Приговор

Новый город оказался омерзительно густонаселённым. Группки людей обустроили себе средней прочности убежища и, казалось, в целом привыкли к совместной жизни с зомби. Магазины и аптеки были скорее пусты, а по вечерам из зданий доносился дым и шум реальной и настоящей жизни. Люцифер находил это ироничным и болезненно знакомым. Этот новый город был так похож на их родной город, и люди так похожи на людей с родины… Устраивают пир во время чумы и притворяются, что всё в порядке, ведь что, в конце концов, не жить теперь? Заражённых ходило действительно много, вечно слышался шум от их неповоротливых движений, несколько раз обрушивалось что-то на лестнице — это ловушки местных. Пауки ночевали на верхних этажах, как обычно, и как-то Каллуто просто подошёл, тоскливо взглянул на одно из зданий вдалеке и спросил: — Мы не можем тоже устроить праздник, раз уж мы в таком месте? «В каком месте?» — мог бы спросить Люцифер, но подозревал, что знает ответ: в котором люди могут себе такое позволить. Вместо этого он спросил: — Что нам праздновать? Мальчик пожал плечами и поднял свои огромные глаза с жалостливым выражением. Лицо было спокойно и почти даже строго, но глаза выдавали тоску. Люцифер не знал, почему именно Каллуто тоскует — от Иллуми он был наслышан об образе жизни Золдиков и знал, что они могли легко выносить дурные условия жизни. Люцифер подумал даже, что может спросить Иллуми позже, но не был уверен, будет ли это хорошо для самого Каллуто — всё же Иллуми выглядел заботливым братом только в ограниченных проявлениях, и был жестоким убийцей и хладнокровным человеком — во всех остальных. Сам Иллуми отправился следом за Фейтаном на нижние этажи — разведать обстановку, присмотреть вещи, подсмотреть за местными жителями и, возможно, перенять парочку полезных трюков комфортной жизни вплотную с заражёнными. По какой-то причине в последнее время Иллуми увязался за Фейтаном, но Люцифера это особенно не волновало, пока не стало каким-то масштабным и опасным для всех вокруг конфликтом. Финкс где-то за спиной устало вздохнул, следом вздохнул Нобунага, и Люцифер сжалился. Он потрепал Каллуто по волосам и велел: — Беги и расскажи, что мы устраиваем праздник. Лицо Каллуто не изменилось, но блеснули глаза, он активно кивнул, ловко извернулся, и через пару секунд уже махнул своим веером, привлекая внимание. До чего изысканные движения, Люцифер не смог не задаться вопросом, всех ли детей Золдик учили этим смертоносным танцам с веерами (при спаррингах Иллуми не выдавал ничего подобного, но, возможно, он просто сдерживался). Все без исключения глаза пауков устремились на Люцифера, и он лениво улыбнулся. Сложно было объяснить свои мотивы, но тем и хороша его чудесная организация, что её участникам ничего не нужно объяснять: каждый издал свой звук радости и был готов ко всему. Тогда Люцифер поправил воротник плаща и приглашающе указал на лестницу: — Найдём кого-нибудь, кто умеет здесь веселиться, — сказал он. Ему не нужно было добавлять очевидное: стащим у них что-нибудь для веселья. Пауки действовали слаженно, как всегда. Запросто перебираясь с высотки на высотку по пару лет как нерабочим проводам, они успевали ещё перебрасываться шуточками и планировать банкет. Банкет звучал прекрасно, Люцифер никогда бы не подумал, что это слово будет вызывать в нём какие-то тёплые чувства, ведь обычно банкет — просто привычка слабаков, которые считают себя элитой. Обычно банкет — это неуместная роскошь, но сегодня банкет обещал им быть наградой за терпение и то, что они справлялись хорошо. И держались вместе, почти все они были здесь. К удивлению, Каллуто снова появился рядом с Люцифером, почти под его рукой, и с очень серьёзным лицом поманил пальцем. Люцифер почти не поверил, но наклонился. Каллуто шептал очень неровным голосом: — Что-то не так. — Подробнее, — настоял Люцифер. — Ммм, я не могу быть точно уверен, брат ведёт себя странно. Прошло ещё несколько секунд, и аура Фейтана растеклась вспышкой, наверное, по всему городу. Не той вспышкой, что обычно, это не был взрыв, это была чистая ярость — эмоция, рассекающая воздух. Каллуто встрепенулся и оглянулся вокруг в попытке понять, откуда это всё. Люцифер уже смотрел в нужную точку. — Что ты имел ввиду под «странно»? — голос Люцифера был жёстким, и Каллуто замер. Он обернулся с виноватым видом. — Я не могу знать. Мы не использовали эту технику много, брат лучше знает. Я помню, что это нужно для наблюдения, выслеживания и атаки, но я не… Я правда… Люцифер кивнул и нырнул между очередных высоток, зацепившись за провод. — Оставайся здесь, — он бросил Каллуто и даже не старался смягчить интонацию. Они с Фейтаном встретились раньше, чем Люцифер предполагал, и Фейтан, весь в чёрной вязкой жидкости, стоял со связанными за спиной руками. Иллуми стоял за ним и выглядел чрезвычайно довольным. Его руки впервые вне спарринга были в боевой форме — твёрдые и смертоносные когти, с которых стекала всё та же чёрная жидкость. Его одежда была так же испачкана, пара капель была размазана по щеке, волосы облепили плечи. Заметив Люцифера, Иллуми указал на плечо Фейтана с порванной курткой: — Зомби укусил Фейтана. — Он сделал драматичную паузу, а потом продолжил с долгим, ядовитым смешком. — А Фейтан — хихи — укусил зомби. Люцифер приподнял брови. Фейтан матернулся в сторону. — Босс! — он сказал. — Этот ублюдок был там и позволил сифозному напасть. — Кто мог знать, что ты не справишься, — Иллуми говорил нарочито весело. — Я был о тебе такого высокого мнения… Даже Хисока предупредил тебя… — Замолчите, — велел Люцифер. Иллуми замолчал, едва ли сдерживая свою ядовитую улыбку, и Фейтан почти надулся. Он выглядел таким злым! — Коротко и по фактам. Что произошло? — Можно я? — Иллуми поднял свою руку в чёрной жидкости, а та ещё не перешла в его обычную форму, Иллуми ещё готовился к атаке на всякий случай (логично). Точно отличница-переросток, испачкавшая передник по дороге. Люцифер вздохнул и кивнул. — Мы пошли проверять нижние этажи, чтобы посмотреть на местных, может, найти лёгкий доступ в их убежище. Мы шли на шум, очень похожий на обычный человеческий шум, но, похоже, это был новый вид зомби. Они почти разговаривали, это ввело нас в заблуждение. Но только не Хисоку. Я держался на расстоянии, ведь Фейтан бешеный, и вот — Хисока просигналил, зомби всполошились, Фейтан не отступил. Было несколько инфицированных, и с большей частью из них Фейтан справился, но один всё же укусил его в плечо, и Фейтан, хехехе, он развернулся и, хихихи, укусил зомби. Буквально выдрал у того кусок шеи, до чего потешно! Я уничтожил зомби, подхватил Фейтана, и вот — мы идём обратно в лагерь. У меня есть основания полагать, что Фейтан будет в порядке. Фейтан обернулся на Иллуми с каким-то особенно яростным выражением, и Люцифер потребовал: — Подробней. Иллуми потянулся. — Откуда бы начать… — Он сделал несколько неуклюжих движений. — Не так давно моя семья взялась за разработку вакцины и описала мне пару возможных вариантов, как распознать, если у людей иммунитет. Я думал, что в этом городе точно найдётся кто-то с иммунитетом, но теперь я подозреваю, что это Фейтан. Нужно понаблюдать. — Иллуми выдержал паузу и продолжил с тем выражением лица, которое Люцифер часто видел до пандемии, со взглядом убийцы и леденящим душу тоном — почти не осталось ироничной шутливости, что была до этого. — Разве не будет замечательно, если Фейтан останется жив-здоров? Можно будет посылать его на разведку и ни за что не опасаться… К слову, я ещё не давал своей семье знать об этом и, возможно, не стану, так что продолжайте дружить со мной. Иллуми снова потёр щёку, на которой были капли чёрной, вероятно, крови, и не пытался даже изображать, что он не на чеку. Он был внимателен и чуток, как никогда, он готов был отбиваться от любой атаки. Фейтан хмыкнул и пнул Иллуми под коленку — Иллуми не сдвинулся и бросил на Фейтана равнодушный взгляд. Люцифер тоже хмыкнул. Он не хотел признаваться себе, но всё же на время, обольстившись тем, какой Иллуми услужливый в их компании, он забыл, что Иллуми — всё-таки ассасин. Не было даже лучшего слова, чтобы описать Иллуми. Сейчас Люцифер увидел это очень ясно: Иллуми в меньшей степени про убийства и в большей степени про выслеживание, про ожидание, про сбор информации, которая может поставить тебя в безвыходное положение. Просто юркая крыса, точно Хисока. Это, конечно, ничего не меняло: у Иллуми итак не было особых шансов вписаться в их компанию, стать её законной частью и сердцем. Он просто не принадлежал родине пауков и их философии, он был Золдиком до мозга костей, а Золдики никому не нравились, никому, кроме дважды покойного Хисоки. Чтобы как-то перевести фокус с неприятной мысли, Люцифер вспомнил про другого знакомого Золдика. Он бросил на Иллуми осудительный взгляд. — Твой брат грустит. — Наверное, скучает по матери, — Иллуми пожал плечами. — Он ходил, держась за подол её платья, до того, как умер отец, так что неудивительно. Я ведь не ношу платьев без достойного случая и не могу закрыть эту потребность. — Что на счёт танцев? — Люцифер продолжил под вытянувшееся в удивлении лицо Фейтана. — Что с ними? — уточнил Иллуми, не выражая никаких эмоций. — Я подумал сегодня, всех ли из вас учили этим танцам с веерами. Иллуми усмехнулся. — О, я его научил. Меня — мама. Остальные дети были больше по отцовской части в смысле воспитания. — Ясно, — сказал Люцифер, и повисла долгая, неловкая пауза. — Станцуй мне — и я тебя прощу. Люцифер сам не до конца был уверен в том, что сказал. Он не выдавал собственного удивления. Иллуми сделал какое-то мерзко-хитрое лицо, снова напоминающее клоуна, которого Люциферу хотелось бы стереть из памяти. — Сначала найди мне достойный наряд. — Вы, блядь, чо? — не выдержал Фейтан и, наверняка, хотел сказать что-то ещё, но Хисока, куница Хисока, высунувшись из-под воротника Иллуми заорал во всё горло, и почти синхронно Люцифер, Фейтан и Иллуми бросились к оконному проёму. Там Фейтан выругался, а Иллуми подхватил его тело, как ничего не весящую плюшевую игрушку, впился ещё твёрдой рукой в стену здания с внешней стороны и подтянулся наверх. — Встретимся на базе, — бросил Иллуми. — У нас будет банкет, — легко согласился Люцифер. Он спрыгнул на строение рядом с домом, оттуда на другое, а ещё после — снова зацепился за провод. Он почти отказывался осознавать происходящее и вместо собственного осуждения думал о том, где ему взять платье или, может, парадное кимоно… Он даже не обещал себе подумать об этом позже, он отказывался задавать себе дополнительные вопросы, ведь если бы он спросил себя, выходило, что ему нравятся мерзкие люди. А Люцифер был уверен, что это не так, ведь каждый из пауков, включая крошку-Золдика, выглядел хорошо в его глазах, и его ещё подташнивало от воспоминаний о Хисоке. Должно было быть другое объяснение, зачем и почему Люциферу понадобилось увидеть Иллуми в таком виде и амплуа, Люцифер уговорил себя, что это просто любопытство, и условился с собой же просто смотреть, что будет дальше. В конце концов, не было никаких таких последствий, с которыми он не мог бы справиться, и даже Иллуми, пока он живой человек, восприимчивый к техникам нен, в крайнем случае сможет одолеть, убить, уничтожить и выкинуть из головы, а не как сейчас происходило с Хисокой…