Секстинг

      Отрезвляющий гул звонка, сообщил о том, что перемена закончилась. Придя в себя, я поняла, как долго стояла в этом пустующем кабинете, прибитая "солдатиком" к стене, по стойке смирно и явно не дыша, ведь моя грудь в бешеном ритме вздымалась вверх-вниз, в попытках урвать хоть каплю воздуха. Какого черта это вообще со мной происходит? —Черт!– Я громко стукнула кулаком о стену, прежде чем отойти от нее на трясущихся ногах.       Еле дыша, я на миг прикрыла глаза, пытаясь успокоиться. Тяжелыми ладонями зарываясь в волосы, да самыми кончиками ногтей проходясь по всей голове. Я закрыла уши, дабы прислушаться к собственным мыслям и наконец прийти в себя. —Черт...– Еще раз сорвалось с моих губ, но на этот раз неуловимым шепотом.       Сквозняк, просочившийся сквозь противную пустоту этой комнаты, обнял мои плечи, заставляя слегка продрогнуть. Я рвано поправила смятый воротник рубашки, выбившийся из под свитера и поспешила прочь...

***

      Торопливо пробегая по коридору и смотря строго перед собой, я держала путь в уборную, стараясь никому не попасться на глаза в таком виде. Считая шаги до заветной двери, я поспешила ступить за ее порог и направилась к зеркалу, плотно одернув ручку. Омывая разгоряченное, от сотни гневных эмоций, лицо водой из под крана, я чувствовала, как мой пыл, с каждым приливом прохлады, утихает. Мысли упорядочились, а сердце наконец успокоилось, откладывая побег из моей груди до лучших времен. Наконец взглянув в собственное отражение, я спокойно выдохнула и умиротворенно опустила глаза вновь на раковину, как позади послышался звук открывающейся кабинки. —Взволнована?Чем же?–Хорошо знакомый мне голос резанул по ушам своим враждебным тоном. Я обернулась. —Ну конечно... Ватами...– нехотя произнесла я, закатывая глаза,– Кто же еще. —Я думала, ты будешь счастлива,–окинув меня оценивающим и в тоже время презренным взглядом, она продолжила,– Добилась своего? —Я не понимаю, о чем ты...–Соврала я, ведь все прекрасно понимала, но не смогла найти нужных слов, отчаяние девушки ввело меня в ступор, она выглядела еще более разбитой, чем я минуту назад,–Если ты думаешь, что я преследовала какую-либо цель, то ты ошибаешься! —Ну конечно!– Не выдержала Носора, ее тон приобрел иной окрас, боль сменилась злостью,– Он был моим! Пусть и не все было идеально, но... —Ватами!–Перебила ее я, не желая дослушивать этот бред,– Он и сейчас при всем желании твой...Но задумайся уже наконец, нужен ли тебе такой человек? Возможно "не идеально" это слишком мягко звучит? —Ты думаешь, я настолько глупая?–Девушка сорвалась, прикрывая рукой глаза, наполненные солью,– Я все прекрасно знаю, и всегда знала... Мне и этого хватало... —Тогда ты действительно глупая, раз позволяешь с собой так обращаться,– отрезала я.       Она вдруг замолчала, полностью оцепенев, будто борясь с собственными мыслями, так и не понимая, что она сейчас чувствует на самом деле: гнев или обиду. Девушка быстро смахнула слезы рукавом, направляясь к двери. —А ты еще глупее, если думаешь, что с тобой все будет иначе,– она дернула ручку, тихо прошептав напоследок,– И каждая следующая...       Я еще долго не могла оторвать взгляда от дверного проёма, борясь с желанием пойти вслед за ней и утешить, но что я могу ей сказать? Таких, как она, купившихся на его чары, еще половина института. Пусть девицы и делают вид, что давно позабыли обо всем, некоторые уже в новых отношениях, но каждая прекрасно знает, что побежит к нему, пусть только пальчиком поманит, дав еще одну надежду... От данных рассуждений, брови непривычно сильно нахмурились, давя на переносицу. Сердцеед и бессовестный нахал! За неимением собственных чувств позволяет себе играться чужими. Кто-то должен его проучить, дав понять, что фривольность далеко не достоинство. Что безнаказанно ранить других, чтобы позабавить и потешить свое эго у него больше не получится.       В моей голове созрел план, который я поспешила воплотить в жизнь сию же секунду. Вернувшись в коридор я сверилась с настенными часами, чтобы понять, успею ли я к началу тренировки волейбольного клуба. Потуже затянув хвост, я ринулась в сторону спортивного зала, надеясь прибыть к разминке.       Наконец достигнув своей цели и ступив за порог спортивного зала, я в легкой отдышке оперлась о косяк, взбудораженно выискивая Тоору. Наконец встретившись со мной взглядом, шатен издалека подарил мне коварную ухмылку, но лишь на секунду. Далее его взгляд был сосредоточен лишь на мяче перед собой. Эти серьезные янтарные глаза, слегка нахмуренные брови и еле заметно прикушенная нижняя губа. Весь его вид сулил наистрожайшую собранность и дисциплинированность по отношению к тренировке. В миг мои мысли одурманила сия картина, и я даже начала понимать толпу фанаток, прибегающих поглазеть на его игры. Сложно поспорить с тем, что он действительно хорош собой, а такая выраженная сосредоточенность на чем-то самым наглым образом обнажает его дьявольскую сексуальность.       Туман моих грез рассеял внезапный глухой удар меча о стену в паре сантиметров от меня, летящего со скоростью кометы, не иначе. В ту же секунду мое тело онемело, а по спине прошелся леденящий душу холодок. —Эй!Наоми-чан, аккуратнее!–Ойкава приветливо махал мне рукой с другого конца зала расплываясь в панибратской улыбке. Пока ему самому не прилетел подзатыльник. —Хватит красоваться!Иди - извинись перед девушкой!–грозным отцовским тоном заявил Хаджиме.       Парень по-детски надул губы, потирая место удара, что-то высказав в ответ сокоманднику, чего мне уже не удалось услышать. Прежде чем двинуться в мою сторону, Тоору захватил бутылку воды со скамейки и уверенно зашагал ко мне навстречу. Нахальный блеск в его глазах сиял с каждым шагом все ярче, а самодовольная ухмылка самым бесстыдным образом расплывалась на его устах. Он словно готовился к этому раунду, что коим то образом принесет ему победу в нашей "игре". Сглотнув надавленный ком в горле, я слегка потерялась не имея малейшего представления о том, что он скажет, и о том, смогу ли я достойно сострить в ответ. —Жарковато тут...–Внезапно выдает Тоору, вытирая выступившие капельки пота со лба, после чего прильнул к бутылке, делая пару шумных глотков; прежде чем продолжить говорить, он осторожно прошелся языком по верхней губе,–Не находишь? —Возможно,– выдавила я также шумно глотая. —Водички?–Он беззаботно протянул мне бутылку, явно наслаждаясь моим ступором. —Я согласна на твое предложение.–Сухо вымолвила, охотно вытягивая предложенный предмет из его рук. —Еще бы,– по кошачьи протянул он, с интересом наблюдая за моими действиями. —В 8. Дорогу, думаю, знаешь,– сделав пару глотков воды, я вручила бутылку Ойкаве и, развернувшись на месте, медленно зашагала в сторону выхода. —Буду ждать!– Съязвил он мне вслед.

В общежитии.

      После третьего похода в душ, я осознала насколько сильно боюсь сегодняшнего вечера. В очередной раз расчесывая волосы, сидя за туалетным столиком, я отказывалась смотреть на часы, чтобы не признаваться себе в том, что я все же жду его. И на этот раз он не пройдет мимо, он идет именно ко мне... Попытка успокоить себя мыслью о том, что мы уже просыпались вместе в одной кровати и в этом нет ничего страшного, была провальной. Нервно закусив ноготь большого пальца меж зубов, я, уже с пустой головой, смотрела сквозь свое отражение, закинув ногу на ногу.       Два коротких и тихих стука в окно. Я повернулась им навстречу, наблюдая за тем, как Ойкава забирается ко мне в комнату. Он перекинул сумку на кровать, ловко ступая на пол и аккуратно закрывая, подрагивающее от легкого вечернего ветра, окно. —Ну привет, милая, – он рухнул вслед за своей брошенной вещью, сладко потянувшись,– Знаешь, я так устал...       Я непонимающе смотрела на него, наблюдая за каждым, по бесяче, беззаботным действием этого юноши. Он настолько спокоен...Это до невозможности раздражает. А что еще больше выводит из себя, так это осознание того, что вся эта клоунада для него – обычное дело. Так проходит практически каждый его вечер, уж я то знаю. —И что ты предлагаешь?– Отдавая всем богам дань за то, что мой голос не дрогнул, я приземлилась подле него на край кровати,– Теперь я должна тебя как-то расслабить? —Звучит заманчиво,– играючи произнес он самым коварным тоном,– Попробуй, трусишка-Наоми.       Еле заметно я на секунду закусила губу, мешкая, не зная, что теперь делать и как вступить в эту игру. Мой взгляд долго гулял от его карие до мягких губ, расплывшихся в легкой непринужденной улыбке, прежде чем я на что-то решилась. Оперевшись на локтях, я наклонилась к его лицу, позволяя себе на несколько секунд забыть о том, какой он человек, и насладиться столь притягательными чертами. Отрицать его животное обаяние было бессмысленно, но цель, которую я преследовала, издали позволяла мне противостоять ему, хоть это было и,как никогда, трудно, даже мне. Приблизившись к его губам, я поспешила накрыть их своими, сплетая в неуверенный и пока что робкий поцелуй. Он тут же ответил мне, мягко сминая мою нижнюю губу, подаваясь вперед и слегка склоняя голову. Его ладонь легко и чувственно коснулась моей щеки, нежно обрамляя скулу. Я неумело постаралась углубить поцелуй, пройдясь языком по верхней чужой губе. Тоору тут же перехватил мою инициативу и сплел наши языки в мокрый и горячий танец, от чего жар перекочевал в низ моего живота, наполняя тысячами незнакомых ранее эмоций, что завязывались в тугой тянущийся узел, заставляющий желать чего-то большего. Моя рука потянулась к его ширинке, накрывая выпирающий бугор, проходясь по всей его внушающей длине. Узловатым пальцем я поддела замок его брюк, приготовясь открыть молнию, пока его рука грубо не остановила меня. —Что ты делаешь?– Взыскующе спросил он, непонимающе смотря сквозь мои глаза прямо в душу.       В его миндальных бесовских очах плескалось море пугающих чувств. В его тоне читалось едва уловимые осуждение и надменность. Что окончательно меня запутало, повергая в неимоверный стыд, от которого в тот час же зазвенело в ушах. —То, ради чего ты пришел,– так же неуверенно произнесла я в легкой отдышке от прерванного поцелуя,– Разве нет? —Я по-твоему животное, Наоми-чан?– Саркастически произнес он, состроив уже привычную хитрую ухмылку, прежде чем подпереть рукой собственную щеку,– Ты была уверена, что я приду только ради секса? —Разве не этого ты хотел, когда зажал меня в кабинете?– Уже не скрывая недовольства в своем тоне, я укоризненно задала ему этот вопрос. —Нет. Так не интересно.– Он выгнул бровь, под стать чеширскому коту и продолжил,– За этим я мог пойти в любую другую комнату. Я четко назвал то, что хочу, и там не было и слова о том, что пришло в твою бесстыдную голову. —Хватит с меня твоих игр! Я тоже явно дала понять,чего хочу. Чтобы ты отстал от меня!– в наистрожайшем тоне произнесла я, желая покончить уже со всем этим цирком,– Если ты не собираешься этого делать, ни под каким предлогом, то уходи. Рано или поздно даже такому, как ты надоест эта безрассудица... —А что если нет?– с каким-то детским интересом спросил он, не скрывая плотоядности вопроса. —Пошел.Вон. —Так не пойдет, ты уже согласилась,– мирно произнес Тоору, распластавшись на моей постели, как ни в чем не бывало. —Я передумала!–Возмутилась я, скрестив руки на груди,–Мое решение окончательно и ты его слышал. —Хорошо...–задумчиво сказал он, приподнимаясь.       Я самодовольно хмыкнула себе под нос, но все же отвернулась, пряча взгляд, чтобы не наблюдать за тем, как Ойкава уходит. Но если бы все было так просто. Парень схватил меня за руку, мягко потянув на себя, и я буквально рухнула под него на свою холодную постель. Наши глаза нашли друг-друга: в моих читался стыд и страх, в его же азарт и полнейшее бесстыдство. —То есть... Ты хотела, чтобы я трахнул тебя и ушел?–Без всякого смущения прошептал он прямо в губы, намеренно соприкасаясь с моими,– Ай-я-яй... И как тебе не стыдно, Наоми-чан? —Я ничего не хотела, ты меня принуждал,– с немалым трудом вымолвила я, тяжело дыша. —Врешь и не краснеешь,– Ойкава зарылся носом в мою шею, проводя тонкую дрожащую дорожку, опаляя каждый сантиметр кожи своим дыханием, от такой близости я непроизвольно вздрогнула, а парень лишь усмехнулся и продолжил,– Хотя нет...Краснеешь.       Тоору как-то по-доброму закатил глаза, медленно отстраняясь. Легким движением руки, он поправил свои уложенные волосы и прильнул к сумке, что валялась где-то неподалеку с нами. —Чтож, не так я себе это представлял, а ты умеешь удивлять,–язвил он, пытаясь что-то найти в одном из карманов своего рюкзака,– Ну раз такая пьянка пошла, я воспользуюсь своим козырем.       Я в недоумении следила за каждым его движением, слегка приоткрыв рот от удивления. Внимая каждое, сказанное им, слово, но не понимая сути, я внимательно наблюдала за его руками, копошащимися в сумке, строя только догадки о том, что за "козырь" он припрятал, и что сейчас достанет. К моему удивлению, это были лишь две небольших коробочки, одна из которых очень смахивала, на упаковку чая. —Воспользуюсь твоим должком за тест, иначе же ты меня выгонишь,– пояснил он,– У тебя есть чайник?       Я лишь молча кивнула в сторону нужного ему предмета, не понимая в чем, собственно дело, и что происходит.. —Это моти,– он вручил мне вторую коробочку, сам же смиренно, развалистым шагом двинулся к чайнику, – Твой телефон все еще отключен, видимо поэтому я не дождался ответа. Не знаю, какие ты любишь, поэтому взял каждой по одной.       Пока он кипятил воду, я развернула незамысловатую обертку. И вправду сладости... Это все начинает сводить с ума, ведь я совсем не знаю чего ожидать, у меня нет даже слабого контроля над ситуацией, а значит и над собой... —Можем посмотреть что-нибудь,– игриво промурлыкал он, поворачиваясь ко мне с двумя кружками чая в руках,– Только, Наоми-чан, держи свои руки при себе. Если будешь приставать, я буду кричать! —Ойкава Тоору!