Клуб одиноких сердец в открытом космосе

Приглашение на сервер пришло Юйци за два часа до назначенной встречи, и к тому времени она успела обкусать от волнения все ногти. Юная Сангхарама, которая теперь стала чуть выше и длиннее, смотрела на неё с удивлением. Они ещё не сработались, не притёрлись друг к другу — Юйци было странно разговаривать с мао так, будто они не были знакомы несколько лет, а Сангхараме всё ещё было тяжеловато привыкнуть к эмоциональности и странной взбудораженности её напарницы. — Зачем ты делаешь себе больно? — наконец спросила мао, привставая со своей лежанки и лениво направляясь к капитанскому креслу. — Тебе скучно? — Мне не больно и не скучно, ясно? — грубо огрызнулась Юйци, и, тут же пожалев о своём тоне, повернулась к Сангхараме и открыла для неё свои объятия, на которые мао посмотрела с подозрением. — Я не понимаю, — тихо проговорила она. Юйци кивнула. — Я знаю, дорогая. Прости меня, я никак не могу привыкнуть…- остаток предложения Юйци проглотила: никто не запрещал ей говорить с мао об её прошлой жизни, но правила хорошего тона требовали разглашать как можно меньше информации. -… К новой напарнице. Сангхарама подняла переднюю лапку и задумчиво её облизала, а потом прикоснулась к своему ещё не сформировавшемуся и не раскрывшемуся третьему глазу. — Я буду работать над собой старательнее, — сказала она. — Чтобы лучше понимать тебя, Сон Юйци. Юйци сглотнула комок в горле и вскочила с капитанского кресла, чтобы сжать мао в крепких объятиях. Сангхарама издала удивлённое мурчание, но от прикосновения не отстранилась, а тихонько завибрировала. — Я волнуюсь, это так называется, — объяснила Юйци, не отпуская мао от себя. — Мне скоро предстоит встреча с кем-то очень важным, а я до сих пор не понимаю, что происходит. — Ясно, — кивнула Сангхарама. — Наверное, я себя так же чувствовала, когда летела к тебе. Юйци улыбнулась сквозь блеснувшие в глазах слёзы. — Совершенно точно, — сказала она, взлохматив короткую тонкую шерсть на голове мао. Сангхарама улыбнулась, довольная своей проницательностью. — Всё будет в порядке, Сон Юйци, — сказала она и зевнула. — У такой красавицы, как ты, не может быть никаких проблем. Вселенная любит красивых людей. Юйци смущённо повела плечами и собралась было что-то добавить, как её борткомпьютер вдруг мелодично звякнул, оповещая о новом письме. Собрав всю свою волю в кулак, чтобы не прыгнуть обратно к панели управления, Юйци осторожно встала и медленно проследовала к экрану. — Разверните письмо, — скомандовала она, близоруко щурясь. — И прочитайте, пожалуйста. Механический голос компьютера резко ударил в её уши, но совсем скоро вместо него она услышала тонкий, высокий голос Соён: Пожалуйста, после подключения к стимулятору, перейди по указанной ссылке. Это безопасный, индивидуальный и временный сервер, созданный специально для нашей встречи. В приложениях ты так же можешь найти наряд для своего аватара — это необязательно, надевай, только если понравится. Пожалуйста, не опаздывай. Я прибуду точно в шесть часов и буду ждать тебя пятнадцать минут, после чего покину сервер и сотру его из соображений безопасности. Соён. P.S. Тридцать минут тоже терпимо. Только приди, пожалуйста. P.P.S. Тебе ведь нравится Япония? После того, как компьютер замолчал, Юйци прижала указательные пальцы к уголкам рта, пытаясь стереть с лица глупейшую улыбку. Безуспешно. Её щеки начали побаливать от напряжения, и она отвлекла себя тем, что открыла ссылку, присланную Соён. Вздох восхищения почти вырвался из её груди, но она успела зажать рот обеими ладонями. Не зря Соён спросила о Японии: для будущего аватара Юйци в стимуляторе девушка создала длинное фиолетовое кимоно с неброским, но симпатичным узором из мелких белых цветов. — Красивый цвет, — заметила Сангхарама, успевшая подойти поближе, пока Юйци пыталась унять бешеное сердцебиение и остановить поток тяжёлых вздохов. — Редкий. Юйци, в своё время увлекавшаяся японской культурой, была прекрасно об этом уведомлена. Конечно, глупо было говорить о редкости чего-либо в эпоху виртуальной реальности и цифрового дизайна, когда любой цвет мог быть воспроизведён с помощью комбинации цифр, но сам жест… — Эта штука… Она ведь безопасна? — с тревогой спросила Сангхарама, наблюдая за тем, как Юйци открывает заглушку на входном отверстии, которое располагалось на её шее сзади. Когда несколько лет назад Академия предложила ей операцию за их счёт (им нужна была группа добровольцев для испытаний), Юйци согласилась без всяких раздумий. И нет, дело было совсем не в том, что Чон Соён оперировалась в то же время, и им предстояло провести целую неделю подготовки в соседних боксах. Юйци кивнула и вытащила из металлического ящика высокую бутылку с прозрачной жидкостью. Стоило девушке приоткрыть крышку, как Сангхарама брезгливо скорчилась и принялась пятиться назад, с трудом сдерживая рвотные порывы. — Ну и вонь, — сказала она с отвращением, уткнувшись носом в свою лежанку. — Как такая мерзость вообще может существовать? Юйци улыбнулась и смочила спиртом кусочек ваты, а затем принялась тщательно протирать отверстие, едва заметно морщась. Прикосновение к прохладному металлу, которым была выложена точка подключения, никак не ощущалось, но от самого факта присутствия в её теле не предназначенного природой дополнительного отверстия ей становилось немного не по себе. Порой Юйци казалось, что она родилась не в свою эпоху. — Разве ещё не рано? — спросила Сангхарама, увидев, как Юйци потянулась за проводом стимулятора, который ей доставили экспресс-посылкой только вчера (на эту покупку были потрачены все коины аванса и страховой выплаты за аварию). — Мне показалось, что у тебя ещё есть время. — Стимулятор совсем новый, мне надо его испытать, — поспешно сказала Юйци, протирая провод и прикладывая его к уху, чтобы услышать едва заметное потрескивание, сигнализирующее о поступлении электрического тока в прибор. На самом деле я панически боюсь опоздать. Юйци крепко сжала провод в правой руке и, крепко зажмурив глаза, поднесла его к своей шее и вставила в отверстие, продолжая осторожно надавливать до тех пор, пока она не услышала щелчок. Всё тело словно обдало прохладным ветерком — забавное ощущение, от которого Юйци, давно не опускавшаяся на поверхность планеты, порядком отвыкла. — Ты меня слышишь? — голос Сангхарамы доносился откуда-то издалека, словно между ними воздвигли плотную пластиковую стену. Юйци открыла рот, но из него не вышло ни звука — рассинхронизация была обычным делом в стимуляторе, особенно у неопытных пользователей. — Как я узнаю, если что-то вдруг пошло не так? — Если у меня вдруг пойдёт пена изо рта, нажми кнопку экстренного выброса, — Юйци удивилась собственному голосу, который вдруг прозвучал глубже обычного. — Синяя кнопка на панели управления стимулятора. Только если увидишь, что мне совсем плохо. — Удачи, Сон Юйци, — последние слова Сангхарамы рассыпались кусочками кода по неестественно голубому небу. Юйци глубоко вдохнула, позволяя своему телу расслабиться и своему мозгу — слиться в одно с цифровой оболочкой. По спинному мозгу прошёл слабый электрический разряд, и во рту стало кисло: самый неприятный момент подключения. Подобных ощущений можно было исключать, установив дополнительные фильтры и подключив провод напрямую к головному мозгу — Юйци знала, что именно таким способом соединения пользуется Соён. И это её самую чуточку волновало. Юйци вытянула вперёд руку, любуясь длинным рукавом кимоно, на котором бледно-белой россыпью красовались цветы. Одежда приятно похрустывала при каждом движении, красный пояс обнимал девушку за талию, а от воротника пахло мылом — простой, неброский аромат, от которого Юйци почему-то чуть не всплакнула. Она шла по вымощенной аккуратно обтёсанным камнем дорожке и жмурилась от яркого солнца, которое, впрочем, светило только на неё. Когда Юйци прикладывала ко лбу ребро ладони и, щурясь, смотрела вперёд (указатель, мимо которого она только что прошла, сообщил ей, что до садика ещё четыреста метров), она видела большую дождевую тучу, нависшую где-то на горизонте. Верно, Соён обожала дождь. В колониях он бывал крайне редко, когда обслуживающий персонал сгонял скопившуюся в нижних уровнях жидкость и сбивал её в маленькие густые облака, которые, потяжелев, проливали прозрачные капли на поверхность Венеры. У Юйци для таких случаев был всегда припасён зонт, и как-то раз выйдя из академии, она приметила маленькую фигурку, застывшую под проливным дождём, уставившуюся куда-то в небо. — У меня очень большой зонтик, обе поместимся, — сказала она робко, подойдя ближе к Соён. Та повернула к ней узкое лицо, обрамлённое очками в круглой тяжёлой оправе. Стёкла были залиты каплями воды, вода струилась по щекам, стекала девушке за воротник форменной рубашки, капала с кончиков её пальцев. Соён вдруг широко улыбнулась (такую улыбку на её лице поймать было трудно — увидев её, Юйци смущённо отвела взгляд), и мягко проговорила: — Я зонтами не пользуюсь. Дождь — такое редкое событие, не думаешь, что мы его недостаточно ценим? Юйци опустила зонтик и вздрогнула, когда первая капля дождя ударилась об её голову. — Ты же не заболеешь? — жалобно протянула она, глядя на подрагивающую от холода, промокшую насквозь Соён. — А ты? — спросила Соён. Юйци раздражённо дёрнула плечами. — Я первая спросила, — сказала она. — А я старше. — Только в земных годах. На Меркурии я старше тебя на десятки лет, ясно? Соён засмеялась, глядя на раскрасневшееся лицо Юйци, а потом протянула руку и аккуратно заправила мокрую прядь волос ей за ухо. — Пойдём в общежитие, старушка? Юйци, отвлёкшаяся от дороги, чуть было не запнулась о полу своего кимоно. К счастью, поблизости не было никого, чтобы узреть её провал, поэтому она быстро выпрямилась и проследовала к узорчатой калитке, ведущей в садик. К её удивлению, она приметила маленький силуэт, вцепившийся в деревянные перила мостика, перекинутого через небольшой лотосовый пруд. Соён была одета в простое чёрное кимоно без всяких узоров, и Юйци прикусила нижнюю губу, почувствовав, как что-то защекотало у неё в голове. Она совсем забыла, что её тело здесь было ненастоящим, и все…переживания разного толка оставались в головном мозге, не отправляясь в место назначения по дорожкам-нервам. Такая стимуляция давалась непросто, и она покачнулась, с трудом сохраняя равновесие. — Сон Юйци! — крикнула заметившая её Соён и поманила к себе рукой. — Ты слишком рано! — А сама-то! — выкрикнула Юйци, борясь с желанием отключиться прямо здесь и сейчас. Она медленно направилась к мостику — Соён с места не сдвинулась, терпеливо ожидая её прибытия. Юйци еле-еле перебирала ногами, стараясь не смотреть на Соён. Когда она дошла до мостика, она с удивлением обнаружила, что Соён пришла на их импровизированное свидание… Босиком. Юйци прыснула, прикрыв рот ладонью, а потом и вовсе расхохоталась. Всю её скованность и смущённость как рукой сняло, стоило ей только посмотреть на нервно танцевавшие по мостику, маленькие, узкие ступни Соён с поджатыми пальцами. — И чего здесь такого смешного? — зло огрызнулась Соён, отодвигаясь немного в сторону и давая Юйци подойти к перилам, чтобы на них облокотиться. — Я вовсе не смеюсь. — А что же это тогда? — растерянно пробормотала Соён. — Ничего не понимаю. — Это умиление, — Юйци потянулась к Соён, но отдёрнула руку. Она не совсем понимала, как работали ощущения в мире стимулятора, и насколько комфортно будет Соён от её прикосновения. — Сто лет никого не видела босиком. — Ногам нужно дышать, — серьёзным тоном заявила Соён, а потом сморщилась, будто съела что-то кислое. — И речь, вообще-то, не об этом. Я сказала тебе прийти в шесть часов. — И сказала, что будешь здесь в шесть часов, тем не менее, мы обе пришли заранее, — Юйци пожала плечами и перегнулась через перила моста, чтобы заглянуть в кристально-чистое зеркало воды. Словно заметив девушку, откуда-то из глубины на поверхность выпрыгнул кои, игриво взмахнув хвостом и вызвав целый каскад радужных брызг. — Справедливо, — вздохнула Соён. — Я так и знала, что так будет. — И я. Они замолчали на некоторое время, пока не повернулись друг другу и не заговорили синхронно: — Я… — Ты… Юйци уставилась на лицо Соён, которое она даже и не подумала приукрасить, несмотря на неограниченные возможности сделать это в стимуляторе. Под правой бровью до сих пор красовался тонкий шрамик от бейсбольного мяча, на переносице слева — крохотный рубец от ветряной оспы, губы были засохшими и обкусанными, кожа на щеках — чуть красная от недостаточной влажности на борту станции. Она перенесла себя в стимулятор с потрясающей точностью, подумала Юйци, и её вдруг захлестнула волна осознания. Каждая чёрточка этого лица, каждая грустная морщинка, каждое несовершенство характера, каждый неожиданный прорыв злобы и обиды… — Я люблю тебя, Чон Соён, и я пришла сюда, чтобы сказать об этом ещё раз, — выпалила она так быстро, как только смогла. Она вдруг почувствовала своё тело — не здесь, не в стимуляторе, а снаружи, в космическом корабле, где она оставила его лежать в капитанском кресле. Её сердце колотилось так сильно, что кровь прилилась к голове, и её аватар стал мерцать, с трудом удерживаясь в цифровом мире. Соён смотрела на неё внимательно, в упор, но ни один мускул не дёрнулся на её маленьком лице. Она выглядела, как самурай, которому только что предложили сдать его меч в обмен на его жизнь — вся её поза говорила о том, что она готова защищаться. Только вот Юйци не собиралась нападать. Она хотела окружить Соён теплом и заботой, спрятать её от враждебного мира, раз за разом обходящегося с ней дурно. Она хотела стать Соён домом, которого у девушки не было, её планетой… — Я не могу, — пробормотала Соён, её голос дрожал. Её цифровая копия тоже стала мерцать и пропадать, как будто на сервере вдруг резко ухудшилось качество связи. — Ты не понимаешь, Юйци. Я не могу это принять. Я не могу тебе ничего обещать. — Позволь мне…просто быть рядом, — тихо сказала Юйци. — Я хочу просто любить тебя. Я не хочу никаких обещаний, хорошо? Ты ничего мне не должна. Она протянула вперёд свою руку и, к её изумлению, Соён сделала то же самое. Их пальцы соприкоснулись и переплелись — хотя это было не по-настоящему, сердце Юйци вдруг закололо, а в голове зашумело. Под языком снова появился кислый вкус. — Ты не понимаешь, — ответила Соён, не поднимая взгляда. — Я не боюсь принять твою любовь. Я боюсь её потерять. Я боюсь потерять тебя. Если ты уйдёшь, как и все остальные, то я просто… Глаза Юйци закатились кверху, и она открыла рот, чтобы ответить, но звуки не выходили из её рта. Она успела увидеть только расширившиеся от ужаса глаза Соён и услышать громкий, назойливый писк, прежде чем её выплюнуло из стимулятора в собственное тело, которое тут же отреагировало крупной судорогой. В паническом порыве она схватилась за провод и рванула его из шеи, которую тут же пронзило острой болью. Из правой ноздри густо потекла тёмно-красная кровь: испугавшись, Юйци сползла с кресла, и улеглась на металлический пол. — Что произошло? — хрипло спросила она, пытаясь найти взглядом Сангхараму. Та сидела рядом с синей кнопкой экстренного извлечения и испуганно моргала кристально-голубыми глазами. — Ты стала странно дышать, — проговорила Сангхарама, почему-то пятясь назад. — И губы у тебя побледнели… Я подумала… Нас учили, что люди… — Ах, Марс тебя побери! — взвыла Юйци, переворачиваясь на четвереньки и подползая к стимулятору. Она схватилась за провод и к собственному ужасу поняла, что на его кончике болтается металлическая обшивка входного отверстия. Юйци приложила руку к шее и почувствовала горячий, пульсирующий поток. — Да сколько ж можно, — пробормотала она и потеряла сознание.