Пять объятий

В третий раз, когда Майк обнял Харви, тот впервые ответил на объятия. Отношения между ними стали более натянутыми — конечно, Майк всегда дулся, когда Харви заваливал его работой или отправлял к Луису ради забавы, но в общем его помощник был счастливым беспечным парнем. Тем не менее, ситуация, которая закончилась третьим объятием, была вполне объяснимой для Майка, который в последнее время был весьма подавлен. Прошло несколько месяцев со дня смерти бабушки Майка. Парень по-прежнему отлично выполнял работу, доказывая, что лучше него с ней никто не справится, и все в мире Майка Росса, казалось, было веселым и хорошим. Он смеялся в нужных местах в разговоре и продолжал с пугающей частотой отпускать дурацкие шутки. Но Харви знал Майка, возможно, лучше, чем кто-либо еще. Особенно, с этой, грустной стороны. Он видел, что за показной беззаботностью помощника скрывается правда — Майк все еще переживал смерть бабушки. Это было неудивительно — она была главным и единственным близким ему человеком на протяжении последних пятнадцати лет, а не стало ее каких-то пару месяцев назад. Конечно, ему нужно было время, чтобы оплакать потерю и смириться с ней. Так что, несмотря на ловкие попытки Майка скрыть свое горе, Харви знал, что он не справляется. И даже понятия не имеет, насколько это плохо. Но Спектер также знал, что Майк буквально сжигал себя на работе — допоздна задерживался в офисе, так что не было возможности вернуться домой и лицом к лицу столкнуться с реальностью еще одного одинокого вечера, в котором больше не было звонков или визитов к бабушке. Харви старался не беспокоиться на этот счет, но ничего не мог с собой поделать — они с Майком проводили вместе слишком много времени, поэтому любое изменение в поведении помощника тут же бросалось Харви в глаза. Не говоря уже о том, что Спектер умел читать людей. Так что даже если Харви не мог прочувствовать всю глубину переживаний Майка, он все равно знал о нем слишком много. Например, что настоящий, подлинный смех Майка и его вежливо-сдавленный смех в стиле «вы-такой-важный-клиент-что-любая-ваша-шутка-самое-смешное-что-я-слышал» - абсолютно разные вещи. В чем заключалась разница? А все очень просто — перед тем, как фальшиво рассмеяться, Майк всегда ненадолго задерживал дыхание, словно морально готовясь подлизываться к собеседнику. Харви не припоминал, когда в последний раз Майк смеялся искренне, без этого чертового притворства. И это ему не нравилось. Он хотел, чтобы вернулся прежний Майк, потому что сейчас у Харви в животе возникало леденящее ощущение каждый раз, когда помощник задерживал дыхание перед смехом. И это ощущение было очень похоже на... заботу. По крайней мере, решись он описать это чувство Донне, она назвала бы его именно так. Но он был Харви Спектером, он не проявлял заботу. Даже если бы захотел, что, конечно, невозможно, то все равно бы не знал, как помочь Майку смириться с его горем. Поэтому Харви просто игнорировал его, стараясь нагрузить помощника посильной работой, которая бы оставляла время на еду и сон, а также поддерживала эмоциональную стабильность. Но однажды пришел день, когда Харви больше не мог игнорировать происходящее. Майк притащился в его кабинет поздно утром и передал Харви документы, над которыми работал. Помощник казался странно тихим и подавленным, он отсутствующим взглядом буравил окна, стоя рядом со столом Харви. Играющий фоном джаз добавлял каплю грусти в эту картину. - Я слышал, акустика лучше в той части, - дружелюбно сказал Харви, указывая на угол кабинета. - А в отделе первогодок вообще превосходная. Он кивнул в сторону двери и коридора, надеясь, что помощник поймет намек и удалится. Или хотя бы перестанет стоять с таким жутким видом. Но Майк даже не улыбнулся, до боли сжав руки в кулаки. - Я уйду после обеда, хорошо? - спросил он. - Не знаю. А ты уйдешь? - Харви тянул время, вспоминая, как ненавидел подобные разговоры с учителями. Сейчас же время нужно было ему еще и затем, чтобы оценить эмоциональное состояние Майка и понять, зачем ему выходной. - Ладно, - стиснул зубы Майк. - Можно мне уйти после обеда? - И почему я должен тебя отпускать? - Потому что ко мне придут кабельщики, чтобы... починить кабель. А я не хочу, чтобы они меня обворовали, - было ясно, как божий день, что Майк на ходу сочинил эту отмазку. - У тебя в квартире нет кабельного ТВ, - заметил Харви. - А, ну да, - пробормотал помощник. - Ладно, понимаешь, я подобрал котенка на улице и за ним приедет хозяин. А он может только сегодня после обеда, в другое время вообще никак. - У тебя аллергия на кошек, - Харви понятия не имел, откуда ему это было известно. Впрочем, как и пораженный осведомленностью босса Майк. - Ты поверишь, если я скажу, что завтра в мою квартиру обещали вторгнуться инопланетяне? - с надеждой попробовал он. Харви уставился на него. - Так, что на самом деле случилось? - сцепив руки под подбородком, Спектер старался выглядеть максимально устрашающе. Кажется, это сработало, потому что Майк вдруг сник, очевидно, смирившись с неизбежностью. - Ладно, - он глубоко вздохнул, словно заставляя себя говорить, - мне нужно вывезти вещи из квартиры, которую я купил бабушке. Я отменил аренду пару недель назад, а вчера со мной связался арендодатель и попросил забрать все как можно скорее. Вещей не очень много, ведь она так и не жила там, но кое-что я успел перевезти прежде... прежде, чем это случилось. Так что я должен поехать в квартиру. К концу предложения голос Майка стал совсем тихим и дрожащим. Твою ж мать. Харви не знал, что со всем этим делать. - А... - протянул он. - Хорошо. После обеда можешь уходить, завтра увидимся. Он полагал, что лучший способ оказать Майку поддержку, это дать ему возможность самостоятельно со всем разобраться. Ему это наверняка нужно. - Харви... - удрученно начал Майк, словно ожидая от босса большего. - Спасибо. Он запнулся, будто желая сказать еще что-то, а в глазах затаилась грусть и одиночество. - Без проблем, - авторитетно ответил Харви, чувствуя, как в его зону комфорта предательски вторгаются. Он понятия не имел, что еще может сделать. - Пока, - тоскливо бросил Майк и медленно удалился. Харви десять минут бездумно просматривал документы, которые принес помощник, пока голос Донны лаем не вырвался из интеркома. - Харви Реджинальд Спектер, а ну быстро иди сюда! Ой-ой, кажется, у него проблемы. Но почему? Харви постарался взять себя в руки и, вздохнув, направился к столу Донны. Никто из старших партнеров не позволял своим секретарям командовать собой, как Донна делала со Спектером. Но она была не просто секретарем, а его другом, и он давно понял, что игнорирование ее приказов несло за собой очень неприятные последствия. - Да? - осторожно спросил Харви, остановившись рядом. Донна строго скрестила на груди руки: - Ответь-ка мне на один простой вопрос. Почему Майк уехал из офиса десять минут назад на своем велосипеде, прихватив шлем и рабочие папки? - Все в порядке, Донна, после обеда я его отпустил. Он собирается вывезти вещи из той квартиры, которую купил бабушке перед ее смертью, - успокаивающе ответил Харви. «Донна будет очень гордиться, что я был милым и дал парню отгул», - подумал адвокат. - Это я знаю, - гневно продолжала девушка и Харви недоуменно понял, что она и не думает им гордиться. - Вопрос в том, Харви, почему ты не поехал вместе с ним? - Наверное потому, что он этого не захотел? - защищаясь, ответил Спектер. - Это смешно — ты же знаешь, что я все слышала; разве ты не видел выражение его лица, когда он рассказал, зачем ему нужен отгул? Его глаза практически умоляли тебя присоединиться! Он не хочет быть один, и это прекрасная возможность помочь ему и показать, что он не одинок, несмотря на смерть бабушки. - Донна, мы же мужчины, - поморщился Харви. - Конечно, тебе бы хотелось, чтобы мы с Майком по-дружески пообщались, взялись за руки и спели «О, благодать» на закате, но я абсолютно уверен, что этого не произойдет. Да и что мне ему сказать, если я поеду в квартиру? - Ужасная отмазка, - отрезала Донна. - Ты знаешь Майка лучше, чем кто-либо еще, исключая, может быть, Тревора. Но Тревора не было рядом целую вечность, так что теперь Росс — твоя забота. Плюс я знаю, что ты — как и я - хочешь, чтобы он вернулся к нормальному состоянию и снова был счастливым. Я видела, как ты смотришь в его грустные щенячьи глаза. Харви открыл было рот, чтобы запротестовать, но Донна, повысив голос, не дала ему вставить и слова. - Я абсолютно уверена, что ты придумаешь, что сказать, когда доберешься туда, - лекторским тоном продолжала вещать Донна. - Потому что ты знаешь Майка и знаешь, что ему нужно. Когда это случилось и он переживал шок, ты загрузил его работой, чтобы он все время был занят, пока не справится с этим. Когда такое повторилось на похоронах, вы напились до потери пульса и занимались всякой братской ерундой, чтобы Майк не думал о произошедшем. Когда на него навалилась депрессия, ты стал давать ему меньше работы, чтобы он мог с ней справляться. Поэтому не смей говорить мне, что не знаешь, что делать, когда дело касается Майка! Ему нужна твоя помощь, чтобы справиться с этим, — и прямо сейчас ему нужен не босс или даже старший брат, а просто друг. Харви неловко рассмеялся: - Донна... - Харви. Иди. Быстро! И он пошел. Но не потому, что боялся Донны, которая продолжала недвусмысленно угрожать его любимой части тела, пока он собирался, а потому, что хотел пройтись и размять ноги. И если Харви при этом случайно добрел до жилого комплекса, в котором была квартира бабушки Майка, то пусть. И даже если он случайно постучал в дверь квартиры, которую Майк подбирал для Эдит, просто чтобы спросить дорогу, пускай. *** - Харви? - недоуменно спросил Майк, открывая дверь. Он поспешно вытер глаза рукавом, но было ясно, что он плакал. - Майк, - кивнул Харви, заходя внутрь. Квартира была практически пустой, только у двери стояла пара коробок. - Меня послала Донна. - Ясно, - немного хрипло сказал Майк. - Ну, я тут практически закончил, так что если ты хочешь, чтобы я вернулся на работу... - Нет, я же дал тебе отгул. Думаю, что как-то проживу эти полдня без своего помощника, который вечно сидит у меня в кабинете, распевает песни, гудит или отвлекает разговорами, когда я работаю. - Просто дай мне собрать остаток вещей, - закатил глаза Майк, - а потом можешь помочь отнести их вниз. Консьерж сказал, что присмотрит за коробками, пока я буду ловить такси. На велосипеде у меня вряд ли получится все увезти. Харви кивнул и принялся молча наблюдать, как Майк складывает оставшиеся вещи в коробку. Последней он снял со стены фотографию в рамке и застыл, глядя на нее невидящим взглядом. Со своего места Харви заметил, как Майк изо всех сил стиснул зубы и часто задышал. Когда он повернулся к Харви, тот увидел, что глаза у помощника на мокром месте, и он едва сдерживался, чтобы не заплакать. Желая увидеть, какое фото вызвало такую реакцию, Харви пересек комнату и остановился рядом с помощником. Он аккуратно вытащил из его рук снимок и почувствовал, как тоскливо сжалось сердце, - с фото на него смотрели улыбающиеся Майк и Эдит. Майку было лет тринадцать на вид и он широко улыбался в объектив, высокий и долговязый, каким Харви и представлял себе Майка-подростка. Эдит ласково глядела на внука, ее глаза светились теплом и заботой. - Майк, - тихо сказал Харви. - Твоя бабушка действительно тобой гордилась, ты же знаешь. Я видел ее всего один раз, и то могу утверждать это. И тут Майк сломался. Его тело содрогнулось от сдавленных рыданий, а давно сдерживаемые слезы хлынули по щекам. На мгновение он взял себя в руки, но тут же заплакал снова, когда Харви мягко похлопал его по плечу. Не выдержав, Майк склонился к Харви. В тот момент его не заботило, что он поступает не профессионально, что помощник не должен рыдать на плече у своего босса или что ему не сопутствовала удача, когда он обнимал Харви раньше. Майк просто был так опустошен, так устал быть грустным... Он просто хотел, чтобы его бабушка снова была рядом, черт возьми! - Ты даже представить не можешь, как мне одиноко, - пробормотал Майк куда-то в плечо Харви. И Харви, не способный вслух произнести: «У тебя по-прежнему есть я», вдруг аккуратно обнял Майка в ответ, привлекая ближе к себе. Это движение вызвало у помощника новый приступ рыданий и Харви понял, что невысказанные слова поддержки все же услышаны. Они постояли так пару минут, пока Майк не перестал плакать и смущенно не отстранился. Харви провел помощника к дивану и сел рядом. - Знаешь, - небрежно протянул Спектер так, словно никаких рыданий и в помине не было. - Однажды я разговаривал с твоей бабушкой по телефону, буквально пару недель спустя, как мы с тобой познакомились. Она позвонила в офис после того, как ты ее навестил, и сказала, что ты простудился. А еще потребовала, чтобы я присмотрел за тобой. - Так вот почему ты тогда заставил меня выпить весь Бенадрил за один раз! - рассмеялся Майк, вспомнив, как из-за передозировки лекарства заснул прямо посреди встречи с важным клиентом. Харви нахмурился, тоже вспомнив этот непрофессиональный момент, но скорее для вида, чем по-настоящему. Они проговорили остаток дня. В основном говорил Майк — рассказывал истории о бабушке, о том, каково было жить у нее после смерти родителей. Одни истории были грустными, другие забавными, но Харви все их слушал с интересом. Иногда вставлял какие-то комментарии, не упуская возможность узнать о своем помощнике побольше. В конце концов уставший от эмоций Майк заснул прямо на диване. Харви прикрыл его пледом и, подхватив коробки с вещами, спустился вниз, - завтра он отвезет их к помощнику домой. Харви сдал арендодателю ключи от квартиры и попросил разбудить Майка прежде, чем он уедет на ночь. А то зная Росса, можно было точно сказать, что он не прочь вздремнуть везде, где только можно. По пути домой Харви внезапно понял, что знал, как помочь Майку (главное, не сказать Донне, что она была права!), и его переполнило чувство гордости. Его больше не смущало то, что он все-таки обнял помощника в ответ, ведь это сделало парня хоть немного счастливее. Оказалось, что все, что Майку было нужно, это жилетка, в которую можно выплакаться, и кто-то, кто выслушает его. Игра стоила свеч, потому что когда в последующие дни Росс смеялся, он больше не задерживал дыхание. И Харви знал, что все у Майка будет хорошо.