гостиную, там вас ждут подарки. — Точно, подарки! — Гермиона слезла со своего отца, подхватила под руку Тео и устремилась вниз. Как только дети вышли из комнаты родителей, Кантанкерус подошёл к кровати, наклонился к своей жене и крепко обнял. — Я так люблю тебя, Кант. — Я тебя тоже, моя милая Лилиана.

***

— Тео, я тебе тут подарок приготовила. Гермиона протянула своему брату чёрную коробочку, поверх повязанной зеленой атласной лентой. Теодор открыл свой подарок и ему взору представился серо-зелёный шарф, по краям украшенный вышитыми аккуратными стежками змеивидные узоры. — Серьезно, Гермиона? Шарф с цветом факультета слизерина? Ты так уверена, что я попаду именно туда? — хмыкнул мальчик, — в любом случае большое спасибо, крутое кольцо! Я тебе кстати тоже подарок приготовил. Нотт-младший сбегал в свою комнату за подарком и отдал своей сестре небольшую кремовую коробочку. Когда Миона открыта коробку, она невольно ахнула. В подарке лежал серебряный кулон полумесяц, украшенный разнообразными узорами. — О Мерлин, Тео, спасибо большое! — У меня есть точно такой же, но эти подвески не просто кулоны, а средство связи. Если вдруг нас разлучат и кто-нибудь попадёт в неприятности, то можно мысленно связаться с хозяином второго кулона. Так можно передать своё местонахождение, состояние и так далее. Но надеюсь, никогда ничего такого не случится. Гермиона широко улыбнулась своему брату, а тот ответил на ее улыбку и они крепко обнялись. После нескольких минут нежности, они принялись распаковывать свои подарки, что подарили их родители.

***

Когда уже последний подарок был распакован, было уже девять часов утра. Камин их гостиной начал издавать странные звуки шарканья, а потом и вовсе пламя загорелось зелёным, и в комнату вошла Панси. — О, Гермиона, ты уже встала? С днём рождения! — Панси подбежала к своей подружке и крепко ее обняла. А затем протянула ей подарок. — Спасибо, Панси, — Миона открыла коробку и увидела там позолоченный браслет с шармом в виде ангелочка, — Какая милота! — Теодор, тебя тоже с днём рождения! — Паркинсон отдала ему подарок и крепко обняла. — Спасибо, Панси, — от чего-то смутился Тео и слегка покраснел. За тем вошла Дафна вместе с Блейзом и Драко. Видя, как Панси обнимает Теодора, последние переглянулись. — Гермиона, я так рада тебя видеть! С днём рождения! — на последних словах Дафна протянула именинникам подарки. Блейз так же поздравил двоих именинников, похлопал по спине своему другу, крепко обнял Гермиону и поцеловал ее в щеку. Именинница ему улыбнулась и ответила на объятия. Драко же в то время, передавал подарки Тео и что-то ему рассказывал. — Эм-м-м, Гермиона, я тебя тоже поздравляю с днём рождения, держи, — Малфой отдал ей подарок и хотел было пожать руку, но Мисс Нотт дала ему пять и крепко обняла, — Ой, ты же сейчас меня задушишь. — Не отказалась бы, — прыснула Дафна. — Вообще-то, я все слышу, — зло зыркнул Драко.

***

В честь двоих именинников в Нотт-Мэноре устроился званый ужин, где прибыли чистокровные семьи с их детьми. Каждый поздравил Теодора и Гермиону, которым уже этот вечер наскучил. — Тео-Тео, ты видел наших друзей? — По-моему, они сейчас в саду. Отправимся к ним? — Читаешь мои мысли.

***

Когда близнецы вышли в сад поместья и подошли к беседке, где сейчас сидели их друзья, они решили засесть в ближайшие кусты и подслушать разговоры. — Блин, что же они там обсуждают, — запыхавшись, сказала Гермиона. — Тише ты, и так ничего толком не слышно! — проворчал Теодор. — А я видел, когда тебя неожиданно обняла Гермиона, что ты стоял с такими глазами на выкат, как будто они у тебя должны были лопнуть, — засмеялся Блейз, а вместе с ним сидя в кустах прыснула и Гермиона. — Заткнись, сестричка, — проворчал Нотт-младший. — А ты-то чего Гермиону поцеловал? Нравится? — спросил Драко — Э-э, нет, — ответил Блейз. И в этот момент, Гермиона наступила на своё платье, в то, что ее нарядили в честь такого "великого и прекрасного события", как званный ужин, куда приходят одни только сливки общества, и подскользнулась. Она шлепнулась прямо своей задницей на ближайший цветок и громко фыркнула. — Не быть мне конспиратором, — вздохнула Гермиона. — Что вы здесь делаете? — спросила Панси. — Это мероприятие в честь вас же было создано, а вы тут в кустах и грязи валяетесь, — сказала Дафна и подошла вытащить Гермиону с цветка, который она раздавила. — Нам наскучил этот приём, и мы решили поиграть в шпионов, — невозмутимо отозвался Теодор. — Ага, а заодно подслушать наши увлекательные беседы, — продолжил Драко. — С чего вы взяли, вообще-то..., — но договорить ему не дали, в сад ворвался Кантанкерус Нотт и севшим запыхавшимся голос сказал: — Теодор... Миона... Мать... ваша... хуже... срочно... надо, — пытался отдышатся Нотт-старший и махнул рукой на дом. — Чего? — Быстрее, Тео, маме хуже становится! — произнесла Гермиона и дала своему брату подзатыльник. Оставив своих друзей в состоянии шока, близнецы понеслись на всех парах на второй этаж Нотт-Мэнора ко своей матери. Ворвавшись в ее комнату, они увидели цилителя, что пытался влить ей какую-то жидкость из бутылочки, но Миссис Нотт не могла открыть рот, у неё попросту не было сил. Лилиана была бледнее обычного, пальцы у неё заметно тряслись, а грудь изредка поднималась, что означало то, что она еле дышала. Бросив беглый взгляд на своих родственников, она еле заметно улыбнулась и попыталась произнести: — Кхм... Тео, прошу... пообещай мне, что... позаботишься о сестре... не дай использовать ее... против себя, — она посмотрела сыну в глаза своими голубыми стеклянными глазами, — Пообещай... — Я обещаю, мама! — он бросился к краю кровати , схватил свою мать за руку и начал приговаривать, — Мама, ну ты же сильная, мама, ты справишься, не оставляй нас. Мы же тебя все очень любим. И я, и Гермиона, и папа. — Я знаю сынок... Я знаю. Теодор повернул голову ко входу в комнату и там увидел свою сестру, у которой по щекам, градом, лились слезы. Он подошёл к ней и крепко обнял. — Все будет хорошо. Она поправится. По другому быть не может. Гермиона обняла в ответ своего брата и продолжила плакать ему в плечо, при этом намочив его. Друзья, которые остались в беседке в саду, обсудили ситуацию, что творилась в поместье и пришли к общему выводу, что на утро, близнецам потребуется поддержка, даже если ничего не случится. Такая болезнь у близких людей — большой стресс для неокрепшего организма. Близнецы вместе с отцом уснули этой ночью вместе, в комнате родителей, где лежала на отдельной кровати их мама. Теодор до последнего шептал Гермионе слова поддержки, чтобы она перестала плакать. Они так и уснули вместе, в обнимку, каждый зная, что они есть у друг друга. И каждый поддержит другого, в том случае, если что-нибудь случится.

***

На утро Гермиона решила проверить состояние мамы, но взяв ее за руку, она не почувствовала пульс. Проверив ее дыхание, Гермиона обессилено упала на пол и зарыдала. Она коснулась своего кулона и просила Теодора очнутся, потому что произнести ни одно слово — она не могла. Теодор проснулся от голоса Гермионы, что раздавался в его голове и молил проснутся. Осмотрев комнату он увидел, что Гермиона рыдает около кровати матери. Поднявшись, он проделал такие же махинации, что ранее Миона, и присел к своей сестре, мягко обняв. Он уже не сдерживал поток слез, что струились с его глаз. За такое короткое время они поняли, что лучше чем объятия — нет ничего на свете. А так когда-то говорила их мама, но они не слушали ее и сейчас об этом очень сильно пожалели.